Об отстранённом мангаке и заботливом подростке

— А я говорил, что купаться в разгар сезона дождей — не самая лучшая идея, — Рохан строго скрестил руки на груди, наблюдая за больным Джоске, что лежал под тремя одеялами в своей постели. — Вода не такая уж и холодная была, просто я долго там сидел, а… а… апчхи! — Боже… Какая разница, почему ты заболел? На, — мангака встал с кресла и подал больному упаковку салфеток, после чего хотел было снова присесть, но его раздражало то, как Джоске неаккуратно высмаркивается, поэтому он не нашёл ничего лучше, чем раздражённо вытереть нос Джоске самому. После благодарного кивка мангака всё же плюхнулся в кресло, закинул ногу на ногу и, подперев лицо кулаком, уставился на Джоске. За почти год их отношений этот несносный подросток болел не впервые, однако раньше Рохану не доводилось видеть Джоске в таком состоянии. Обычно школьник отмахивался и говорил, что всё прекрасно, держался молодцом даже с температурой, и каково же было удивление Рохана, когда Джоске позвонил ему и попросил прийти, а вместо немного прихворавшего мальчишки, мангаку ждал Хигашиката с абсолютным отсутствием энергии. Он даже не дурачился, как это обычно бывало. При мысли о том, насколько Джоске сейчас плохо, Рохан непроизвольно нахмурился, глядя сквозь угол кровати, напротив которой сидел. — Сделать тебе чай? — отстранённо, почти в пустоту, проговорил Рохан. Брови Джоске тут же взлетели навстречу к неизменному помпадуру. — Рохан-сенсей, а вы, оказывается, умеете заботиться? — похоже, что на колкости силы у него всё же остались. Рохан фыркнул, встал и направился прочь из комнаты. Вдогонку ему прилетело хриплое: «Ромашковый!» Чтобы найти на чужой кухне всё необходимое, безусловно, потребовалось время, и, приступив к приготовлению чая, Кишибе на автомате совершал привычные каждому человеку действия, пока его мысли улетели в страну размышлений. Как он вообще докатился до потребности в чьей-то заботе? Почему готовит чай больному — и на голову тоже — подростку? С чего вдруг он стал волноваться за Джоске? Ну да, они в отношениях, но ведь Кишибе Рохан не способен привязываться к людям… Или способен? Громкий щелчок электрического чайника заставил Рохана вздрогнуть, а его мысли вернулись на Землю. Остаток чайной процедуры Рохан провёл в тишине, даже без мыслей, ну разве что Джоске чихал в соседней комнате. Поставив небольшую чашку на блюдце, мангака направился к больному, внимательно следя за чаем, дабы не разлить. Периферическим зрением заметив копошение на кровати, Рохан строго отрезал: — Не вставай, — и продолжил путь к Джоске, что недоумевал от слов мангаки. Плавно дойдя до цели, Рохан поставил чай на прикроватную тумбочку, оттуда же взял медицинскую маску, надел её на себя, что весьма предсказуемо, и, обойдя кровать, забрался на неё, посадив уже откровенно шокированного Джоске спиной к себе. Последний раз они так сидели в рождественскую ночь. Рохан уже тогда удивлялся размерам школьника, коим его язык не поворачивался назвать, а сейчас Джоске ещё вырос. Кишибе потянулся за чашкой чая, обняв Джоске за талию и как бы невзначай положив голову ему на плечо. Скорее всего, при такой близости маска не поможет, ну и плевать, Рохан всё равно из дома работает. Если бы Джоске не был красным от температуры, то непременно залился бы пунцовым. То, с каким серьёзным лицом Рохан тянулся к чаю, невольно вызывало улыбку, что Джоске скрывал за кашлем. Всё же задеть его гордость, через которую он и так переступил, было бы бесчеловечно. Прежде чем прислонить чашку к потрескавшимся губам Джоске, Рохан, всё так же сосредоточенно, остудил горячий чай своим дыханием, предварительно приспустив маску. Привычка Рохана всё контролировать, даже в таком простом действии — хотя мангаке было трудно — показала себя: Рохан придерживал Джоске за подбородок, заставляя того пить. Тот, кого хоть раз поил другой человек, поймёт, насколько неудобно подстраиваться под уровень наклона чашки и спокойно пить, когда держишь её не ты. Вот Джоске и поперхнулся, и на удивление Рохан не разозлился, а терпеливо погладил подростка по спине и всё же отдал чашку Джоске. Такое поведение уже начинало пугать… Рохан был слишком спокойным, к тому же в первый раз проявлял некое подобие нежности. Даже к Джоске. Рохан тяжело вздохнул и, встав, подошёл к окну. Пасмурное небо уже пятый день не давало просыпаться с силами. Интересно, это особенность Кишибе, или никому не хочется работать, когда идёт дождь? Кашель Джоске напомнил Рохану, что в комнате он не один. — Если ты хочешь спросить, что это было, то не утруждайся, я сам не знаю, — тихий хриплый смех заставил Кишибе обернуться. — Что смешного? — он нахмурился, неспешно подходя к Джоске. — Нелюдимый мангака… Даже чувств своих не понимаешь, — взглянув на недоумевающего Рохана, Джоске продолжил. — Ты меня любишь, — эта хитрая улыбка вывела Рохана из себя. Говорить не хотелось, поэтому он что-то прорычал, показывая своё недовольство, и слегка ударил Джоске в плечо, что и так ломило от температуры. — Я и сам знаю…