Никакой романтики!

      «Изумруды хаоса — это камни, обладающие уникальной силой. В мире их количество достигает лишь семи. Издревле считается, что тот, кто сможет собрать все семь камней хаоса, получит неуязвимую мощь, способность управлять самим хаосом.       Каждый камень обладает ему соответствующим свойством, что позволяет его использовать отдельно от других камней. После использования изумрудов, их вновь разбрасывает в разные точки мира. В основном, они прячутся там, где могут питаться схожей им энергией.       Изначально, изумруды зародились на вершине горы Кайлас. Легенда гласит, что нищий больной скиталец получил божественное благословение, которое даровало ему невиданную магию. Когда он стал великим волшебником, способным двигать горы, гасить солнце, поднимать реки, живые существа озлобились на него. Они молились днем и ночью, чтобы боги их наградили волшебством, но их молитвы не были услышаны. Наполненное завистью сердце, затуманило светлый разум, а жадность заглушила голос совести. И тогда, хаос настиг мирных жителей. Желание отобрать, присвоить все себе превратило их не более чем в жалких чудовищ, готовых убить, ограбить, опорочить. Они пришли за ним, но он не убегал.       Скиталец давно принял свою судьбу, и чтобы его сила не оказалась в жестоких руках, он преобразовал всю свою магию в семь разноцветных камней и разбросал их по-всему свету. Перед тем как его физическое тело обратилось в звёздную пыль, его уста произнесли: عندما تجتمع الزمردات السبعة معًا مرة أخرى، سيعود المحارب الذي يجري في عروقه نهر الظلام والفوضى       Спустя тысячи лет, его пророчество до сих пор украшает стены пещеры горы Кайлас «. — Не могу разобрать предсказание, такой язык я еще не встречал. Мне потребуется время, — с досадой произнёс Лис, задумчиво почесав затылок.       Наклз и Стикс давно разбежались по своим берлогам. На улице стояла уже глубокая ночь. Да, и делать им сейчас здесь нечего, разве что докучать друг другу.       Тейлз положил небольшую лупу на свой заваленный макулатурой рабочий стол, а старую реставрированную книгу аккуратно закрыл. До беспамятства любит древние артефакты, они увлекают его своими тайнами, поэтому относился он к ним бережно, иногда даже пылинки сдувал. Буквально.       Соник же нагло расселся прямо на столе напротив, где хранились рабочие инструменты рыжего лиса. Он лениво сгорбился, ощущая насколько тяжёлые стали позвонки, а межпозвоночные диски как будто скрипели. Спина безжалостно трещала, навязчиво ныла, просила сиюминутного отдыха. Сквозь испачканные бинты на руках просачивалась драгоценная жидкость, рисуя алые розы на костяшках. Щипало знатно. Голова шла волчком, в глазах троилось, а уши…господи, уши.       Соник крепко поджал их, как можно ближе к голове, насколько позволяла анатомия. Перепонки стучали, как парадные барабаны. Склонив голову, словно весенний колокольчик, он накрыл правой ладонью прищуренные глаза, чтобы блеклый свет от лампы не раздражал. Все вокруг казалось слишком ярким, бесячим, невыносимым. Соник краем уха прекрасно уловил слова лучшего друга, но что-либо отвечать не торопился. Переводил дыхание. Даже Эми, которая носилась, как курица-наседка вокруг него, обрабатывая кровоточащую рану на его колене, не могла отвлечь его от раздирающих мозг мучений.       Вот они, последствия глупой ревности. Ой, нет, какая ревность? Соник вовсе не ревновал, скорее, как обиженный ребенок надулся, что любимую игрушку отняли, вот он и попытался её вернуть назад, чтобы хоть как-то заглушить плач задетого собственного самолюбия. По крайней мере, он так считает. Ему так проще. Так хотя бы сердце не болит.       Эми профессионально разобралась с саднящими коленями, и вот уже собралась осмотреть голову. Легонько прикоснувшись кончиками пальцев к тыльной стороне ладони своего близкого друга, тем самым, намекая, чтобы он убрал руку с лица, она столкнулась с незамедлительной ответной реакцией. Соник дëрнулся назад, так и не убрав руку с глаз. Он лишь сильнее сжался, сгорбился, а уши содрогались от напряжения. Он что-то бессвязно промычал. Не кричал, не плакал, не жаловался…абсолютно ничего. Он такой с самых пелёнок. Когда его будучи ребёнком, пытались загасить толпой в школе, никогда не просил о помощи, лишний раз ни пискнет, получив пинком в живот. Воинственно выдерживал все страдания в одиночку. Ещё и за близких, если надо, в огонь бросится. Такой он, быстрый ёж Соник, слишком гордый.       Роуз жалостливо посмотрела на Соника, сердце пропустило удар. Она слегка приблизилась к нему, не сразу решившись спросить: — Может обезболивающее?       В ответ лишь молчание. Эми уже обречëнно вздохнула и отодвинулась, вернувшись в изначальное положение, как изумрудные глаза уловили едва заметный кивок. Лёгкая улыбка дрогнула на девичьих губах. Роуз тут же соскочила со стула и подбежала к аптечной сумке, перебирая лекарственные препараты.       В голове кружилось множество воспоминаний о случившемся. Конечно, от её внимательных глаз не ускользнуло странное поведение, что Соника, что Шэдоу. Оба хороши. Она размышляла — «Зачем я понадобилась Шэдоу? Спровоцировать Соника? И у него это получилось. Но в итоге что? Чего он хотел добиться? Драки?»       Эми слишком хорошо сообразила, что чёрный ёж не такой безалаберный и не будет маяться несуразными поступками, тратить своё время на бестолковые игры с Соником. Но какую цель он преследовал, ни для кого не ясно. Ясно только то, что Соник теперь знает о чувствах своей давней преданной подруги. И, черт! Это катастрофа для Эми, просто кошмар наяву. Она боялась этого как огня, пыталась скрыть это любой ценой, лишь бы хотя бы просто рядом быть с этим неугомонным, придурковатым ежом.       Роуз крепко схватила обезболивающие таблетки, со злостью. На себя, на него, на весь этот несправедливый мир. Ей хотелось придти домой, послушать грустную музыку и хорошенько прореветься в подушку. Вот только возвращаться больше некуда, от родного гнëздышка остался только пепел.       Она давно смирилась с безответной любовью, и для неё это уже не мука. И сейчас она будет просто продолжать вести себя как обычно, словно никто ничего не знает. Она будет делать вид, что они все те же друзья, что и раньше. Эми Роуз — верная соратница Соника, которая всегда прибежит на помощь. Лучшая подруга. Товарищ. Компаньон. Кто угодно, но не девушка. Правда ведь?       «Все в порядке Эми, успокойся. Узнал и узнал, ничего уже не сделать. Просто веди себя как обычно» — Роуз медленно отдышалась и направилась к пациенту, кинув беглый взгляд на хмурого Тейлза, который нависал над кипой бумаг. — Тейлз, тебе нужно будет руку перевязать.       Лис, не отрываясь от иероглифов, кивнул. Он уже не обращал внимания на ожог, которым его одарил лучший друг.       Ежиха ловко закинула таблетку в стакан с водой и тщательно размешала до полного растворения лекарство. Она осторожно поднесла к Сонику стакан. — Держи, — тихо произнесла девушка, обращая на себя пристальное внимание ежа. Соник убрал руку с лица, оглядев содержимое. Он уверенно обхватил, на удивление не дрожащими пальцами, напиток и выпил белëсую консистенцию до дна. Язык рецепторами улавливал горьковатый вкус, насильно проталкивая воду дальше, заставляя ледяную реку обволакивать его горло, лёгкие, все тело. Вынуждая мышцы с наслаждением расслабляться, успокаивать глухой шум в ушах, а присутствие близких не казалось уже чем-то раздражающим, наоборот, даже спасительным. Эми и вправду невероятно талантливая. Она всегда умела прекратить болезненную дрожь и ломоту в теле. Профессионально владела шприцом, и знала, как оказать первую помощь. Только вот мысли у Соника что-то совсем уж перемешались.       Громкий вздох непроизвольно вырвался из отбитых лёгких. На секунду парень зажмурил глаза, пытаясь сфокусироваться. Синий еж вяло протянул опустошенный стакан подруге. Соник слегка качнулся вперёд, но попытался удержать равновесие. Стакан, не дойдя до рук хозяйки, соскользнул с обмякших мужских пальцев. И вот, хрупкий предмет готовился уже встретится со своей неизбежной участью, разлететься на тысячи осколков и оставить после себя лишь мокрый след.       Но Роуз, имея натренированные бессонными ночами рефлексы, виртуозно подхватила налету стакан, совсем не меняя положения, грациозно шевельнув лишь кистью руки. Но поймала она не только стакан.       Коленки подрагивали от тяжести, но девушка достойно выдержала напор, который неожиданно свалился на её хрупкие плечи. Соник уткнувшись лбом об плечо соратницы, как овощ не двигался. Мужские руки бесконтрольно свисали, а их хозяин ни на что не реагировал.       Соник потерял сознание.       Благо он сидел на столе, иначе бедняжка рухнула бы вместе с ним. Длилось это не больше нескольких секунд. Но за эти, пускай, секунды, Эми успела ярко ощутить волну мурашек по своей спине от мятежного дыхания парня. Сердце шокировано набирало незаконную скорость. Лёгкие забыли как дышать, а коленки подгибались то ли от тяжести, то ли от того, что Эми сама была уже готова рухнуть без сознания.       Синий ёж вздрогнул и резко отстранился. Удивление, но ни грамма смущения, растерянности не было на его потрёпанной мордашке. Неужели, он не почувствовал ничего? Совсем? Может на нем так сказался стресс? Даже руки не дрожали, и дышал он бесшумно. Он вообще дышит? — Извини, — хрипло сказал Соник, оглядев не менее его удивленную девушку.       Щеки Эми просто горели, нет, пылали! Неистовым огнём подземного мира, в который она мечтала тут же провалиться и вариться там в котле вместе с чертями, лишь бы не находиться прямо сейчас такой нелепо покрасневшей, как помидор, рядом с любимым. — Все нормально! — Роуз протараторила и выставила руки вперёд, как бы протестуя, и отвернулась в сторону, — надо Тейлзу помочь! — яро выпалила девушка и метнулась, как можно скорее, к лисëнку, который, хвала богам, ничего не заметил, так как слишком увлечён переводом таинственного пророчества.       Соник молча отвернулся в противоположную сторону, где был вид на открытую улицу. Тейлз всегда любил проветривать рабочее помещение, из-за вечно стоявшего запаха масла и копоти. Уставший изумрудный взгляд устремился куда-то вдаль. Там поле покрывалось синим пледом и лунным светом, пробивающимся через копну туч. Только светлячки мерцали, вместо звезд. Соник шумно проглотил скопившуюся слюну в горле, и наконец-то судорожно выдохнул. Он медленно прикрыл глаза. Ему определенно нужно успокоиться. Только богу известно, как сильно сейчас бьется его сердце.       «Бред»       Соник недовольно покачал головой. Не надо ему этого всего. Всех этих дел сердечных. — Тейлз, так что ты там говорил про изумруды? — Соник повернулся к рыжему, наблюдая, как Эми перевязывает руку товарища. Наблюдать, как девушка со свойственной ей чуткостью и нежностью обрабатывает ссадину, не особо приятное зрелище, но ожог на ладони лучшего друга послужил отрезвляющей оплеухой, — прости, Тейлз. — Не забивай голову, я еще с юных лет знал, что хватать тебя на скорости плохая идея. — Это точно, — Соник ухмыльнулся сам себе, принимая слова друга, как комплимент. — Шэдоу охотится на изумруды хаоса, — перевёл тему лисёнок, попутно айкнув, — он хочет заполучить божественную силу и скорее всего, чтобы опять уничтожить вселенную. Я видел у него два изумруда, а их всего семь. — Хочешь сказать, нам необходимо найти все остальные изумруды раньше него? — Ага, только не ясно зачем ему Эми понадобилась.       Соник недовольно поджал губы, а внутри груди неприятно что-то затрепещало. Лисёнок зашипел и добавил: — Может она ему понравилась? Ай! — Роуз непроизвольно туго затянула узел и опешила: «Чего?!» — Обломится, — незамедлительно ответил еж, но осознавая смысловой подтекст сказанных им слов, поспешил продолжить, — точнее, да брось! Тейлз! Это же Шэдоу! Он — мистер вечно недовольная собака, ему не до девушек. Его главная мечта — испортить всем жизнь.       Лисёнок поблагодарил растерянную Эми, за оказанную помощь. Душой и сердцем он понимал, что его подруге неприятно, а Сонику ещё тяжелее. Хотя Прауэр давно однозначно убедился, что его боевой товарищ не хочет позволять себе испытывать любовные чувства. Соник их пресекает, а признаваться кому-то не станет даже под дулом пистолета.       Тейлз видел, что синего ежа не на шутку озадачила ситуация с Эми и Шэдоу. И страшно представить, что произойдет в их следующую встречу, будучи уверенным, что Соник первый полезет в драку. — В любом случае, нам надо остановить Шэдоу, чего бы он ни замышлял, — заключил рыжий лис. — И где нам искать эти изумруды? — Соник вопросительный взглянул на лучшего друга, раскинув руки. — Каждый изумруд придется искать по отдельности, так что, чтобы сэкономить время, нам всем, к сожалению, будет необходимо разделиться, — Тейлз вытащил рулон карты и раскинул его на столе, — я отмечу на карте места с высокой вероятностью нахождения изумруда. — Но, как ты поймешь, где именно он может находится? Остров слишком большой, — неуверенно добавила Эми. — Легенда гласит, что волшебный камень в основном прячется там, где сможет питаться ему схожей энергией. Я видел, что у Шэдоу уже есть два изумруда. Синий и лунный, но я не знаю, сколько всего магических камней он уже нашел. Остаётся проверить собственноручно. Логично, что синий изумруд Шэдоу нашел в глубинах океана, потому что я видел, как он выходит из воды уже вместе с камнем. Эми, до того как мы с ребятами пришли к тебе ночью, ты видела Шэдоу с изумрудом? — Нет, только после. — Значит второй изумруд, лунный, родился при свете полнолуния, — уверенно заключил лис. Соник тяжело вздохнул. — Откуда ты знаешь, что он его в мусорке не откопал? Может этот цвет вовсе не лунный? Может он питается чужими слезами, — парировал синий ёж, на что Прауэр весело махнул рукой. — Да я в книге вычитал. Там подробно расписано какими энергиями питаются волшебные камни, — рыжий парень неловко улыбнулся, и почесал затылок. Уж очень ему захотелось похвастаться своей наигранной догадливостью перед друзьями, — только с пророчеством я так и не разобрался. Великий волшебник сказал, что его пророчество до сих пор украшает стены пещеры горы Кайлас. Нам стоит туда для начала отправиться, чтобы разобрать предзнаменование. — Что ж, этим и займемся, но, пожалуй, утром, — Соник лениво потянулся, намекая, что всем срочно нужен отдых. Тейлз одобрительно закивал, признавая разумное решение лучшего друга, которое удавалось услышать достаточно редко. Только вот розовая ежиха нервно потирала плечо, не решаясь обратиться к друзьями. Изумрудные глаза вцепились в грязную половицу под ногами. — Эм…ребята? — обратила на себя внимание девушка, оглядев Соника, а после переместив потерянный взгляд на Тейлза.       Умная голова лисëнка сразу наполнилась неприятными воспоминаниями. Он грустно взглянул на Роуз, словно вверяя «Я понимаю, как тебе сейчас непросто».       Синий ёж додумался по многословному взгляду девушки, что она имела ввиду. Глубоко, уже в заброшенных уголках души начинало медленно, но настойчиво расти противное чувство…вины? Соник усмехнулся сам себе, не веря своим ощущениям и тем более каким-то там чувствам. Но эта шаловливая проказница уже намотала на кулак его душу за все струны и таскала по всему его нутру. Ему ничего не оставалось как: — Можешь, пока что, пожить у меня. Пока дом не отстроят. — Но, Эми вполне может пожить у Стикс, — непонимающе выпалил лис. Эти слова острее ножа полоснули ежа, возвращая в суровую реальность. Чувство стыда и неловкости уже за ручку плясали чечетку под дудку чувства вины. И как он не вспомнил о Стикс? Почему не подумал о ней?       Роуз еле заметно стала розовее, но благодаря её природному окрасу это не выглядело так явно. Соник решил, надо срочно выходить из ситуации. — Да, конечно… Стикс. Я предложил себя, потому что по каким-то не ясным причинам Шэдоу нужна Эми. И мы не можем быть уверенны, что он вновь не попытается её похитить. Естественно, я, как супер быстрый ёж в мире и герой нашей деревни, выдвинул свою кандидатуру, потому что считаю, что со мной будет безопаснее. В случае опасности Стикс иной раз саму себя защитить не может, а я, как друг, не могу оставить своего товарища в беде, — с наигранной важностью и завышенным чувством собственного величия произнёс ёж. Казалось, что в помещении стало настолько ярко, что аж глаза щипало, а корона на его голове переливалась золотыми отливами.       Тейлз восхищенно уставился на друга, а температура тела ежихи тут же упала.       «Ой, точно, как я могла забыть, это же само величество Соник» — язвительно подумала про себя Эми, недовольно скрестив руки на груди. Она вообще-то тут вежливой пытается быть, а этот парень мог бы на секундочку хотя бы сделать вид, что ему не все равно на её удручающее положение. И как ей угораздило в такого влюбиться? — Если так подумать, Соник прав, Шэдоу и вправду может за тобой вернуться, — подтвердил лисёнок. — Хорошо, — неохотно согласилась девушка, открыто, даже напоказ выставляя своё недовольство, — только мне, в любом случае, придется сделать там генеральную уборку, потому что спать там же, где валяются пустые банки от газировки привилегия Соника.       Подобные высказывания нисколько не задели парня, он равнодушно пожал плечами, а затем, угрожающе выставил указательный палец вперед. — Но мою коллекцию кокосов не трогать, помнишь?