Лавочка

      Каменные изваяния как и всегда наблюдают за тем, как Деревню ниндзя накрывает сумрачным покрывалом, расстилая по улицам и дворам приятное беззвучие. Ветер гудит меж домов, напевая только ему одному известную мелодию, завывает в водосточных трубах, свистит в прорехах. Легко под его натиском колышутся ветки деревьев, отбрасывая танцующие тени на пустынные дороги. Редкие прохожие медленно бредут по знакомым улочкам, возвращаясь домой — кто-то с продуктами, кто-то с хорошими вестями, а кто-то же просто решил прогуляться, остужая гудящую голову прохладным воздухом. Окна домов еще пестрели в темноте скорой ночи теплыми лучами ламп, сливаясь между собой в одну большую гирлянду. Где-то из квартир слышались голоса домочадцев, порой, от них отвлекали звуки радио, что вещало из динамика спокойную музыку. А где-то уже стояла мертвая тишина — ни света, ни голосов людей или звуков радио. Может, в одной из таких квартир проживал человек, что тоже вышел прогуляться по ночной Конохе, оставляя за собой шаркающий звук подошвы. Глаза устремились к небу — такому величественному и далекому, с полным заходом солнца рассыпающее на своем темном полотне драгоценные камни звезд. Так и манящие к себе мнимым спокойствием и бесконечностью, что испарялись с наступлением нового дня. И хотелось бы прямо сейчас утонуть в этом глубоком, мрачном омуте, позабыв о теле и бренном мире, его проблемах и даже людях. Хотелось, как эти могучие изваяния из камня, молчаливо созерцать, рассматривать красоту мироздания, не прикасаясь к нему, не погружаясь с головой в проблемы и недочеты, что были допущены Всевышнем при разработке своего творения. Но столь заманчивым мыслям не дано было воплотиться в реальность, а посему взгляд с неба вновь был направлен в темноту длинной улицы. Мужчина вдохнул промозглый сентябрьский воздух, прикрыв глаза, и продолжил свой путь. Чем дальше он заходил тем меньше было вокруг людей, а вот звезд на небосклоне только больше. Спокойствие постепенно заполняло его душу, заставляя забыть про заботы и волнения этого дня. Пара шагов и столько же метров отделяли его от скамейки на детской площадке, куда он любил ходить каждый поздний вечер. И сидящая там с недавних пор тень не давала ему полностью расслабиться. Но ведь на эту лавочку мужчина садится не первый месяц, не то что не первый день, и уступать её кому-то другому было несколько неприятно. Из-за чего уже вторую неделю он созерцал ночную красоту и спокойствие деревни не один, а с розоволосой незнакомкой. Он не знал кто она, не знал её имени, не знал почему она сидит здесь — знал только что она медик, и очень хороший. А она же, скорее всего, прекрасно знала мужчину — Шестой Хокаге, как ни как. Но никогда ни один из них не оборачивался, не говорил со своим соседом — как только кто-то из них уставал, он просто вставал и уходил прочь — ни «до свидания», ни «спасибо за компанию». Поразмыслив с пару секунд, он все же подошел и сел на лавочку. Девушка даже не вздрогнула, сидела спокойно, вглядываясь в далекие глубины неба. Сам же мужчина, хоть и казался безучастным, но краем глаза все равно наблюдал за ней, отмечая, что она выглядела как и всегда: волосы под каре обрамляли личико, скрывая от кого попало, руки в нескольких пластырях были сцепленны воедино — стандартная поза незнакомки, ничего особо примечательного, как могло показаться с первого взгляда. Но вот только в руках проскакивала заметная нервозность, спина была уж слишком прямая, а нога то и дело дергалась.

«Не мое дело», подумал он, но всё равно иногда поглядывал на девушку.

«Я тут ни при чем», промелькнуло в сознании, когда он увидел капли слез падающие на розовую накидку.

«Я ни чем не могу ей помочь», уверял он сам себя, когда услышал тихие всхлипы и хотел было уйти, но его опередили.

«Так будет лучше… Да же?», глядя на отдаляющийся силуэт и развевающуюся розовую накидку, секунду колебался он, после отвечая, что — да, так будет лучше.

Но почему то даже когда фигура скрылась во тьме переулка, он не отвел взгляд, будто думая поймать её фантома, призрака. Но все безуспешно. Его взгляд вновь устремился в небо, надеясь что это странное ощущение пустоты пройдет. Но оно лишь в ответ безжизненно смотрело на него и не пытаясь помочь, казалось, даже сухой укор слышался в завываниях ветра.       — Ну и что я мог сделать? — неожиданно для самого себя, начал рассуждать вслух шестой, будто обращаясь к небу. — Я плохо успокаиваю людей, а тем более девушек, я бы ей ничем не помог, — вот дожил, уже оправдывается перед природой ни за что. Он взглянул в переулок, где растворилась девушка, и мрачно вздохнул — что-то было не так с ней сегодня, и Хокаге чувствовал, что он еще побеспокоится за эту незнакомку.       — И о чем я только думаю, — облокотившись на спинку лавочки, задумчиво протянул он. Но лучше бы он просто забыл этот случай, чем просидел так до рассвета, потеряв счет времени.

***

Не выспавшись было работать куда сложнее — казалось, что стопки документов и бумажек поднимались к самому потолку… а может так и всегда было. Ну не любил он эту бумажную волокиту, ну что тут можно было поделать. Так сегодня ещё и стал нужен всем резко. Не то чтобы раньше был не нужен, но сегодня было ощущение, что к нему пришли все жители деревни, а не только ниндзя вернувшиеся с миссий. Понимаете, он сидит, весь такой из себя важный и уставший. Занимается этими бесконечными бумажками, а к нему людей приходит больше, чем он успевает читать слов в документах. Весело? Вот и Какаши не особо. А ведь это только ранее утро…

**

День не пролетел, нет — он протащился по всем камням, ухабам, залез в речку и только потом свалился на мужчину ночью за окном и готовностью заснуть на ходу. Ну, зато завтра ему будет меньше бумажной работы, правда, это ни капли не возможно, но Хокаге очень хотел в это верить, как верит вот уже два года, но что-то это ни капли не работает. Мужчина устало выдыхает, только вступив на порог дома и идет по давно изученному маршруту прямиком в мягкую кровать. Даже не удосужившись снять уличную одежду, он, со стоном долгожданного удовольствия, ощущает под головой прохладу подушки. И тут уже хочешь не хочешь, а мозг быстро отключится, даже не придаваясь размышлениям — что там с розоволосой девушкой он даже не вспоминает, толкая под нос странные картинки воспоминаний из которых строятся такие же странные сны мужчины.

***

      — Не пришла, — присаживаясь на лавочку, пробубнил мужчина. С того происшествия прошло три дня, и все это время Какаши не приходил сюда — как-то слишком внезапно на него навалилось то одно, то другое, будто весь мир решил выступить против мужчины, подсовывая ситуации повышенной сложности одну за другой. А ведь Хокаге не выбирал уровень хардкор в настройках, что это за беспредел? Тяжелый выдох разрезал пустоту одинокой площадки, растворяясь в ночном воздухе. Мужчина откинулся на скамейку, прикрывая глаза. Слух ласкал тихий шелест деревьев, издали доносились приглушенные голоса — некоторые выпивали даже в столь поздний час, тем более, что завтра выходной день. Остаться одному дома и выпить бутылочку саке казалось очень даже заманчивой идеей, но ему придется доразбирать документы по миссии, что закончилась сегодня и, к сожалению, со значительными потерями. Месяц, месяц он читал отчеты и доклады, а сегодня его оповещают, что все закончилось успешно только для трех человек из восьми — и двое лежат не в больнице, а холодной земле. Хуже новостей под конец дня он не слышал уже давно. Так еще и Тсунаде сегодня приходила или как она выразилась — «По дороге было, вот и зашла», и мельком рассказала о состоянии раненых, или точнее — полуживых ниндзя. Так что весь день он провел как на иголках, а когда пошел в больницу главврача на месте не оказалось — она была в операционной, занимаясь одним из пострадавших, и ему сказали приходить завтра. Во всей этой канители событий он и не вспоминал про розоволосую незнакомку, что было как бы очевидно — зачем из-за такого пустяка волноваться? Но вновь придя на эту площадку, окинув взглядом не изменившуюся лавочку, на которой в этот раз никого не было, что-то внутри едва ощутимо заныло, а в мозгу всплыли обрывки своих же мыслей.       — «Вот ведь черт, видимо, я все же влип», — пронеслось у Хокаге в голове, прежде чем он услышал вдалеке обрывки фраз двух девушек.       — Госпожа Харуно потеряла сознание… Тяжелый случай…       — Она уже неделю работает сверхурочно… Пострадавшие ниндзя без улучшений… Еще и Шестой Хокаге заходил… — после он уже ничего не мог расслышать, но выводы сумел сделать.       — Потеряла сознание… — задумчиво повторил он слова девушки, — ранения у тех ниндзя и правда очень тяжелые, потребуется много усилий, чтобы вернуть их в нормальное состояние, — глаза мужчины устремились в направлении больницы. — Думаю, в ближайшее время я не увижу главврача Харуно. Слова улетели в звездное небо, что молчаливо слушало его, принимая каждое слово. А вот мысли продолжили крутиться в голове, формируя клубок вопросов и переживаний. И оставаться с ним один на один никакого желания у мужчины не было, а потому он поднялся с лавочки, слегка покачиваясь и, хрустнув позвонками, направился домой. Даже не подозревая насколько был прав в своих последних словах.

***

      — Простите, но госпожа Харуно на операции.       — Ничего, я зайду в другой раз.

--

«Здравствуйте, сообщаем, что госпожа Харуно уехала из деревни и вернется только завтра»

      — Спасибо, что хоть сообщили, а то я уже идти собирался, — читая извещение, безрадостно прокомментировал мужчина.

--

      — Я и не заметил, что уже так поздно, — смотря на часы, вздохнул Шестой Хокаге, — смысла идти в больницу нет, навещу их завтра, вставая из-за стола, пообещал стенам мужчина, собираясь идти домой.

***

      — М-да, — смотря на вывеску «закрыто на санитарную обработку» своего любимого магазинчика, вздохнул Хокаге, потирая затылок, — что-то мне не везет в последнее время — самое нужное из-под носа убегает. Он выдохнул и оглянулся вокруг — искать другой магазин было лень, а санитарная обработка закончится завтра, а, значит, без баклажанов он может вполне спокойно провести этот день. И нет — ему ни сколечки не обидно, что его любимый мисо суп с баклажанами придется отложить на день грядущий, ни капли. Ну, может, слегка.       — Ну, ладно, пойду домой, что ли, — только мужчина повернулся в сторону своего дома, как навязчивая мысль ударила в голову, зудя где-то на подкорке мозга. И Хатаке Какаши был бы не Хатаке Какаши, если бы старательно не игнорировал её, идя домой, но не замечал, как ноги несут его в абсолютно противоположном направлении.       — Ну и как я здесь оказался, — с подозрением смотря на здание больницы, поинтересовался у пустоты мужчина. Тусклый свет в окнах ещё горел, хотя на часах была ровно полночь. Даже странно приходить сюда после всех неудачных визитов и заварушкой с главврачом. Конечно, в итоге она написала письмо в котором сообщила, что будет свободна утром уже завтрашнего дня, и мужчина может придти и поговорить с ней с глазу на глаз, но набегался он тогда знатно. Технически, конечно, сейчас уже завтра, ну, то есть… сегодня. Но навряд ли госпожа Харуно на месте, а если это и так, то как-то неприлично приходить в такой поздний час.       — Просто пойду домой, — отгоняя сомнительные мысли, озвучил Хокаге самое правильное в такой ситуации решение, пожав плечами, — но не как в тот раз, а точно домой. Вот только не успел он пройти и двух метров, да даже развернуться не успел, как на него налетела девушка. И с тихим «Ой, простите, пожалуйста» поклонилась.       — Ничего страшного, — улыбаясь одними глазами, ответил мужчина, — будьте осторожней. И вот, кажется, теперь то он должен спокойно уйти, но судьба его либо ненавидит, либо очень насмешлива — другие объяснения так же имелись, но озвучивать их было слишком уж некультурно.       — Подождите, вы же Хатаке Какаши? — так, ему уже не нравится начало этого всего, но не грубить же бедной девушке.       — Он самый, — уже без улыбки отвечает он, попутно рассматривая свою собеседницу: халат, документация и пакет с продуктами — всё понятно — перед ним медсестра, а значит можно выдохнуть с облегчением.       — Вы ведь искали госпожу Харуно? — она говорила с ним ни капли не нервничая, её медицинская выправка даже немного смущала мужчину, она выглядела слишком уж серьезной.       — Верно, искал, — с толикой удивления ответил он. Вот чего мужчина не ожидал услышать в такой поздний час, так это то, о чём он только что думал. Вселенная что умеет читать мысли?       — Могу вас обрадовать, — на этом моменте её лицо наконец-то немного смягчилось и перестало быть таким сосредоточенным, — главврач сейчас здесь и она свободна, — девушка даже улыбнулась. Неужели это всё из-за не купленных баклажанов или он просто спит? Если это сон, то можно не просыпаться — четыре чёртовых дня он специально пытался «поймать» её, а тут абсолютно случайно пришел и все сложилось лучшим образом.       — Спасибо большое, что сообщили. А где я могу её найти?..       — Ох, позвольте проводить вас, она сейчас на перерыве и потому находится за пределами больницы, — она подошла ближе к нему, указывая куда-то в направлении каменного монумента.       — Простите за внезапный вопрос, — осознание тотчас же ударило в его голову.       — Да-да, слушаю.       — Она на детской площадке? Девушка даже слегка опешила, когда услышала локацию своей главы. Но быстро взяла себя в руки и только кивнула в знак согласия.       — Спасибо большое. Если бы он сказал, что бежал к той самой лавочке на детской площадке, как не бегал никогда, то это была бы наглая ложь — он плёлся как черепаха. Не ну, а зачем спешить — утра вечера мудренее как говорится, а лишние пять минут для того, чтобы привести смысли в порядок лишними не будут. Ну кто бы мог подумать, что всё это время он бегал за одним и тем же человеком. Прямо таки лучший твист в его жизни случается прямо сейчас, и он в первых рядах. Что же сказать… — ну как бы, здравствуйте, это я Шестой Хокаге, который каждый вечер сидел с вами на лавочке, — ну, это бред сумасшедшего. Хотя будет еще веселее, если этот самый Хокаге ошибся и сложив два плюс два, получил пять. Тогда твиста не получится, и он просто поймет, что никогда не был годен в детективы. А вот уже и виднеется площадка, а чуть подальше заветная лавочка — его радость и отрада, решение этой санта барбары. Только вот… Там никого нет — пусто.       — Да вы издеваетесь… — тут мужчине стало совсем не весело, в голосе проскочила понурость и раздражение. Он опять пришел ни к чему, может, та девушка ему соврала? Исключено. Но как иначе объяснить, что здесь никого не было, и по дороге из больницы он тоже никого не видел.       — По дороге сюда… — он на секунду задумался, вспоминая последнюю встречу.       — Если моя теория верна, то я должен был выйти не здесь, а… — он посмотрел на соседний проулок, метрах в пяти от себя по диагонали. — Ладно, чем черт не шутит. Направляясь к возможному решению всей этой головоломки, мужчина пообещал себе не смотреть на лавочку. Только когда перед его глазами расстелился иной путь к больнице, а за спиной находилась предполагаемая им пустота, он со свистом втянул воздух и уже ни на что не надеясь развернулся.       — Да вы издеваетесь, — на этот раз никакой едкости в голосе и не проскакивало, только едва сдерживаемая улыбка под маской и изучающий взгляд. Немного погодя, он все же решился подойти ближе, рассматривая хорошо знакомый образ: розовые под каре волосы, что неаккуратно спадали на умиротворенное личико, таже розовая накидка и ободок немного наискось — это была его незнакомка, его главврач — госпожа Сакура Харуно. Девушка тихонько посапывала, улегшись на импровизированную подушку из сумки. Луна освещала её красивые черты лица, показывая всяк проходящему, тогда как волосы же наоборот, пытались скрыть их, спадая на лицо хозяйки розовыми прядями. Хокаге не помнит в какой именно момент, он сел на корточки перед лицом девушки, заботливо убирая мешающиеся волосы, заправляя их в ободок, но очнулся он точно от вопросительного взгляда зеленых глаз, что, по видимому, изучали его уже какое-то время.       — Э, извиняюсь, я, ну… — мужчина начал быстро оправдываться, отпрыгнув на безопасное расстояние, но ничего кроме междометий из его рта не вылетало, и он просто замолчал, пока его собеседнице не стал виден румянец.       — А, это вы, — уставший голос девушки разрезал тишину так же внезапно, как и стал известен факт, что ситуация её нисколько не удивила. Она лишь поудобней села на лавочке, потянувшись, и вопросительно посмотрела на мужчину, что, кажется, пытался слиться с пейзажем. Надо признаться, дерево он играл с заметным профессионализмом, что было для него неожиданно, — даже корни бы в скором времени пустил. Вот только судя по выражению лица главврача, ей это было совсем не по душе. Ну, а что он мог сделать? Его рот от легкого шока даже забыл что и как вообще говорить. Оставалось только одно — присесть на лавочку, отложив корнепускание на другой день, и принять тот факт, что розоволосая незнакомка и главврач госпожа Харуно — это один и тот же человек.       — Э… — подходя ближе к девушке, слишком уж осипшим голосом вырвалось у него, — можно присесть?       — Конечно, господин Шестой, — на её бледном личике заиграла слабая улыбка, и она быстро убрала накидку с лавочки.       — Спасибо, — впервые за долгое время его вновь назвали господином Шестым, что всегда было довольно смущающе, он все же не был любителем этого официоза. И, присаживаясь рядышком, решил сказать это напрямую:

— Пожалуйста, не надо так официально, я не привык.