Вернись домой, Эмма

Остаток дня Королева провела в тихой мэрии. Там давно не было сколько-нибудь важных дел и можно было вообще не посещать работу неделями, но Реджина убеждала себя, что так будет лучше, чем сидеть дома и плакать над курткой Эммы и розой, которую Королева предусмотрительно поместила в колбу и заколдовала, чтобы подарок Спасительницы никогда не увял. Письмо лежало тут же, но конверт до сих пор не был вскрыт. Реджина и сама не знала почему оттягивает этот момент с третьим даром Эммы. Каждый вечер она просто проводила по конверту рукой и ложилась спать. Но сегодня, в день всех влюблённых, она забрала конверт с собой, хотя и не спешила вскрывать его. Вечером, выходя из мэрии, Реджина заметила припаркованный жёлтый канареечный жук Эммы и всего на долю секунды она подумала о том, что это её Рыцарь, но уже в следующее мгновение она увидела, как сын приветливо помахал ей в приоткрытое окно. - Мама, я решил подбросить тебя к тёте Зелене. – Генри галантно открыл двери перед матерью. Реджина по-прежнему предпочитала пешие прогулки по вечерам. - О спасибо, Генри, но ты уверен, что успеешь за Грейс? - Да, мама. Отец Грейс тоже отпустил её до одиннадцати, а это значит, что мы успеем сходить в кино и после поужинать. – Генри снова покраснел. – Я хотел спросить… - Да? - Там цветы на заднем сидении. – Реджина обернулась. – Как думаешь, они понравятся Грейс? Букет был из гербер, и Реджина про себя порадовалась выбору сына. Он был умён. Розы могли отяжелить их первый день Валентина и её мальчик понял это. - Великолепный выбор, Генри. Знаешь, ты превращаешься в того, кем я всегда хотела, чтобы ты стал. Благородным, чутким и внимательным мужчиной. Я горжусь тобой, Генри. Благодарный взгляд горячо любимого сына согрел душу Королевы теплом и нежностью. Он рос и становился ещё больше похожим на свою вторую мать. И она действительно гордилась им. *** - О, Реджина. Какая честь для меня принимать в доме Её Величесто! – вечно недовольная Зелина открыла дверь. – А, погоди. Сегодня день всех влюблённых и ты пришла ко мне, чтобы не рыдать в подушку под слезливую музыку? - Прекращай, Зелина. Я пришла к своей сестре провести немного времени с горячо любимой племянницей и не намерена выслушивать твоё недовольство. В конце концов, мы обе знаем, что ты рада меня видеть. Зелина смерила сестру ядовитым взглядом, а затем открыла дверь шире, приглашая войти. Маленькая Робин сидела спиной ко входу в детскую и не шевелилась. Реджина застыла в дверях и приготовилась наблюдать, но в следующую секунду из комнаты запахло жареной рыбой, и Робин громко расплакалась. Зелина быстро оттеснила сестру и подхватила ребёнка на руки, пытаясь скорее успокоить дочь. Реджина в недоумении уставилась на то, что стало причиной слёз маленькой ведьмы. Малышка Робин, просто-напросто поджарила всех рыб в аквариуме с помощью магии и, видимо, сильно расстроилась. - Знаешь, тебе пора ставить магические барьеры и всевозможные защиты, Зелина. В следующий раз она может поджарить что-то другое и навредить себе. – Обеспокоенно сказала Реджина. - Я уже думала об этом. – Зелина качала всё ещё хнычащую Робин. – И, полагаю, скоро наступит пора действовать. – И уже обращаясь к маленькой дочурке писклявым голосом Зелина добавила. – А пока моя малышка пойдёт на ручки к своей любимой стервозной тётушке, которая искупает свою любимую племянницу вместе с резиновыми утятами, чтобы у моей малышки была самая чистая попка на свете. Реджина обожала малышку Робин. Розовощёкая, зеленоглазая и такая же рыжая, как мать, девчушка чертами лица напоминала разбойника. Сначала Королева думала, что это станет очередным уколом боли от предательства Робина и вероломства родной сестры, но затем она всей душой прониклась к племяннице, и сходство с Робином перестало её волновать. Королева осторожно гладила живот девочки, смывая детское мыло и самым нежным голосом из возможных рассказывала ей истории Зачарованного Леса. В такие вечера, когда она целиком и полностью отдавалась процессу, Реджине становилось совсем легко. Любовь к малышке, как и любовь к маленькому Нилу помогала Реджине справиться с потерей и видеть мир сквозь призму ничем не омраченного детства. В мире этих детей было много любви. И Королева, чувствуя это, наполнялась радостью от общения с маленькими проказниками. - У меня такого никогда не было. – Тоскливо протянула Зелина. – Чтобы меня любили просто так. - У меня тоже. – Реджина уже вышла из ванны с замотанной в полотенце малышкой, которая жадно глотала молоко из бутылки. – Наша мать отвратительный пример для подражания. - Как нам удалось не стать такими родителями? – искренне удивилась Зелина. - Потому что мы научились любить, Зелина. Наши дети научили нас любить. А любовь – это дар богов. Зелина внимательно посмотрела на сестру, укачивающую племянницу и неволей вспомнила своё безрадостное детство, а затем встряхнулась и расплылась в очередной гаденькой улыбке: - Говорят, ты сегодня чуть не поцеловала Крюка, но затем передумала и чуть не отправила бедолагу на кладбище? Похвально, сестра, похвально. - Не напоминай. Он жутко достал меня в аду, и я была уверенна, что смогла, наконец, избавиться от него, но вот он снова здесь и… - Между вами что-то произошло там? - Что?! С чего ты взяла? – возмутилась Королева и изобразила самое брезгливое выражение лица, на какое только была способна. - А между тобой и милашкой Эммой? – невинно продолжила свой допрос коварная ведьма. Реджина не успела натянуть маску. Зелина успела заметить, как глаза Королевы блеснули огромной тоской. - Нет, между нами ничего не произошло. С чего бы вдруг между нами с шерифом что-то происходило? – оборонительный тон Королевы лишь подтвердил догадки Зелины. - Ну, хватит, Реджина. – это, наверное, был самый первый раз, когда Зелина была серьёзна и её слова не источали яд или подколки. – Мы обе знаем, что это не так. И я терпеливо пыталась достучаться до тебя все эти месяцы, но, видимо, твоя подружка Снежка уже вытерла твои сопли. Реджина промолчала. Это было правдой. В тот вечер она рассказала Прекрасным всё, не тая ни чувств, ни фактов. - Я не обижаюсь и не злюсь, Реджина. У тебя есть множество поводов не доверять мне, но как ты думаешь почему? – Зелина присела на диван и жестом пригласила сестру сесть напротив. – Твой Робин никогда не был тем, кто тебе нужен. В конце концов, я просто помогла тебе избавиться от него, но ты клещами продолжала тащить его в свою жизнь. Сейчас уже поздно спрашивать, зачем тебе это было нужно. Эта история с пыльцой фей то ещё дерьмо живунов… - Зелина сделала паузу и покачала головой. – Ты не любила его. Ты любила её. Вот почему я помогла тебе. Вот почему ты продолжаешь каждый день вечерами ходить на могилу к Эмме Свон и вести с её духом, полагаю, не самые светские беседы. Наступила продолжительная пауза. Реджина внимательно смотрела на сестру и даже перестала покачивать заснувшую Робин. - Почему ты не сказала этого раньше? - Чего? Что ты по уши влюблена в Спасительницу? Ну, знаешь, я сидела беременная в тюрьме и как-то не горела желанием открывать тебе глаза на очевидные вещи. – недовольно отозвалась Зелина. - Нет. О том, что заботишься обо мне. – Реджина не шутила. Кажется, забота Зелины была весьма своеобразной и результат этой заботы Реджина продолжала держать на руках, но… - Не неси чушь, Реджина. Я не заботилась о тебе. И не собираюсь начинать. - Я тоже тебя люблю, Зелина. – Реджина совершенно искренне и открыто улыбнулась сестре, осознав, наконец, что Зелина больше не враг и ей не во всём можно доверять, но они семья, а в семье принято оберегать друг друга. - О, бога ради, Реджина! Только не распусти посреди моей гостиной свои розовые сопли! Реджина расхохоталась и покачала головой. Сестра, с которой они не росли вместе, но имели все шансы на сносные отношения, потому что они настоящая семья. Этого не хватало Реджине всю её жизнь. Легкости и принятия. - Знаешь, пожалуй, оставайся такой, какая ты есть. В Аду много дел и мне пригодится твой злобный характер. - О, нас снова ждут великие дела, сестрица? - Думаю, да, Зелина. Так что не зарабатывай очки для перехода в лучший мир, продолжай издеваться над окружающими, и ты получишь свою награду в Загробном Мире. Обе сестры обменялись довольно пугающими коварными улыбками.