Часть 1
20 августа 2022 г., 14:13
Олег не помнил, как они познакомились. Казалось, их поселили в одну комнату, когда они были ещё младенцами. С возрастом они лишь меняли этажи, на которых жили. Они даже переезжали из комнаты в комнату в детском доме в один день, в который вдвоём родились.
Им было по 6, когда Серёжа впервые поцеловал Волкова.
— Давай сыграем в гляделки? — улыбаясь, предложил Олег. Ему нравилась эта игра. Во-первых, хорошая забава для двоих в детском доме. Во-вторых, ему с самого детства нравилось тонуть в голубых глазах, в которых тогда ещё горел огонь.
— Конечно давай, — Разумовский встал со своей кровати и сел на кровать Олега.
Серёжа зажмурился. Волков улыбнулся и зажмурился тоже.
— Раз, два, три! — весело сказал Разумовский, и оба открыли глаза.
Олега, как всегда, смутил этот взгляд. Серёжа ещё и улыбался - картина маслом для Олега Волкова по сей день. И все же брюнет умудрился не моргнуть. В тот раз проиграл Разумовский. Неожиданно для обоих, он надул щёки, закрыл глаза и коснулся своими губами губ Олега.
— Прости, прости, прости, Олеж, — Серёжа покраснел и отстранился от чужих губ, опустив голову.
Волков улыбнулся и посмотрел на одежду Разумовского. На Серёже была оранжевая футболка и серые шорты, а на Олеге самом голубая футболка и чёрные шорты. Ещё тогда Волков знал, что запомнит этот момент на всю жизнь.
— Всё хорошо, Серёж, мне даже понравилось, — Олег поднял подбородок человека напротив пальцами и поцеловал Разумовского ещё раз.
Волкову было 12, когда он впервые попробовал сигарету и 13, когда он покурил в их с Серёжей комнате с закрытыми окнами. В детском доме все росли очень быстро.
— Как же хочется сигарету, хотя бы одну, — Олег прикусил губу, жалея, что сказал это вслух.
— Так прикури, — предложил Разумовский.
— Окна закрыты, а уже поздно, никто ручку не даст, — вздохнул Волков.
— Да ты прям так, — махнул рукой Серёжа.
— Ты хоть представляешь, какая вонь будет?
— Да. Наплевать.
— А сигнализация?
— Подожгу бумажку, скажем, что гадаем, — Разумовский был готов на всё ради счастья тогда уже любимого.
Олег достал из тумбочки сигарету и зажигалку и положил первую в рот. Волков поджёг сигарету и сделал первую затяжку, выдохнув дым. Серёжа закашлял, на его глазах появились слёзы. Увидев это, Олег сразу потушил почти целую сигарету о собственное запястье. Да, от него теперь будет вонять, да, сигареты в детском доме на вес золота, но состояние соседа по комнате Волкову было важнее.
— Серый... Прости, пожалуйста, — Олег подбежал к Разумовскому и погладил его по голове.
— Зато сигнализация не сработала, — улыбнулся Серёжа и снова кашлянул.
В четырнадцать Олег устроился на работу, чтобы позволить себе таблетки для избавления от зависимости. Ведь в планах у него было жить в одной квартире с Разумовским, а брюнет не хотел, чтобы Серёжа из-за него терпел приступы аллергии. Рыжий так и не узнал, для чего его сосед по комнате пошёл на работу.
Им было по 15, когда Олег увидел Разумовского в ванной с окровавленными руками.
— Серый, мне наконец-то выплатили зарплату! — с этими словами, гордо размахивая конвертом, Волков вошёл в комнату(ему пришлось устроиться на работу с "серой зарплатой", потому что в свои четырнадцать он больше ничего не смог найти).
Но его соседа по комнате там не было.
— Серый? — неуверенно переспросил Олег.
Они жили в детском доме Санкт-Петербурга, и поэтому с четырнадцати лет у них были комнаты с личным санузлом. Брюнет подёргал ручку ванной - Разумовский заперся там.
В следующую секунду Олег услышал щелчок замка - Серёжа отпер дверь. Волков сразу зашёл в ванную и увидел, что руки рыжего в крови. В ладони у него было лезвие. Чёрт знает, где он его добыл.
— В-волче, прости, пожалуйста, — голос Разумовского дрожал. Серёжа упал на колени.
— Что же ты наделал, Серёжа? — вздохнул Волков и взял из тумбочки под раковиной перекись и бинты. Ещё год тому назад, когда Олег получил первую зарплату, Разумовский настоял на том, чтобы купить эти предметы.
Волков сел на пол рядом с соседом по комнате, оторвал кусочек бинта, налил на него перекиси и начал тереть руки Серёжи. Разумовский шипел от боли, но не сказал ни слова - знал, что сам виноват. Закончив обрабатывать обе руки, Олег посмотрел на порезы, которые теперь стали красными полосками. На левой руке линии были параллельными, и их было много, на правой было меньше, и они были расположены хаотично. Вздохнув, Волков отмотал бинта и заботливо завернул в него чужие руки. Серёжа понял, что, будь на месте Олега любой другой человек, он бы его ударил за прикосновение к столь интимным местам.
Когда процесс обработки закончился, оба встали с пола. Олег предварительно взял с кафеля лезвие и положил его в карман брюк. Выйдя из ванной, Разумовский плюхнулся на свою кровать, а Волков пошёл к администрации за ручкой от окна. Получив её, Олег вернулся в комнату и открыл окно. Незамедлительно брюнет достал лезвие из кармана и выкинул его на улицу.
Волков сел в ноги к Серёже. Разумовский лёг на бок спиной к стене, освобождая место для брюнета. Тот понял жест Серёжи и лёг лицом к соседу по комнате. И почему они так раньше не лежали?
— А знаешь, если бы что-то такое сделал с тобой не ты сам, а кто-нибудь ещё, я бы его убил, — тихо сказал Олег.
— Я очень люблю тебя, Олеж, — протараторил Разумовский. Он чувствовал, что покраснел, но в темноте этого не было видно.
— И я тебя люблю, — менее смущённо ответил Волков. Даже по голосу было слышно, что он улыбается.
— Вместе навсегда? — рыжий протянул мизинец в оставшееся между их лицами место.
— До гроба, — Олег пожал своим мизинцем палец соседа по комнате.
Для обоих этот жест значил больше, чем что-либо в мире.
От порезов остались только едва заметные белые полоски, но Волкову было больно на них смотреть до их последнего дня вместе.
Им было по 19, когда Серёжа купил поездку на океан на двоих.
Разумовский вернулся домой после работы, как это происходило уже год после того, как их выгнали из детского дома, как только им исполнилось по восемнадцать. В шестнадцать лет Серёжа в совершенстве овладел Python, и рыжему посчастливилось найти работу в хорошей фирме. Проблем с деньгами после этого у них с Олегом не было. Жили они в однушке в Питере, которую им предоставил детский дом и копили на ипотеку, чтобы позволить себе более элитное жильё.
— Олеж, а помнишь, что за мной должок на совершеннолетие? — рыжий встал напротив брюнета, что сидел на диване, — Так вот. Думаю, это будет подарком и на прошлый, и на этот день рождения.
Серёжа показал бумажки, что были у него в руке и передал их Олегу. Осмотрев их, Волков понял, что это авиабилеты в Португалию.
— Разумовский, да ты псих.
— Мы же так хотели увидеть море, искупаться в нём. А, получается, искупаемся аж океане! — восторженно покружился вокруг себя Серёжа.
***
Разумовский и Олег быстро шли по песку к океану. В руках у рыжего был матрас, который они купили специально для этой поездки. Олегу же была доверена сумка, где лежали все пляжные принадлежности. На Разумовском были розовые плавательные шорты - Волков улыбается, вспоминая, как рыжий пищал от радости, когда ухватил себе последние. Олег же выбрал себе чёрные - своего любимого цвета. Серёжа и Волков побежали к воде. Сланцы были скинуты с ног, сумка брошена прямо у места, до куда доходят волны. Разумовский и Олег одновременно сделали первый шаг в Атлантический океан. Смеясь, Серёжа кинул матрас на воду и плюхнулся на него, оставив слева место для Волкова. Олег не отставал и тоже лёг на матрас, и они, двигая ногами, поплыли к горизонту. Им было по 25, когда Олег за обедом в армии услышал по телевизору роковую новость: "Миллиардер, основатель социальной сети Vmeste, Сергей Разумовский, сегодня в 12:37 покончил с собой, спрыгнув из окна тридцатого этажа своей квартиры" Олег взял отпуск и на первом самолёте, который был ночью, полетел в Санкт-Петербург. Лететь пришлось в бизнес-классе, потому что в экономе мест не было.***
В их с Серёжей квартире уже все было загорожено полицейскими лентами. Олег показал паспорт, чтобы доказать, что он прописан в этой квартире. — Но ведь Вы мертвы, — посмотрел на Волкова полицейский, сверяя с фото в паспорте. — Что? — переспросил Олег. Полицейский провёл брюнета в квартиру. В интерьере дома ничего не поменялось, кроме ощущения, что он пустой. Всё тот же диван, на котором они любили сидеть и обниматься. На столике перед диваном лежала бумажка. Изучив эту бумажку, Волков увидел, что это свидетельство о его собственной смерти. — Как Вы это объясните? —обратился полицейский к Олегу. — Я... Я не знаю. Я был на службе по контракту. Возможно, вышла какая-то ошибка... — Ладно, Вам ещё придётся подтвердить, что Вы - это Вы. По фото в паспорте похоже. Мы не распространяли эту информацию, но мы нашли нотариально заверенное завещание Разумовского, в котором он завещает всё Вам, — полицейский достал из папки бумажку и протянул её Олегу, — Наверняка теперь этих "Олегов Волковых" миллион будет. Брюнет прочитал бумагу. Это было действительно завещание на него. Олег вздохнул. Зачем ему эти деньги? С живым Серёжей он бы и бомжевать готов. Единственное - Волков точно распорядится этими деньгами рациональнее, чем государство. Всё перешло бы ему, ведь у Разумовского не было родственников, как и полагается воспитаннику детского дома. Олег передал завещание обратно и перешёл к огороженному лентой окну. Там был молоток, которым Разумовский разбил нижнюю часть панорамного окна и осколки. Олег осознал, что, если бы он умер в тот же день, что и Серёжа, то у них на камнях могил были бы точь-в-точь одинаковые даты(наверняка государство бы позаботилось о том, чтобы у них были памятники). Прыгнули бы ещё, держась за руки. Покруче, чем у Шекспира. Но уже не получилось. Серёжа остался разлагаться в земле, а Олег - страдать с миллиардом в кармане и завидовать любимому.
