Altior

Flashback.

Маленький альфа сидел под лунным деревом, горько плача. Единственное место, где его не могут найти. Сегодня очередная тренировка прошла ужасно. Как же Чонгук не любил тренировать стихию. Он плакал, обняв себя за колени, уткнувшись в них лицом. Прошло немало времени прежде чем Чонгук вышел за барьер.       — так вот где твоё укромное место? — улыбаясь, спросил альфа, который ждал сына снаружи. Чонгук сразу вытер лицо от слез, отворачивая голову. Повисло долгое молчание.       — почему ты плачешь, мой Такари? — успел спросить старший, а Чонгук вновь зарыдал с новой силой.       — мальчишки сказали, что это я виноват в том, что луна раскололась. Он взглянул на отца, надеясь услышать отрицательный ответ, но отец лишь кивнул головой в знак согласия.       — и ты расстроился из-за этого?       — я не хотел… Не хотел, чтобы так получилось.       — это твоя сущность Чонгук, — подмечает старший, шагая к младшему. Он приобнимает сына за плечи, дав тому успокоиться.       — ты не должен плакать из-за этого. Ты вообще не должен плакать. Если кто-то делает тебе больно, нужно сделать больно в ответ, а не прятаться тут.       — наставник учит нас, что высшим нельзя причинять вред своим, — шепотом признается мальчик.       — можно, — строго отрезает альфа, заставляя сына поднять глаза, — если я решил, что можно, значит так оно и есть. И они не свои. Ты намного выше их, — подмигивает он Чонгуку, и мальчик обнимает отца крепче, прижимаясь всем телом.       — чтобы я видел в последний раз твои слезы. Если тебе не нравится то, что говорят другие, даже если это правда, заставь их замолчать. Они постояли так еще немного, затем ушли во дворец. На следующей тренировке, обидчики потеряли свои стихии. И это не специально, просто Чонгук пока еще не научился управлять своей.

End flashback.

Тэхен ворочался в кровати, зачем-то проснувшись в такую рань. От переизбытка эмоций за вчерашний день омега проспал лишь пару часов. Решив немного подышать воздухом, он в спешке надевает легкую льняную рубашку и такие же брюки белого цвета, затем выходит во двор. Бледная луна прощалась с ночью, скрываясь с неба. Прохладный ветерок дует, развевая и без того растрепанные кудри. Тэхен проходит в дальний двор прогуливаясь, как обычно летая в своих мыслях, но останавливается как видит перед собой его. А на «Альфе» принято просыпаться в такую рань? Нет, они были тут одни. Омега замялся и уже хотел уйти, как его окликнули.       — опять разгуливаешь один? Выбора нет, надо ответить. Тэхен неспеша подходит к скамье на которой сидел мужчина.       — да, что-то не спится. А вы чего тут сидите?       — тоже не спится, — сухо отвечает альфа и откидывает голову назад, прикрывая глаза. Ну вот, разговор исчерпан. Наверно стоит вернуться обратно. Но Тэхен не может просто так уйти. Он разглядывает этого мужчину так, как будто видит его первый раз в жизни. Лицо альфы такое спокойное и безэмоциональное сейчас. Тут видимо только Тэхен испытывает эмоции. Эти прокачанные руки, которые теперь, когда на альфе футболка в обтяг, можно разглядеть еще лучше. И Тэхен разглядывал не смущаясь. Ведь альфа всё равно не видит. Он столько всего хочет спросить о своих соседях, и немного рассказать о себе, ведь они так сильно отличаются. Да и когда еще будет подходящий момент, если не сейчас.       — а правда, что на «Альфе» есть место откуда луну видно вблизи? — чуть замявшись, все-таки решился спросить Тэхен, присаживаясь рядом.       — правда, — коротко бросает Чонгук, не открывая глаз.       — я бы очень хотел посмотреть. В детстве я читал о том, что луна на «Альфе» отличается от нашей. И как это возможно, если она одна? Наверно это просто из-за того, что тут она чуть дальше чем у вас, — зачем-то делился омега, зная, что его не слушают. Он поджимает губы, комкая в руках свои брюки. Наверно стоило уйти сразу.       — любишь книжки читать?       — да, очень. Я прочитал много книг в читальне. Не все конечно, но больше чем остальные, — опять начинает лепетать омега, воодушевившись, — а вы любите читать?       — да, — все еще сухо отвечает Такари, наконец-то открывая глаза и разворачиваясь к Тэхену.       — а что вы еще обычно делаете? Этот мальчишка прикопался к нему в такую рань. Ему бы сладко спать в такое время, а он подружиться пытается. Сейчас он выглядит еще красивее, чем вчера, хотя скорее всего только проснулся. Его кожа смуглая, переливается бронзовым оттенком, и так хорошо выделяется на фоне белой одежды. Эти омеги отличаются даже кожей. Хотя нет, он был тут такой один. Невинно хлопающие, ярко-голубые глаза так и ждут ответа.       — обычно мы больше тренируем стихию, чем учим историю, — спокойно объясняет Чонгук, — «Альфа» больше похож на большую военную базу. Он скользнул взглядом по откровенному вырезу, потому что омега оставил несколько пуговиц расстегнутыми, случайно, а может и нет. И второй, заметив это, решил отсесть чуть дальше.       — боишься?       — просто, про вас тут много рассказывают. И я думал, что вы в жизни намного…       — красивее? — усмехается Чонгук, смущая Тэхена.       — нет! Вы красивый! — вдруг выдает омега и обреченно выдыхает, понимая, что только что сказал. Такари не может сказать, что его это не забавляет. Он конечно заставлял омег смущаться, но чтобы так.       — я думал, что в жизни вы будете намного страшнее. Таким, каким вас описывали люди. Я вообще представлял там чудовище. А вы ведь совсем не страшный. Просто немного грубый и все, — признается младший.       — немного грубый? И когда я успел нагрубить тебе?       — не грубили… Просто вы так смотрите, — сам не зная зачем, говорит высший, вновь прикусывая губу.       — как так? — Такари двигается ближе, зная, как сильно сейчас смущает омегу. Никакая плита сейчас не летит на Тэхена, и опасности нет. Но почему это глупое сердце так сильно бьется? Поняв, что чужое дыхание вдруг стало громким, Тэхен резко встает и спешит удалиться, напоследок решив поумничать.       — у нас нельзя так смотреть на омег, — резко возмущается он хмуря брови.       — мне можно.       — почему это? — хмыкает омега.       — потому что я так решил, — усмехается Такари, а Тэхен не поняв смысла, направляется ко дворцу.

****

На протяжении всего оставшегося утра, и даже обеда, Тэхен старался не встречаться взглядом с мужчиной. Они провели много времени на складах, изучая военную технику и оружие. Тот беловолосый, чье имя было Намджун, успел сдружиться с их командиром, который не отходил от альф ни на шаг, постоянно рассказывая что-то. И как же Тэхену было не интересно их слушать. Он бы очень хотел побывать на «Альфе» и прочитать те же книжки, о которых утром говорил Такари. Поговорить с местными и узнать о их быте. И возможно они бы показали ему луну вблизи. Но его совсем не впечатляли разговоры о вооружении соседей, а альфы разговаривали о нем так, как будто это было самой интересной темой в их жизни. После полудня, наконец-то закончив с осмотром и забрав пару образцов к себе на корабль, солдаты решили поесть во дворе. Потому что от этой невыносимой жары, спасал лишь прохладный ветерок. Небольшая беседка из белого камня, увитая ярким плющом, собрала под собой новых знакомых.       — тут всегда так печет? — возмущается Намджун, усаживаясь за стол.       — обычно нет, но почему-то как вы прилетели, стало невыносимо душно, — Чимин громко отвечает, привлекая внимание.       — просто, как мы прилетели, кому-то стало невыносимо жарко, — подмигнул альфа, а Чимин в тысячный раз за сегодня закатил глаза. Тэхен сел рядом с другом, пытаясь игнорировать пристальный взгляд того, кто уселся напротив, задевая ботинком ногу омеги.       — так, вопрос на вопрос, — предлагает Хосок, дожевывая еду. Еще и веселый, отмечает Юнги, который наблюдает за командиром «Омеги» весь день. Он наконец-то нашел альфу, не такого как все. Не то чтобы он искал, просто его альфы были совсем другими. Командир был дружелюбным и спокойным. Он был жилистым и некрупного телосложения. От него веяло радушием. Альфа легко нашел общий язык со всей группой, постоянно рассказывая какие-то истории и смеясь.       — о-о, отлично. Я первый, — воодушевился Намджун, — правда, что у ваших омег до сих пор есть течки, — как ни в чем не бывало спрашивает альфа, а Чимин давится, заставляя Тэхена похлопать себя по спине.       — ты совсем что ли?! О таком нельзя спрашивать, — пытаясь откашляться, возмущается младший.       — почему нельзя?       — потому что… Подожди, что значит «До сих пор есть»? У ваших омег нет течек? — в ужасе раскрывает глаза Чимин.       — нет, у наших омег нет течек, — также буднично добавляет Кияри.       — так значит есть. И как вы справляетесь? — не успокаивается Намджун, улыбаясь.       — никак. Нужно терпеть и все, — фыркнул Чимин, на что даже Такари удивился.       — что значит терпеть? — альфа, вновь задевает ногу Тэхена.       — ее можно проводить только с мужем. А до этого спать ни с кем нельзя, — объясняет Чимин, а Кияри начинает громко смеяться, видя ахуевшее лицо Намджуна.       — вселенная сейчас кого-то жестко наебала! — кричит друг, обращаясь к Такари, отчего второй тоже начинает тихо смеяться. Он еще и смеяться умеет, подмечает Тэхен, делая вид, что до сих пор не замечает чужой ноги.       — и ты хочешь сказать? Что вы ни с кем не ебетесь? — продолжает недоумевать Намджун. Чимин, зная, что Тэхен никогда в жизни не слышал таких слов, сжал ладошку друга. Нет, он не собирается уступать этому амбалу.       — да, мы ни с кем не спим, — злобно фыркнул омега.       — а наших омег не обязательно звать замуж, чтобы они показали на что способны, — язвит Кияри, заставляя Чимина поморщиться.       — как он меня ждал, — тянет Намджун, расплываясь в ухмылке, отчего все сидящие за столом, взрываются от смеха. Чимин, который был в шоке от наглости второго, благодарил вселенную, что сегодня эти солдаты улетают. Тэхен вообще прослушал над чем все смеются, потому что сейчас все о чем он думал, это был чужой ботинок, прижимающийся к его ноге. Спасибо солнцу, что так сильно печет, и никто не замечает его пылающих щек.       — какая у тебя стихия, Тэхен? — внезапно спрашивает Намджун, заставляя второго вздрогнуть и отстраниться от чужой ноги. Все посмотрели на омегу, дожидаясь ответа. Повисло недолгое молчание. Такари не сводил глаз с мальчишки, замечая, как сильно тот вжался в друга. И Чимин, решив спасти ситуацию, приобнял младшего за плечи.       — нам нельзя просто так называть свои стихии, — врет, хмыкая.       — как вы любите все усложнять, — цокнул альфа, — хочешь дам подсказку насчет моей? Я кое-что метаю.       — глупые шутки, прямо в сердца противников?       — тебя делают Джун, делают, — Кияри прыснул в кулак, а Чимин довольный откидывается на спинку, и победно скрещивает руки на груди. Как пожалеет этот омежка, что ни с кем не спал до Намджуна. Альфа рассматривает высшего, толкая языком щеку.       — ну сдайся, ты ему проиграл, — Такари встает, усмехнувшись. Он заправляет футболку в черные карго, потому что от жары она неприятно прилипла к прессу, выделяя четкие кубики, и Тэхен зависает на этом прекрасном зрелище. Друзья встают следом, собираясь расходиться.       — а как Юнги будет рожать, если у него нет течки? — внезапно интересуется Чимин, заставляя всех альф нахмурится. Юнги растерянно поднимает глаза на Такари. Можно заметить как старший сжал кулаки в карманах, отчего вены на руках вздулись сильнее. Он тяжело выдыхает, кинув мрачный взгляд на Чимина. Омега быстро поспешил удалиться, не отвечая на заданный вопрос, а Тэхен замечает, что Такари идет следом за своим солдатом. И лишь после строгого взгляда Намджуна, Чимин понял, что сказал что-то лишнее. Оказывается он умеет быть серьезным.       — Юнги бесплодный, — коротко разъяснил старший. Повисло неловкое молчание, которое прервал Кияри, толкая их нового знакомого в плечо.       — пошли потренируемся, командир, покажешь нам свою стихию, раз говорить вам нельзя, — выдает альфа, выходя из беседки. Омеги остались вдвоем. Тэхен знает, что Чимин не хотел никого обижать. Он вообще-то очень добрый и милый. Младший приобнял друга, укладывая голову на его плечо.       — ты знал? — грустно шепчет Чимин, получая от второго кивок согласия.

Flashback.

Десятилетний омежка сидел позади тренировочной площадки, спрятавшись. Он тер новый ушиб, полученный во время тренировки. Юнги не хотел плакать, но слезы сами лились. Он вытер их маленькой ладошкой, шмыгнув носом. Когда он вырастет, то обязательно докажет всем, насколько сильна его стихия. Чонгук подошел сзади, наконец-то найдя омегу. Мальчик присел рядом, рассматривая синяк на ноге младшего.       — хочешь кое-что покажу? — негромко спрашивает он, а Юнги кивает в ответ, вытирая слезы. Чонгук опустил ладонь на землю, прикрыв глаза. Спустя пару секунду под ладонью альфы прошла небольшая трещина. Затем он взял ладонь Юнги и опустил на трещину.       — подумай о чем-то хорошем, — шепотом убеждает альфа. Юнги немного замявшись, прикрывает глаза. Маленький водный пузырь скатывается в трещину, и через какое-то время от туда появляется зеленый росток. Омега не может поверить своим глазам, у него наконец-то получилось сделать это. Он радостно захлопал в ладоши, обнимая друга. Чонгук усадил его к себе на колени, потрепав по голове.       — это слияние стихий, — поглаживая светлые волосы, начал объяснять альфа, — есть стихии, которые подходят друг-другу, и тогда происходит слияние, если подумать о чем-то хорошем. Когда станешь старше, обязательно научишься делать своей стихией что-то хорошее, — Юнги лишь молча слушал старшего, кивая головой, — и больше не плачь, — нахмурился Чонгук, — иначе я буду наказывать тех, кто тебя обижает. И омега знал, что это чистая правда. Чонгуку не обязательно было говорить что-то. Им было спокойно в объятиях друг-друга. Лишь спустя много лет, омега понял, что стихия Чонгука не может сливаться с другой, и тем более быть связана с чем-то хорошим.

End flashback.

Такари медленно подходит к Юнги, обнимая его сзади. На пустыре никого не было, лишь красное солнце уходило в закат, отпуская жару до завтрашнего утра. Все ушли на тренировку, устроенную Кияри, который был любителем повыделываться своей стихией.       — этот Чимин такой забавный, — проморгавшись несколько раз, улыбается Юнги, чувствуя, тяжёлое дыхание друга.       — наказать его? — сухо усмехается Такари, оставляя легкий поцелуй на шее омеги.       — только это и умеешь, — успевает обиженно выдохнуть Юнги, прежде чем Чонгук развернул его, впиваясь в мягкие губы. Альфа целует нежно, но крепко, придерживая затылок друга. И Юнги обмяк в сильных руках, поддаваясь поцелую, потому что только перед Чонгуком он мог снять свою маску, сильного и независимого солдата, которого как и всех остальных на «Альфе» волновало только оружие и надвигающаяся на них опасность. И Чонгук знал это, позволяя Юнги обнимать себя крепче, целуя будто в последний раз. Потому что он разрешал своему омеге, быть не таким как все.

****

Тэхен прогуливается с Джином по большому саду. В этом году деревья несут пышные плоды. Листва шумела играя с легким ветерком. Несколько человек из охраны шли неподалеку, сопровождая правителя.       — интересно, они еще вернутся сюда, — негромко интересуется омега, кинув осторожный взгляд на старшего.       — надеюсь, что нет.       — знаешь, он не такой уж и плохой, каким его описывают, — невинно улыбается омега. Джин останавливается, оборачиваясь на племянника.       — конечно не такой. Он намного хуже, Тэхен, — шипит старший, начиная злиться.       — но я разговаривал с ним, и мне показалось, что он…       — он не тот за кого себя выдает! Ты не должен общаться с ним. Я надеюсь, что они отправят нам образцы через пару недель, и забудут про это место, — грубо обрывает Джин.       — почему ты так уверен в этом? Может все это просто слухи? Он ведь был совсем ребенком, когда ты его видел, — возмущается Тэхен, не понимая почему дядя не хочет даже слышать о том, что альфа может быть другим.       — он высший чистокровный, — резко отрезал Джин, а глаза младшего тут же наполнились непониманием и тревогой. Повисло громкое молчание. Тэхен не может поверить, что Джин скрывал от него правду столько лет. Правитель подходит к младшему и берет его за руку.       — прости, милый, я не мог сделать этого раньше. Надеюсь Такари ничего не поймет, — с печалью заключает старший и оставляет в руках омеги большое красное яблоко.

****

Все солдаты, шумно переговариваясь, собрались у корабля, где их уже ждали Такари с Юнги. Парни были воодушевлены проведённой тренировкой.       — в следующий раз я сделаю тебя, Кияри! — выкрикнул один из альф приобнимая напарника за шею, — вы только обязательно возвращайтесь! За прошедший день все успели привыкнуть к солдатам с «Альфы». Они были не плохими ребятами, и стихии у них были намного сильнее чем у местных, можно было много чему поучиться. Чимин, который пропустил бессмысленную на его взгляд тренировку, тоже пришел попрощаться. Он не спеша подошел к Тэхену, напоследок рассматривая отряд. Еще не хватало, чтобы они вернулись сюда.       — ну что солдат, еще увидимся, — улыбается Намджун, обнимая Рами.       — я был рад познакомиться. Надеюсь еще увидимся, — негромко выговаривает Юнги, по очереди обнимая, уже полюбившихся ему омег.       — отойдем? — немного растерянно предлагает Чимин, надеясь, что старший примет его извинения за сегодняшнюю неловкость. Тэхен, видя, что Такари разговаривает с солдатами, ждал подходящего момента, чтобы подойти. Он топтал ботинком землю, смотря под ноги, пока не наткнулся на чужой. Омега медленно переводит взгляд на командира, который подходит вплотную, заглядывая мальчишке в глаза.       — если вы когда нибудь сюда вернетесь, я обязательно покажу вам красивое место, — негромко признается омега, закусывая губу. Видя, что старший усмехнулся, он протягивает тому яблоко отданное дядей, — оно из нашего сада. У вас такие есть?       — нет, — высший рассматривая самое обычное яблоко.       — оно очень вкусное, — счастливо улыбается омега, протягивая фрукт старшему. Чонгук забирает яблоко, касаясь ладони омеги, отчего тот тушуется, краснея. Альфа медленно наклоняется, задевая губами маленькое ушко.       — я обязательно сюда вернусь, — шепчет, а у Тэхена от этого горячего дыхания по спине бегут мурашки. Омега тяжело вздыхает, видя как Такари поднимается на борт корабля.       — если вдруг ночью увидишь в небе молнию, это я передаю тебе привет, — чуть наклонившись, подмигивает Намджун, заставляя Чимина недовольно фыркнуть. Отряд поднялся на борт, оставляя солдат позади. Тэхен сжал ладонь друга, наблюдая как корабль поднимается в воздух.       — Зевс недоделанный, надеюсь он помрет от собственного разряда, — шипит Чимин, не сводя глаз с корабля, — и какого хрена ему досталась такая сильная стихия? Тэхен улыбается, в мыслях надеясь, что о нем не забудут и обязательно вернутся.       — почти расплакался, — Кияри наиграно вытирает слезы.

Чонгук садится в кресло, пристегиваясь. И вроде бы все прошло отлично, но почему-то сердцу было тревожно. Оно усиленно пыталось докричаться, что улетать не стоит, но альфа давно научился его не слушать. Перед глазами мелькает лишь образ невинного мальчишки, и это начинает ужасно злить.

Потому что слишком яркими были его глаза.