На моих губах отразится месть

Я собираюсь сделать то, что давно хотел. Ты испортил мне жизнь одним своим рождением, даже не подозревая об этом. Мы с тобой родились в один день, и от этого появились все проблемы. Я не понимаю, почему ты не умер в младенчестве. Я знал, что ты где-то есть. Я жил с обидой на сердце много лет, но сейчас я вижу твою беззаботную улыбку, когда ты зовёшь меня «Мин-сюн!». Подменить документы совсем несложно, сменить имя ещё легче. И теперь меня знают как Мин И. Хэ Сюань остался далеко в прошлом. Ты же совсем не знаешь, что случилось? Именно по твоей вине мне оставалось только страдать, надеясь на лучшую жизнь. А ты сидишь на шее у брата и радуешься всякому пустяку. Ты весь такой… светлый, белый и пушистый, что меня аж тошнит. Совсем ничего не знаешь, но не переживай. Я расскажу тебе потом, что было на самом деле. А сейчас просто зови меня своим лучшим другом, ничего не подозревая. И я готов мстить тебе за все, за что я захочу отомстить.

•••

Я сжёг твой дом ночью. Но ты даже не знал, а весело проводил время у одного из наших общих друзей. Ты спросишь, откуда я знаю все это? Я следил за тобой весь предыдущий день. И я знаю каждую мелочь, что ты делал вчера и делаешь сегодня. Сейчас время семь утра. Ты, пьяный и уставший, возвращаешься домой, шатаясь и смеясь с кем-то по телефону. Но он выпадает, как только ты видишь оставшиеся угли и балки в саже. Твои ноги подкашиваются, ты падаешь, закрывая рот руками, трезвеешь моментально. Все, что было тебе так дорого, безжалостно сгорело. В твоих глубоких, красивых глазах только отчаяние и безысходность. Я бы мог тебя ограбить прежде чем поджечь, но я не стал, ведь мне противно видеть что-то, что связано с тобой, в своём доме. Лучше пусть все дорогие цацки останутся лишь пеплом в твоих воспоминаниях. Я забрал лишь кусочек своего отмершего каменного сердца, что оставил здесь когда-то. Я помню, как горели столбы, как огонь перекидывался с одного угла на другой. Твой дом роскошен и опрятен, соседи быстро поняли, что это был поджог. Но разве им был известен мотив? Наверняка они думали, что я сделал это из зависти. Я стоял в клиновой роще позади, озаряемый пламенем, а на место все прибывали и прибывали машины пожарных, полиции и скорых. Я горел в огнях их маячков и фар, визгах и криках о взятии территории. Соседские женщины-аристократки выбегали из домов в одних тоненьких ночнушках, а их мужья неслись следом, запахивая на ходу халаты. Никто ничего не успел бы спасти в любом случае, так что если бы ты был в ту ночь внутри, то умер от угарного газа или ожогов. Ты испортил мне жизнь, так что я не стал бы тебя спасать. Смотря на этот переполох тогда, я медленно развернулся и ушёл. Сейчас я смотрю на тебя, и улыбка сама лезет мне на лицо. Я вижу, как тебе больно, как тебе страшно. Ты заслужил это.

•••

Прошло уже пятнадцать дней. Поймать меня не стало сложно, я совсем не скрывался, тем более, пришёл с повинной. Сейчас я сижу в сизо. Меня, наверное, посадят лет на пять, не меньше. Суд через две недели. Мои сокамерники меня не возлюбили с самого начала, поэтому мне придётся терпеть их мерзкие выходки ещё некоторое время. Они не знают, что я способен безжалостно задушить их подушкой ночью. Они не видят во мне опасность. Но если я сделаю им что-то, то, боюсь, мне только увеличат предполагаемый срок. Мой адвокат говорит, что сделает все возможное, чтобы я получил условное. Не знаю, что можно здесь сделать. Я признался во всем содеяном. Ты приходил ко мне на первое свидание. Я видел, как ты начинал плакать от одного слова в мой адрес. Ранее «Мин-сюн», сейчас я лишь опустошенное «Хэ Сюань». Как ты мог мне доверять? Твоя несчастная любовь обернулась трагедией, и что ты теперь скажешь? Ты называл меня лучшим другом, но теперь даже видеть не можешь. Ты не сказал мне много за выделенные полчаса. Только смотрел на меня внимательными печальными глазами и произнес что-то в стиле «ты сильно похудел», аж забавно становится. Ты до сих пор переживаешь за мое физическое состояние? Лучше бы подумал о том, что я чувствую. Переодически твои дрожащие руки медленно опускали трубку телефона, через который мы разговаривали. В какой-то момент ты хотел приложить ладонь к стеклу, но воздержался и скромно опустил её, подавляя волну слёз. Ты выглядишь жалко. Я был готов на листке написать тебе все, что знаю о том случае в прошлом. Но ты отказался принимать эту информацию, горько заплакав и сжав пальцами свою одежду. Отчего ты рыдаешь, как девчонка? Потому, что я сжёг твой дом? Или потому, что вся правда о том, кто я такой, вскрылась? Раньше ты всегда спрашивал меня о том, что я делаю, когда один. Ты был бы рад узнать, что я расклеиваю по комнате твои фотографии и изучаю их, а ещё слежу за тобой на каждом сантиметре? Нет, я не сталкер. Нет, я одержим не тобой, а идеей мести. Я просто хочу тебя морально уничтожить. Уже сейчас я знаю, что жить в тюрьме не собираюсь. И я даже не сбегу. Я повешусь на простыне, мне больше нет места в этом мире. Видеть несчастного тебя — для меня внеземной ад. Пять лет я может быть и выдержал, что что ждёт меня потом? Жизнь без тебя бессмысленна. Я не заметил, как стал тобой одержим. Когда я умру, ты расстроишься? Нихера ты не будешь печалиться, не будешь плакать по мне, ведь я испортил твою жизнь, превратив в мрак и кошмар. И пусть ты не знаешь целой правды, я заберу ее с собой в гроб. Позаботься о себе, не спутайся с очередным мной. Ты ненавидишь меня, Ши Цинсюань? Ты ненавидишь меня. И я себя ненавижу.