Стервятники

      Маленький мальчик гулял по интернату средней школы. Напевал что-то себе под нос, играя в нарисованные минутами назад класики. Прохладный ветерок обдувал открытые от колена ножки. Звонкий голосок отдавался эхом по пустому саду:       – Луноход, луноход, – мальчик ловко прыгал по клавишам, четко выговаривая каждое слово. – По луне идёт вперёд. Долго... (а!) ему ходить. А сейчас тебе...       Считалочка так и не окончилась – мальчик с глухим грохотом упал на живот. Коленки и правое ребро пылали пламенем, пока сзади слышалось глотание. Дрожащими руками он попытался опереться, чтобы встать, как под пятую точку больно прилетел пинок. Мальчишка простонал.       – Ка́стиэлль, как настроение? погодка? результаты контрольной? – последние слова подкрепились ещё одним пинком в бок. Мысли туманились с каждой секундой. Хотелось разреветься, убежать, рассказать старшим, но за такое он получил бы в два раза больше, поэтому лишь вытер навернувшиеся слезы рукавом свитера. Потрепанного, наверняка порванного свитера. Как же ему достанется от отца за испорченную вещь. А матушка плакать будет...       – Я дал вам ответы, что вам ещё от меня нужно? Они наверняка правильные, у меня 100 баллов...! – как можно увереннее прохрипел он.       – Вот именно, упырь. А у меня незачёт за списывание! – ещё громче раздается уже другой голос. Видимо, второй хулиган уже перестал испытывать свое терпение, резко дёрнув ногой и наконец зарядил отличнику по лицу, самодовольно усмехаясь. От удара мальчик приглушённо всхлипнул, хватаясь за кроваточащий нос. Голова раскалывалась, горячая кровь не переставала сочиться из носа, пачкая руки. Капли с плеском капали на каменную плитку.       Дети жестоки. Пятиклассник буквально запинывал товарища из-за простой пометки в журнале. Кастиэллю не привыкать – из школы в школу, умники и ботаники всегда подвергались издёвкам. Ему просто хотелось домой, побои отца и то были реже. В начале алеи послышался звонкий стук каблуков, явно принадлежащий кому-то из преподавателей. Услышав их, компания в спешке хватают свои сумки и убегают с места преступления, оставив жертву в одиночестве лежать на холодном мраморе, слушая щебетание зарянки...       Мальчик все понимает, даже сквозь полуомрачное состояние он может понять то, что так сковывает ее по рукам и ногам, давит его и мешает ему жить. Он смеётся. Удивительно, как это раньше он не мог понять такого пустяка? Казалось, что и зарянка, и деревья тоже смеются и удивляются. Ложное представление овладевает Кастиэ́ллем. Он медленно, но верно поднимается на ноги. Ему приятно и щекотно от мысли, что скоро, совсем скоро он избавится от негодников, а потом спать, спать, спать... Как же ему не хватало отдыха!