Её величество время

Я проснулась от звука на кухне. Так как гостиная и кухня были расположены вместе - я очень хорошо слышала, как Тео пытался заварить кофе. На нём белая футболка и чёрные шорты, а каштановые волосы мокрые и растрёпанные. Я заметила, что его телосложение довольно спортивное. Взглянув на часы, я увидела, что сейчас 7:36. - У тебя сегодня выходной? - спросила я. Дэвис, видимо вовсе забыл о моём существовании, потому что, когда он услышал меня, то с испуга чуть не разбил кружку. - Чтоб тебя... - тихо обругался он себе под нос. - Неужели ты уже забыл обо мне? - я села за стол. - Я надеялся, что тебя вообще не существует и ты мне померещилась. Думал, мне всё приснилось. Но, к сожалению, нет. - Конечно нет. Я вчера весь день тебя говорила о том, кто я такая. А ты до сих пор считаешь, что я мираж. Странный ты, доктор. Тео уставился на меня, подняв брови. - Это я странный? Напомнить тебе, что это не я начал преследовать человека и постоянно говорить ему о какой-то миссии? - Ладно. Соглашусь ситуация немного непонятная...,- я не успела договорить, как он опять на меня вытаращился. - Немного?! - Ну хорошо. Ты прав. Всё это очень странно. Но и я, и ты в этом замешаны. Хочешь не хочешь, но я обязана помочь тебе, чтобы ты, тем самым, помог мне. Услуга за услугу. Вот так. Тео сел за стол напротив меня, и упёрся локтями об стол, попивая свой кофе. Сейчас он выглядел уже не таким уставшим, как вчера. Наверное смог нормально выспаться. - Сегодня у меня выходной. И завтра тоже. Ты ведь спрашивала. - Отлично. Слушай, ты ведь не против того, что я здесь остаюсь? Просто, вчера мы не смогли толком об этом поговорить. И...в общем я повела себя немного невоспитанно. Так что, прошу прощения. Попытайся меня понять. Я вчера умерла и попала в что-то на подобии рая. Женщина в белом, сказала мне, что если я хочу жить дальше, то должна спасти доктора по имени Теодор Дэвис, который в последнее время, уже три раза пытался покончить с собой. Всего у меня девять дней, а сейчас уже восемь. Так что это тоже сложно для меня. Тео слушал меня очень внимательно. Надеюсь, он понял, что без него я не справлюсь. И всё это не сон, а реальность. - Та женщина, - он допил кофе и отвернувшись, стал мыть кружку, - сказала почему я хотел умереть? - Да. Я знаю о том, что случилось. Он повернулся и старался избегать моего взгляда. Но я увидела, что ему было больно говорить и даже думать об этом. - Если хочешь - можешь рассказать мне всё, если нет - я не стану допытываться. Но когда-то нам придется поговорить. Скажешь, когда будешь готов. - Где твои родители? - Они...живут себе. - То есть как? Им всё равно на то, что их дочь мертва? - Они не помнят меня. Это условие. Пока я призрак - никто меня не помнит. Будто никакой Манволь никогда не существовало. - Ты ходила к ним? - Да. Я пришла к себе домой, и поняла, что моя семья нормально живёт и без меня. Кстати, вчера к тебе на приём приходил мой отец. Возможно ты даже не помнишь, как его зовут, но он ещё прервал наш разговор в коридоре. - У меня вчера был только один пациент. И это мистер Джон Кеннеди. - Стоп. Как это только один? Ты ведь говорил, что... - Я больше не принимаю пациентов. И не провожу операции. Я скоро увольняюсь. Увольняется? Почему? Он решил покончить со своей карьерой после смерти матери? - Уверен? Уверен, что хочешь этого? Неужели, столько лет потрачено впустую? Ты ведь врач и... - Хватит! - он встал и грозно посмотрел на меня, - пожалуйста, не пытайся меня переубедить. Я всё решил. Больше ни за что не переступлю порога той больницы. Никогда. Он отошёл, и я подбежала к нему. Сейчас и меня и его переполняют эмоции. Кажется, будто он скоро взорвётся. - Но почему? - Потому что не могу! Как люди могут доверить свою жизнь мне, если я не смог спасти мать? - Ты не виноват. Мы стояли очень близко друг к другу. И я увидела в его глазах боль и печаль. Тео скрывал их под маской серьёзности и безразличия, но сейчас, всего на миг, я увидела то, что он так тщательно пытался спрятать от всех. - Ты ничего не знаешь! Абсолютно ничего. Не говори о том, чего не понимаешь. - Тогда как я могу тебе помочь если ты ничего не рассказываешь и держишь всё в себе? - Кто сказал, что мне нужна помощь? Мне никто не нужен, - он подошёл ближе и яростно посмотрел в мои глаза так, что я немного испугалась, - ты мне не нужна. А это было неприятно. И немного больно. Надеюсь, он сказал это из горяча. Или же нет? Может я и правда ему не нужна? Тогда пусть умирает. Раз не хочет моей помощи, то пусть делает, что хочет. Может даже сейчас выброситься с окна. Но ведь и я тогда умру... Почему из всех людей на планете, моя жизнь зависит от этого человека? Мне не оставалось ничего другого, кроме как уйти. Я оставила его одного. Пусть теперь будет сам за себя. Он взрослый человек. И должен сам принимать решения. Только от него зависит его дальнейшая судьба. Ему выбирать: жить или умереть. *** Я пришла в парк. Здесь очень красиво осенью. Листья пожелтели и опали. Людей сейчас очень много. Все приходят сюда, чтобы посмотреть на красоту осеннего парка или на прогулку. Любуясь природой и погрузившись в свои мысли, я вышла на тропинку, которая вела к мосту. И вдалеке, я увидела свою подругу Мэй. Везде узнаю её, по чёрным кудряшкам. Она стояла опираясь на перила моста и задумчиво смотрела на воду. Я подошла к ней, и стала рядом. Мы не виделись уже три месяца из-за работы. Она - редактор веб-романов. Иногда сама писала и приносила мне почитать. Честно говоря, у неё получалось куда лучше, чем у некоторых писателей. Сколько бы я не просила её выложить свои работы - она отказывалась. Говорила, что не хочет ничего выкладывать и пишет просто для себя, когда скучно. - Манволь? - она повернулась ко мне. Она меня видит. Значит она... О нет... - Ты... Мэй? Как... - Меня больше волнует, как ты стала призраком? Что случилось? - Меня сбила машина. Вчера. Но что случилось с тобой? - Я больна. То есть была больна, - её карие глаза наполнились слезами, но она пыталась их сдерживать, - у меня опухоль мозга. - Мэй..., - я упала на колени и обхватила голову руками, - Боже, как так произошло? Почему ты не сказала? Почему я не могла этого понять? Мы ведь подруги, неужели я не могла заметить? Вот же идиотка! - я начала бить свою голову руками. - Всё хорошо, - Мэй присела возле меня и заставила посмотреть на неё, - со мной уже всё в порядке. Как видишь, сейчас я уже не чувствую боли, - по щекам текли слёзы, но она продолжала улыбаться, продолжала делать вид, будто всё отлично. Что я за подруга такая? Как я могла? Почему я не заподозрила что-то неладное, когда она начала задавать мне странные вопросы? - Манволь, - спросила Мэй однажды, когда мы смотрели вместе фильм, - чтобы ты сделала, если бы узнала, что тебе осталось примерно пол года? - А что такое? - засмеялась я, - умереть собираешься? - Да нет. Просто появилась идея для романа. Я должна была понять, что она интересуется этим не просто так. Что я за человек?! - Прости меня. Пожалуйста, прости за то, что я не смогла тебе помочь. Прости за то, что не была хорошей подругой. Прости, что ничего не поняла. Умоляю, прости меня... - Манволь, - Мэй продолжала улыбаться, - ты не виновата. Я сама не хотела никому говорить. Никто ничего не знал. И это было моё решение. - Как давно ты...? - Уже больше месяца назад. Я уехала в свой родной город к сестре, и там... - Мне жаль... Жаль, что я не смогла даже присутствовать на похоронах. Если когда-нибудь сможешь - прости меня. А лучше и не прощай вовсе. Я ужасный человек и не заслуживаю прощения. - Я не держу на тебя зла или обиды. Ты не виновата. Я слишком поздно узнала о своей болезни. И хорошо, что я так быстро умерла. Если честно, то я больше не могла терпеть ту боль. Уж слишком она была сильной. Но зато теперь я свободна. И от жизни, и от болезни, и от боли... Мы сидели на мосту смотря на воду. И молчали. Я не знаю, как можно описать то, что произошло с нами. Мэй всегда была весёлой и энергичной. Она любила веселиться и дурачиться. Была человеком, который поднимает всем настроение. Мэй постоянно шутила и улыбалась. Кто бы мог подумать, что в то время, когда она смеялась - чувствовала невероятно сильную боль? Кто бы мог подумать, что в её шутках о смерти, была доля правды? Кто бы мог подумать, что она так быстро умрёт? - Я не лечилась, - Мэй прервала тишину, - не стала. Зачем? Всё равно ничего бы не изменилось. Пачками пила обезболивающие. Которые в конце концов переставали действовать. Я спокойно умерла. Во сне. Потом очнулась, и увидела женщину. Она сказала мне, что люди, которые умирают от болезни - становятся призраками, и могут сорок дней ходить по земле. Угадай, что сегодня за дата? Сегодня - мой сороковой день на земле. Если хочешь - можешь провести мои последние минуты вместе со мной. Станешь свидетелем того, как твоя подруга возносится на небеса, - она шутила, но это была уже не просто шутка. - Разумеется хочу. Я не смогла присутствовать ни когда тебе было плохо, ни на похоронах. Поэтому я хочу быть с тобой, - понимаю, что сейчас расплачусь, я решила сменить тему, - я тоже видела ту женщину в белом. Но так, как я была убита, то мне предложили некую сделку: за девять дней я должна спасти одного парня от самоубийства и вернуть ему желание жить. Если справлюсь - то снова стану человеком, если нет - то умру. Теперь уже окончательно. - Что за парень? - Его зовут Теодор Дэвис... Я полностью пересказала ей свою историю с доктором. Мы так заговорились, что не заметили, как начало темнеть. - Этот Тео, - промолвила Мэй, - мне кажется он не такой плохой, как кажется. Просто потерял дорогого ему человека, и теперь мучается. Поставь себя на его место. Как бы ты смогла жить, зная, что не смогла спасти собственную мать? Надеюсь, ты справишься и сможешь вернуться к привычной жизни. А ведь подруга была права. Я не до конца понимаю то, что Тео сейчас чувствует. Потому что мои родители живы. И даже не знаю чтобы со мной стало, если бы я была на его месте. - Ну всё, - Мэй поднялась, - у меня осталось не так много времени. Я поднялась, и посмотрела на подругу. Только сейчас заметила, как сильно она изменилась: её кожа стала болезненно-бледной, а щёки утратили розовый оттенок, появились синяки и мешки под глазами. Мэй очень сильно похудела. - Знай, - произнесла я, - я очень сильно тебя люблю. Ты моя самая верная и лучшая подруга. И я ценю то, что ты для меня делала все эти годы. Прости, что не сказала этого при жизни. Спасибо за всё... - И тебе тоже спасибо, - Мэй вытерла слёзы рукавом белого пальто и снова улыбнулась, - давай пробежимся по мосту. - Ты хочешь? - Очень хочу. - Тогда побежали. Мы начали бежать по мосту временами погладывая друг на друга. Подруга смеялась, и я вместе с ней. Не добежав до берега, Мэй растворилась в воздухе. Исчезла. Навсегда. Я упала на землю и закричала. Меня разрывало от боли. Я кричала и кричала, пока не начала задыхаться. Моя милая Мэй... Почему корчилась от боли, никому не сказав? Почему решила в одиночку нести своё бремя? Почему продолжала смеяться, зная, что скоро умрёт? Она прожила всю жизнь с улыбкой. С улыбкой и умерла. Никогда не говорила о своей боли. Так и умерла никому не сказав.