Красный шарф

Утро настало так неожиданно и приятно. Время близилось к обеду, и солнце уже выглядывало за верхушкамирадост домов. Только открыв глаза, Субин разблокировал телефон, набирая «Доброе утро» новоиспеченному знакомому, и с неким воодушевлением зашел на сайт кинотеатра, чтобы забронировать билеты. Но, о ужас, кто бы мог подумать, что 31 декабря все места окажутся забронированными. Вот так новость, вот так удивление. «Прости, билетов в кино не осталось, но, если хочешь, мы можем встретиться прогуляться», – признаться честно, хорошее настроение улетучилось, в миг отрезвляя. Юноша встал с кровати и, шоркая тапочками, направился в ванную, пытаясь не уснуть на «белом троне». Разглядывая свое немного усталое и припухшее лицо, он услышал звук уведомления. Вмиг сорвавшись с места, кинулся к телефону и обнаружил новое сообщение: «Если так, то давай. Всё равно делать нечего. Где встретимся?» «Я зайду за тобой через полтора часа». И всё же всё не так плохо. Предновогодняя кутерьма, сугробы и встреча в приятной компании – лучше, чем просмотр фильма в кинотеатре, где не получится нормально поговорить и узнать друг друга ближе. Утеплившись подштанниками и футболкой под теплым вязанным свитером с оленями, Чхве накинул пуховик, спрятал уши в меховой шапке и двинулся в путь, прихватив небольшую сумку. Снег огромными кучами все еще лежал на обочинах, под окнами лепили снеговика, а подойдя к району Ёнджуна, он заметил катающихся на санях около озера детей; вывески на каждом углу приветствовали с приближающимся праздником, мерцание огоньков гирлянд приятно ласкало глаза, возвращая в беззаботные времена. – Привет, ты чего на улице? – закутанный в тот самый красный шарф по самые глаза брюнет стоял на крыльце и переминался с ноги на ногу, разгоняя кровь; покрасневшие от мороза пальцы перебирали ремень от сумки через плечо. – Я только вышел. Пошли уже. – дизайнер схватил юношу за руку и уверенно повел в каком-то неизвестном направлении, что-то рассказывая по пути, но все звуки приглушались шарфом и шуршанием куртки. Юный лингвист некоторое время рассматривал изящные пальцы, обхватившие его ладонь, и вскоре сунул их сплетенные руки в свой карман под недоуменный взгляд. Жалко было подвергать морозу такую нежную и мягкую кожу. Слегка тёплые пальцы Субина грели окоченевшие кисти Ёнджуна. Художнику-дизайнеру непростительно так обращаться с инструментом своего творчества и заработка, но кто, как не заботливый знакомый, позаботится о парне. А тот и не протестовал, словно всё понимая, и то ли от мороза, то ли от смущения покрывался румянцем. Они медленно шли по тихим улочкам, наслаждаясь атмосферой и обществом друг друга. – Куда мы идём? – наконец-то поинтересовался Субин, но дизайнер лишь загадочно улыбнулся, его губы, чуть потрескавшиеся от холода, притягивали взгляд. Его вопрос был наглым образом проигнорирован; парня втянули в какие-то заросли, но почти сразу вывели на широкую площадь, не дав начаться панике. Океан людей носился туда-сюда, занимая всё доступное пространство; тележки, доверху заполненные товаром, рисковали столкнуться друг с другом; детские вопли громче музыки наполняли торговый центр. Немного страшновато было углубляться в эту массу, но Ёнджун, не вынимая руку из уютного укрытия, потянул за собой в водоворот хаоса. Когда они пробрались мимо кучкующихся у входа людей, перед ними открылся просторный зал с огромной елкой посредине, сверкавшей миллионами огней гирлянд, яркими шарами и большой звездой на вершине. Это вызвало детский восторг, и лингвист не выдержал, вручил телефон новому другу, выбирая удачные позы. – Ну и чего ты там стоишь? – спустя несколько снимков Субин взял под руку парня и забрал телефон, переключив камеру на фронтальную. Получилось несколько удивлённых, несколько забавных и красивых фотографий, наполнивших галерею теплотой. Только ребята отошли в сторону, как столкнулись с милой невысокой девушкой в фартуке, работающей неподалеку в кафе. – Молодые люди, попробуйте наши фирменные пряники и обязательно загляните в наше кафе! – она лучезарно улыбалась и протягивала два маленьких свёртка: олень и снежинка. Молодая особа выглядела скромно и неуверенно, она колебалась какое-то время, теребя свою длинную косу. – И… Вы свободны? – После этих слов юноши перевели внимание с общего вида помещения и торговых рядов на промоутера. Минуты неловкого молчания тянулись бесконечно, и девушка решила действовать: она полезла в карман фартука за телефоном и приготовилась заговорить, но Субин молча взял Ёнджуна за руку и, ухмыльнувшись и помотав головой, увёл их обратно в людскую круговерть, оставив удивленную девушку хлопать большими глазами. Справедливости ради, брюнет тоже не понял происходящего и с чего вдруг у его приятеля такая реакция, однако мельком он заметил на экране телефона знакомое жёлтое приложение KakaoTalk, после чего смысл ситуации стал очевиден. Шагая среди толпы, ребята подошли к огромному залу с множеством киосков, простирающихся вплоть до выхода через новые двери. Ассортимент был поистине богатым: от съедобных продуктов (сладостей, солений, мяса) до изделий ручной работы. Глаза дизайнера загорелись при виде разнообразия, а лингвист лишь тепло улыбался и незаметно поглядывал на юношу, который не выпускал его ладони. – Пойдем скорее! – Ёнджун, как торпеда, двигался от одного прилавка к другому, стремясь осмотреть все товары ярмарки. Субин едва успевал идти вслед, не сводя взгляда с тонких пальцев, крепко сжавших его кисть. Где‑то в районе груди было так тепло, несмотря на то что неугомонный брюнет уже вытащил его на улицу; лицо обдавал мороз, но это – сущие пустяки, которые не помешают ему насладиться моментом. – Смотри, здесь столько еды! – в миг они очутились возле палатки пожилой тётеньки. – Две рыбные лепешки, пожалуйста! Ты ведь будешь? – последнюю фразу произнёс стремительно, словно и не вопрос вовсе, а констатация факта. Продавщица добродушно улыбнулась и стала раскладывать лакомства на маленькую картонную тарелочку. Ёнджун собирался достать кошелек, но столкнулся с двумя неожиданностями: он продолжал держаться за руки с этим рыжим парнем, да и тот не давал ему оплатить покупку. – Не трать свои деньги, я сам. – нежно касаясь пальцами друга, Субин извлек из бумажника две купюры. – Аджума, и два пакетика жареных каштанов, будьте добры. – обратившись к продавщице, он продемонстрировал свои очаровательные ямочки на щеках. Бог мой, Ёнджуну показалось, что они сияют, словно нечто божественное, отчего трудно было отвести взгляд. С легкой улыбкой и присущими ей ямочками лингвист повернулся к дизайнеру, а тот был буквально ослеплен этими чертами лица, пропустив очередной удар сердца. Женщина завершила оформление заказа, упаковав горячую еду, на что юноши поклонились и отправились дальше. Вдали виднелась величественная елка с праздничными украшениями, вблизи которой кипела жизнь и танцевали аниматоры. Приятели наслаждались вкусным угощением и обществом друг друга, неспешно отправляясь к главной достопримечательности праздника. –Какая красотка. – эти слова заставили Субина поперхнуться лепешкой и немедленно проследить за взглядом друга. Тот смотрел на один стенд с игрушками, возле которого стояла закутанная по самые глаза невысокая леди неизвестного возраста. Парень пытался откашляться, а Ёнджун уже стоял и болтал с незнакомкой. – Сколько стоит эта очаровашка? – он снял с крючка миниатюрный вязанный брелок темноволосой девочки в красном ханбоке. Оглядев игрушку чуть тщательнее, можно было заметить, как искусно она изготовлена, что не торчит ни одна ворсинка, что даже на юбке ханбока были плавные белые узоры. – Это парный магнитный брелок. – девочка взяла второй брелок, очевидно предназначенный для пары, и приложила его к первому. Маленькие фигурки мгновенно сцепились руками! – Возьмите их себе и вашему... – девушка деликатно смолкла и предложила оба брелка, вызвав легкий смех у парней. Второй брелок изображал рыжеволосую девочку в изящном изумрудном традиционном наряде. Пока Субин изучал эту красоту, Ёнджун оперативно рассчитался и увёл друга под руку. Тот всё ещё с неким подозрением рассматривал рыжие пряди, на что брюнет невинно хлопал глазками, пытаясь сдержать смех. Оба сувенира незамедлительно повесили на небольшие сумки, чтобы не потерять. Они шли размеренным темпом, внимательно изучая окрестности, пока солнце стремительно опускалось за горизонт (чему не стоит удивляться зимой). Прямо на их глазах включились тысячи лампочек, отражавшихся в ярких стеклянных шарах, создавая волшебную игру света на ёлке. Несмотря на общий шум и веселье, у молодых людей создавался собственный маленький мир – спокойный, гармоничный, позволяющий обмениваться теплом и защищаться от зимней стужи. Юноши просто стояли плечом к плечу и радовались, пока внутри тёк сладкий горячий мёд, дарующий то чувство чего-то родного, нужного сердцу. – Если у тебя нет планов, то не против встретить Новый год вместе? – едва слышен был голос Субина в этом хаосе, но Ёнджун уловил каждое слово, почувствовал, но не успел ответить. – Я с соседями по комнате хотел отметить, пойдешь со мной? Комната не большая, но места всем хватит. Там уютно – мы ёлку нарядили… Дизайнер прервал речь друга легким прикосновением к плечу, а потом коротко кивнул, расслабленно улыбаясь. Парни продолжили прогулку в темноте зимних улиц, озаряемых слабым светом уличных фонарей, чьи лучи нежно скользили по мягким снежинкам. Вечером похолодало сильнее, поэтому Ёнджун плотнее обмотался тёплым красным шарфом, что невольно вызвало улыбку друга. Расстояние до общежития было коротким, даже ноги не успели замерзнуть. Внутри здания их не встретила злая комендантша, поэтому они беспрепятственно поднялись на нужный этаж, погрузившись в тишину общежития, оставшегося почти пустынным в отсутствие большинства студентов. Лишь открытие двери в нужную комнату нарушило покой, оттуда послышался гомон голосов. Посереди комнаты на полу сидели приклеенные друг к другу Тэхён и Бомгю, а Кай занял кровать Кана на верхней полке и играл в телефон. – Ого, ты чего тут делаешь, засранец? – не удержался от колкости старший Чхве. – А сам-то что здесь забыл? – Я … Меня Субин пригласил, – юноша немного стушевался, отдавая другу куртку. – Новый год пришел отметить. – Ну так я тоже. Вон, Тэхёнчик пригласил. – и подтолкнул склонившего голову парня. Тот ели заметно, совсем уж смущенно кивнул. Лингвиста даже позабавила такая реакция друга. – Какие люди! Хён! – даже не отвлекаясь от экрана, Кай махнул рукой новым людям в комнате. – Все вместе будем праздновать? – А почему нет?. Вместе веселее, – рука Субина невесомо обвила талию Ёна, увлекая его глубже в комнату. Маленький столик у окна украшали несложные блюда: нарезка, салатики и алкоголь. Ёлочка идеально вписывалась в теплую обстановку, царящую в помещении. Ёнджун слабо улыбнулся и подошел вплотную к лингвисту, чья большая ладонь оставалась на его теле. Так они вдвоем смотрели в окно долгое время, любуясь снежинками, падавшими на стекло. Свет в соседних домах весело переливался, огни ярко-ярко мерцали, а прохожие торопливо перебирали ногами по зимним улицам, утопая в сугробах. – Скоро уже Новый год наступит! – младший прервал всю идиллию своим криком, от чего все подскочи. Парочка на полу как-то нервно отвернулась друг от друга (бог знает, чем именно эти молодые студенты занимались, пока все были заняты своими делами). – Т-точно! Скорее открывайте шампанское! Давайте-давайте! – хлопая в ладоши, тараторил Бомгю, параллельно поднимая на ноги Кана. Только в этот момент Чхве удосужился убрать руку с чужой талии, когда уже слишком много внимания было обращено к ним, и начал открывать бутылку игристого. Пробка громко выскочила из горлышка, пенистая жидкость полилась в заранее подставленные старшим бокалы. – Минута, минута осталась! – вопил Хюнин Кай, выхватывая свой бокал. Вся компания напряженно затихла, считая секунды, оставшиеся до наступления нового года, глядя на часы телефонов. – Три, два, один… Ура-а! – голоса объединились в единое ликование, и послышался звенящий звук хрусталя друг об друга. В небе вспыхнули разноцветные искры фейерверков, на что вся комната дружно ахнула. За окном доносились взрывы петард и радостные возгласы. Люди выходили на улицы семьями и компаниями, радуясь началу Нового года. В те мгновения мир казался невероятно близким и дружным. – Были же бенгальские огни. – внезапно осенило Тэхёна, который в миг нырнул в коробки рядом и вынул пару упаковок. – Тоже пойдёмте на улицу! Парни молниеносно накинули куртки, даже не удосужившись застегнуться, и вылетели на мороз. В предвкушении волшебства, они оживлённо бегали вокруг Тэхёна, будто он ёлочку, и ожидали свою палочку. Огни загорались, рассыпая блики и клубы дыма. Начались странные пляски и игры, а Субин снова бережно положил руку на привычное место, прижимая Ёна к себе. Тот почти сразу уложил свою голову на так удачно подставленное плечо и вдохнул морозный воздух. – Ёнджун… – прокашлялся. – Мы, конечно, не так давно знакомы и всё такое … Но это не помешало мне влюбиться в тебя за столь короткое время, и если ты позволишь, то я бы хотел дальше узнавать всё больше о тебе. Именно тогда позади них раздался странный клацающий звук. Медленно обернувшись, они заметили, как брелки соединяют свои ручки вместе. Такое зрелище внесло особую трогательную нотку в это признание, от чего на лице старшего расцвела довольная, облегченная улыбка. Воспользовавшись моментом, он прикоснулся своими слегка обветренными губами к щеке Субина, который от такого просто замер на месте, боясь вздохнуть. Стоило бенгальским огонькам в их руках погаснуть, как Ёнджун заключил возлюбленного в крепкие объятья, передавая через них все свои чувства, всю нежность и привязанность. В душе плескалось умиротворение, а весь окружающий мир перестал иметь значение.