Обещание


— Очень вовремя, мистер вице-президент. — Стэн Робертсон выдохнул с облегчением, несмотря на всю свою неприязнь к этому человеку. Как там дела с первым лицом государства — неизвестно. Связи с капитолийским холмом не было уже несколько часов. Он поставил металлический ящик на пол, сорвал ненужную больше пломбу, открыл его и вытащил устройство, похожее на старинный лэптоп. — Что это, мистер Стэн? Опять эти ваши ракеты? — Сэр, вы же знаете, что противник без проблем их сбивает. Нет, это кое-что поинтереснее. Проект появился во времена второй холодной войны между нами и китайцами с русскими. Он горестно хмыкнул — Думали, что никогда воспользоваться не придётся. Хорошо, что хотя бы вы прибыли, пройдёмте лучше в операционный зал, там есть действующий центр связи, он нам понадобится. Стэн ждал, что этого капризного придурка придётся уговаривать, но вице президент Оскар Батчелор молча двинулся вслед за председателем объединённого комитета начальников штабов. Они прошли по потерне мимо огромных герметичных дверей, толщиной как минимум пару футов. Как только их группа людей проходила мимо каждой такой створки, её приводы оживали, закрывая стальную плиту на массивные задвижки. Только Робертсон не был уверен в том, что все эти двери, рассчитанные на близкий ядерный взрыв переживут визит пришельцев. В том, что такой визит состоится, председатель не сомневался. Они прошли в лифт и спустились на тысячу футов под скалы. Весь ад остался на поверхности. Выйдя из лифтового холла, они опять миновали ещё одну особо толстую стальную дверь и оказались в ситуационном центре. За несколькими большими экранами сидели операторы в наушниках и Стэн подошёл к старшему из них. — Как дела, Майк? — Очень плохо, сэр. Луна не отзывается, Марс тоже. На Земле всё катится в преисподнюю. Мы только что потеряли связь с русскими. Они были последними, с кем удалось связаться на том континенте. Сообщили, что к их базе подлетела одна из тех громадин, после этого связь пропала. — Австралия молчит? — Да, сэр. Нас вызывает Гонолулу, они спрашивают, что им делать? — Пусть молятся. Теперь самое время. Стэн разместил чемоданчик на свободный стол, приложил палец к замку, раскрыл и начал вводить команды с кнопочной клавиатуры. — И всё-таки, мистер как вас там. Что это такое? Стэн начал закипать. Едва отошла на задний план немедленная угроза получить лучом от инопланетников, как этот гад тут же проявил свою спесь. Ну, ничего, это мы сейчас поправим, подумал председатель. — Этот проект задуман на случай гибели Соединённых Штатов Америки двести лет назад. Вас не должны были вводить в курс дела, проект имеет высший гриф. Это самая большая на сегодняшний момент термоядерная бомба. Мощность взрыва раз в десять выше, чем весь русский арсенал того времени вместе взятый. Заряд расположен в разломе, который проходит через континент. Разлом разойдётся миль на сто в разные стороны, разбудив все вулканы на планете. Пожелаем космическим ублюдкам удачной колонизации. — Вы сумасшедший! — Это вы все сумасшедшие, вместе с вашей дебильной корпорацией! Я почти уверен, что это именно после вашей больной идеи влезть на Пандору за дешёвыми ресурсами в Солнечной системе появились эти инопланетные твари. Оскар, зачем вы это делали? Ведь это вы привлекли их внимание. Так что теперь выполняйте то, что должны, раз сами открыли этот чёртов ящик! — Мы не виноваты! На той планете были только синие дикари. С луками и копьями! Не было у них такой техники! Они не могли помешать добыче и тем более, прилететь сюда! Стэн повернул устройство экраном к вице-президенту и потребовал. — Мы зря теряем время. Вводите ваш стандартный код стратегической обороны. Робертсон с мрачным удовольствием отметил, как побледнел вице-президент. — М-мистер Стен… Но ведь вы сами сказали, что все ракеты сбиты. — Это нужно чтобы персонал пункта базирования начал процедуру подготовки. Это большое и сложное сооружение. Пока мы туда доберёмся, всё будет готово. — Я не буду этого делать. Остальные молчали, завороженно смотря на эту сцену. Стэн достал пистолет и направил его на Батчелора. — Когда я добирался сюда, я видел одну круглую инопланетную штуку, которая летела к военному городку на Оуэнсе. А потом с той стороны наблюдали мощные фиолетовые вспышки, которыми они выжигают людей. И я ничего не мог с этим поделать. А ещё я видел вблизи, что остаётся от человека после попадания их чёртовым лучом. И я клянусь вам, что вы сейчас этот код введёте. Или я отдам вас тем инопланетникам наверху. Они охотятся за всеми, вроде вас, так что выбор за вами. Охранники у двери поглядели на Оскара, ухмыльнулись и Батчелору стало очень нехорошо. Он поспешил к терминалу, затем ввёл десять беспорядочных цифр и букв, которые старательно заучивал, заняв пост вице-президента. — Очень хорошо! Стэн подождал пока не высветится надпись «протокол запущен», тут же захлопнул крышку, убрал устройство в сейф. Достал оттуда сложный латунный ключ. — Сэр! Они здесь! На поверхности! — офицер был взволнован. — Да, Майк? Стэн подошёл к шестидесяти дюймовому обзорному экрану, за которым сидел связист. — Смотрите. На экран шёл сигнал с внешней камеры. Над входом в бункер зависла огромная треугольная пирамида. Из неё на дорогу к центральному входу базы сотнями сыпались какие-то металлические глыбы. Ближайшая упала на дорожный асфальт прямо перед видеокамерой и мгновенно превратилась в стальную каракатицу, величиной с приличный автофургон. После короткой вспышки изображение пропало, затем чёрный фон сменился надписью «нет сигнала». Спустя секунду из динамиков раздалось тоскливо-механическое «Внимание, зафиксировано проникновение на объект.» — Майк! — Стэн протянул ему ключ, — там всё просто. Бери ребят и езжайте по нулевому тоннелю в алмазный хребет. Твоего допуска хватит, на эту базу тебя пустят. Нужно будет вставить ключ, повернуть три раза вправо, а потом нажать на чёрную кнопку, тебе всё покажут. Сделай так, чтобы Земля не досталась этим тварям. А я тут поразвлекаюсь, вспомню мексиканскую заварушку. И ещё, одна просьба. — Я всё сделаю, сэр! — Забери этого засранца, он там всё равно по протоколу нужен — Стэн кивнул на Оскара, — Сегодня слишком паршивый день. Не хочу умирать в его компании. — Нет проблем, сэр. С вами хорошо было работать. Прощайте. — Прощай, Майк.

***

Стэн подождал у подземного перрона, когда последний вагон специального поезда скроется в темноте, затем рукояткой пистолета разбил стекло и нажал на кнопку блокировки нулевого тоннеля. Где-то далеко открылись выпускные клапаны гидродомкратов, столетия державших многотонную нагрузку. Сверху на рельсы должна будет опуститься толстая стальная плита, она отрежет путь к «алмазному хребту». Больше тут делать было нечего и он вернулся в наполовину опустевший зал. — Дайте мне изображение, я хочу знать, что творится наверху. Оператор открыл рабочее окно и на экране развернулся бой. Два бойца в боевых экзоскелетах прикрывали старинную автоматическую пушку и целились в дверь, которую резали с той стороны каким-то лучом. Луч, направленный вверх, выжигал в потолке полосы и капли расплавленного камня падали на пол. Оператор орудия сидел за небольшим щитком, помощник наготове держал в руках кассету со снарядами. Дальше всё произошло молниеносно. Экзоскелеты упали на пол, попав под выстрелы прямо из проёма. «Бофорс» в это время успела тремя снарядами подбить одного стального муравья. Зато ещё два влетели в проделанное отверстие и, перебирая лапами по потолку, сблизились с пушкой. А потом одна из машин пришельцев сделала всего два выстрела и оба человека погибли, превратившись в блестящие статуи. На экране монитора было хорошо видно, как разлетается пушка под фиолетовыми вспышками и как падает то, что было оператором в лужу расплавленного металла. Вражеские дроны замерли и в помещении вбежал один из пришельцев в компании с ещё одним роботом. Стэну с трудом удалось отличить пришельца от дронов, но за последние дни все научились их узнавать по чему-то вроде фасеточных глаз на морде. «Чёрт возьми, а ведь прошла всего неделя, как они появились в Солнечной системе!» — Подумал он. Однако от невесёлых мыслей отвлёк связист. — Сэр, почему они замерли? Почему не атакуют? — Не знаю, парень. Вот этот членистоногий похож на оператора какого-то оборудования. Может что-то учуяли? — За той дверью полно сюрпризов, всякие сенсоры с ловушками, есть автоматические турели. Два авиационных вулкана, шесть тысяч выстрелов в минуту каждый. Есть электронная система подрыва гафниевого заряда, двадцать тонн тротилового эквивалента. — Ну, же! Давайте, идите к папочке, скорее. Мы вам такой подарок приготовили. Но к дверям существо не подошло. Вместо этого оно что-то нажало на приборе, который притащило с помощью робота, потом будто бы залегло, свернувшись в клубок многочисленными конечностями внутрь. А потом экран потух. Вместе со светом в зале. Спустя несколько секунд зажглось аварийное освещение. — В чём дело? — почти прорычал Стэн. — Секунду, сэр. Заводим электрический генератор. Я не знаю как, но импульс прошёл внутрь через всю защиту. — Плевать на электричество! Я хочу знать, где эти твари? Через пять минут генератор завели и экраны вновь осветились. Только из всех видеокамер верхнего уровня осталась работать лишь одна, та, что фиксировала холл перед лифтом вниз. И дверью в этот холл уже занялся враг. Солдаты из охраны в лёгкой броне, но с древними винтовками и пулемётом залегли кто где и ждали, пока бронестворка сдастся лучу. Стэн даже разглядел одного бойца с гранатомётом, когда его отвлёк постовой, протягивая антикварную AR15 начала прошлого века. — Сэр, возьмите винтовку. Инопланетники жгут всё своими электромагнитными импульсами. Против них она почти бесполезная, но наши ребята считают, что так будет правильно. Тут ещё нет электроники, вряд ли эти гады смогут её повредить. — Спасибо, капрал. Он взял винтовку и пару магазинов к ней, надеясь успеть выпустить по врагу хотя бы один. Было немного непривычно, но спустя десять минут оружие удалось перебрать, проверить и зарядить. Добротная машинка. Председатель пригляделся и увидел, что остальные за это время уже вооружились. Вернувшись к монитору, Стэн был неприятно удивлён прытью вторженцев. Камера лифтового холла наверху уже не работала, вместо этого пришельцы проникли вниз через шахту лифта. И, на этот раз уже в холле снизу, он увидел фасеточную морду того членистоногого урода, который опять возился со своей импульсной установкой. — Парни, здесь есть подствольные фонари или ночные прицелы? Да хоть факелы, надо быстро их взять. — Вон в том ящике у стены. — Живо разбирайте!

***

Приборов и прицелов ночного видения не оказалось, но фонари расхватали вовремя. Стэн успел разобраться с креплением, как всё электрооборудование в зале потухло, теперь уже насовсем. Перестали работать вентиляторы и установилась гнетущая тишина, нарушаемая лишь дыханием бойцов и редким едва слышным лязгом оружия. Полную темноту нарушил красноватый свет, шедший откуда-то от входа. — Это их чёртовы резаки! — крикнул кто-то из темноты, — Все по местам! Стэн присел за углом массивного пульта, беря на прицел входную бронедверь. Фонарь зажигать передумал, раскалённый металл и без того светился достаточно ярко. — Режут медленно. — Капрал, что дал Стэну винтовку стоял сбоку, выглядывая из-за колонны — Хорошая сталь! — Была… — ответил бывший председатель уже несуществующего объединённого комитета начальников уничтоженных штабов. Эта едкая формулировка пришла на ум Стэну только что, когда он глядел на разрезаемый металл двери. Единственное, что ему показалось странным, почему луч необычайно мощного резака стараются направлять вверх? Но от этой несвоевременной мысли отвлёк грохот: вырезанный кусок стальной плиты исчез в проделанном проёме и все, кто был в помещении открыли огонь в чёрный провал. Грохот выстрелов хлёстко бил по ушам, а пороховая гарь быстро заполнила помещение. Ответная стрельба началась спустя пару секунд, Стэн смог это оценить по фиолетовым вспышкам. Он прицелился и выпустил короткую очередь в промелькнувшую механическую тварь, которая также огрызнулась лучом. Почувствовав опасность, Стэн глянул назад и увидел падающую на него твердокаменную и тяжёлую, как монумент, фигуру уже мёртвого капрала. Что то сделать он не успел. От удара воздух выбило из лёгких, досталось и по голове. Выступающие детали винтовки, на которую он упал, врезались в живот, но Стэн смог вытащить пистолет. И ждать шанса продать жизнь подороже, слушая, как лязгают мимо него нечеловеческие механизмы и как чирикают на своём языке инопланетники. Наконец, он увидел множество конечностей одного из пришельцев, который остановился рядом с ним. Тяжесть статуи исчезла и Стэн почувствовал захватившие его лапы существа. Винтовку выбросили в угол, а отобранный верный кольт, который он покупал на аукционе, оказался смятым как пивная банка. В поле зрения появилась фасеточная морда, хозяин которой двумя конечностями захватил и приподнял его над полом так, что человек не смог и шелохнуться. Ещё двумя конечностями, более короткими, существо начало закреплять на голове Робертсона какую-то штуку, дёргаться было бесполезно. Внезапно он осознал, что вся его жизнь как бы проносится в памяти. Следом пришёл страх, когда Робертсон понял, что не может отвлечься от калейдоскопа воспоминаний, что воспоминания вытаскивают из него принудительно, словно просматривая фильм. Некоторые, особенно, про бывшую Мексику просматривались по нескольку раз. Пришельца чем-то привлёк момент освобождения заложников на вилле наркобарона-психопата. Потом, как он, Стэн, упрямо тащил на горбу подстреленного Стива, хотя тот просил его бросить. Было много и такого, чего Робертсон хотел забыть как страшный сон, да только не получалось ничего забыть. Наконец, очередь дошла бункера. На последнем бою в этом самом операционном зале необычный допрос прервался и с головы сняли аппарат. Что-то будто металлическое проскрежетало рядом и Стэн понял, что обращаются к нему: — Не смочь до оценить степень ваше безумие. Он с трудом разлепил губы и прошептал: — Да пошёл ты. Планета уже всё равно вашей не станет. — Нет нужда этот ядовитый планет. Нас нужда вас координатор. Твой не хватать нужный уровень иерархичность ответственность. Высокий уровень сожаления. Крайне высокий… Голос замолк, а пришелец покачав удлиннённой головой с фасетками, что-то прочирикал на своём языке и Стэна охватило фиолетовое сияние. Он стал ждать боли и смерти. «Ну вот и всё.» — пронеслась мысль —”Чертовски быстро прошла жизнь.»

***

Приходил в себя он странно. Сознание то всплывало на поверхность, то погружалось в мельтешащую муть. Но человек смог понять, что он был жив, и это радовало. Тонкий девичий голосок со странным акцентом ворвался в его мысли. — Хей, чел! Ты очухался? Стэн открыл глаза и от неожиданности вздрогнул. К нему обращалась одетая в зеркальную тунику девчушка с ядовито-зелёными волосами и такого же цвета глазами. — О, наконец-то! Чего-то ты долго. Нехило тебя головой приложило! Я — Найт. Энн Найт, можно просто Энни, я твоя помощница на ближайшее время. — Где я? — Не парься, всё пучком. Сча всё разотру. Она замерла на пару секунд с отсутствующим взглядом, словно уйдя в себя, затем отмерла и продолжила, как ни в чём ни бывало.: — Значит так. Ты в адап-центре, всё ок, Земля на месте. Космики улетели через год, как только забрали тех, кто им был нужен и раздолбали в системе всё, что посчитали опасным. Все, кто попал в хроноизолят, не пострадали. Ну, это такие блестящие штуки, в которые вас превратили, типа статуй. У каждого свой срок, но в основном все уже очухались. Там секи что-то с пространством сотворили, в общем это потом сможешь в Сети глянуть, даже вирт-лекции наших умников есть, только умники повторить пока не могут. Чёрт, у тебя же импланта нет нашего, без него наниты не приживутся. Да, ещё у тебя старый стандарт, надо тебя к нейрологам… Он поморщился, с трудом разобрав трескотню малопонятных слов. Но удалось понять, что он тоже побывал в виде блестящей статуи. И не только побывал, нои остался жив! — Значит я тоже… — О чём и говорю. Любой, кто оказался в этой блестящей фигне вроде как замораживается, потом типа оттаивает и живёт как был, только каждый в свой срок. Есть как ты, а есть те, которые сразу отлипают. Стэн приподнялся на кровати, оглядел комнату, оклеенные старыми газетами стены и потолок. Газеты были на разных языках, он насчитал как минимум три. И самое главное, в комнате не было окон. При этом он не понимал, откуда брался свет. — Тоже нравится? Этот стиль называется «старая пресса» сейчас самая круть! Но если хочешь, можно сделать «водника», он в прошлом сезоне самый топовый. Ща, изобразим! Девчонка замерла, закрыла свои почти горящие глаза безумного кислотного цвета (и как они такого добились?) и тут комната превратилась в аквариум, только внутри было жилище, а снаружи — пёстрое мелководье. Мимо потолка проплыла небольшая акула, а цветная мелюзга тут же забилась в кораллы и актинии, обильно росшие сразу за невидимой стеной. От неожиданности Стэн вздрогнул, слишком всё было реалистично по сравнению с тем, что он видел раньше. Ему даже показалось, что пахнуло горьким морским воздухом. — Ты так и не представилась. Меня зовут Стэн Робертсон. Был председателем объединённого комитета начальников штабов, сейчас безработный. Найт бросила ему странное одеяние, похожее на старую пижаму и он стал одеваться. — Ну точно ещё не оклемался. Меня зовут Энн, можно Энни, я же говорила. А ты самый главный военный что ли? Понятно теперь. — Понятно что? — Понятно, почему ты пробыл в морозилке пятьсот лет. Мало кто так попал. — Сколько?! — Он опять сел на кровать. Стэн всё понял только сейчас. И необычная внешность сиделки, и её весьма странный английский с необычными словечками, и снисходительно-покровительственный тон, и уровень техники. Всё сошлось, будто в паззлах. — Святое дерьмо! Как же так?! — Ну, не пятьсот, а четыреста девяносто два, если по отметке судить. Но да, чем-то ты секов здорово разозлил, ну да ладно. Добро пожаловать в будущее! Главное, чтобы тут от тебя проблем не было. Не будет ведь? Меня на штрафные к тебе надолго приклеили. Не хочу лишних приключений, мне и так инцидент надо закрывать. Может, расскажешь, как там у вас всё было. Одно дело видео реставрации, а другое — от первого лица. А то без вирта плохо. Стэн не был бы собой, если бы не смог быстро взять себя в руки. Адапцентр — так назывались теперь центры реабилитации таких, как Робертсон? Тогда первое, что нужно было сделать — начать социализироваться в новом обществе. Заручиться поддержкой местных. А потому, наладить контакт с первым человеком, который может эту самую поддержку предоставить. — А за что ты загремела, моя реабилитация — это ведь наказание, общественные работы? Что-то натворила? Кража, разбой? И что всё-таки это было? У нас всё случилось настолько быстро, что когда эти гады приблизились к Марсу, мы только узнали о нападении. — Да так, из любопытства залезла в личку одной знакомой, а это не приветствуется. Вот выкинули в реал, а тут ты. Присяжные и спихнули мне тебя, на поруки вроде как. В счёт погашения инцидента. А что до секов… Это не было нападением, это скорее предупреждение. Наши частники в то время что-то плохое сотворили с пандорианцами, а секи заметили. Им это очень сильно не понравилось. Они выкинули всех наших оттуда, а потом сами заявились в солнечную систему и попросили больше так не делать. Очень убедительно попросили. Пришли сразу ко всем важным шишкам во всех странах, к президентам, к директорам и владельцам глобоконцернов, ко всем, кто там был, короче… Всех кто становился на пути, пихали в заморозку. А так, вообще, они стараются никого не убивать. Сказали, что в следующий раз всех выселят в пустой континуум, если ещё раз к кому-нибудь полезем с такими подачами. Короче, мы тогда как следует получили, но всё обошлось. В тот раз обошлось. — Это, конечно, здорово, но мне надо как-то тут осваиваться. Ты поможешь? Робертсон вскочил с кровати и заходил по комнате. — Не думаю, что у меня есть много времени на то, чтоб найти заработок. — А, ты про деньги? Не парься. Замутим тебе соцмин на первое время, только тебе комм понадобится и планшетка, пока не решим вопрос с нейромодом. Денег у нас давно нет, так что на них только в музее можно взглянуть. Ща всё по-другому совсем. Но да, если будешь бакланить, то меньше возможностей. На соцмине сидеть — так только совсем конченые живут, а у тебя башка варит,дело найти можно. — А сеть в планшетке есть? — А как ты без сети учиться будешь? Доступ в сеть — это базовое право человека. С планшеткой и с сетью ты в любом центре за три дня любую начальную специальность получишь. Короче, скан показывает, что с тобой всё в поряде, надевай шмот, пойдём тебе барахло искать. Робертсон надел серую куртку из нетканого очень мягкого материала и вышел в возникший в стене проём.

***

Стэн был в замешательстве. С одной стороны, он был зол на пришельцев. За хаос и панику, за страх, в том числе и свой. Но с другой стороны, он понимал, что Робертсон сорвал джек пот. Попасть в будущее, не постарев — это подарок. Да, старость так и не научились лечить, даже через пять веков, но медицина продвинулась значительно, хоть прогресс и здорово тормознул. Но самое главное, там, у себя, он не видел ясного будущего. Всё трещало и разваливалось и дело шло к тому, что большие корпорации, которые практически подмяли всё под себя, сожрали бы все ресурсы Солнечной системы. Высосали бы и Пандору, убив всех её обитателей. Подумать только, эти секи нашли там второй разумный вид, прямо под боком у добывающего консорциума, который ничего не заметил! Кто бы мог подумать? Что там и как, теперь и не узнать, человечеству туда путь заказан. Потом, оставшись без будущего, все благополучно бы передохли без ресурсов. А так… Получалось, что инопланетники встряхнули мир, и всё пошло совсем по другому пути. Удалось даже подсмотреть у них кое-какие технологии, а может быть секи сами их предоставили. Не очень он интересовался. Самое главное — тупик был преодолён, теперь такие мерзавцы, как Батчелор или знаменитая семейка грабителей-сенаторов ни за что не попали бы к рулю. Просто не прошли бы тесты на профориентацию и на допуск по качествуличности на этапе первичного отбора. А хозяев жизни тут тупо нет. И отсутствие денег этого не объясняет, всегда есть те, кто пытается пролезть наверх, самоутвердиться за чужой счёт. Как местные этого добились? И где все эти потенциальные преступники? Может быть, это они сейчас сидят на соцмине с урезаными возможностями? Загадка. А неплохо Батчелор получил своё. За всё, что сделал стране, да и планете. Причём, не одной планете. Стэна всегда коробила история индейцев, он видел судьбу обитателей Пандоры такой же. И уготованная для тех существ участь его совершенно не радовала. Лишняя сотня миллиардов не стоят целого мира с разумными обитателями, только такие, как Робертсон ничего в этом случае не решали. И он иногда с удовольствием пересматривал и пересматривал сохранившийся кусочек старого видео, где настырные насекомые всё-таки догнали и остановили специальный поезд, вытащили мерзавца из вагона. А потом Батчелор заплетающимся от страха языком прочитал вслух текст знаменитого на всё человечество обещания. Текст доступен на всех языках мира, его читали вслух самые влиятельные персоны планеты, которых для этого доставали изо всех нор, куда бы те ни прятались. Всего лишь три предложения: «Мы обещаем уважать все формы разумной жизни, независимо от внешности и уровня развития. Мы отказываемся от посягательства на планеты других разумных видов. Мы отказываемся от своего паразитического образа существования за счёт отстающих разумных.» Отложив планшет, Стэн вышел на открытую площадку на крыше. Поглядел в ясное ночное небо и достал коммуникатор. — Найт, привет! — Хэй, Стэн. Ну как, всё норм? — Всё хорошо, с медициной тоже. Да, ещё прочёл тут курс истории. С иллюстрациями и видео. Знакомых узнал. — И как? — Ты знаешь, мне очень понравилось! У вас есть бар, где дают хороший виски? Хочу хотя бы раз в пятьсот лет как следует нажраться...