Ты моя любовь последняя

Тяжело дыша они откинулись на влажные простыни. — Ты невероятна. Люблю тебя — Филипп взял ее руку и переплетая со своими пальцами стал разглядывать через просвет заженного торшера. — Был хорош, дорогой, что давно не было? — улыбаясь спросила Алла наблюдая переплетение рук. Не это он конечно хотел услышать, но это же Алла, а он и так все знал. — Ну как тебе сказать, хотелось бы чаще конечно, но одна особа не особо даёт. — Дурак! — еле сдерживая смех выпалила Алла — Найди ещё кого-то. — Ладно — улыбаясь пожал плечами Филипп. Алла повернула голову к нему и ткнула плечом. — Убью, Киркоров! — Ох Аллуся, если бы я мог, ты же знаешь мне никто не нужен кроме тебя, Мышка моя. — поднося ее руку к губам начал целовать пальчики. — Если бы мог значит…понятно, понятно. Повисла пауза … — Алла… а ты мне изменяла? Ну…тогда. Алла затаила дыхание и высвободила руку. — Филипп? Ты действительно хочешь сейчас об этом поговорить? Он уставился в потолок и повёл плечами — Ты же знаешь ответ. — Знаю — он посмотрел на неё глазами полными тоски и боли. Ее сердце сжалось. — К чему тогда все это. Она погрузилась в воспоминания. Зачем она ввязывалась в эти связи после которых хотелось удавиться . Чтобы наказать его за одиночество или чтобы он узнал и бросил, и наконец обрёл «нормальную семью». Она уже и сама себе не хотела отвечать на этот вопрос. — Почему? — Что ты сейчас хочешь услышать? — она села — Что я сама себе противна, когда вспоминаю это? Или что это было моим наказанием тебе за одиночество? Или что я хотела чтобы ты сделал этот шаг сам, ушёл ненавидя и презирая меня и получил шанс на нормальную семью? Выбирай любой ответ. — Он промолчал, закрыл глаза. Алла понимала, что надо как-то менять тему иначе все это может плохо закончится. — Филь, ну это дела давно минувших…даже не дней, жизни. Не надо ворошить все это, завязывай, прошу. — Ладно, прости, не буду. Алла решила пойти ва-банк — Так, Киркоров, я требую продолжения банкета! — с этими словами она схватила его член в тугое кольцо. — Все в ваших руках, Алла Борисовна — улыбнувшись поднял бровь Филипп, наблюдая как большой палец описывает круг по головке, а рука начинает поступательные движения. Тишину прервал глухой стон. Чувствуя как под ее умелыми руками его член наливается кровью и твердеет, она сама возбуждалась и ждала. Наконец не выдержав, Филипп опрокинул ее на спину, согнул ножку в колене и резко вошёл. От неожиданности и боли она ахнула и широко распахнула глаза. Он двигался быстро и грубо, глаза его были закрыты, он не смотрел на неё и не видел что из ее глаз давно посыпались слёзы. Алла все понимала и терпела, это не он, это не ее Филипп, это его обида и боль, которая сидела все эти годы. Она нежно взяла его лицо в ладони. — Мальчик мой, посмотри на меня — Филипп открыл глаза в которых была боль и испуг — Смотри на меня - она нежно провела рукой по щеке, он остановился и с ужасом смотрел на ее слёзы и не понимал как он мог себе такое позволить. — Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, Филь, слышишь, только это сейчас важно, мальчик мой, и так было всегда. Он склонился над ней стал судорожно целовать ее лицо, вытирая слёзы. — Прости, прости, Аллусь! Я не знаю что на меня нашло, я не хотел сделать тебе больно. Боже, я же так тебя люблю — прошептал он уткнувшись в ухо. Алла запустила руки в его волосы, притянула к себе и вовлекла в глубокий поцелуй. Когда воздух закончился он оторвался от губ и начал нежное путешествие по ее телу. Когда его язык добрался до самого сокровенного места и начал «плести кружева» комната наполнилась стонами. Ей казалось ещё чуть-чуть и мир взорвется, но вдруг она потянула его на себя. — Стой! Я хочу с тобой. Она обвила его торс ногами, он провёл головкой у клитора несколько дразнительных движений и медленно и нежно начал входить, постепенно углубляясь. Она сходила с ума от его горячего дыхания и мокрых поцелуев у уха. Это был ее Филипп. Поменяв позу она оказалась сверху, извиваясь на нем и ускоряя темп, она исполняла свой танец для него. Одной рукой он сжимал ее грудь, вторая лежала на животе большой палец которой описывал круги у клитора. Он был готов кончить от одного только вида открывающемуся ему снизу на рыжую бестию и на место их слияния. Перед глазами все плыло. Почувствовав приближение конца она склонилась к его уху и задыхаясь прошептала — Ты моя любовь последняя - провела языком по уху и укусила за мочку, содрогнулась и сжала мышцы. Филипп издал стон и она почувствовала как внутри разливается тепло. — Моя - только и смог выдохнуть Филипп.