Мир, посмотри на меня!

      — Мир, остановись! — кричал я, оповещая очередного ДжоДжо о начале действия своей способности.       Глупая привычка, но кто имеет право судить победителя?       За моей спиной много крови. Джонатан Джостар и его внук, Джозеф, пали от моих рук. Я чувствовал, как от собственного бессилия они погибли, не сумев совладать с моей истинной мощью.       Время, несомненно, остановилось. Джотаро, очередной член этой надоедливой семейки, застыл вместе со всеми, и только я, Дио, могу думать в этом остановленном времени. Очередная привилегия, существующая только ради меня.       Пять секунд — таков лимит моей способности. Мир не поспевает за моей мощью, любезно позволяя мне выйти вперёд. Я верю, что это только начало моего восхождения.       — Джо-о-о-таро, — сладко и приторно начинаю я говорить. Он не услышит, и я, вероятно, разговариваю сам с собой. Только Дио способен понимать Дио. — Ты всерьёз думал, что твой Star Platinum способен угнаться за моим The World?       Он не имеет и шанса ответить, ведь всё действительно обстояло так.       — Джо-о-таро, — продолжаю я. — Ты, может, и смог одолеть моих приспешников, но они и сами были слабы.       Я коварно улыбнулся.       — Никто не способен соревноваться со мной в силе, Джотаро, — ухмылке не было предела. — Или твоя жизнь висела в сражениях с ними на волоске? Что же, для тебя будет большой честью найти свой конец в битве с моим стендом!       Мир жесток. В этом убедился я, казалось, с самого рождения. Так что, Джотаро, может быть, стоит принять свою судьбу? Кто-то всегда должен проиграть. И сегодня это ты.       Секунда… успешно прошла. Осталось ещё четыре долгих, как вечность, мгновений. Зачем заканчивать удовольствие так скоро?       — В этот раз удары моего The World почувствуют твои плечи, Джо-о-о-таро.       — Дио… как ты посмел?       Его стенд быстр и способен на какое-то время находиться в остановленном времени. Джонатан, твоя родословная и правда что-то. К сожалению, это предсмертные её содрогания.       — Неужели то, что осталось от твоего деда, Джозефа, тебя трогает на эмоции?       — Тварь!       Пусть думает, что я ему поддаюсь, как и тебе тогда, Джонатан Джостар. Я хочу увидеть его глаза, полные отчаяния. Совсем немного осталось…       — Мир, время возобновило свой ход.       Наверное, он рад? Ликует, что наконец может ударить моё прекрасное лицо? К счастью, я быстрее.       — Бесполезно! Бесполезно! Не имеет смысла! — нанёс мой стенд несколько ударов прямо в грудную клетку. — Джо-о-о-таро, твоя решимость появилась… из-за твоей матери? Но я всё равно сильнее… Ведь я… Дио!       Он, сделав позу, исчез, и я, не понимая причины, тяжело вздохнул. Новая способность стенда? Невидимость? Он за дурака меня держит?       — Я остановил время на третьей секунде, — он, появившись, объявил. — Мой Star Platinum терпеть не может твой трёп, Дио.       Кажется, ты не шутишь и мне… будет плохо? Посмотрим, Джотаро, кто кого?       — Наши стенды, видимо, одного типа, — сделал вывод я. — Можешь гордиться, что можешь повторять за моими движениями. В бой!

***

      К сожалению, я был ослеплён своей славой… и оказался повержен. Солнце, мой старый враг, не дало мне и шанса. И с чего же всё начиналось?       — Дио, ублюдок, как посмел ты так посмотреть на меня? — часто кричал мой биологический отец. Припоминаю, что в подобные моменты моему собственному телу было отнюдь не сладко, а боль вошла в привычку. — Забыл ли ты о том, как кончила твоя мать, перед тем, как ей подражать?       Правильного ответа не существовало, дальше он продолжал наносить удары. Я всегда желал забыть о существовании Дарио Брандо. Не потому, что он бил детей, вымещая свою, вероятно, безграничную злость. Я смотрел на него с презрением вовсе не от этого, в конце-концов земля славилась и не такими тиранами. Была другая, необъяснимая причина.       Когда он напивался, как обычно, я ненавидел его чуточку меньше, чем всегда. Он делал правильные вещи — пытался избавить мир от своего существования путём распития бренди.       Пребывая в трезвости, он был пьян, а когда находился в состоянии алкогольного опьянения — напоминал своим видом бывалого калеку.       Вы их увидите в Лондоне, непременно, если будете там. Как же можно добраться до этого чудного места? Есть два варианта — быть счастливчиком, родившимся там в неблагополучной семье. Или же приехать в этот город по собственной воле, довольствуясь пейзажами.       Варианты не выбирают, и люди — существа не из брезгливых.       Почему же я хотел тогда помочь своему больному отцу отправиться поскорее в ад, если не от страданий? Возможно, дело в моей избирательности, унаследованной от него, он был просто мне противен, с кулаками или без, я желал выразить ему свою благодарность за воспитание альтернативным способом, сказать «спасибо» на гробовой плитке.       А ты помнишь, The World, момент, когда я выбрался из его лачуги? Помнишь ли ты, как я был благодарен пропитым почкам своего отца? Да, судьба, мой путь тогда ещё начинался. Путь, где я смогу быть подальше от его влияния, и стать могущественным. Я так думал. Мне не привыкать ошибаться. Эта ошибка не была последней, но достойной, чтобы о ней вспомнить.