Смертельный Водоворот

      Чистый воздух после дождя всегда радовал и невольно заставлял расслабиться. Приятный запах леса, травы, просто приятный свежий запах, который помогал успокоиться, обычно так и было. Как только дождь прекратился, командир разрешила ненадолго остановиться, видимо, она обдумывала новый план.       Яруи передёрнулся, чувствуя лишь нарастающее напряжение, особенно в моменты, когда его взгляд ухватывался за командира отряда. Уж больно тяжело было принять действия этого человека, они казались неразумными и бессмысленными. Силы тратились в пустоту. Парень действительно не хотел соглашаться с командиром, но иначе нельзя было.       — Что с тобой? — наставник быстро заметил напряжение юноши, потому появился рядом. Необычно было то, что он сделал это слишком тихо и быстро, что сразу отметил Яруи.       — Я не понимаю, — начал парень, хмурясь и поворачивая голову в сторону Акито, встречаясь с ним взглядом, — почему командир позволила оставить Коу-сана одного сражаться? — вот так раскидываться своими людьми, причём Коу был ценным человеком в отряде, нет, даже в клане! Яруи принимал такую правду.       — А что в этом не так? — прищурившись, спросил у него мужчина, примерно, но понимая своего ученика.       — Разве не разумнее было взять в плен тех шиноби и вынудить их клан на сотрудничество? — Яруи, сам того не заметив, коснулся подбородка, кусая свои губы. — Среди них был необычный мужчина, он был похож на главу клана, если это правильно использовать, то, — парня начало заносить дальше, что приводило к жуткому погружению в свои мысли. — Коу мог бы стать идеальным посредником этого сотрудничества, и мы бы получили выгоду, — хоть Яруи и высказывал свои мысли поверхностно, но Акито понимал, что эти жуткие мысли начинали его пугать.       Акито вздохнул, после чего резко захватил своего ученика, схватив за шею и начав теребить голову. Уж этому пареньку определённо не стоило давать свободы — он мог стать идеальным злодеем в глазах народа. Акито волновался за своего ученика, всё же он привязался к нему. Да, Яруи обещал стать хорошим помощником для наследницы Сору. Было бы хорошо, чтобы ученик не пошёл по тёмной тропинке жизни.       Яруи недовольно надулся, понимая, что учитель вновь пытается отвлечь его от всех этих раздумий, оберегая. Парень же всё же не мог понять действий командира. Разве не лучше взять клан Учиха? Хоть и учитывая риски, но можно было извлечь выгоду, с помощью которой после настроить торговые связи. Да, клан Учиха не лучший союзник в данном плане, было бы лучше связаться с Сенджу, которые уже заработали себе достаточно хорошую репутацию у многих кланов, выставив Учиха главными злодеями мира. Это хоть и выглядело смешно, но было хорошим ходом.       Хоть Акито и старался воспитывать мальчика так, будто это был его сын, но… Мужчина видел, что его воспитанник уже уходил на свой собственный путь. Его склонности и предпочтения уже давали понять, что всё будет не так просто. Акито действительно воспринимал Яруи за своего сына. Может быть от того, что он взял мальчика после той трагедии, но может и просто — сильно привязался. И помощник Сору никогда не жалел об этом, разве что о том, что втянул этого ребёнка в жизнь второго отряда. Может быть ему было лучше не здесь…       Яруи всё же улыбнулся, чувствуя от своего учителя привычное тепло. Он начал вырываться из захвата, что-то недовольно бормоча и ругаясь на Акито, который лишь громко смеялся.       Сору наблюдала за ними уже некоторое время. Она видела эту необычную связь, которая выстроилась между этими двумя. Действительно волшебно. Сору помнила, как ей однажды сказали, что связи между близкими людьми напоминают волшебство. Их понимание друг друга, их взаимоотношения и действия — это завораживало.       Женщина слабо улыбнулась с некоторой горечью, чувствуя себя паршиво. Она никогда не пыталась выстроить связи со своей ученицей, слепо повторяя путь своего учителя и делая всё тоже, что и он. Возможно, это и приводит к внутреннему разрушению и пустоте, которая была знакома Сору. Сдержав вздох и заметив, что её руки слабо дрожали, женщина пропустила тихий смешок. Забавная ситуация — она завидует этому плаксе Акито.       В молодости она бы даже этого представить не смогла…       Сору почувствовала, что её охватила ностальгия. Когда-то между ней и этим плаксой были довольно трепетные отношения… Она как-то приходила на его свадьбу, то ещё торжество было. Его глаза тогда необычно сверкали, вызывая вопросы внутри капитана второго отряда. Сору помнила, как увидела младенца на руках Акито… Прикусив губу, женщина попыталась откинуть это наваждение. Нельзя запутываться в эмоциях, а лучше забыть про них, — первое правило.       Узумаки подумала о своей ученице. Их отношения нельзя было назвать ни хорошими, ни плохими. Они никакие. Просто Сору давала всё Сане, чтобы та стала лучшей заменой ей. Это было проверено и другими Монстрами, которые раз за разом передавали свои знания. Сана стала похожа на предшественника Сору. И это заставляло задуматься, а все ли они были копией своих предшественников? Это пугало.       Сору понимала, что сильно рисковала, когда позволила этой девчонке делать всё, что взбредёт в её безумную голову. Хоть и Сана всегда выживала, но никто не исключал возможной смерти. На поле битвы смерть становится подругой, напарницей и семьёй, с которой приходится сражаться бок о бок. Она сопровождала их везде, и Сору понимала, что не имеет смысла защищать от того, что невозможно избежать. Если её ученица погибнет, значит была недостаточно сильна и умна, раз решилась на такую глупость, трезво не оценив свои способности.       — Я хочу довести её до вершины, — Сору замерла на месте, когда невольно услышала голос ученика Акито. — Пусть даже и придётся мне замараться, — парнишка громко хмыкнул, хоть и пытался скрыть дрожь в своём голосе.       Женщина рассмеялась, разворачиваясь и подходя к Акито и Яруи.       — Забавную зверушку ты подобрал, — с улыбкой под маской произнесла Сору, смотря на Яруи.       — Неужели увидела его отражение? — Акито тепло улыбнулся, по его лицу ученик и смог наконец оценить атмосферу вокруг. Оба говорили о чём-то хорошем.       — Его? — не побоялся спросить парень, чувствуя, как ком подходит к горлу, ведь рядом был капитан, который пугал… Хотелось плакать от её присутствия и ощущения безвыходности.       — Человек, который обещал подарить капитану её мечту, — на лице Акито показалась та эмоция, которая показывала и грусть, и ностальгию, и сожаление.       — О-он выполнил? — чувствуя от женщины что-то непонятное, спросил с дрожью в голосе Яруи. — Н-ну, обещание.       — Ха! Этот трус? — в голосе капитана звучала насмешка и обида, она смотрела на Акито, говоря эти слова. — Он выполнил лишь часть своего обещания, так и не отдав последнюю часть, — Сору вздохнула, чувствуя, что её эмоции снова сорвались. Голова гудела. — Нам пора выдвигаться, — поднимая голову к небу, видя, как тучи вновь затягиваются, приказным тоном произнесла она, — ты подготовил?       — Да, капитан, — обращение Акито будто было пропитано мёдом в эту секунду, за что он и получил в лоб. — Злая, — хмыкнул мужчина. После ухода Сору, он посмотрел на ученика и странно улыбнулся. — Не раскидывайся обещаниями всё же, — Акито положил руку на голову ученика, понимая, что если тот снова вытянется в росте, то он уже не сможет этого делать. — «Дети всё же быстро растут», — такая мысль заполнила его сознание, а после он направился на своё место, место возле капитана.       Яруи проводил взглядом своего учителя, поправляя волосы. Его мысли сходились к тому, что между этими двумя что-то произошло, причём не просто давняя ругань, а нечто более серьёзное. Парню показалось, что тем человеком, кто дал обещание капитану, был его учитель. Конечно, всё могло быть не так, но Яруи подозревал его.       Однако, что бы парень не думал, он всё же прислушался к совету учителя и не стал спешить давать обещания непосредственно Коу. Помимо этого, Яруи начал думать о том, что ему стоит брать пример с капитана в плане сдерживания эмоций. В этом была своя польза, да и постоянный страх рядом с ней уже действительно был звонком для него. Яруи собирался стать сильным шиноби, пусть даже и его силы не смогут превзойти Сану или кого-то там ещё, но умом он мог бы заставить подчиниться тех, кто не сможет совладать с эмоциями.       Яруи действительно серьёзно задумался.

***

      Слабое освещение не доставляло неудобств девушке, потому она прикрыла глаза. Что можно было ещё делать, кроме сна? Раз уж сложилось так, что приходилось вновь быть пленником какого-то клана. Хотя Учиха это не просто там какой-то там клан, это уже достаточно сильная армия и устоявшаяся древняя родословная. Они смогли прожить достаточно долго… Девушка пропустила смешок.       Спустя пару часто безделья, она всё же услышала чьи-то шаги. Любопытство загорелось внутри Саны. Она стала ожидать, ведь была надежда, что направление неизвестных лежало к её камере. Впрочем, надежды вполне оправдались, когда двери медленно начали открываться. Сана задалась вопросом: «а закрывали ли они двери?» — интересный вопрос.       — Неужели вы так доверяете мне? — со смешком спросила Узумаки, прищуриваясь.       Взгляд лавандовых глаз метнулся по всем, кто прибыл в её камеру. Взрослый мужчина, ещё пару мужчин и двое было у двери, как она заметила. Вскоре в её глазах мелькнуло недоумение, что тут забыл ребёнок-то? Мальчик, по росту видно. Это уже выглядело забавно, ведь его можно было взять в заложники.       — Нет, конечно, — хмуро ответил Таджима, осматривая её.       Больше всего поражало спокойствие. Оно не было напускным, не было фальшивым — всё тело было расслабленно, а голос и вовсе был весёлым. Возникало ощущение, что такое положение было ей не в новинку. Мужчина почувствовал озадаченность и ещё больший шок по отношению к этому Узумаки. Он много думал, потому и приказал своим подчинённым не трогать этого безумца, разве что прикрепить к стене (видимость безопасности, которую необходимо было создать). И, конечно же, Учиха пришёл к вполне разумному плану.       — Уже хочешь подписать контракт? — почти пропел сладким голосом этот Узумаки, будто читая Таджиму как открытую книгу. Это заставило почувствовать секундное удивление и неопознанный страх. — Забавные вы однако, — голос Узумаки притих, он говорил это уже с жутким тоном, в котором мелькало и веселье.       — Почему же? — Таджима напрягся, отчего-то тело уже готовилось к бою, и не зря…       Узумаки щёлкнул пальцами, после чего кандалы с громким звуком открылись и повисли на стене. У присутствующих было несколько секунд на обработку этой информации и шок. После этого безумец исчез, появляясь рядом с Таджимой и хватая мальчика возле него. Сана быстро использовала технику перемещения на небольшое расстояние и вернулась к месту, где висела не так давно.       Перед ней стоял ребёнок, мальчишка лет двенадцати. Она притянула его к себе, усмехаясь и тут же забирая кунай.       — Помимо того, что вы не боитесь приводить ко мне детишек, — Сана держала мальчишку в захвате, начав его слабо душить, не особо стараясь, — так ещё и не тронули мою маску, — в эту секунду Таджима почувствовал облегчение, понимая, что сделал верный выбор, не став притрагиваться к этому взрыв-тегу. — Я искренне восхищён вашими способностями, глава клана Учиха, — голос всё также продолжал сквозить весельем.       — Тогда может отпустите ребёнка? — понимая, что сейчас Мадару лучше даже по имени не звать, однако…       — Это ведь наследник? — Сана подняла его голову вверх за волосы, рассматривая черты лица. — Если я убью его, то мне будет проще в будущем, — учитывая её некоторые планы, то именно так и должно было сложиться — Учиха станут её врагами в любом случае. — Как тебя звать, малыш?       Мадара чувствовал, как сердце бешено бьётся, пытаясь пробить грудную клетку. Как было тяжело дышать, как неприятно было ощущать то, как его медленно душат. Хоть и первые секунды он ничего не чувствовал, но после какая-та слабость наступила, перед глазами начали мелькать тёмные пятна. Он видел лишь неприятную маску, которую хотелось сорвать. Ребёнок тщетно пытался вырваться, но видел, что его враг никак не реагирует на эти попытки, словно ему было всё равно, словно он был каким-то слабым муравьём.       Злоба — это почувствовал Мадара, когда к нему обратился этот человек. Учиха наконец понял предназначение своих снов. Этот Узумаки должен был убить его! Это бессилие и положение даже не давали возможности выбраться. Больше всего ребёнка поражало поведение отца. Тот выглядел спокойно.       Мадара захотел убить этого Узумаки, хоть и понимал, что между ними была пропасть в плане силы.       Наконец он смог вздохнуть, услышав лишь от своего мучителя странный вопрос:       — Неужели такой слабак? — это возмутило Мадару, который развернулся на ватный ногах и попытался ударить кулаком неприятеля. Однако Узумаки даже не стал уворачиваться, давая мальчишке попасть по себе.       В эту секунду Мадара понял, что его удар вообще ничего не значил для этого Узумаки. Растерянность, разочарование, горечь, смущение, недоумение, ярость — много эмоций мелькнуло внутри, заставляя ребёнка прикусить губу и почувствовать, что был действительно ребёнком. Юный Учиха посмотрел на маску человека, который вызывал у него раздражение и ярость, даже начал вызывать ненависть, ведь словно стал предметом, отражающим его слабость своим существованием и силой.       — Какой у вас яростный наследничек, — Сана усмехнулась, погладив по голове Мадару, смотря как тот ударяет её по руке и пытается отбежать. Девушка схватила его вновь, уже не душа, понимая, что вполне могла случайно прибить этого милого котёнка. — Итак, давайте для начала выберем нейтральную территорию?       — Сначала вы отпустите моего сына, — уже не было смысла скрывать этого.       — Он мой гарант безопасного ухода с вашей территории, — с улыбкой произнесла Сана, прищуриваясь, — или сохранности многих жизней, — когда Мадара услышал эти слова, то понял, что став заложником, мог избавить клан от потерь.       — Отец, — мальчик посмотрел в глаза родителя, наконец находя в их глубине тревогу, которую тот умело прятал, — я стану его заложником, — Таджима вздохнул, чувствуя себя отвратительно. Сана лишь пропустила смешок, щипая за щёку милого котёнка.

***

      — Почему мы не можем сейчас начать переговоры с кланом Учиха? — спросил Яруи, находя секунду для переговоров с учителем.       Яруи точно мог сказать, что доверял своему учителю. Этот человек многому его научил и даже не боялся скрывать некоторых деталей от командира, что уже показывало привязанность Акито-сенсея. Конечно же, Яруи ценил это. Парень продолжал думать о Коу и его состоянии, ведь боялся, что Коу погибнет.       Сражаться с большим количеством шиноби в одиночку неудобно, хоть Яруи и не знал большую часть способностей Саны, но знал, что одному невыгодно идти в бой. В большей части эту роль выполняет пушечное мясо на поле битвы. И Коу один против двух кланов, хоть Яруи и своими глазами видел, что тот неплохо справляется, но… это всё равно было неправильно.       — Знаешь, — Акито тепло улыбнулся, продолжая смотреть вперёд и передвигаться, — временами расчётливый ум может оказаться загнанным в угол, причём в самый неожиданный момент, — учитель всегда говорил достаточно мудро, чтобы заставить задуматься, — и причиной этому станет всего лишь один человек.       — И как же? — надевая на себя этот пример и ставя себя на место расчётливого ума, с усмешкой спросил Яруи, не очень-то и веря, что один человек мог загнать его в угол.       — Есть люди, — Акито посмеялся с реакции ученика, — которые вызывают любовь у окружающих и к ним тянутся, они могут даже врага превратить в своего друга, — мужчина посмотрел на Яруи, — и эти люди могут стать единственными, кто может противостоять холодному расчёту путём своей необычной способности располагать к себе.       — Не понимаю, — Яруи покачал головой, — если есть чёткий и подробный план, то он не сможет его остановить, будь даже у него за спиной какие-то фанатики.       — Такой человек обладает не столько способностью располагать к себе, — усмехнулся Акито, понимая своего ученика, — они обладают силой пользоваться самыми удобными и выгодными моментами, исполняя всё настолько идеально, что это сломит даже самый продуманный и почти завершённый план.       — Но я ведь тоже могу воспользоваться случаем…       — Они другие, — покачал головой Акито, — ты увидишь это, когда станешь свидетелем работы Хлебушка, — это прозвище Саны, которое редко использовал мужчина, давал понять, что он имел в виду полную личность девушки, а не её чёрную или белую сторону.       Яруи задумался. Ему сложно было поверить, что существование одного человека способно изменить весь ход событий. Сложно было принять, что эти необычные люди могут использовать моменты лучше тех, кто обладал расчётливым умом. Разве можно было изменить что-то масштабное, если мешать будет такой человек? Все механизмы ведь уже должны работать, а значит, что сломать их должно быть сложно, а не за пару удобных моментов, как описал Акито-сенсей.       Это действительно было сложно.

***

      Сана закинула ребёнка себе на плечо, тот сначала сопротивлялся, но после пары предупреждений успокоился. Девушка быстро просекла, что этого котёнка действительно заботил клан и возможность потерь. Было забавно наблюдать за ним. Когда они вышли из подземной тюрьмы, которую соорудили Учиха, то Сана даже похвалила их. Строение действительно было хорошо спроектировано. Узумаки планировала повторить нечто такое на территории их клана, разве что добавить несколько печатей и всё будет ещё лучше…       Они отошли на некоторое расстояние от клана Учиха.       Узумаки поставила рядом с собой мальчика, наконец имея возможность рассмотреть его. Стандартная для их клана внешность: чёрные волосы и глаза. Он не отличался чем-то особым, хоть и уже было заметно, что вырастет симпатичным. Помимо этого, ему было около десяти лет. Что означало разницу в возрасте между ними где-то пять лет.       — Эй, — мальчишка посмотрел на неё серьёзным взглядом, который лишь смешил Сану, — как тебя зовут?       — Зачем тебе это котёнок? — со смешком спросила девушка, видя боковым зрением, что всё уже почти было готово.       — Я однажды одолею тебя и заставлю подчиниться, — Мадара хоть и чувствовал сильный страх, но, несмотря на дрожь в теле, на дрожь в голосе, он говорил, сжав руки в кулаки. Это понравилось Узумаки, которая ценила эту забавную стойкость, которая, чаще всего, ничего не приносила за собой.       — В мире меня знают многие, — безумец сделал шаг вперёд, оставляя мальчика позади и открывая ему свою спину, — моё имя Узумаки Коу в этом мире, — он говорил так, будто не относился к остальному, кроме как тому, каким его знают.       — Меня зовут Учиха Мадара! Запомни это имя и жди! — мальчик поджал губы, понимая, что его ни во что не ставит этот Узумаки. Он услышал лишь смешок и тихий ответ, который его заставил его ошарашенно смотреть в спину этого ненормального:       — Буду ждать чего-то удивительного, — хоть голос и был максимально приглушен, но Мадара отчётливо слышал каждое слово, — потому не разочаруй мои ожидания, котёнок, — после этого Узумаки подошёл к его отцу, начиная что-то с весельем обсуждать, но родитель становился более напряжённым с каждой секундой.       Мадара стоял на месте и не двигался. Ему не хотелось. Он смотрел в спину этого безумца и видел мон клана Узумаки, видел его, связанные в пучок, волосы винного цвета, многие пряди уже выбились из причёски, потому выглядел он странно. Его доспехи уже были потёрты, давая мальчику понять, что тот пережил достаточно много битв.       Юный Учиха опустил голову, чувствуя себя отвратительно, как вдруг… Мадара заметил на земле что-то сверкающее — браслет. Серебряный браслет с небольшими звеньями. На нём можно было заметить небольшой рисунок… Мальчик с удивлением поднял голову в сторону Узумаки, тот смотрел на него. Из-за маски казалось, что его лицо было пустым, — это пугало. Ребёнок сглотнул ком в горле понимая: это обещание между ними.       Мадара сжал в кулаке этот браслет. Чёртов Узумаки был действительно сумасшедшим. Ребёнок заметил, что этот аксессуар был ему пока большим, потому решил, что будет пока прикреплять его к одежде. Оно станет напоминанием собственной слабости перед этим безумцем.       Сана видела эти прекрасные эмоции на лице мальчишки и чувствовала удовлетворение. Быть может, из него вырастет достойный соперник или союзник, смотря в какой роли она вновь встретит его. Эта игра девушке нравилась, ведь у этого мальца было больше шансов выжить и стать сильным — он будущий глава клана Учиха.       — То есть, — Таджима хмуро читал её предложение, невольно восхищаясь красивым почерком, — вы хотите получить контракт на временное перемирие с нами? — это было странно, как минимум потому, что между ними даже официально не было объявлено войны, тут уж Узумаки грамотно работали…       — Да, хватит шести лет, — кивнула Сана, чувствуя веселье, — это касается лишь территорий вашей страны, если наши шиноби пересекутся в море, то тогда они могут вступить в бой, — это тоже удобная лазейка на будущее.       — И это, — Учиха положил на стол бумагу, указывая на десятый пункт, который пыталась спрятать Узумаки, — обеспечение одного из убежищ? — Сана хотела захватить кое-какую территорию вне острова. Для этого пришлось писать достаточно пустых (по факту именно таковыми и были большинство) пунктов.       — Да-да, недалеко от острова находится ваше убежище, — Сана держала в руке кисть, потому Таджима не мог пока ничего предпринять, — оно совсем небольшое, да и находится далеко от вас, — прищурившись, продолжила девушка.       — Хн, — Учиха действительно припоминал пару убежищ там, но одно из них было достаточно хорошо оборудовано, но оно было не так уж близко к их острову. — Хорошо, — предполагая, что она имела в виду не это убежище.       Сана усмехнулась, ведь Таджима даже не подозревал о перемещениях зданий его убежищ и смерти тех, кто сторожил там. Как только контракт был подписан, всё решилось. Клан Учиха и Узумаки не вступают в битвы на территории Со но Куни, в остальных местах они могут вести битвы. Конечно, это будет не часто. Помимо этого, Узумаки переходит одно из убежищ Учиха возле острова (они и туда успели добраться однажды), как залог за жизнь наследника клана.       Таким образом Сана смогла создать необходимый промежуток времени, который был так нужен её клану. Усмехнувшись, девушка подписала контракт другим именем, что не заметили многие, даже если и заметив, то посчитав, что так и нужно. Таджима смог прочитать из эти закорюлек красивого почерка: «Сану».