California and us

      Я не так хорош в рассказах, как хотелось бы. Здесь не будет никаких сложных художественных описаний, красивых слов, но будет наша жизнь. Наша сумбурная и бесславная жизнь, полная идиотских ситуаций. Наша жизнь в Калифорнии.       Меня зовут Киран, точнее, я хочу, чтобы в этой истории меня знали под этим именем. Но у меня есть и другая сторона, имя которого я назову чуть позже. Мне 22 года, живу в Малибу, студент университета Пеппердайн. Что я изучаю? То, с чем миллионы людей сталкиваются каждый день - бизнес. Вот и все, что нужно знать. А теперь о том, что было в начале этого абзаца и почему я хочу, чтобы это было так. Иногда мне кажется, что некто отвечает за меня. А другой некто совершает поступки. Вы скажете, что в редких случаях это "чувство" может появляться у всех. В это время мозг пытается усвоить тонны информации, сваливающейся на него. Но кто дает этим неким личностям имена? Ответ очевиден. И, да, одну из личностей вы уже знаете.       Киран - прилежный ученик, веселый парень, любимец девушек. Не сказал бы, что я красавчик (может быть, чуть-чуть), но девушки считают меня милым и некоторые из них предлагали быть их парнем. Я люблю помогать людям, особенно если получаю что-то взамен. Например, билет на концерт, в кино, приглашение на крутую тусовку, секс или поездку за город. По поводу отношений: я ценю свободу, она для меня важна как воздух, которым мы дышим, как бриз на пляжах Малибу в жаркий день. О, черт, я ведь сказал, что не будет сложных художественных описаний...       Аллен - более крутой тип. Милый извращенец, все тот же любимец девушек, любитель крутых парней и сумасшедших тусовок. Отличный друг. Жаждущий отношений. Да, Киран и Аллен слегка похожи, но второй - это все-таки нечто иное, сказочное, и он тот глоток свободы, который мне так необходим. С ним я не чувствую преград. С ним я могу все и даже больше.       Я становлюсь Алленом, когда иду на "охоту". Вы знаете - тусовки до утра, крутые тачки, литры Хеннесси, водки, ликера, пива. И парни. Я не могу назвать себя геем, потому что киски так же привлекательны и сочны. Я привык быть "сверху" с девушкой, но когда я переехал в Малибу, то здесь появился слишком большой соблазн оказаться "снизу". Довольно странное объяснение, но я любитель всего нового. ***       Когда-то я жил в Нью-Йорке, у меня была работа в офисе, девушка, квартира. Все было четко, по расписанию. Я все еще скучаю по тому городу, прилетаю туда каждое Рождество, но уже не тем, кем был раньше. Я слишком долго был "хорошим мальчиком", слушался родителей, родителей девушки, девушку, подруг девушки, свои друзей, соседей, босса, коллег. Даже если бы прохожий сказал мне: "Станцуй ламбаду!", я бы это сделал. Я бы и вправду это сделал.       Однажды в Нью-Йорк прилетел один почитаемый дизайнер - Митсуо Такеучи. Мне нравился его стиль. К тому же, было непонятно, мужчина это или женщина. Эта двойственность меня тяготила и завораживала. Митсуо был для меня иконой стиля и внутреннего состояния души. Он нес в себе элегантность, торжественность и сексуальность. Так как я был его поклонником довольно давно, я знал, где он будет, и что нужно сделать, чтобы приблизиться к нему в тот вечер. Его показ проходил в студии "Млечный путь". Кажется, в то время это была одна из самых чертовски дорогих студий Нью-Йорка. Там всегда собиралась богемная часть города, чтобы, вы сами знаете, что. Покрасоваться друг перед другом как павлины. Мне было плевать, кто там, и что они будут делать. Я хотел видеть только Митсуо - моего модного сэнсея.       Когда я увидел его - высокого, длинноволосого и такого стильного, похожего на лиса во время охоты, я понял, что мою жизнь пора менять. Пора перестать быть мышью, червем, да кем угодно, лишь бы не подчиняться чужим правилам, плыть по течению.       Он окинул всех собравшихся взглядом и, клянусь святой Марией, взглянул на меня. Конечно же он это сделал, ведь я стоял в одной толпе со всеми. Но мое сердце екнуло, и я расплылся в улыбке. Он тоже улыбнулся, и ушел, тем самым дав начало показу. ***       После показа была фан-встреча, которая была организована впервые, поэтому, как сам сказал мой сэнсей, он нервничал. Нас было всего пять человек - пять богатых счастливчиков. На самом деле, деньги на фан-встречу я взял с общих сбережений с моей девушкой. Но я бы желал быть единственным счастливчиком, который обнял бы его, и сказал спасибо за его существование. Двое из богачей уже ушли, и нас осталось трое. Настала моя очередь получить автограф, фото, разговор. Я взглянул на его бледные длинные пальцы, которые слегка дрожали. "Вы сильно волнуетесь?" - Спросил я, кивнув на его руки. "Сказать честно? Да. И хочу курить", - он улыбнулся своей фирменной лисьей улыбкой, отчего я понял, что между нами есть кое-что общее. И только сейчас это "кое-что" я осознал. Возможно, свое "кое-что" он знал давно, но для меня это было целым открытием.       Он спросил имя, подписал фотографию, мы сделали снимок и поболтали, но он медлил. Мы остались одни, охранники были за дверью. Его менеджер тоже был рядом и поторапливал, потому что завтра Митсуо ждало интервью на телевидении, которое, естественно, я не пропущу. "Я могу составить вам компанию", - сказал я, вспомнив его слова вначале. Но он вопросительно взглянул на меня. - "Вы хотели курить".       Он тихо рассмеялся и кивнул головой в сторону черного выхода. Охранники хотели последовать за нами, но Митсуо сделал жест "все в порядке". "Не боитесь остаться один на один со своим фанатом?" - Спросил я, обнажив верхние зубы.       Вместо ответа он неопределенно хмыкнул. Я стоял напротив него, и видел лишь половину лица, одну часть которого освещала неоновая вывеска, а вторая утонула во тьме. "Вам действительно нравится мой стиль? Что вы в нем нашли?" - Он закурил и оперся на стену. "Вы можете обращаться ко мне на "ты", все же, я ваш поклонник".       Он выпустил дым длинной струей и улыбнулся. "Ваше творчество..." - Я замялся. Я мог часами говорить о его стиле, восхвалять и восхищаться им, что раздражало мою девушку, но сейчас я не мог вымолвить ни слова. Что-то происходило в этом ночном воздухе. Стояло тягучее напряжение. Нам обоим не хотелось говорить об искусстве, мы хотели узнать друг от друга то самое "кое-что", что пряталось в наших грудных клетках. "Я влюблен в него. Вы для меня учитель в мире моды. Я бы следовал за вами всюду, куда бы вы ни пошли. Я..."       И я почувствовал приятно горький привкус его влажного языка у себя во рту. Слегка отпрянув, я взглянул в его глаза. Они были полны желания. Неужели я сплю? "Но почему я?" "Потому что я люблю постигать все новое. Ты отличаешься от других моих поклонников. Я бы хотел исследовать тебя".       Я не помню, как мы оказались в его комнате в отеле. Я был пьян. Мы пили виски, кажется, я выпил не так уж и много, но опьянел практически сразу. Но по нему было сложно сказать, что он чувствует. Он был сдержан и терпелив.       Мы разделись и лежали на кровати, и я никак не мог собрать воедино свои мысли. Все казалось хаотичным и несвязным, я боялся проснуться, будто бы это был сон. Но это не было сном. К счастью. "Это твой первый раз?" - Спросил он, нежно погладив мою шею, кончиками пальцев опускаясь ниже.       Я задрожал, и никак не мог унять это. Дрожал от удовольствия, что он рядом, что его белоснежная кожа соприкасается с моим обнаженным телом. Мой член давно упирался ему в живот, и мне было немного стыдно за это, но он прижимался ко мне так сильно, что мне казалось, я вот-вот кончу. "У меня есть девушка. Но я ни разу не делал этого с мужчиной".       Кивнув с полным пониманием, он слез с меня. Достал кое-что и сумки. Я оставался лежать, не в состоянии подавить вздох от легкого разочарования. Посмотрел на потолок и прикрыл глаза. Через несколько мгновений я почувствовал что-то влажное, входящее в мой анус. Его пальцы. Это было странное ощущение, не слишком приятное, но я не был против этого маленького дискомфорта. Его пальцы входили глубже. Он шептал мне что-то, чтобы я расслабился, поднял ноги выше, тогда будет не так больно. Постепенно становилось приятнее. Количество пальцев увеличивалось и я был приятно удивлен, что в меня может вместиться столько. Он нашел ее. Эту точку, от нажатия на которую я чуть всхлипнул.       Когда его член вошел в меня, было отчего-то нестерпимо больно. Но его ласковые руки, поглаживающие и похлопывающие по чувствительной коже, доводили до предела. Он лизал и посасывал каждый сантиметр моего тела, он был так хорош в этом, что я почти забыл о боли. Он принялся за мой член. Моя девушка не могла делать то, что делал он. И почему в такой момент я вспомнил о ней? К черту все... Он высасывал из меня все соки, но как только я готов был кончить, он останавливался, загадочно улыбался и целовал мой торс. Я изнывал от желания, было очень сложно терпеть, но он говорил "нет", и это возвращало меня на землю.       Он перевернул меня на живот и стал вылизывать мой анус. Щекотно и очень приятно, но я жаждал его член внутри все больше и больше. Тогда он услышал мои мольбы и снова вставил, но уже очень медленно и осторожно. Мой стон сам вырвался изо рта. Он потянул меня за волосы и сказал, что разрешает стонать, но негромко. Он набирал оборот, казалось, его член достает до моих гланд, хотя и не был таким большим, но идеальным для первого раза. Он трахал меня как игрушку и дрочил мне, отчего я кончил два раза. Но ему этого было недостаточно. Тогда он положил меня на спину, а сам уселся на мою грудь. Я посмотрел на его набухшую зардевшуюся головку и высунул язык. Такая горячая и гладкая. Сначала было непонятно, как конкретно действовать, но он направлял меня рукой и сам задавал темп, двигая навстречу мне бедрами. Кончил он небыстро, но было приятно чувствовать его солоноватую сперму - награждение за старания.       Он закурил на балконе, задумчиво глядя на ночной город. Я сидел рядом с ним в плетеном кресле и смотрел, как развеваются его волосы на легком ветерке. "Ты ведь умный мальчик?" - спросил он, не глядя в мою сторону. Во время секса его голос был страстным и жаждущим, а теперь он был абсолютно лишен эмоций, как и раньше. "Да, я все понимаю. Никто не должен об этом узнать, ваша репутация будет запятнана, бла-бла-ба..." - Ответил я, зная подобные моменты из фильмов про измены и скрывающихся любовников. "Поехали в Майами", - сказал он.       Я встал с кресла и вплотную подошел к нему. "Что? Что мне там делать?" "Будешь жить там. И заниматься любовью со мной. Я буду делать тебе подарки, помогать тебе. Что скажешь?" - Он взглянул на меня и погладил ладонью мою щеку. "Я должен бросить все - мою работу, девушку, квартиру, мою жизнь, чтобы просто жить за твой счет как шлюха?" "Не в таком грубом контексте", - он ухмыльнулся. - "Ты был так счастлив там со мной. Я так давно не видел столько страсти в чьих-то глазах, этого наивного взгляда, словно потерявшийся котенок среди холодных улиц".       Я взглянул на ночной Нью-Йорк. Он был холоден, как всегда, но это был мой собственный холод, который я не хотел никому отдавать, даже Митсуо. Возможно, его предложение оказалось слишком неожиданным, и все произошло крайне быстро, что мой мозг не успевал за действиями тела. Я хотел покинуть этот город, если бы мне представилась возможность, но что произошло сейчас? Почему я не могу сказать "да" и ринуться навстречу приключениям? Это предложение испугало меня, скажу честно. Я так долго этого ждал, что как только услышал сладкий зов, он оказался для меня диким воплем, из-за которого хочется закрыть уши и убежать в свою нору.       Митсуо все понял, и улыбнулся в свойственной ему манере. "Я бы не хотел торопить тебя, но у меня есть всего два дня. Завтра ночью я улетаю в Малибу. Если тебе нужно больше времени, так и быть. Я буду ждать тебя. Просто позвони мне, напиши. Неважно. Дай мне знать, что ты готов и приедешь ко мне".       Он вернулся в комнату, не дав мне ответить. "Извини, я устал, завтра утром у меня интервью. Я заплачу за такси".       Я оделся и уже стоял на пороге, как Митсуо подошел, крепко обнял меня, и поцеловал. Я все еще чувствовал этот горький привкус сигарет, теперь начавший стойко ассоциироваться с ним, моим сэнсеем. "Ты такой милый мальчик", - сказал он. - "Я позвоню тебе завтра вечером, перед отлетом. Все же хочу знать, что ты думаешь". "Я поеду", - услышал я свой голос, прозвучавший слишком резко для ночной тишины. - "Но позже. Мне нужно завершить некоторые дела". " Рад это слышать", - его голос напротив звучал ровно и спокойно. Как и всегда. - "Но в любом случае, я позвоню. Хочу услышать твой голосок".       Той ночью я долго не мог уснуть, объятия девушки были противны, так же холодны, как и ночной город. Нет, я не думаю о Малибу как о райском месте. Я думаю о том, что это была не моя жизнь. Это было существование.       Наутро я порвал с девушкой во время секса. Когда она почти кончила, я сказал, что не люблю ее и хочу уйти. Она разозлилась и заплакала, но я по-другому не мог. Не мог терпеть и ждать "подходящего момента". Потом уволился. Как же безрассудно я поступал, но мне всего двадцать, я должен поступать безрассудно? Родители бывшей девушки стали обрывать мой телефон, мои родители делали то же самое. Как и все вокруг меня. Мои друзья разделились на два фронта: одни были за то, чтобы я одумался и остался, и извинился перед бывшей девушкой, другие были за мою мечту - начать новую жизнь. Я сказал родителям, что поехал в Малибу из-за работы, и что со мной будет все в порядке. А с девушкой расстался, потому что буду не в состоянии поддерживать отношения на расстоянии.       Конечно, интервью пропустить я не мог. Некое сладостное чувство появилось в моей груди, когда я увидел его, отвечающего на вопросы журналистки. Вчера ночью он был чувственным любовником, а на интервью слегка зажатым, скромным и загадочным. Его манеры отличались от тех, что он показывал со мной наедине. Это льстило мне, потому что я видел его другую сторону. Одну из его многочисленных сторон. У меня нет сомнений, что я у него не единственный "сахарный мальчик", это слишком очевидно. Но я его поклонник, и искренне люблю его, и трахаться со своим кумиром это потаенная грязная мечта любого фаната. Поэтому я решил схватить судьбу за задницу и тоже отыметь ее, так жестко и страстно, как смогу.       Первое время мы встречались почти каждый день. Но я не жил в его доме, а в квартире один. Это было довольно милое место. Раз в неделю он приглашал меня к себе, и мы устраивали игры со страпонами. Боль и наслаждение стали моими постоянными спутниками. Но когда он приходил ко мне, то был невероятно нежным и чувственным. Тех встреч я ждал больше всего. Спустя полгода таких отношений я увидел его с другим "сахаром". Я знал, что не единственный, конечно, знал... Но, когда увидел, как он так же нежен с ним, как и со мной, больше ничего не хотел делать. Не хотел быть третьим, четвертым и так далее... Не хотел быть даже первым. Я захотел свободы. Я все это время делал то, что хотел мой сэнсей.       Он отпустил меня, но только после того, как жестко трахнул. Так он ни разу не делал со мной. Я почти плакал, стискивал зубы, ждал, когда это закончится, а потом лежал в крови. Неужели он настолько разозлился? Он был вправе злиться? Или он так поступает с каждым уходящим от него мальчиком? Но он сказал, что я был первый, кто бросил его, ведь он привык это делать сам. Он предложил остаться в той квартире, но она навевала слишком много воспоминаний. Я хотел очиститься и начать самостоятельную жизнь. Потому что эта жизнь начинала напоминать жизнь в Нью-Йорке, где я не имел собственного мнения.       Как рассказывал выше, я поступил в университет. Кажется, меня привлек этот факультет (надеюсь, вы вспомните, какой я выбрал) из-за одного парня, который был на вступительных. Мне понравилось это чувство - внезапный прилив теплоты в груди, когда увидел его, поэтому я просто сделал это. Прошёл вступительные, познакомился с парнем, его, к слову, зовут Дерек, и трахнул его на второй день знакомства.       Возможно, это было веление судьбы, но наши комнаты в общежитии были буквально через одну друг от друга. Нет, это не стало началом отношений, он лишь иногда отсасывал мне и мы мило болтали.       Устроился на подработку в магазин обуви. И у меня начали появляться друзья. Они были легки на подъем, горячи как сам Малибу. Девушки вешались так, что я не знал, куда бежать. Но я привык и стал этим пользоваться, что открыло для меня немало возможностей. Теперь тусовки до утра на яхтах, в пентхаусах, легкий секс, флирт стали явью. Но я не поглощал это с бешеной скоростью, ведь понимал, что могу "выгореть".       Однажды я встретил ее. Ангел. Буквально все ее так звали. Она была очень милой и невинной, но понравилась мне, однако я даже не думал о сексе с ней. Мы стали общаться очень часто, и она становилась немного зависимой от меня. И, когда я стал проводить больше времени с новыми и новыми друзьями, она сказала, что больше не мой Ангел, и мое поведение ей отвратительно. К счастью, я не был так же зависим от нее, и мы расстались. Она пыталась поддерживать со мной контакты, и скучала по мне, как говорила в бесконечных звонках и смс, но я отрезал ее из моей жизни, потому что теперь больше никто не вправе говорить мне, что делать, если только я сам этого не захочу.       Когда я был на андерграундной тусовке, у меня появился свой "поклонник". И почему-то я вспомнил моего сэнсея, который дал мне возможность стать собой в этом невероятном городе. Он обожал меня, этот новоявленный "поклонник", и тогда я хотел предложить ему встречаться, потому что был одинок слишком долго. Я так жаждал отношений, что не понял, что ему они вовсе не нужны. Но его пока была слишком привлекательной, и в тот злополучный день, в ночном клубе "Линкс-05" она принадлежала только мне. Мы нюхнули и забились в одной из кабинок. Даже не закрылись. Он тут же опустился на колени и расстегнул мою ширину, в это время справляясь со своей. Я смотрел на его макушку и поглаживал его торчащие волосы. При слабом освещении они казались чёрными, будто отпускаешь руку в смолу. Надрачивая себе, он вынул из моих трусов член и втянул его в свой рот. Я сжал зубы, чтобы подавить стон - этот парень был хорош. Сколько ещё членов было в его рту до меня? Думаю, целовать его не стоит. В любом случае, он уже отказал мне в том, чего я жаждал, так почему бы просто не попользоваться им и забыть? Но разве забудешь этот рот? Его язык быстро скользил по головке, а рот насаживался почти на всю длину. Но мне этого было мало. Я сильнее схватил его за волосы и стал насаживать глотку на член. Он задыхался, кряхтел и бил кулаками в стенку позади меня. "Заткнись, заткнись", - повторял я, запрокинув голову с закрытыми глазами. - "Дай кончить, ты такой медленный".       Кажется, я увлёкся и он блеванул, а потом заплакал. Бедный. Но мне было хорошо. Я несколько секунд тяжело дышал, отходя от оргазма, слушал, как его выворачивает и как он воет от боли. Он даже говорить не мог. Так сколько членов было в нем? Или все они были так нежны с ним? Никто ещё так не унижал его? Плевать. Я уже отрезвел и собирался выйти, как он, все ещё стоя на коленях, потянул меня за рукав. Его покрасневшие глаза слезились, а он, судорожно глотая воздух, пытался что-то сказать. "...рить. Д-давай?" "Что ты там бормочешь?" "Давай ещё повторим?" "Что? Да ты сейчас сдохнешь". "Н-не сейчас. Пот-том. М-м?" "Окей. Позвоню тебе через пару дней. Договоримся о встрече."       На следующий день я узнал, что он сдох от передоза. Жаль. Его рот был прекрасен. И зад очень милым.