Проклятье Стекла

Боль… Много боли. Но кроме боли были ещё эмоции тревога, напряжение, усталость. Источников этих эмоций в комнате было много, но у каждого оттенок эмоций отличался. Где-то там, за стеной был ещё один источник эмоций. Тоже усталый, тоже нервный, в ожидании чего-то. Постепенно боль уходила, пока не остался один единственный, маленький комок эмоций, который всё ещё испытывал боль и страх. У двух других источников усталость никуда не делась, вот только кроме этого, один источник встревожился пуще прежнего, а другой просто сиял счастьем. В комнате появился тот самый, что был за стеной. Лёгкое волнение и такое же яркое счастье, как и у последнего источника. - Господин Бурт, возьмите, пожалуйста дитё, с госпожой что-то не так. - Волна страха и беспокойства захлестнула говорившую повитуху. С лёгкой тревогой отец берёт на руки своё дитё и начинает убаюкивать его. Вскоре, в новорождённой душе утихли все страхи и переживания, настала умиротворённость. Ребёнок уже не обращал внимания на вспышки света в другом углу комнаты, он уснул. Внезапно, страх и волнение накрыли отца с головой. Он осторожно уложил дитё в манеж и приблизился к ложу, где находилась его молодая супруга. Она была окружена большим количеством перин, её черные, мокрые волосы прядями вились у ее воспаленных, вспотевших щек. - Фагметт, что с ней? - Мужчина обратился к повитухе. - Ни одно моё заклинание не действует. Система забирает её. Тут я бессильна. - Пожилая женщина виновато склонила голову. - Так и знал, что столичного целителя нужно было звать. Уйди с глаз долой старуха! - Яростным шёпотом, чтобы не разбудить новорождённого сына, процедил сквозь зубы мужчина. - Ты что же это думаешь? Что эти ряженные богачи из столицы своими великими заклинаниями смогут остановить Систему? Если она пожелала забрать человека в свои чертоги, то ни одно заклинание не сможет воспротивиться этому. Будь рана или болезнь совсем незначительной, человек всё равно умрёт. В одной только Империи свыше сотни людей в год забирает Система. - Ещё более яростно зашептала целительница. - Пустые отговорки! Ты… - Не успел договорить мужчина, как с кровати послышался хриплый голос: - Гал, не стоит поддаваться эмоциям, помнишь? Она права, Гал, мне уже не помочь. Пообещай, пожалуйста, что поставишь наше дитё на ноги. А ещё…Хм, пообещай, что не угробишь мою таверну. - Женщина усмехнулась, но тут же сорвалась на кашель. - Обещаю, обещаю, родная. - Дрожащим голосом, стараясь не сорваться на плач, он хотел сказать что-то ещё, но его супруга обратилась к целительнице. - Сколько мне ещё? - Натянутая, но всё такая же добродушная, сияющая улыбка её уст, заставила мужчину проронить таки предательскую слезу. - Не больше получаса, но с каждой минутой боль будет всё сильнее. - Вздохнула пожилая дама. - У вас есть заклинание лёгкой смерти? - С такой же яркой улыбкой спросила женщина. - Да, но… - Начала целительница, но уже с нескрываемым плачем её перебил новоявленный отец: - Нет, пожалуйста, не надо, побудь со мной ещё немного, молю… - Обращался он к своей супруге. - Гал, милый, отпусти меня, пожалуйста, все эти полчаса, что у меня остались, я буду страдать, сильно страдать, поэтому так будет лучше. Поверь мне. - Она смахнула слезу со щеки мужа, своей непривычно бледной ладонью. - И ещё. Найди пожалуйста нашему ребёнку кормилицу. Без молока он сейчас не сможет. - Прислушайтесь к словам госпожи. - Сказала целительница, после чего вновь была перебита. - Ты молчи вообще. Дай мне одну минуту. Я хочу с ней проститься. - Вздохнул мужчина и поцеловал возлюбленную в лоб, а после крепко обнял. Ни муж, ни жена, не проронили ни единого слова. Целительнице не пришлось прерывать возлюбленных, по истечению отведённой на прощание минуты, девушка истошно закричала во весь, казалось бы давно осипший голос. Услышав этот крик боли, младенец проснулся и начал было кричать, когда отец вытащил его из манежи и удалился прочь из комнаты…