Шах и Мат

Загорелая, крупная, грубая рука с черными татуировками на запястье, убрала две пешки с шахматной доски, зажав их между пальцев. Так, что на игровом поле не осталось больше ни одной белой фишки. — Вот так. Шах и Мат! Хе-хе! — Звучал довольный глубокий голос. — Да блять! — Ударив кулаком по столу так, что оставшиеся чёрные фигуры подскочили на шахматной доске, вскрикнул разъяренный своим проигрышем Хидан. — Сколько можно?! Ты, грёбаный жулик! — Хидан, я старше тебя на шестьдесят девять лет, просто признай уже, что я превосхожу тебя не только физически. — Снисходительно спокойным тоном отвечал Какузу, что кротко улыбался под своей маской, наслаждаясь тем, как бесится его напарник. Тем, как тот скрипит зубами и сжимает кулаки до побелевших, словно йогурт, костяшек, тем, как сужаются зрачки малиновых глаз, как искренне он кричит на него, надрывая свои голосовые связки и тем, как при этом беспорядочно выпадают маленькие прядки седых волос из бережно зализаной прически. Всё это вызывало у Какузу ощущение, что его старые четыре сердца ещё не полностью превратились в камень, это заставляло их биться чаще. Чувства, что вызывал Хидан у мужчины, напоминали ему о том, что тот всё ещё жив, разливаясь золотистым мёдом по его прожжёной душе. Вдруг раздался яростный крик Мацураси, что развеял сладостную пелену удовольствия перед глазами Анимиру. — Ты?! Превосходишь меня?!! Старый придурок, да пошел ты нахер! И с этими словами, буйный молодой человек опрокинул стол с шахматами вверх тормашками, а две фарфоровые пешки разных цветов, приземлившись на пол, потеряли свои головы. Сам же парень, пыхтя и бормоча что-то себе под нос, вышел из общего зала, направившись в свою комнату. В ответ на это, мужчина лишь улыбался под своей маской, а когда остался в помещении один, то выдохнул, и улыбка сползла с уст, лицо же приобрело скучающее выражение. Крупные руки шатена аккуратно собрали все фигурки и сложили их вместе с доской, а сломанные пешки он починил, бережно приклеив головки к телам "солдатиков". Был уже глубокий вечер, потому Какузу не медлил, и после того, как убрал игру на полку, стал готовиться ко сну. Он отправился в ванную комнату, где лениво и сонно спустил с крупных бёдер на пол тёмные штаны с нижним бельем, и точно также освободил широкие плечи от пыльной безрукавки, а лицо от жаркой маски. Вот провернулась ручка смесителя и из душевого шланга полилась теплая вода. Она тонкими струйками потекла по накачанному загорелому телу, нежно обволакивая все его укромные места, струилась по мощной груди, разделяясь на похотливые дельты, и смешиваясь с мыльной пеной, которой омывался Какузу. Сам же мужчина был очень задумчив в этот момент, потому замер на некоторое время, провалившись в свои мысли. "Что на меня нашло..Почему мне вдруг стало так нравится наблюдать за этим придурком и от чего я получаю такой кайф?? Обычный малолетний полудурок,  какое мне до него дело? Да и он совсем страх потерял? Он же только что меня поносил самыми грязными словами, и я серьезно ничего ему не ответил?! Какузу, ты с ума сошел? Ты почему его не прибил? Гррх..." - Размышлял Анимиру и вдруг в его сознании всплыл привлекательный образ разъярённого напарника, от чего на смуглых щеках возник румянец. Вот, шатен наконец опомнился и его руки вновь бережно поскользили по рельефному телу, и в какой-то момент правая рука опустилась к паху, нежно отмывая его от грязи сегодняшнего дня. Но навязчивые мысли всё не уходили из головы мужчины, потому от прикосновений его крупный член предательски поднялся, а венки на нём набухли. Густые тёмные брови же сомкнулись к переносице, а затем сделались домиком. Тут непослушная фантазия начала выходить за рамки дозволенного, и грубая ладонь слегка сжала ствол хозяина, и большим пальцем неторопливо поглаживала возбуждённую головку, а после перекрыла им выход для спермы. — Мфх..~ Тихо выдохнул Какузу и дал волю своим чувствам: шаловливая десница стала всё больше потрясать его сознание при быстром движении вверх и вниз вдоль взбудораженного органа, раскрывая тайные желания мужчины, до тех пор, пока он не достиг пика возбуждения и не отпустил напряжённый член, что излил наружу своё сладостное семя. Плотно сомкнув губы, чтобы никто, за пределами ванной комнаты, ничего не слышал, Анимиру устало простонал, выдыхая. — Ммм-фх~Ха-ф...фх..~ Широкая грудь прерывисто приподнималась при вдохе и выдохе, пока руки смывали со ствола остатки расслабления шатена. Звуки воды стихли, и вода медленно стекала маленькими ручьями по спортивному телу. С длинных тёмных волос падали, разбиваясь об холодный кафель, ещё тёплые капли воды, а белоснежное полотенце бережно обмакнуло многочисленные швы на крупном туловище и обволокло мощные бёдра отступника. Так он направился в свою комнату, где надел нижнее бельё и чёрные спальные шорты ниже колена, после чего расположился удобнее в своей кровати и начался непрерываемый поток мыслей. "Твою мать...Хидан, сын собаки! Какого хера ты сидишь в моей голове? Идиот. Как мне мог запасть в душу этот придурошный? Эх, старый...давно не было у меня такого. Эти сраные, полудохлые бабочки в животе...как ребенок, ей богу. И я серьёзно на него дрочил? Там и дрочить не на чт...." — В воображении вновь всплыла детальная картина обнаженного Мацураси, и щёки вновь покрылись малиновым румянцем, тонкие губы растянулись в улыбке, а поток импульсивных мыслей был прерван. Но тут густые брови вдруг сомкнулись к переносице. — "Опять?! Это омерзительно. Не может быть такого, что бы я влюбился или хотя бы захотел этого засранца...хм..а как выпадают эти небрежные пряди волос, когда он зол, а его сверкающие малиновые глаза? Его задница, так и хочется в неё засадить, ещё и ходит вечно полуголый, будто провоцирует...А запах его, я даже не знаю с чем его сравнить, такой приятный...вот бы вкушать его вечность. Так! Ты совсем ебанулся? Я просто устал. Надо ложиться спать, утро вечера мудренее..." На этой мысли, уставшие зелёные глаза сокрылись за тяжёлыми веками и наш герой погрузился в царство снов Морфея.