Отъебись!

Обычный день. Пешков сидит за последней партой третьего ряда. Самый скучный урок на свете. Физика. Нихуя не понятно, да и понимать особо не хочется. Предмет ведёт старая грымза, что кстати, больше похожа на лешего из сказки. Голос, что будто твердил на марсианском языке скрипом отдавался в голове парня. Ну почему именно она ведёт и так скучный предмет. Серёжа учится стабильно на три. На большее не способен, а на меньшее, еблан ты че-то обнаглел чересчур. Друзей в классе как не было, так и нет. Уже десятый класс, а он как изгой сидит за последней партой и рубится в телефон. Приходит домой и играет в игры уже на компьютере. Уроки не делает. А зачем? Десятый класс, всем плевать. Ждут, дабы поскорее съебал и напоминают о самой большой ошибке: «Почему не ушёл после девятого?». А Пешков сам задается этим вопросом. Черт, действительно, почему? Пятнадцатилетний Серега думал, что идти в десятый класс отличная идея, да и вообще, нахуй нужен этот колледж. Лучше сдам ЕГЭ! Ну на самом деле… «—Бля, я хуй знает на кого пойду, Вадь, я не решил ещё, короче, до одиннадцатого иду, там вышку получаю, от матери съебываю и… ну дальше разберусь. На кого? Не знаю, ещё два года, решу!» Вадим—единственный близкий друг Серёжи, тот уже как два года назад выпустился из школы, в универе ещё не отучился, но работать все равно не по профессии собирается. Пешков с ним ещё давно знаком был. С класса шестого. Тогда они и познакомились. Там все с конфликта началось, ну а дальше все по схеме. Как у всех. Самое грустное, что эта грымза ещё и классный руководитель Серёжи. Тот повеситься готов был, когда их старая классная руководительница ушла, а на ее место поставили эту. Ныл тогда часа три в голосовые сообщения Ваде. Тот смеялся, но поддержать тоже пытался. Получилось плохо и нелепо, но даже так было в любом случае приятней, чем ничего. Инна Евгеньевна— так зовут физичку. Заместитель директора. Голос у неё поставлен и кричит она громко. Ходит постоянно недовольная, ругает бегающих по коридорам младшеклассников, да и старшиков тоже. Слава богу, что за форму не ругает. Точнее, за ее отсутствие. Форму не носил никто. Все одевались как хотят. Были даже те, что приходили как фрики, к ним также претензий—ноль. Ходила та постоянно с сумкой Волан-де-Морта, боялись ее все. Также в честь неё были созданы локальные мемы. Фотки со старой страницы в вк, где она выглядит счастливой. И злые фото с урока, сделанные учениками, что не боятся быть пойманными. Прозвище у неё одноимённое с сумкой «Волан-де-Морт» почему? Злая, вредная сука. Подходит идеально. Урок длится безумно долго. Как кажется уже час, но на экране телефона высвечивается «9:15». Серёжа громко вздыхает. Значит прошло всего пятнадцать минут. Почему нельзя ускорять время? Или наоборот, останавливать. Пока учительница ругает кого-то из одноклассников, Серёжа пытается не заснуть. Сегодня ночью он не спал. Виноват по сути сам, но есть «уважительная причина»—катка в доте. Несколько каток в доте. Глаза слипаются. Пешков мечтает, чтоб это место сгорело, вместе с Инной конечно, но этого никогда не происходит. Он готов молиться богу, сам атеист. Если это сработает будет в церковь ходить и заповеди читать. Из его мыслей его вытаскивает громкий стук в закрытую дверь кабинета. Каждый одноклассник, кому не лень взглянули на дверь. Грымза, конечно тоже. Дверь открываться и в класс заходит русый парень с относительно длинными, прямыми волосами. Одет словно по форме. Светлая рубашка с коротким рукавом, сквозь которую просвечивает торс. У Серёжи словно третий глаз открылся. На низу длинные, чёрные, джинсовые шорты. Белые найковские носки и джорданы. Чёрный рюкзак от той же фирмы висит на одном плече. Парень подходит к улыбающейся Грымзе и что-то тихо говорит ей. Та ещё шире улыбается, поворачивается к классу и расслаблено говорит о том, что это новый ученик. Просит представиться. —Я Ваня. Бессмертных.—Серёжа готов поклясться богом, парень выглядит шикарно. Просто идеально. Голос, тело, рост. Уже видит как девчонки шептаться начинают и глаза выкатывают. Понимает, что шанс на завоевание мальчика ничтожно мал, да и выглядит он как лютый натурал, но вот только замечает одну интересную вещь. Конечно процент того, что подозрение достоверны равен не больше десяти процентов, но стоит подметить. Серёжа прекрасно знает, что у представителей LGBTQ, означает кольцо на большом пальце левой руки. Ох, Ванюша! Серёже кажется, что он словно сияет. Выглядит тот дружелюбно. Может выйдет подружиться? Да, только шанс того, что он подсядет, равен одному на миллион. И когда Пешков стал таким рассудительным? Парень идёт к третьему ряду и проходит все парты идя к заветной последней. Сердце в тот момент словно остановилось. Неужели… —Я могу присесть?— Сережа еле сдерживает себя, дабы не сказать «О Боже! Да! Конечно! Садись-садись-садись! Я умоляю сядь! Можешь мне на лицо или на колени или просто хотя бы рядом», решает пошутить, сглатывает вязкую слюну и тихо произносит. —Садись, можешь мне на… то есть, бля забей— Серёжа заметил извинения в прекрасном лице. Выражение лица стало больше походить на отвращение. Он услышал? —Уебская шутка— ебаный в рот! Ну как так? Пешков в своей голове кричит о том какой же долбаеб. Проебал счастье своё. —Извини— сглатывает громко, и лицо красное стыдливо за кудрями прячет, сердце бешено колотится. Дышать становится сложно. Боже, от него так приятно пахнет. Кажется, что без него теперь дышать невозможно. Урок продолжается. Прошла только половина. В голову лезут мысли о том, как бы исправить взаимоотношения и замять ситуацию. Помочь? Показать школу? Словить на перемене и извиниться нормально? Нет-нет-нет. Надо, что то оригинальней. Да и вряд-ли получится отловить его на переменке. Девчонки что процентов вешаться начнут уже через полчаса. В голову приходит мысль спросить про кольцо. Или ещё лучше спалить руку со своим кольцом только на правой руке. Как казалось это прекрасная идея. Сразу двух зайцев убьёт. Первое, узнает предположительно ориентацию и засветит свою. Если до того конечно допрет. Да и имя своё назвать было бы неплохо. Как бы это совместить… —Я Серёжа, если что!— в полголоса говорит и руку правую протягивает для рукопожатия. —Ваня незаинтересованно поворачивается к нему на руку смотрит и у того, как показалось Серёже, на секунду глаза раскрылись. Но тот тут же отвернулся и четко сказал. «—Отвали, Сережа» Пешков нахмурился и его восхищения теперь превратились в агрессию. Ему сейчас нагло хамят! Причём не за что! За безобидную шутку сказанную даже не до конца. —Сука…— Звенит звонок. Сережа встает из-за парты и быстро идёт в сторону выхода, но его резко хватают за рукав чёрной толстовки и тянут на себя. —Че ты сказанул?— Черт, Ваня стоит слишком близко. Резкий запах приятного одеколона бьет в нос. Вопрос ему прошептали прямо в ухо. Пешков собирается с мыслями, резко поворачивается на Ваню и прямо в глаза сердитые смотрит. —Говорю, сука ты, Бессмертных.— у того словно глаза на лоб полезли. Серёжа руку отдёргивает и из класса выходит. Почти выбегает. В пизду этого Бессмертных. Бегать не собирается. Пусть и дальше ведёт себя как стерва, в компании огромной кучи фанаток.