Зависимость

Любая зависимость возникает не сразу, и привыкаешь ты к ней не с первого раза. Для видеоигр нужно время, и для таблеток, и для секса. Всегда есть то особенное, что раскрывается только тебе и сносит башню, меняя личность. Джемин считает, что в его жизни ничто виртуальное уже не коснётся чего-то внутри. Физическое (химическое) — очень даже. Но тот телефонный звонок не даёт покоя. Ожидая лекции, парень крутит телефон в руке и печатает на вчерашний номер короткое СМС, как будто первоклашка с папкиным кирпичом. На очевидное 'привет' ответ приходит через час: 'Прости за вчера. Могу позвонить? ' . Вообще у студента На уже вовсю идёт лекция, но кто он такой, чтобы отказаться от звонка? Парень выходит в коридор, печатает положительный ответ и моментально снимает входящий: — Алло? — Слушай, прости… — начинает Джено, но его перебивают. — Стой, стой. Я знаю, что всё это глупый розыгрыш, но что насчёт получать за такие звонки маленькие плюшки от меня? Когда у тебя зависимость, то ты уже слаб, и уже никогда не сможешь вернуться в нормальную жизнь. И чтобы избавиться, тебе нужно тупо перебить одно другим. Если интересно, то алкоголики переходят на сигареты, курильщики — на порно, игроманы на шоппинг, шопоголики иногда уходят в соцсети. И так до бесконечности. Есть ещё одна штука. Привязанность к человеку. Пока ты не вспоминаешь, что платишь ему за внимание, ты способен обмануть сам себя, обмануть — как это сейчас модно называть — аддикцию. Потому что процесс получения требуемого дофаминчика тот же самый — деньги, ожидание, попадание в организм, и кааайф. — Ты типа предлагаешь деньги за разговоры по телефону? — Ну да. Я даже не знаю, в каком ты живёшь городе, твоего имени и социального положения, — Джемин усмехается, — Даже не знаю, знаешь ли ты это слово! — Я может и звучу, как уставший от жизни деревенщина, но это не значит, что мне скоро тридцать, и что я, в самом деле, живу в лесу, молюсь колесу! — Джено в негодовании распахивает глаза. У многих из тех, кто по детству прошёл «б е д н о с т ь» родаков развивается страсть к деньгам, зависимость от них. С таким же успехом — 50/50 — можно получить противоположную реакцию: ненависть и пренебрежение к материальным ресурсам. Господин Ли попал во вторую категорию. — Ладно, извини. Но всё равно, я должен оплатить хотя бы твой звонок, или кинуть денег на инет, чтобы было дешевле. — А если я не хочу делать этого? — Твоё право, — усталый выдох. Но жизнь у Джено не блещет разнообразностью. На что она вообще похожа? Тут даже не фруктовый кефир, как было в какой-то там песне, тут уже спрятанное под тиной озеро, где медленно, но верно, загибается всякая жизнь. Болото. Беспросветное, смердящее, убивающее всё в округе. И до того, как незнакомец сбрасывает, парень вдруг вскрикивает: — С тобой на связи Ли Джено! Хорошо, что рядом никого нет. Сидеть на лестнице на выходе уника и громко называть свое имя — странное явление. Хотя это университет — тут чего только не творится каждый день. — Это твоё имя? — А твоё? — Джемин, просто Джемин. Между ними повисает тишина, никто из ребят не знает, как продолжить. — Ты позвонишь мне вечером, Ли Джено? — Да — Позвони после десяти. Сможешь? — Угу — И что насчёт… Оплаты? — Я расскажу тебе вечером. … Вечер опускается на город сомнительной тенью. Джемин заправляет кровать, открывает окно и берёт в руки телефон. Его должно вштырить от ожидания. Его уже трясёт. Он уже ждёт. Но это пока так — предвкушение, как в кино, когда крутят рекламу. Так что пока это всё — одиночный сеанс, билет в кинотеатр. На не готов приобретать абонемент, не сегодня. Наверное. Чтобы перебить одно другим, он должен распробовать, должен узнать вкус Ли Джено. Это как пепси, со всеми этими «без сахара», «вишня», «классика», «манго». И всё равно её путают с колой. Джемину нужно быть уверенным, что парень по ту сторону телефонной сети его собственный уникальный вкус, о да — персональный Mountain Dew. Он перебивает одно другим. Это должно сработать. Он сможет обмануть сам себя и выбраться с собственного дна. — Алло! — парень снимает звонок слишком резко, подскакивая на кровати, — Ли Джено вещает некоему Джемину, — короткий смешок, — Как ты? — Я могу сказать честно, так ведь? — Наверное На самом деле, Ли не готов слышать 'честно'. В глубине душе он начинает переживать. Странный Джемин. — Хреново, Джено. Я очень давно чувствую себя очень хреново, и никому ни разу до этого не мог сказать. Джено сглатывает и выпрямляет спину в своем компьютерном кресле: — А сейчас? — Я не знаю тебя, не уверен, что мы встретимся, и мне глубоко плевать, если завтра ты расскажешь об этом своим друзьям — мы все ещё никто друг другу, — Но я не расскажу! — Хах! Верю. Неуютная тишина. Но такая важная между ними, сладкая. Ли на вкус как лимон, неопределившийся, и потому готовый к долгому путешествию. А Джемин рассматривает исключительно вариант для долгого путешествия. — Я могу звонить тебе, оставлять голосовые, чтобы что-нибудь рассказать в течение дня? — Сколько тебе лет? — Джено подгибает под себя одну ногу. — Так важно? Ты не ответил на мой вопрос, — На дует губы, хотя знает, что его не видят. — Звони, только я не всегда смогу взять. Я учусь в … — Стой-стой, Джено, не вздумай говорить, откуда ты. Даже если есть малейшая вероятность встретиться, то давай не будем? — Встречаться? — Узнавать шелуху о себе. Когда ты пребываешь в депрессии достаточно долго, то у тебя неизбежно меняется восприятие, искажаются понятия о дружбе, каких-то там ценностях. Фишка депрессии в том, что ты можешь жить, не зная об её существовании годами. Продолжая толкать своё колесико вперёд, оставаясь в прежней клетке. На самом деле, каждый тут чем-то болен. Кто-то понимает это раньше, кто-то активно лечится, а кто-то …. Джено знает, что в жизни его мало ярких красок. И он знает, что может получить их только за деньги. Но делает осознанный выбор отказаться. — Ладно. Просто я не знаю, о чём говорить с тобой — Я не спросил: как ты? Джемин садится по-турецки. Он знает, что чарует людей своим голосом, своими речами, действиями. Все — и парни, и девушки — падки на причудливого парня. Парня, у которого в голове атомный взрыв на термоядерном, подгоняемый землетрясением и потопами. Читай: срыв на срыве с кучей таблеток, неблагополучной семьёй и прочими приколами. Поэтому Джемин ждёт реакции, уверенный в своих силах. Но Джено не такой. Его планета тоже прострелена, лежит в коме. Только сам парень не согласен выводить её из этого состояния — начнёт крутиться-вертеться потеряет мишуру и то, что держит парня в жизни. Все время от времени думают о смерти в том, или ином ключе. Вопрос в другом: что останавливает. Это как фильм 'Это очень забавная история': кому достанется велосипед? как отнесутся к этому родители? а твоя младшая сестрёнка с травмой? — Я нормально — Ты что: скучный отличник? — Раз у меня есть друзья с тупыми приколами, то жизнь интереснее, чем у тебя — Грубо, — грустно выдыхает Джемин, — Я не хочу за это платить, — Я не хочу, чтобы ты платил. Давай будем друзьями по телефону? Ли не знает возраста парня. Тут может быть раскидка от дурных 15 до унылых 30. Он знает, что звучит жалко, но что ж. — Прикольно. Давай. Ты будешь моим первым другом по телефону, Джено! — На смеётся, — Что они обычно делают? Кроме рассказов о жизни? — Обсуждают фильмы? Музыку? Еду? — Ого, а ты умный. Ты, в самом деле, умный, Джено. Я рад. Нам хватит по теме на вечер. В самом деле, Джемин приобрел что-то ценнее таблеток. Новую зависимость, многогранную, интригующую, непредсказуемо влияющую. Есть у всех опытных любопытство. Кстати, с него — с любопытства — многие и начинали. Поверх этого свойства накладывается такая штука как общее образование. Не школа, нет, не вздумайте! И не универ/колледж. Чёрт, нет! Просто общий уровень развития. Но термин 'уровень развития' мы относим к детям, ну к школьникам. А вот о б р а з о в а н н о с т ь — это взрослая фишка. Как театры, стриптиз-клубы, просроченные счета и неудачная сепарация от мамкиной юбки. Так вот, если смешать водку с соком, то можно улететь в космос на детской ракете во дворе. Если смешать любопытство с накопленной образованностью, то можно получить учёного на минималках. Что это значит? Маниакальные наклонности, склонность к постоянному анализу и оценке, наблюдательность и желание ставить опыты. Много опытов. На себе. Джемин уже в опытах. Много лет. И сейчас он начинает новый эксперимент, садится за рабочий стол и достаёт из нижнего ящика толстый блокнот — купил по приколу, когда в голове крутилась попса из 70-х, под губой помимо жвачки лежала увеселительная смесь, и идея купить кожаный блокнот с сиреневым геометрическим рисунком: синие ромбы, жёлтые точки — абстрактный космос — эта идея казалась о х у и т е л ь н о й. Он записывает свои ощущения от первого осознанного звонка. Это как осознанные сны. Их все надо фиксировать, чтобы не терять навыка. И тут также. Чтобы знать, как сильно тебя штырит, как глубоко берёт, и насколько сильна реакция — надо это з а ф и к с и р о в а т ь. На первых порах должно хватить блокнота, записей, простого. Что будет дальше — сам Джемин ещё не знает. Он только начал этот эксперимент над собой. И даже не вспомнил, что в природе всё взаимосвязано, и что на том конце провода тоже сидит человек, тоже участник этого эксперимента. Он тоже подвижен, и тоже только начал, даже не догадываясь о возможных изменениях. Джемин запустил эксперимент над ними двумя.