ЭТО

      Ты громко кричишь, срываясь на хрип,       Кого-то зовёшь средь каменных глыб,       Говоришь о чём-то, хоть тело еле дышит…       Но тебя никто не слышит.       Ты громко кричишь. Ты кричишь в вышину,       Со свистом ветров затевая войну.       И щурясь на свет, произносишь слова,       Смотришь на всё с высоты божества.       Тебе кажется ЭТО ты должен сказать,       Чтоб услышали все. Но тебе не понять,       Что залезь ты хоть в сотню раз выше,       Тебя, все же, никто не услышит.       Но ты громко кричишь, пробуждая весь лес:       Вон там заяц пронёсся и снова исчез,       А вот белка залезла на тонкую ель,       И зарянка выводит весёлую трель.       Тихий скрежет и шорохи, шелест осин —       Мёртвой нет тишины, хоть ты здесь и один.       Нет снедающих пауз, неловкостей нет,       Можно было б молчать, но ты знаешь ответ.       Сам не понимая, что тобою движет       Ты кричишь!.. Но никто не слышит.       И ты спускаешься вниз: вдоль воды, вдоль воды.       Идёшь как зачарованный светом звезды,       Которой ты тоже недавно кричал,       Но звук, к сожалению, не долетал.       Но ты не устал. Ты совсем не устал!       Ты бы целую вечность об ЭТОМ кричал,       Если б к слышащим был бы поближе,       А то пока тебя никто не слышит.       Только ручей под ногами журчит,       А падая вниз громко, как ты, кричит,       А вширь растекаясь, играет волной:       Бликуя — с светилом, плескаясь — с тобой.       Водой освежиться и горло смочить,       Чтоб потом ещё громче об ЭТОМ вопить.       Пусть всех тоже ЭТО пронижет!       Но тебя никто не слышит.       Большой город вдруг видишь: бестрее, быстрей.       Летишь как светлячок ближе к свету огней.       Вот он финиш! Вот твоя ниша!       Там тебя точно услышат!       И ты в город тот входишь, неверя себе,       Зашёл за врата, оказался в толпе.       Много людей, домов стены и крыши.       Здесь тебя точно услышат!       И ты кричишь. Ты кричишь, что есть силы       Об ЭТОМ кричишь.       Но все люди унылы       И мимо проходят, смотря с удивленьем,       И лицами полными недоуменьем:       «О чём ты кричишь?»       «Так об ЭТОМ! Об ЭТОМ», —       Ты им говоришь,       Но конец всем куплетам.       Хоть слышат они, но внимать не желают,       А с этим слова, увы, не помогают.