Личное-не публичное

Мефный Гном как обычно сидела в темном углу в ванной, снюхивая очередную полосу белоснежной зубной пасты. Она была одна в избушке. Употребив дорожку, она выдохнула и подняла взгляд на дощатый потолок. Крыша уже сгнивала, а на курьих ножках, удерживающих ее дом, появилась мерзкая плесень. Убрав пасту куда-то в сторону, она поднялась на ноги. Старые, но такие любимые лапти предавали ей элегантность, а путанные волосы приятно пахли землей. Она прошла к единственному дряхлому окну и уставилась на плотный лес, который уже как сотню лет скрывал ее от цивилизации. - А ведь когда-то на этом месте был город. Город Геометрия, — подумалось ей, и она углубилась в воспоминания.

***

200 лет назад. Pov Мефный Гномик

В домик забежала девочка. Ее имя было простое, но нежное: Т/и. Вслед за ней зашел ее отец, он был фокусником. Я наблюдала за ними из того самого дальнего угла. Мужчина держал в руках вазу. — Т/и, где Курт? — Пап… Он у тебя в руках… — ответила девочка, опустив взгляд на свои белые форсы. — О, точно! Мне жаль, что с твоим вторым папой так получилось… Я не смог его уберечь, — из глаз мужчины крупными каплями падали слезы. — Ты не виноват, daddy. — Ладно, закрыли тему, — ее отец смахнул скупую мужскую слезку и продолжил иным невозмутимым тоном. — Бери гроб. Мы идем веселить людей! — Да, папочка! — Т/и хлопнула в ладошки и, подойдя ко мне, но не замечая, взяла саркофаг. Они ушли. Я подошла к окошку, мимо которого проходила группа альтушек. Жизнь в городе кипела: машины проносились по дорогам, где-то ездили велосипедисты, бабушки продавали соль на рынках, а Валерик на лавке лениво потягивал водяру. Самый обычный процветающий город.

***

Наше время

— Да хорошее было время… — из собственных мыслей Мефушку вырвал рев мотора. — Какого лешего?! Этот медведь снова горит в машине? — пробурчала Гном, приближаясь к двери и шурша лаптями. Она вышла из дома. Ослепляющий свет фар синего Ламборгини ударил ей в глаза, чуть не ослепив. Она разогнулась из трех погибель и, согнув руку в локте, прикрыла лицо. Из машины вышел кучерявый мужчина ростом с жирафа. По сравнению с ним Гном была совсем крохотной. — Эй, Татти! — писклявый голосок сорвался с его уст. — Пошел отсюда! Давай, галопом по Европам! — Гном развернулась на 540 градусов и вентилятором улетела в темноту дома. Пейтон побежал за ней на своих паленых скороходах, но врезался в дверь, закрывшуюся перед его носом. — Так просто ты от меня не денешься, тянка! — подумал он, потирая ушибленный лоб. Отойдя на несколько метров назад, он с разбегу запрыгнул на крышу лачуги. К счастью, рост ему позволял. На кровле парень не увидел дыр, которые так жаждал лицезреть. На глаза ему попался лишь дымоход. Он думал, стоит ли прыгать, но вспомнил, что мозгов у него нет, но зато есть идея! Словно трубочист он взлетел на крепких руках вверх и тут же рухнул вниз. Однако, к несчастью парня, он оказался совсем не в убогой треп хате, а в тягучих нитях паутины. Он прохрипел от тупой боли, неприятно зудящей на ушибленном боку. — Где я?! Кажется, я в мире Майнкрафта! — он с трудом повернул голову в сторону и увидел Мефного Гномика, к которому он так стремился. — О, богиня, освободите меня из чар жирного паука, что обитает здесь! — Я его съела 34 года назад, — грубо промолвила Гномик из дальнего угла. Она начала приближаться, ее лапти шоркались о пол. — Ты кто по масти? — Я… Э-э, — его язык перестал слушаться. В то время взъерошенная жизнью Мефушка продолжала наступать, сжав кулаки. Длинные ногти впивались в ее ладони. Парень проглотил горькую слюну и продолжил: — Я великий и ужасный тиктокер. Пейтон Мурмаер, — пробормотал он и еле сдерживался, чтобы не отвести взгляд. В следующую секунду Гном оказалась перед новым знакомым. Изогнув бровь, она приблизилась к его лицу. Пейтон сжался. — Тьфу на тебя! — она плюнула ему в глаз. Постанывая от удовольствия, Пейтон захлебнулся. Гном усмехнулась. Вытянув своими лапищами откуда-то из темноты тот самый саркофаг, она отодвинула его крышку и последний раз взглянула на мертвое тело бедолаги, вытащила его из ловушки, бросила в деревянный гроб. — Курт… У тебя появился дружок! — с этими словами она задвинула крышку обратно. Выбежав из логова, она уселась за руль уже своего Ламборгини и уехала на нем за новой зубной пастой через расступившийся лес в закат.