Спасая мир

      Рой мыслей в её голове снова стал разжигать боль, она схватилась за виски, массируя пальцами.              Что за жидкость в колбе? Что за «реинкарнация»? Зачем положили эту пробирку именно ей? Запутать? Она и так запутана и без этой проблемы. Или кто-то все же был на их стороне, глэйдеров? И что, нахрен, происходит вообще? Похоже на сюрреализм.              Вопросы накапливались, а ответы даже и не собирались появляться. Это раздражало её. Эмилия просто должна знать всё, что беспокоит. Заставляет себя искать выход там, где тупик. И находит, что ей так казалось. Она ощущает всеми частицами тела, что до попадания в это место владела могущественной информацией, которая в один миг дала бы ей понятные и развернутые ответы на все нынешние вопросы.              Это казалось ей слишком тяжелым, но выполнимым. С тем стеллажом книг, который здесь имеется. С той научной литературой. Она пообещала себе, что ответит на все заново. Покажет средний палец не через жалкую камеру в механизме, а на деле. Утрет нос тем, кто захотел уничтожить её любопытство. И чувствуется ей, что работа будет куда более кропотливой, в которой она постарается быть терпеливой и, видимо, потной.              Задумавшись о последнем, девушка не против была бы принять душ, чтобы смыть смрад и напряженность. Но сначала нужно было узнать, где он находится.              Спустившись вниз, в глаза все кидается тело Эша. Ей бы хотелось с ним поговорить. Понять, все ли запущено, или его можно спасти. И россказни о нем просто утрированны.              – Эй, Джефф, – зовет медака. Тот отвлекся от коробки, из которой он доставал лекарства и размещал их на полки, и повернулся к ней. – Не подскажешь где душ?              – Эм, да, конечно, – смутившись, соглашается. – Сразу за госпиталем.              Кивает и быстро поднимается на верх, чтобы взять нужные вещи.              – Только вода, скорее всего, прохладная, – вдогонку говорит ей, оставаясь проигнорированным.              Находит нужную постройку там, где и сказал ей медак. Походило на хатку. Заходит - выглядит всё достаточно неплохо. Сама входная дверь в построение закрывается на щеколду, что очень упрощает и отнимает волнение о том, что может заявиться нежданный гость. Или гости. Поэтому тот же час заперла дверь.              Впереди туалет. Она может назвать это седлом. Деревянный, сделанный самостоятельно унитаз. Куда лучше, чем простая дырка. Что удивительно здесь практически не воняло. То ли запах мыла перебивает, то ли есть какое-то средство. Слева находился душ. Внизу около стены было отверстие для слива. Потопов здесь не имелось. А справа находилось зеркало. Квадратное, в котором можно рассмотреть себя по пояс. Эмилия боялась увидеть свое отражение. Себя. Не тогда, когда напряжение скопилось на её плечах.              Сняв с себя одежду, она кинула ее около зеркала и забралась под бак с краном, взяв с собой мыло, которое ей положили. С предвкушением, как будто собирается съесть запретный плод, девушка крутит вентиль. Вода и вправду прохладная. Но это нисколько не страшит её, наоборот больше успокаивает и отрезвляет. Набрана скорее всего вчера. Ибо сегодня навряд ли кто-то успел набрать бак. Эмилия заметила здешний климат. Дни жаркие, а ночи прохладные. Поэтому в течении дня вода легко нагревается.              Капли едва ощутимо опускаются на тело девушки. Тянется за резинкой в волосах и распускает их. Те волнами оседают на её плечах. В свободе. Подставляет лицо струе, стирая с себя усталость и выкидывая ненужные мысли из головы, оставляя разум в покое. Проводит ладонями по лицу, трет глаза до искорок. Намыливает руки, мыло излучает приятный аромат роз. Вдыхает полные груди и не находит его «вкусным».              Справившись, переступает через одежду и подходит к зеркалу. Самым приметным в отражении были ее глаза. Голубые. Излишне голубые. Как прозрачный океан, в котором видно дно. Было бы прекраснее, если бы под ними не было темных мешков. Видимо, неспокойная жизнь была и до того, как она здесь появилась. Ниже россыпь веснушек на носу и щеках. Густые темные ресницы обрамляли её зарницы. Каштановый волнистый волос до лопаток. Даже в намокшем виде они оставались подкручены. Она расчесывает их и собирает в пучок, потому что так удобнее. Девушка куда более радовалось бы своему отражению, не будучи здесь. Переводит взгляд еще ниже и ей бросаются острые ключицы. Слишком острые. И ей становится не по себе от этого. И даже кулон, едва достающий до выемки меж грудями не улучшал ситуацию, хоть и был невероятно красив. Надевает новую одежду, чтобы поскорее убрать с глаз этот вид. Но футболка не может до конца их скрыть. Переходит к нижней части и надевает нижнее белье. Двигается к шортам, ей не хотелось их брать, но ничего кроме этого не было. Штаны были бы слишком теплыми в такую жару. Приведя себя в полный порядок и еще раз взглянув в зеркало, Эмилия вышла обратно. Возвращаясь в мир, который требовал ответов.              – Ну как водичка? – Первое, что спрашивает Джефф, когда девушка заходит в медпункт.              – Прохладная, – кидает безразлично и поднимается наверх оставить свои вещи.              Складывает вещи, и мысли переносятся вниз ящика. К пробирке с жидкостью. И, скорее всего, это было лекарство. Но для чего - это было неизвестно. Так же и судя по формулировке записки, навряд ли продукт доведен до конца, что являлось главной задачей в ближайшее время. Доделать лекарство. Но перед этим выяснить для чего оно и что как делать. Она уверена - все имеющиеся здесь книги по медицине будут прочитаны и изучены на память.              Хочется узнать сколько время, но часов ни у неё, ни у другого в этом помещении нет. Эш уже проснулся и невидяще пялил в потолок. Он даже не обратил внимания, когда девушка спустилась с лестницы, рядом с его кроватью.              – Слушай, – обращается к медаку в пол голоса, чтобы не мешать лежащему. – А кто главный из вас? – оказывается рядом с ним, он завершил раскладывать медикаменты и теперь складывал тряпки.              – Никто, – отвечает он, щуря глаза. – Ни один из нас не оказался достаточно умным для этого. Поэтому было решено остаться без руковода.              Ей нравится, что оба равны. Нет командующего и подчиненного. Хоть она точно не знает, как у кого с этим. Но надеялась, что нет таких, которые чувствовали власть над другими и позволяют себе работать в пол силы. Возможно, она ошибается, и ей хотелось бы в это верить. Хочется верить, что все глэйдеры равны здесь.              – Когда моя ночная смена? – В том, что у Джеффа закончилась сегодня утром смена, она не сомневалась. Ей хотелось отправить его отдыхать.              – Через трое суток, – после подсчетов в своей голове ответил ей. – В среду утром начнутся твои первые сутки. Сейчас придет Клинт, и если что можешь обращаться к нему за помощью.              – А что тогда делать оставшиеся дни до суток? – Нерешительно задает вопрос, ведь не хочет слышать ответ, который так навязчиво всплывает в её голове.              – Не приходить, – непринужденно отвечает. – Выходной называется.              – А можно наоборот приходить?              Джефф смотрит на неё, будто у той выросла вторая голова. И его взгляд такой настоящий, что она хочет потрогать шею, убедившись, что у неё действительно не выросла еще одна голова.              – Эм, можно, – все таки отвечает ей и возобновляет свое занятие.              Эмилия кивает на это и ей нравится, что никто не запрещает ей находится здесь не в свое время. Не хотелось бы ей оставаться наедине со своими мыслями. Так же, как и оставлять без присмотра свой шкафчик, где лежит кое-что запретное от чужих глаз. А если быть точнее, то от всех, кроме неё.              – Может, ты пойдёшь отдохнешь? – Предлагает ему, заметив, как парень клюет носом.              – Да, сейчас, – уверяет её и откладывает последнюю сложенную тряпку. – Нужно набрать воды в бак, и я пойду, – поднимается со своего места и пододвигает стопку с тканями к изголовью пустого лежака. – Спасибо, – благодарит её, но она не понимает, за что. На слово «спасибо» здесь точно не скупы. И выходит из госпиталя.              С каждой новой встречей глэйдер относится к ней с уважением и не переходит рамки дозволенного. Не унижает, не пристает. Только чья это заслуга, она разбираться не хочет. То ли правила не позволяют, то ли понятия человека не дают переступать черту. Но она познакомилась лишь с несколькими людьми и надеялась, что каждый из них разделял такое мнение. Просто кому-то нужно время, такому как Ньют.              Этот парень показался ей невежей. И не то чтобы он обязан к ней относится с уважением или понимаем. Но его поведение кажется немного странным. Это даже не выглядело как безразличие. И, скорее всего, к нему нужен просто свой подход. Как воспитательнице к ребенку. Или как врачу к больному. Второе сравнение пришлось по душе её пониманию. Не то чтобы девушка хотела со всеми подружиться и стать для многих подругой. Ей просто не хотелось получить неуважение к себе и враждебный настрой. Эмилия не против просто держать нейтрально-хорошие отношения. Но не хотелось бы заводить что-то большее, чем дружба.              – Черт! – Кто-то ругается на улице. – Привет, – вот собственно и тот возмущенный. – Я - Клинт. – Улыбается ей. В его руках поднос с едой.              – Привет, я уже поняла. – Он проходит мимо неё в конец госпиталя, к кровати Эша. Она решает проследовать за ним.              – Эй, шанк, – ставит на столик у кровати поднос и теперь рукой машет перед его глазами. Тот, оторвавшись от разглядывания потолка, поднял взгляд на медака. – Как ты?              – В порядке, – отвечает уравновешенно и его ответ не кажется речью умалишенного. – Только сны снились. Как всегда, – и как в подтверждение своих слов он потирает ладонью лоб, как бы прогоняя их. – А ты кто? Еще и девочка, – обращает взгляд на девушку в абсолютном непонимании.              – Привет, – отвечает девушка в полголоса и подходит ближе, становясь с левой стороны от ложа. – Я - Эмилия. Новенькая…              – Ты вчера прибыла? – Перебивает девушку.        Её кивок служит ответом.              – А я - Эш. – Отвечает и улыбается. Его глаз подрагивает.              – Поешь, – требовательно говорит Клинт и поднимает глаза на Эмилию. Она встречается с ним взглядами и видит, как тот слегка кивает в сторону.              – Приятного аппетита, – желает и ретируется. Клинт задерживается, говоря что-то еще Эшу, а потом догоняет девушку и плюхается на койку, чуть ли не сбивая сложенные Джеффом тряпки. – И что вы тут вообще делаете?              – Лечим больных, – усмехается. – Когда никого нет, то можем почитать или еще чет поделать, – Форма слова нисколько не режет слух. – Главное, не спать и не покидать пост.              – Логично, – пожимает плечами девушка. – То есть сейчас каждый занимается, чем хочет? – Глупый вопрос, но она все таки спросила.              – Как видишь, – закидывает ногу на ногу.              – Хотел бы стать главным медаком? – Ей действительно интересно, что он об этом думает.              – Сначала, да, – делится с ней. – Но потом понял, что добавится еще больше забот, и передумал, – еще бы.              Она ухмыляется с этого.              – Но нам никто и не предлагал занять эту должность, – задумчиво произносит он. – Ну, мне так точно. Но, может, ты будешь ею. – Играет бровями.              – Не думаю, что разбираюсь в этом, – обводит руками здание. – лучше вас.              – Утрируешь. – говорит, будто обвиняет её. – Ты быстро среагировала с Чаком. Ни я, ни Джефф на такое не способны. – а теперь это похоже на то, что он уговаривает её. Но, на самом деле, просто говорил о разных способностях. – Джефф, наверное, упал бы в обморок сначала от такого количества крови, а потом только начал помогать, – улыбается, рассказывая представленную собой картину. – И себе, и бедному мальчику, – смеется он, а девушка подхватывает его смех.              – Не может быть, – комментирует она. Джефф показался ей угрюмым, но серьезным, а Клинт наоборот - шутливым и радостным.              – Я на это надеюсь.              – Доброе утро, ребята! – Здоровается с обоими вошедший Чак.              – О, легок на помине, – усмехнувшись, произносит Эмилии. – Доброе утро, – а теперь обращается к прибывшему.              – Привет, – здоровается девушка. – Как рука?              – В полном порядке, – проходит в помещение и садится рядом с Клинтом, девушка так и стоит напротив кровати. – Иногда правда пульсирует.              – Это норма. – успокаивает. – Но если тебя это сильно беспокоит, то я могу дать обезболивающее. Или конфету. – лукаво произносит.              – Второе будет в самый раз. – Улыбается еще шире, и на его щеках образуются ямочки.              – Поменяем повязку? – Предлагает Клинт и поднимается на ноги.              – Да, – тихонько соглашается. – Но можно Эмилию?              – Конечно, – поднимает руки, будто сдаётся. Это выглядит забавно. – Пойду почитаю тогда, – находит себе занятие. – Если что - зови. – Теперь обращается к девушке, говоря этим за Эша и его возможное поведение.              – Хорошо, – ему достаточно этого и он уходит наверх. Мысли о её ящике возвращаются, но она старается избавиться от них. Ей стоит придумать какую-нибудь историю про колбочку, если какой-нибудь невежа нароет её в вещах девушки. Надеется, что Клинт не такой, и он действительно просто возьмет книгу для чтения.              Подходит к тумбе, куда складывал всё Джефф. Находит все нужное и возвращается к мальцу. Обрабатывает свои руки спиртом, и уже готова работать.              – Приступим? – Все таки получается отогнать в конец все сомнения и она спрашивает теперь у Чака.              – Ага, – и для девушки его «ага», как зеленый цвет светофора, она сразу вовлечена в работу. – Ты же выпишешь мне конфет? – Скованно спрашивает.              – Естественно, – подмигивает ему и разматывает бинт до конца, делая рану доступной на осмотр.              Все выглядит как и надо, поэтому просто обрабатывает рану. Чак не реагирует, хорошо держась.              – Практически всё, – уведомляет мальца. – Осталось забинтовать.              Он кивает, и девушка приступает к концу процедуры.              – Не туго? – Забинтовывает его предплечье. Он мотает головой, мол все в порядке, а она продолжает. – Ну вот и всё, – оповещает о конце. – Ты - молодец, – хвалит его Эмилия. – Сейчас выпишу тебе рецепт, и потом будет точно всё.              – Спасибо, – крутит предплечьем по кругу, проверяя, точно ли не жмет. – Когда в следующий раз прийти?              – Вечером, после ужина, – берет обратно все медикаменты и несет в шкафчик. – Сейчас выпишу тебе конфет и будешь свободен.              – Хорошо. – Приободрённый парниша чуть ли не в ладоши хлопает.              – Выкинь, пожалуйста, бинты. – Просит его и поднимается наверх.              Клинт, развалившись на койке, читает какую-то книгу.              – Что читаешь? – Спрашивает у него и незаметно кидает взгляд в сторону своего ящика. Выглядел он нетронутым, она потом проверит внутренность.              – Белоснежку и семь гномов. – Отвлекается от чтения и обращает на неё внимание. – Картинки смотрел, если честно, – признается он и усмехается. – Справилась уже что ли? – Удивляется медак.              – Ну, да, – не понимает девушка. – А что там уметь. – Ей кажется это легким. – Но я не за этим.              – Внимательно слушаю тогда, – откладывает книгу в сторону и принимает сидячее положение.              – Есть ручка и бумажка?              – Зачем? – Морщит брови, но ему это не идет.              – Рецепт буду писать, – нетерпеливо бросает, но тот все сидит.              – Для чего? – Продолжает допрашивать девушку.              – Надо, значит, – не выдерживает и повышает голос. – Клинт, так есть или нет?              – О, да, – подрывается с постели и подходит к столу. Берет тетрадь и карандаш для неё. – Держи, – передает ей вещи.              – Я могу вырвать листок? – принимает вещи. И после его разрешения, быстренько ретируется вниз.              Она подходит к койке, на которой сидит явно заждавшийся Чак.              – Сейчас все будет, – уверяет его и садится рядом с ним. Вырывает листок, берет карандаш в руки. И его так непривычно держать, но она зажимает его в левой ладони еще сильнее. И вот уже у неё вырисовываются буквы. – Держи, – отдает ему бумажку.              – Спасибо, спасибо, спасибо, – повторяет он радостно. И ей греет душу то, что она смогла осчастливить этого мальчика, поэтому и сама улыбается.              – Тогда не смею задерживать, – напускно серьезно говорит ему.              – Подожди, – окликает Чака Клинт. – Отнеси на кухню, пожалуйста, – передает ему поднос с пустой тарелкой и чашкой. – Если тебе не тяжело.              – Не, давай, – соглашается помочь, не обдумывая и секунды.              – Спасибо, – благодарит его парень.              – Будешь должен, – улыбаясь отвечает, чем вызывает смешок у обоих медаков и выходит из госпиталя.              – Я позову когда будет обед, поэтому ты можешь тоже что-нибудь почитать, а мне нужно работать. – Привлекает к себе внимание Клинт, предлагая ей отдохнуть.              Кивает и поднимается. Эмилия рада, что тот предложил ей отдохнуть. Она преодолевает расстояние к своему шкафчику с разными мыслями. Поднимает крышку с чертовой нарисованной бабочкой, которая в этот момент стала вдруг её раздражать и увидела, что все на месте. Так, как она оставила и сложила вещи в последний раз. Ныряет рукой в глубь коробки, проверяя на всякий случай. Нащупывает пальцами колбу и вдруг выдыхает. Девушка и не заметила, как задержала дыхание. Достает руку и придерживая крышку, тихонько закрывает ящик.              Решает отвлечься и почитать что-нибудь. Что-то художественное. Ей не хотелось быть пойманной за чтением научной литературы. Хоть в этом не было ничего плохого, но что-то ее заставляло отложить это занятие на её смену. Поэтому берет первую попавшуюся книжку.              «Гордость и предубеждение», - гласит обложка, и она ложится на кровать. Устраивается поудобнее, насколько это позволяет ровная и жесткая поверхность, даже гамак выглядит в сравнении, как сказка, и начинает чтение, коротая часы до обеда.               * * *              – Да я в норме! – Кричит голос снизу, и она просыпается. Книга лежит рядом с ней, развернутая страницами на которых остановилась.              Эмилия не заметила как уснула, но чувствовала себя не очень хорошо. Все таки дневной или, точнее, пред дневной сон действовал отрицательно. Девушка чувствовала усталость, поэтому, решив поскорее распрощаться с ней, поднялась с кровати и спустилась вниз.              – Тогда почему кричишь? – Спокойно спрашивает голос. Клинт, определяет она, ибо успела выучить его. Тогда другой возмущенный голос принадлежал Эшу. – Ты вовремя, – девушка уже спустила к парням, и оба обратили на неё внимание.              – Вовремя? – Переспрашивает, потому что не понимает.              – Да, время обеда, – как точно и, главное, быстро она скоротала время. Даже успела проголодаться и прямо сейчас готова сорваться в столовую. – Я как раз хотел идти тебя будить, – щеки девушки окрасились в пунцовый. Почему-то наблюдать за кем-то спящим казалось ей интимно.              – Тогда что за спор? – Хмурит бровь. – Неужели вы спорили о том, кто пойдет меня будить? – Приподнимает уголок рта в подобие на улыбку.              – Если бы, – подает голос Эш, и его как-то непривычно слышать, она старается не показывать это. – Он, – показывает пальцем на Клинта, будто ребенок на обидчика. – Не хочет пускать меня с вами на обед. Хочет принести хавчик сюда, – возмущается он девушке.              – Почему нет? – спрашивает у Клинта, ведь Эш ведет себя вполне адекватно.              – Я не говорил нет, – мотает головой, словно оправдывается. – Просто не был уверен в его состоянии.              – Но я в адеквате.              – Тогда почему мы еще не там? – Произносит девушка и двигается вперед.              – Если что, то виновата будешь ты, Эмилия, – шуточно скидывает на неё возможный провал.               * * *              – Все вроде прошло нормально? – спрашивает у Клинта, как только они зашли в госпиталь.              – Похоже на то, – соглашается с ней. – Эш может быть нормальным и чаще всего такой и есть, но у него случаются приступы. – виновник их разговора ушел сразу после обеда, по своему хотению, на прогулку. Ребята, которые отвечают за порядок и патруль Глэйда, взяли на себя ответственность и пообещали лично привести парня обратно.              Ей было жаль Эша, ведь его разум так коварно поступил с ним.              – Что сейчас делать? – Такое чувство, что эта работа самая легкая, ибо пациентов нет. – Где больные?              – Кстати, хороший вопрос, – оценивает её реплику. – Вообще они есть, и тут постоянно кто-то лежит. Значит, в скором времени будут, – отвечает на её вопрос и потирает руки, будто в предвкушении. – Но лучше бы они не болели.              – Это потому, что лень? – Гадает на его последнее заявление. – Или просто не хочешь, чтобы сородичи болели? – Щурит глаза, выпытывая информацию.              – Какая ты проницательная, Эмилия, – подмечает он. – Пускай это будет моим секретом. У нас есть время почитать перед ужином. Ты не против, если я займу второй этаж?              – Нет, – она как раз хотела остаться на первом этаже, чтобы в случае каких-либо происшествий сразу могла оказать помощь. – Я только книгу возьму, – и удалилась наверх за фолиантом, приказывая себе не уснуть, как в прошлый раз.              После, как ей показалось, часа чтения лежать стало скучно и поэтому, недолго думая, она приняла решение пройтись по окрестностям, не забывая книгу. Может, найдет место, где почитать.              Ни на право, ни на лево идти не хотелось. Как ей сказал Алби: слева могильник, а справа живодерня.              Первой идеей было сходить на вышку, но ей показалось слишком жарким сидеть под открытым небом. Поэтому она приняла решение затеряться где-нибудь в деревьях.              Зайдя в лесок, жар сменился прохладой. Стало легче дышать. А тени деревьев охлаждали её кожу. Эмилия заходила дальше, и то, что она могла потеряться, было исключено, ведь дорогу запоминала хорошо.              Девушка все шла и шла и ноги сами привели её к пруду. Это так же прекрасно как и виды на вышке. Все приобрело зеленые цвета. Цветы гармонично вписывались в эту картину, разбавляя зелень другими красками. Малиновый, желтый, блекло розовый и множество других. Она бы хотела запечатлеть это навсегда. Навряд ли такую красоту можно еще где-нибудь увидеть. Пруд, хоть и не очень чистый, имеющий скорее мутный вид, нисколько не отталкивал этим. Выбрав новое место для чтения, она уселась под деревом, вытягивая ноги. Хоть и всякие камешки с палочками кололи её голые икры, это не останавливало её от чтения в этом месте.       Увлеченная своим занятием, девушка потеряла счет времени и боялась, чтобы Клинт потерял её и не объявил о пропаже. Сорвав цветочек, она вставила его меж страничек в виде закладки и решила вернуться.              Поднявшись, девушка обтрусила себя и вдруг почувствовала жжение в меж лопаток. Будто кто-то смотрел на неё. Обернувшись, она не приметила никого. Подумав, что ей показалось, девушка стала покидать место, выбираясь в свет. Но скорость явно увеличила.              – Эмилия, – зовет её чей-то голос, и она останавливается, так и не дойдя метров десять до госпиталя. Поворачивается и видит Рика, который идет в её направление и машет рукой. Что-то было в нем не то. Его вторая рука было согнута и стало понятно, для чего направляется в госпиталь.              – Рик, – здоровается с ним, когда он поравнялся с ней. – Что случилось? – Кивает на его обмотанный салфеткой палец.              – Порезался, – что не удивительно для повара. – Такое чувство, будто руку отрубил, но на деле там маленький порезик, думаю, лучше его отработать.              – Правильно думаешь, – хвалит. – Незначительные порезы всегда чувствуются как минус половина тела, – комментирует, и они заходят в помещение.              Рик занимает место на койке и ждет. Эмилия кладет книгу рядом с ним и ретируется к ящику с медикаментами.              – А ты откуда шла? – Вспомнив, что встретил девушку тоже по дороге, спрашивает у неё.              – Читала на поляне. Если хочешь, могу показать тебе место, – предлагает ему. – Там достаточно романтично для свидания. – И подмигивает ему.              – Заинтриговала! – восклицает, идея ему явно понравилась.              – Кто пожаловал к нам? – Учуяв, что кто-то явился, крикнул Клинт.              – Я, – просто отвечает ему Рик, и девушка ухмыляется этому.              Достает нужное и начинает работать. Сразу спускается и Клинт, парни здороваются, и все трое погружаются в тишину. Легкую и ненапряженную.              – Принимай обратно, – заканчивает обработку.              – Спасибо, Эми, – благодарит её и переключает внимание на медака. – А почему это за тебя Эмилия работает? – Приторно серьезно спрашивает у него. – Я вот Алби пойду и расскажу.              – Ябеда, – показывает ему в ответ язык. Все таки у них тут дружеская атмосфера. – Ты никогда не приходишь из-за такого, – подмечает Клинт, оставляя шутливость сзади. – Что-то случилось?              – Ничего особенного, – заверяет обоих. – Просто нужна мужская помощь, – и виновато глядит на Эмилию, но она просто кивает.              – Я побуду здесь, – говорит Эмилия своему товарищу.              – Везет, – комментирует он, и оба идут к выходу.              – Спасибо еще раз, – напоследок произносит Рик и скрывается, а в след за ним и Клинт.              – В любое время, – произносит себе под нос.              Без часов сложно приходилось. Она не могла следить за временем и правильно распределять его, что её очень бесило. Хотя Клинта это нисколько не занимало. Его приглашали на трапезы, поэтому он даже в них не нуждался. Тем более, девушка уверена, уже многие, кто живет здесь не первый год, научились определяться по заходящему солнцу время.              Час близился к ужину, и она старалась занимать себя чем угодно. Читала, лежала, ходила в душ и рассматривала медикаменты. Все из них были помечены буквами. «W.C.K.D.». И ни словом, ни буквой больше. Хотя бы что-то, что помогло бы разобраться хоть в чем-то. Клинт все еще не возвращался, и она поняла, что до ужина его не нужно ждать, он будет уже там. Осталось ждать, когда и её, как собачонку, позовут к ужину. Девушка обязательно поговорит об этом с Алби.              Руки чесались что-нибудь поделать, а тело ныло, отказываясь лежать. Если её дни так и будут проходить, то в скором времени она станет круглой, и волноваться о таких вещах будет просто лень. Поэтому ей стоит задуматься о физических упражнениях, чтобы держать тело в тонусе и быть подготовленной. Эмилия искренне надеется на освобождение, но какие преграды будут на его пути она не знает, однако готова справляться и с ними. Готова бороться.              На улице с каждой минутой начинает темнеть, и вот-вот за ней кто-то должен прийти.              Пока никого нет, кто может её отвлечь, она решает просмотреть книги с научной литературой, и выбрать, что первое прочесть. Может, каждый фолиант сможет дать ей ответы, которые в целом сделают картину ясной.              Водит пальцем по корешкам и думает, с чего бы начать. Психиатрия, Аллергология, Гигиена, Первая помощь, Человеческая память. Она прекращает поиск, ведь находит то, от чего будет отталкиваться. Тянется за ней, но кто-то меняет её планы.              – Эмилия! – Кто-то зовет девушку, и она откладывает изучение до её рабочей смены. Вот и тот, кто пришел за ней.              Спускается вниз и видит Ньюта. Тот прислонился плечом к балке и излучал нетерпеливость. Девушка не ожидала его здесь увидеть, ведь была уверена, что главные не ходят и не созывают других. Кажется, она была слишком стереотипна на этот счет.              – Мне казалось, если никого нет, то медак должен быть на первом этаже, – поднимает на неё взгляд и пытается обвинить её.              – Мне казалось, – отвечает на его взгляд и скрещивает руки на груди, поднимая подбородок, говоря этим, что парень нисколько не смутил её. – что это не царское дело бегать и звать всех, – Колет тоже. Но он всего лишь расплывается в довольной улыбке, и она не понимает, к чему это.              – Туше, – выравнивается. – Пошли, – разворачивается и выходит из госпиталя.              – Подожди, – догоняет его и разъясняет. – А если кто-нибудь придёт и никого не будет?              – Выдохни, никто не придёт, – заверяет её. – Все в столовой, – и этого хватает, чтобы успокоиться и продолжать идти рядом с ним.