Бородач и демон снова вместе

      Демонические войска в неимоверно большом количестве окружили элитный отряд слежки Мобэй-Цзюня, загнав в ловушку. Всех его подчинённых, кроме Шан Цинхуа, перебили уродливые сороконогие ящерицы-гибриды – Цинси* – с двадцатью парами глаз по всему телу, один глаз соответствует одной лапе. Кристаллообразные глазные яблоки очень ценились как в демоническом, так и в людском мире, в качестве украшений, так как их очень непросто выколоть из-за твердости кожи и материала самого глаза, а так же световыми эффектами, которые проявлялись, если влить в кристаллы немного Ци.       С помощью оной атомы кристалла создают световые волны. Эти волны двигаются внутри глазного яблока от одной грани к другой до тех пор, пока не наберут такую интенсивность, что достигала бы более 100 млн градусов, из-за монохроматичности излучения и большой плотности энергии.       Только из-за этих свойств Цинси являются живым оружием массового поражения и очень грозным врагом, с которым даже Ло Бинхэ не советовал бы враждовать, но между Западным королевством и Северным разразилась нехилая война. Вены на висках Небесного демона набухали, гнев кипел по всему телу, поднимая его температуру и не давая думать рационально. Жалкие твари посмели тронуть консорта Короля Севера! Руки так и чесали расправиться с ними, оторвав все ноги с мясом. Острые клыки зудели от желания впиться в шею ящерицам и испить отравленной крови ядовито-зелёного оттенка. Мобэй-Цзюнь еле сдерживал себя, демон сгорбился в защитной позе, ведь под плащом лежал смертельно раненный Щан Цинхуа. Держа меч одной рукой, он собрал все свои силы в один замах и избавился от четверти армии; оставшиеся Цинси отступили назад с выгнутыми спинами, шипя словно кот на дворнягу.       Полуживой Самолёт вынул из рукава последний телепортационный талисман, который отправил их в самую близлежащую, относительно безопасную точку – снежные степи Северного королевства, когда мужчина разорвал его на две части. Озноб охватил все тело пикового лорда, крупная дрожь вдобавок мешала шевелить парализованными конечностями. Мобэй-Цзюнь не сразу понял что произошло. Оклемавшись, он сразу же стал отодвигать верхние одежды, чтобы лучше рассмотреть рану, оставленную лазером. Это было бессмысленно       Жизненно важные органы были задеты и стёрты в буквальном смысле, дяньтян не вывозил, поэтому направил всю оставшиеся Ци на остановку крови, восстановление мышц и слоев кожи. Такая нагрузка на откровенно слабое золотое ядро была вредна для организма культиватора. Тут и без лишних слов понятно, что Шан Цинхуа осталось немного, поэтому он попытался сказать свои последние слова: — Мой король… – долгая пауза длилась по ощущениям вечность, – …Мне так жаль, я не смог защитить Вас и наши земли, я не достоин прощения… – скупая одинокая слеза скатилась по щеке писателя. — Молчи, – было сказано шепотом, едва слышимым в буре, – Ты не воин, нет нужды винить себя в этом, – простые и такие предсказуемые слова облегчили ношу вины на плечах Шан Цинхуа. — Я люблю Вас, мой Король, надеюсь мы снова встретимся в следующем перерождении… – широкая улыбка расцвела на уродливом от гримасы лице, он посмотрел на небо и еле сдерживал свои бурные эмоции. — Я обещаю… – Мобэй-Цзюнь приподнял руку к губам, и посмотрел в любимые глаза, такие яркие и живые, в последний раз.

***

      Прошло пять лет со смерти консорта короля севера, за это время он не женился повторно и хранил верность своему единственному. Северное царство процветало, они смогли победить в той войне против Западного королевства. Разъяренный небесный демон через несколько дней лично с императором демонов Ло Бинхэ сокрушили всю армию по тактике, построенной главой пика Цинцзин, Цанцюн вложила значительный вклад в борьбу. Война длилась относительно недолго, она была первой среди истории демонов, в которой заклинатели были не на противоположной стороне баррикад. Среди простого люда Демонической империи ее прозвали «ледяной вендеттой».       Мобэй-Цзюнь денно и нощно управлял своими владениями, ведь на нём лежала огромная ответственность, он боялся снова сомкнуть глаза и увидеть до боли родной образ: посиневший труп с бледными губами и стеклянными глазами. Небесный демон быстро отогнал плохие мысли и продолжил слушать жалобы советчиков, как вдруг двери огромных размеров, украшенные полупрозрачным синим узором, резко отворились и перед ними предстал незнакомый бородатый мужчина, за которым гналась охрана: — ВААААААА, МОЙ КОРОЛЬ СКАЖИТЕ ИМ, ЧТОБЫ ОТСТАЛИ ОТ МЕНЯ! – с недостойными слезами старик обнял голени Мобэй-Цзюня, тот посмотрел на него и в голове демона что-то промелькнуло. Что-то знакомое, но пока непонятно что, поэтому он лишь с презрением посмотрел на паренька и стал болтать ногой. — Как ты смеешь прикасаться к королю! – орава охранников, не справившихся со своей работой, начала возмущаться. — Это вы как смеете повышать на меня голос, я консорт Короля Севера, одно моё слово и он вам все косточки переломает! Верно, мой Король? – глаза полные ласки и надежды сменились чувством беспокойства, – Вы что, не узнаёте меня? Это я! Шан Цинхуа! – мир Мобэй-Цзюня застыл на этом моменте, – это всё из-за тупой бороды! Огурец-бро был прав. Чёрт!