"Я хотела воспользоваться тобой, но..."

      Неуловимое время летело сквозь руки, пока дни календаря сменялись один за другим. Когда-то яркая и приятная атмосфера больницы вдохновляла, но теперь серые коридоры, однотипные люди, жалующиеся на свои проблемы, ещё больше задавали зданию угнетающий вид.       Одна работа ещё не сменилась другой, а значит не прошло ещё недели, как девушка уже сидела у себя в комнате.       Глубокая ночь, окутавшая небо мглой своего покрова, становилась всё холоднее и холоднее, а свечение маленький ласковых звёзд, украшающих бал, больше не удивляло. Облака медленно меняли свои формы, пытаясь одурманить и завлечь на философские мысли, танцуя свой собственный вальс.       Холодная квартира тускнела, привлекая одиноким огоньком в неё незванных гостей, но не приходящих вовсе. Глазок наблюдал за своей хозяйкой, пока та кружила у своей доски, словно на какой-то конференции. — Итак, что мы имеем, — начинала девушка, говоря тихим взволнованным голосом, — Всю эту неделю я пыталась провести эксперемент, и к счастью он принёс плоды — пройдя из одного угла комнаты в другой, она ткнула пальцем в булавку, напоминающую рябину в холодное время года — Чтож. Как я и сказала, эксперемент подтвердил мои ожидания. Человеку нужно испытать что-то очень яркое и хорошое, чтобы выздороветь или придти к этому постепенно, — договорила Тася, собирающаяся продолжить. Взгляд упал на блокнотный лист, помятый, написанный спешащим почерком, — Да... Летальные исходы зачастились в последнее время. Всю больницу на уши подняли, похоже только я знаю про болезнь.       Люди умирают из-за передоза. Буквально. Но у всех передозировка разная, все так подумали. На самом деле нет. Теория моя в чём, организм не способен вырабатывать счастье, точно так же как и с депрессией, но тут всё серьёзнее. Организм начинает бороться с недугом. Не получая эндорфин ни в какой форме, тело начинает вырабатывать его самостоятельно, но ничего не берётся из ниоткуда.       Хоть люди и шли на поправку, на самом деле они чувствовали себя намного хуже, пока организм вырабатывал и потреблял наркотик.       Но важно учесть, да, все они разные, но у всех у них есть два общих компонента – Адреналин и эндорфин. Странно, не правда ли?       Так вот, итог: В целях эксперемента я помогала людям побороть болезнь и выяснила, что от болезни возможно вылечиться двумя способами – быстро, испытывая что-то грандиозно яркое и радостное или постепенно, восполняясь душевно. Если не излечиться, есть возможность, что ты выживешь, но она крайне мала, и при этом ты будешь живым трупом, просто тело без эмоций. Эх... — Тася перевела дух, пытаясь сосредоточить уже сонный разум на дальнейшую цепочку — Нужно разобрать всё ещё раз.       Стрелки на часах повторяли круг, пока душащая атмосфера гуляла по комнате, словно дым туманя сознание.

***

— Этого недостаточно! Мне нужно больше времени, если я не успею... Так, ладно, продолжим. — Люди умирают безболезненно, находясь под кайфом. Это мы уже знаем. Но тело не контролирует подачу наркотика. Оно каждый раз берёт всё больше, для этого организму нужно постоянно работать, несмотря на конскую нагрузку, человек чувствует себя хорошо, даже думает, что выздоравливает. — Стоп. Почему я решила, что организм вырабатывает наркотик сам? Хм... А откуда ему взяться? Не все же колят или едят что-то... Блять, Тася, это же элементарно! Физика 8го класса! Тело совершает работу и остывает, что свидетельствует тому, что организм вырабатывает "это" сам! Я совсем забыла про температуру пациентов, нужно выписать... — Что-ж, что ещё я забыла? Ох, причина. Почему вдруг весь город попал в риск болезни, если раньше её никогда не было, это загадка... — «Ох, Таисия, как хорошо, что ты не знаешь. Городу нужно питаться, а туристов нет, есть кого-то из своих или местных запрещено, а голод растёт. Это крайние меры. Но полакомиться и я бы не отказался » — немного прохихикал Джон, наблюдая за уставшей девушкой. — Может быть есть что-то ещё? А, точно, стадии, нужно записать стадии развития болезни. На самом деле это будет сложно, у всех болезнь проходит по разному, особенно по временному промежутку, придётся взять среднестатистические значения. — Всё хуже чем я думала. У меня осталось слишком мало времени — она села на кровать, не открывая взгляд от таблицы. Пять значений с перечислениями симптомов и времени выделены на белом листе А4. Две красные галочки красовались на четвёртом месте, нарисованные явно трясущимися руками. — «Что это значит?» — спрашивал сам себя Женёк, недопонимающий всей серьёзности этого теста. — Это предпоследняя стадия, магического дара или кары небес... Скорее кары. В принципе всё очевидно, моё состояние очень сильно ухудшилось, хоть я и начинаю этого не замечать... Мало того, что я ничего не чувствую, так ещё и нужд никаких не испытываю, ни попить, ни по есть. Пора начинать действовать!       Девушка тяжко выдохнула и встала, одежда спускалась с её тела, покрытого мурашками и слегка переливающееся в полумраке комнаты. Локоны, прежде заколотые крабиком, падали на плечи, закрывая их и изящную спину. Обращённая лицом к Джону, глаза были опущены и совсем за ним не наблюдали, пока гадёныш полностью осматривал хозяйку, но следовать за ней не собирался.       Несколько шагов и дверь в ванную уже открывалась. Немного старая комната угнетала своими повторяющимися узорами, порой плавающих в паре горячей воды. Капельки тёплого душа быстро протекали по всей коже, не оставляя за собой следов, и, словно те самые маленькие звёздочки украшали тело Таисии, не замечающей таких свойственных её разуму деталей.       Вода нагревалась и становилась кипятком, лёгкая боль и приятное тепло соревновались, что же из них важнее, но ни это, ни то не интересовало девушку, стоящей под домашним горячим дождём. — «Мне нужно вылечиться, но как!?» — всякие разные ответы возникали в её голове, пока вода стекала по её волосам.       Добавив на мочалку мыло и растерев его, она продолжила купание. Пена на её коже тут же смывалась огняным душем, уводящим гель для душа в небытие чёрной дыры под названием...        Когда с телом было покончено, пальцы Таси пробирались в голову, намыливая корни шампунем, словно вирус он распространялся по всей голове, но вскоре смылся. Когда настала очередь бальзама, случилась неприятность. — Блять, его тут нет. Ладно, без него — отложив пустую бутылку от средства, девушка легла в пустую ванную, не выключая кран.       Неловкое молчание наедине с самой собой привело к действиям.       Нежные тонкие пальцы касались её шеи, переходя на ключицы, быстро сползая вниз, за место её рук были чужие, такие ласковые, заставляющие чувствовать эйфорию только от прикосновений. Ущипнув себя за ляжку, словно это сделал бы кто-нибудь другой, такой же незнакомый, но родной образ, ничего не почувствовав, руки переключались на следующее место. Неожиданно для себя, хоть и знала, что делает, Тася резко вставила в себя палец, раньше девушка хотела, чтобы так обращались с ней, и приятные внутренние мурашки пробегали по телу, испытывая наслаждение, а реальность пугала своей правдивостью, то что раньше возбуждало, сейчас ничем не отличается от обычного непринуждённого касания. — Чёрт — тихо сказала она, расслабив организм горячими быстрыми ваннами, от чего просто легла. — Я не хотела этого делать, но придётся.       Мне придётся воспользоваться тобой, Джон Доу, чтобы я смогла вернуться в прежнее состояние. — «Хехехе, наивная Таисия, план уже давно вступил в силу»