И любовью сердце обожжено

На часах четыре часа ночи, природа ещё спит и солнце вставать, кажется, не спешит, хотя его первые лучи уже коснулись верхушек деревьев и домов. На улице совсем тихо, машин не слышно и даже деревья будто стараются не шуметь. В такое раннее утро можно услышать особую мелодию природы, ощутить уходящую сказку и почувствовать некую свободу. Словно все чувства вмиг вырвались из груди людей, растаяв в тумане, оставив лишь умиротворение и спокойствие. В ветвях деревьев птицы начинают свою неуверенную песню, словно боясь нарушить волшебную атмосферу, но все же с каждой секундой их радостный разговор становится уверенней и громче, оповещая о том, что каждый человек — жив и день новый начался, и можно продолжить жизни бег... На Невском проспекте ещё тихо. Дороги пустые и можно свободно гулять по ним, не боясь быть сбитым. Даже удивительно, что всегда оживленный и до отказа наполненный людьми проспект — сейчас пуст и редко — редко можно увидеть гуляющую парочку, компанию подростков или пару тройку бомжей. Вокруг так тихо и спокойно, что хочется, чтобы это никогда не заканчивалось, но стрелки часов неумолимо показывают шестой час и город словно слегка вздрагивает, выпуская из сонных домов первых, заспанных людей, спешащих на работу. И по дороге уже не погуляешь, — машины начали свою игру. В шесть, — город уже вовсю кишит вялыми от сна людьми и уже через пару часов жизнь кипит, а время спешит, гоня перед собой народ, спешащих к вечеру закончить все дела. Только один человек, кажется, не спешил никуда. Эмиль шел по набережной Обводного канала, грустно улыбаясь своим мыслям, что стайкой пчел кружили в его голове. В ушах звучит песня Мияги и Анди Панды «Патрон» вызывая гримасу печали на бледном лице парня. У него в плейлисте только грустные песни, вызывающие тоску в сердце, которая помогает заглушить ту боль, что он сейчас испытывает. Его бросили. Как тряпичную куклу, — поигрались и когда он стал не нужным — бросили, захотев новую игрушку, намного лучше первой. Обидно? Естественно, обидно. Кому понравится быть брошенным любимым человеком, который оказывается тебя никогда не любил? От этого осознания вдвойне больнее, чем боль разбитого сердца. Песня сменяется на музыку Тимы Беларусских «Привет, давай перевернем» заставив Эмиля остановится, сжав кулаки. Это была их с Егором песня, под которую они впервые признались друг другу в любви. Боль в груди усилилась от воспоминания и парень судорожно пытается сменить композицию, смахивая влагу в уголках глаз. Больно. Песня сменяется на «Прости меня» Сергея Лазарева и Эмиль не выдерживает, садится на поребрик, сжав в руках гаджет, уронив голову на грудь, тихо всхлипывая. Он даже не слышит, как к нему кто-то подходит, садясь рядом, вынимая один наушник из ушей. — Ты чего тут расплакался, малыш? — Звучит тихий, низкий и чуть бархатный голос, заставляя парня невольно вздрогнуть. Парень поднимает голову, не стесняясь своих слез, ему совершенно все равно. Пусть незнакомец считает его слабаком, ему совершенно похуй. Рядом с ним сидит мужчина, что мягко улыбался парню, с любопытством разглядывая его лицо, видимо желая угадать ответ без подсказки. Эмиль невольно тонет в голубых глазах напротив, ощущая, как становится легче, боль в груди будто отступает. Оба мужчины смотрят друг на друга несколько секунд и молчат. Один ждёт ответа, второй тонет в глазах. — Почему вы решили ко мне подойти? Вам что, есть дело до чужой беды?.. — Бормочет Эмиль, отворачиваясь на дорогу, краем уха услышав тихую усмешку. — Нет, я просто заметил, что ты шел себе спокойно и резко присесть решил, — хмыкает незнакомец, вызывая невольную улыбку парня. — А потом увидел слезы. Что случилось? — Ничего особенного, просто меня бросили… — Не зная зачем роняет Эмиль, повернув голову к незнакомцу, который, кажется, даже ни разу не отрывал от него взгляда. — Нашел из-за чего расстраиваться, — фыркает голубоглазый парень, улыбнувшись. — Вот, что я тебе скажу. Если человек тебя бросил, это не повод расстраиваться. Значит это не твой. Тот самый человек покинет тебя только в том случае, если будет умирать. Так что не стоит расстраиваться из-за кого-то, живи дальше! И жди, когда к тебе придет тот, кто никогда не заставит тебя грустить, понял? — Угу, но… — Вот что, давай мы тебя отвлечем? Вставай. Незнакомец вскакивает на ноги, протягивая руку Эмилю, что замер, глядя снизу вверх на мужчину. Солнце врезалось в его спину и теперь, казалось, что парень перед Имановым сияет, будто ангел. Эмиль неуверенно кладет руку на широкую ладонь мужчины и чувствует лёгкий рывок, после которого он оказался так близко к незнакомцу, что можно было услышать его сердцебиение. Незнакомец мягко улыбается, будто даже не смутившись такому близкому расстоянию и руки не отпускает. — Кстати, я Дима, — спохватившись, роняет незнакомец, делая один шаг назад, отчего Эмиль теряет опору, чуть не упав. — Эмиль… Дима снова кивает, направляясь в сторону центра, начав разговор на отвлеченные темы о погоде и изменениях в городе, добавив, что в Питере он по делу, а так вообще из Москвы приехал. Разговоры не о чем переросли на рассказы о себе и своей жизни, узнавая друг друга все лучше и больше. Эмиль, кажется, перестал грустить, улыбаясь забавным шуткам своего нового знакомого и даже смеялся со смешных историй, не замечая пристальных взглядов голубых глаз. Спустя время, оба мужчин пришли в какое-то заведение, где их встретила весьма приветливая девушка, сообщившая им, что друзья могут взять абонемент на несколько развлекательных комнат, на что Дима без лишних слов выбрал несколько секций: Лабиринт страха, Зеркальный лабиринт, Побег из тюрьмы и Дом верх дном, поймав удивленный взгляд Эмиля, который уж было запротестовал, но Масленников жестом остановил его, объяснив, что и сам хотел сходить сюда, но все никак не мог найти компанию. Иманов был смущён, но согласился составить компанию новому другу, хоть и чувствовал себя не в своей тарелке.

***

Первым делом, ребята вошли в лабиринт страха, где Эмиль, боявшийся всей этой хреновины в виде жутких звуков и скрипов, тут же схватился за рукав Димы, на что тот только тихо усмехнулся, покрепче перехватив его руку. Помещение было покружено в полумрак, создавая жуткое чувство слабоватым освещением в углах декораций, которые не то что были очень страшными, они скорее устрашающими. Страх навевала музыка и неведение. Первый поворот парни прошли хоть и медленно, но без приключений, вздрагивая от манекенов человеческих костей и резких звуков. До второго поворота нужно было пройти через небольшую комнатушку, в которой стоял огромный шкаф и выглядел он подозрительно. Парни замерли у входа в комнатку, глядя на этот самый шкаф, не обращая внимания на другие декорации в помещении, зачем-то ожидая, что сейчас из глубин массивной мебели что-то выскочит. Когда же Дима первый решился переступить порог, дверцы шкафа угрожающе заскрипели и парень рефлекторно ударил по ним, заставив их закрыться, после чего схватив испуганного Эмиля за руку, вылетает из комнаты, натыкаясь на мягкую стену. Эта часть коридора была темнее, чем первая, поэтому друзьям пришлось идти на ощупь, ориентируясь на звуки, почти не разговаривая между собой, да и как? Эмиль, словно кленовый лист трясся от каждого звука и элемента декорации, прижимаясь ближе к старшему, ища у него защиту. Масленников же крепко держал руку младшего, нисколько не жалея о том, что повел его в этот лабиринт — весело же! За вторым поворотом сердца парней быстро забились, когда они увидели впереди силуэт с красными глазами, а за спинами послышался посторонний шум. Первый «маньяка» заметил Эмиль и с воплями бросился вперёд, утаскивая за собой Диму, адреналин у которого подскочил так, что придал большее ускорение. Из лабиринта они буквально вывалились, тяжело дыша и смеясь, держась друг друга за плечи, не обращая внимания на любопытные взгляды пришедших посетителей. Отдышавшись, друзья направились в следующую локацию — Зеркальный лабиринт, после чего переместились в Дом верх дном и Побег из тюрьмы… Полтора часа прошли не заметно и за это время ребята сблизились, веселясь от души, словно малые дети. Не желая расставаться так быстро, Эмиль потащил Диму в сторону музея Восковых фигур, где было много интересных персонажей, с которыми можно было сфотографироваться. Эмилю так весело, что он полностью забывает о том, что всего несколько часов назад ревел на поребрике, грустя о своем бывшем. Запоздалая мысль о нем приходит в голову парня, когда они с Димой сидят в ресторане Евразия, где ждут своего заказа и Иманов вдруг задумывается. Парень вспоминает моменты с Егором и в голову ударяет осознание о том, что они как таковой парой и не являлись, скорее были очень близкими друзьями, чем любовниками. С Егором было весело, но не настолько, чтобы быть счастливым. С Егором было хорошо, но безопасность не ощущалось. С Егором можно было поговорить, но невозможно поделиться переживаниями. Доверия у них не было, так как Эмиль до сих пор многое не знает о своем бывшем. Осознание пронеслось в голове с быстротой вспыхнувшей молнией, заставив парня горько усмехнуться, подняв взгляд на сидящего напротив Диму, что что-то проверял в телефоне, сосредоточено хмуря брови. — Спасибо, — тихий шепот растворился в звуках музыки, но был услышан голубоглазым мужчиной, что поднял заинтересованный взгляд. — За что? — С улыбкой спрашивает Дима, отложив гаджет в сторону, внимательно разглядывая парня. — За все, — выдыхает Иманов и дарит самую обаятельную улыбку Диме, обратив внимание на подошедшего официанта, что поставил перед ними напитки. — Ты больше не грустишь? — С осторожностью в голосе интересуется Дима, отпивая свой кофейный тоник. — Обидно немного, но... — Эмиль замолкает на пару секунд, чтобы смочить горло любимым капучино, прежде чем продолжить, глядя прямо в голубые озера напротив. — Мне совсем не грустно. — Быстро ты, однако, — произносит Дима, улыбнувшись. — Хорошо, что ты отпустил его. Запомни мои слова, ты обязательно найдешь того, с кем ты действительно будешь счастлив, понял? — Понял. — Зашибись! Эмиль коротко смеётся, наблюдая, как Дима вновь берет в руки телефон, не прекращая улыбаться, что-то проверяя в нем. За это короткое время, Иманов узнал, что Дима довольно известный блоггер, с почти десятью миллионами подписчиков на канале, где снимает разные проверки лайфхаков, гостбастер, аналитику и так далее. Помимо блоггерской деятельности, Дима занимается музыкой и ведёт телевизионное шоу, у него много друзей, широкие взгляды на мир и большие планы на жизнь. Масленников не привык задерживаться на чем-то надолго, он все время двигается вперёд и всегда достигает своей цели. О неудачах он не знает и не ведает, ведь всегда можно найти выход? Даже из трудного положения. Позитив — второе имя Димы Масленникова. — Ты чего так смотришь? — Хмыкает мужчина, выводя Эмиля из своих мыслей. Осознание того, что он все время бесстыдно пялился на Диму, вбивает Иманова в краску, отчего его кончики ушей начинают мило краснеть. — Прости, я просто думал о том, как мне повезло тебя встретить, — закинув в рот кусочек мяса, проговаривает Эмиль, смущённо опуская взгляд, когда натыкается на удивленный напротив. — Я не это имел в виду... — Все в порядке, я тоже рад, что с тобой познакомился, — перебивает Дима, улыбнувшись вспыхнувшим щекам на темной коже. Эмиль парню казался милым. — Давай завтра встретимся ещё? — А можно? — С надеждой. — Нужно! — С улыбкой. Эмиль довольно улыбнувшись, утыкается в тарелку, стараясь спрятать раскрасневшее личико, не замечая внимательных глаз. Дима наблюдает за младшим с лёгкой улыбкой, отодвинув от себя тарелку с раменом. Эмиль Диме кажется ещё ребенком, хотя тому и было всего двадцать два года и выглядел он куда мужественней своих лет, но поведение и некоторая манера были детскими. Это в нем Диме нравилось и даже притягивало. Он и сам не может ответить себе, зачем подошёл к Эмилю и заговорил с ним, но даже если бы смог вернуть время вспять, все равно бы подошёл. Эмиль кажется интересным и милым парнишкой, которого интересует буквально — все! А ещё был красивым, с ухоженной, нежной, смуглой кожей, которой хотелось дотронуться, немного пухлые, розоватые губы, которые так мило растягивались в искреннюю улыбку и пушистая челка... Дима неосознанно тянется к ней, касаясь мягких волос, чувствуя, как все тело прошибает током и вздрагивает, слушая быстрый стук сердца. Эмиль почувствовав касание, поднимает голову, встречаясь с чуть потемневшими глазами и замирает, словно загипнотизированный. В груди разгорается пожар, сердца бьются с такой скоростью, что вот-вот выпрыгнут на стол, прямо в тарелки. — Эми... Ты... — Что?.. — Красивый... Эмиль кусает губы, пытаясь скрыть улыбку, но это выходит плохо и парень просто опускает голову, закрывая лицо руками, чувствуя, как жар опаляет кожу щек и лба. Дима убирает руку с чужой макушке, прижав ладонь к груди, вглядываясь в парня, что словно боялся поднять головы. Эмиль тем временем приходит в себя, заставляя себя поднять взгляд на мужчину, из-за кого так сильно смутился и снова краснеет, встречаясь с изучающими голубыми глазами. — Так... Мы увидимся завтра? — А ты хочешь? — Хочу... Давай встретимся на том месте? — Я буду ждать тебя в десять утра. — Хорошо! Я буду. Эмиль вылезает из-за стола, попросив прощения за то, что вынужден покинуть столь приятную компанию, так как у него были дела. Уточнив ещё раз о времени встречи, Иманов выходит из ресторана, напоследок посмотрев на Диму, что провожал его взглядом и мягкой улыбкой.

***

Они встречаются на том же месте, где и вчера, только на этот раз Эмиль широко улыбался, а в его плейлисте не было ни одной грустной музыки. Когда Эмиль только подходит к месту встречи, Дима встречает парня с крепкими объятиями, из которых первому не хотелось выныривать, так ему было тепло. Дима предложил прогуляться по самым известным местам Питера, на что Иманов согласился, с упоением слушая мужчину, не смея перебивать его. Первым делом, друзья отправились на Васильевский остров, где провели около двух часов, гуляя по просторам места, наслаждаясь красотой Невы и даже посетили несколько достопримечательностей: Музей современного искусства Эрарта, Двор духов, Набережная Лейтенанта Шмидта, Улица Репина, Музей-квартира Архипа Куинджи, — все это завораживало и восхищало парней, которые увлеченно читали о каждой достопримечательности, фотографируясь на память. Следующим их пунктом был Летний сад, где можно было отдохнуть душой. Даже глаз отдыхал от такого количества зелени и слух как будто вздыхал от звука фонтанов. Парни так и гуляли, посещая самые ближайшие достопримечательности Петербурга, разговаривая обо всем сразу, чувствуя, как в груди с каждым часом все теплеет и мысль о разлуке режет сердце тупым ножем. Да, сколько бы времени Диме бы не хотелось провести с Эмилем, им все равно придется разойтись. Ведь блогеру нужно вернуться в Москву, но он надеется, что они с Эмилем ещё встретятся. Да и думать об отъезде совсем не хотелось, — пока есть время, они будут им пользоваться на полную. Уже ближе к вечеру, голодные и уставшие парни заходят в кафе, где ужинают и после идут на набережную, чтобы посмотреть на развод мостов. — Почему у меня ощущение, что это было свидание? — Задумчиво хмыкает Эмиль, тут же хихикая на реакцию Димы, что подавился воздухом, пытаясь откашляться. Эмиль подходит к нему, постучав по спине, ласково глядя на покрасневший профиль мужчины. — Я прав? — Если хочешь, то думай так, — смущённо бурчит Масленников, стараясь не смотреть на этого мальчишку. — Точно! Это свидание, — кивнув самому себе, отвечает Эмиль, наклоняясь к самому уху мужчины, опаляя его дыханием, отчего у того побежали мурашки. — Самое лучшее свидание в моей жизни. Дима ничего не отвечает, только резко поворачивает голову, посмотрев на младшего, чуть не столкнувшись с ним носом, утонув в горячем шоколаде с примесью молока. Глаза Иманова говорили больше всяких слов, заставив сердце Димы биться так гулко, что он невольно прикладывает руку к груди, слушая аритмичные удары. — Ты стал моей болезнью, — непроизвольно вздыхает он, наблюдая как Эмиль удивлённо вздернул бровь, улыбнувшись уголком губ. — То есть... — Я понял, — выдыхает Эмиль, поддаваясь вперёд, накрывая чужие губы своими, игнорируя тот факт, что сзади ходят люди, которым, кажется, все равно на них, да и темно уже, а они сидят у кромки воды, рядом со стеной. Дима отвечает не сразу, сидит в ступоре, глядя на подрагивающие от волнения ресницы, ощущая на своих губах чужие, мягкие, чуть сладкие и в груди взрывается сноп фейверка. Он отвечает прежде, чем Эмиль разочаровано выдыхает в губы, расстроенный безответной реакцией. Поцелуй выходит у них нежным, чувственным, желанным. Секунда и младший уже сидит сверху, оседлав бедра мужчины, выцеловывая уже родные губы. Дима впивается руками в ягодицы младшего выбивая из него тихий полустон, отчего тихо шипит, чувствуя реакцию в штанах обоих, если они сейчас не остановятся... — Дима-а, — томный полустон, полувыдох в ухо и у Масленникова сносит башню. — Эми, мы... — Горячо шепчет мужчина, впиваясь губами в шею младшего, резко прижимая того к себе, выбив жалобный скулеж. — Мы на набережной... — Так давай уйдем, Дим... — Скулит Эмиль, кусая мочку уха старшего. — Ди-им. — Черт, что ж ты делаешь... Дима отодвигает от себя парнишку, вглядываясь в темные глаза, полные возбуждения, смотрит на влажные губы, чуть краснеющий след на шее, на руки, что доверчиво лежат на его плечах, проводит своей ладонью по спине младшего, ощущая как тот дрожит под его касанием, ластиться к рукам, словно кот, дорвавшийся до ласки и снова переводит взгляд на глаза, что сейчас смотрели испуганно, даже печально. — Дим, я... Наверно, поспешил. — Вдыхает младший, сползая с чужих бедер, но Дима не даёт ему слезть, вернув на место, ухватив крепче за талию. — Давай брать от жизни то, что она нам даёт, — с любящей улыбкой произносит Масленников, ласково притянув парня в объятия, запутавшись одной рукой в темных волосах. — Ведь я пропал в тот же момент, когда увидел твою улыбку. — Я... — Знаю, что ты хочешь сказать, Эми, — Дима легонько бьёт младшего по пятой точке, на что тот мстительно ёрзает на бедрах, получая новый хлопок. — Я был готов подождать, но... Так даже лучше. — Я, кажется, люблю тебя. — Я тоже. В эту же секунду прозвучала тихая, далекая музыка и рядом мосты начали свое движение вверх, обращая на себя внимание всех зевак, что пришли посмотреть на развод мостов. Фонари светят ярко, словно сейчас все попали в сказку, но ведь так оно и есть? Ночь — пора сказки, которая просыпается в это время суток и блуждает по городу, лаская все, что повстречается ей на пути. Судьба и любовь, всегда идут рука об руку и не им решать, когда двум одиноким, покинутым людям стоит встретиться и полюбить, тем более не им решать, как скоро они признают это друг другу. Их цель лишь в том, чтобы подтолкнуть двух людей друг к другу, а дальше — все зависит от них. И не важно, что наступит завтра, неважно каким оно будет. Ведь есть только — сейчас.