Вне зависимости от обстоятельств

— Видишь, Мендс? Вот, что делают хорошие друзья. Они сопровождают друг друга на мероприятиях, — сказал Йен. Они шли рука об руку на вечеринку, организованную братством Микки. Мэнди фыркнула. — Я и не просила, ты сам пошел. Рыжеволосый сделал удивленное лицо. — Разве я могу позволить тебе вернуться в общежитие в полном одиночестве посреди ночи? Нет. — Да, конечно. Правда в том, что ты идешь со мной только ради того, чтобы увидеть моего тупоголового брата, — сказала Мэнди с понимающей улыбкой. На этот раз Йен удивился искренне. — Что? — ему пришлось приложить немало усилий, чтобы не задохнуться. — Думал, сможешь одурачить меня? Я видела вас двоих вместе, — сказала она. Вот же блять. Если Мэнди его не убьет, то это сделает Микки. Если Мэнди не убьет брата первой. — Мендс, это не то, что ты думаешь, — начал Йен. Мэнди ударила его кулаком в грудь. — Не то, что думаю? Я видела, как вы дружно выкуриваете косячок. Йен, не говори, что ты вступил в фан-клуб Микки! Я была о тебе лучшего мнения! — …Что? — на этот раз прозвучало более естественно. — О чем ты, блять, говоришь? — Делитесь сигаретой, смеешься над его тупыми шутками, — Мэнди надулась. — Ты мой парень. Не пешка Микки. И это все? Йен начал смеяться, крепко целуя Мэнди в щеку. — Не волнуйся, моя девушка. Твои шутки смешнее. Она улыбнулась, высвобождая свою руку из его и обнимая его за талию. — Конечно. Добравшись до дома, Йен не был уверен, испытал ли он облегчение от забывчивости Мэнди или был слегка разочарован этим. Было ли так уж неправильно желать поделиться секретом со своей лучшей подругой? Йен хотел рассказать ей о нем и Микки. Но, с другой стороны, а кем они были с Микки? Может, это было глупо и самоубийственно — говорить Мэнди о чем-то, что было не так важно, как он думал. Особенно с учетом прямой угрозы Микки убить его, если он это сделает. Так что Йен просто решил держать рот на замке и войти в дом вместе с Мэнди. Несмотря на то, что вечеринка только началась, некоторые девушки уже были пьяны и танцевали на столе. Мэнди сразу заметила Микки. Он курил косяк в окружении своих друзей из братства. Она направилась к нему и выхватила косяк из его пальцев. — Привет, говнюк, — поздоровалась она, делая затяжку. Микки тут же выхватил косяк обратно. После он заметил Йена и кивнул ему. — А он тут что делает? — Он мой парень. Он идет со мной, куда я захочу, — ответила Мэнди. Она снова захотела выхватить косяк, но Микки отдал его Йену, который сел за кофейный столик перед диваном, на котором развалились братья и сестры. Йен взял его и поднес к губам. Мэнди фыркнула. — Вам лучше не становиться лучшими друзьями. Мне нужна поддержка Йена, когда я буду жаловаться на тебя, — она взяла косяк из пальцев Йена и побежала на кухню, чтобы парни его не выхватили. Микки только усмехнулся, закуривая еще одну сигарету. — Держи, — предложил он, сделав первую затяжку. Йен не был уверен, что ему стоило делать еще одну затяжку, но он решил, что это не так уж и важно. Он чувствовал себя довольно хорошо, можно и отдохнуть один день. Он даже слегка нарушил график приема лекарств и пропустил прием пару раз, но пока серьезных последствий не было. Темноволосый парень казался расслабленным в компании Йена. Смесь алкоголя и наркотиков, вероятно, вызывала озноб, но Йен не жаловался. Они вроде как встречались в эти дни. Если тусовки в баре или совместные прогулки во время курения можно рассматривать как свидания. Но сейчас, Микки, казалось, не волновало, что Йен слишком долго пялился на открытый участок кожи из-за задравшейся рубашки. Казалось, он даже наслаждался этим, если касание языком уголка рта было намеком. Они как раз докуривали косячок в уютной тишине, с горячими взглядами, когда два приспешника Микки подскочили и сели по обе его стороны. — Эй, Мик, где твоя колода? — спросили они. Микки выгнул бровь. — Хотите поиграть в покер? Они покачали головами. — Нет, в калифорнийских королей. — Тогда хуй вам, а не колода. Вам только в покере везет, — спокойно ответил Микки. — Возьмите у Франклина или Гейтса. Двое парней кивнули, вставая, что найти других парней из братства, когда Микки позвал их. Они немедленно к нему повернулись. — И на меня рассчитайте, — сказал он. Он посмотрел на Йена, приподняв бровь. — Будешь играть? Йен на полсекунды задумался, прежде чем кивнуть. — Да, почему бы и нет. Взяв чужую колоду, Микки, Йен и еще трое парней оказались за столом с большой чашкой посередине и несколькими красными пластиковыми стаканчиками поменьше, а также бутылками разного вида. Мгновение спустя, рядом с Йеном села Мэнди. — Окей, меня чего не пригласили? — спросила она, ставя перед собой еще несколько чашек. — Вам нужна девушка, иначе будет сосисочная вечеринка. Микки фыркнул. — Спасибо за урок этикета, Марта Стюарт. Она лишь пожала плечами. Когда один из парней начал тасовать карты, она наклонилась ближе к Йену. — Ты уверен, что хочешь этого? Это игра на выпивку. Йен слегка толкнул ее в плечо, кивая. — Да, все под контролем, не переживай. Иногда пить больше нужного — не проблема. Мэнди не выглядела убежденной, но кивнула. Она протянула карточки. — Тогда давай играть.

***

— Что ж, пора мальчикам выпить, — сказала Мэнди, кладя червового валета на мокрый, липкий стол. Пятеро играющих парней застонали, но подняли свои чашки и залпом выпили их содержимое. Все игроки знали правила игры, но Йен знал немного другую версию, поэтому им пришлось объяснить ему эту. На самом деле игра была простой, когда все знали одни правила. Каждый должен был принести к столу один или несколько алкогольных напитков на свой выбор. Каждая карта, которую они извлекали из колоды, что-то значила с точки зрения выпивки. Например, если кто-то выбирал цифру 8, то становился мастером Большого Пальца: каждый должен был положить большой палец на стол, и тот, кто сделает это последним, должен выпить. Туз означал празднование тоста, выпить должны все. Карты короля отличались тем, что на первых трех королях никто не должен пить, а только подливать напиток в свою чашку. Последний король, однако, означал, что нужно выпить все содержимое чашки, независимо от того, что за алкогольная смесь там намешана. Они были в середине игры, два короля уже выбыли. Большая чашка уже была наполнена водкой и текилой. Никто не хотел это пить. К слову, Йен чувствовал себя хорошо. Он чувствовал себя так, словно поел после изнурительной диеты: полное облегчение и обжорство. По его телу проходил приятный гул, а голова была легкой и наполненной только смешными вещами. В этом помогал косяк, который они передавали по кругу. Когда он вытянул 7 пик, он объявил «водопад», и все начали пить жидкость, которая была в их кружках. Так продолжалось до тех пор, пока Йен чуть не подавился своим напитком, а остальные медленно перестали пить. Следующим, кто вытягивал карту, был Микки, который положил уже третьего короля в стопку использованных карт. Он налил себе пива в кружку, отчего алкогольная смесь стала еще хуже, чем раньше. Микки много пил, но все еще контролировал свои движения. Или, возможно, он был одним из тех людей, которые в один момент выглядели совершенно невозмутимыми, а в другой теряли сознание. Когда до розыгрыша оставалось всего три карты, они все были навеселе. Один из парней уже отрубился, развалившись на стуле. Тот, что сидел слева от Мэнди, со страхом смотрел на большую чашу: настала его очередь выбрать одну из последних карт, и шансы были не в его пользу. И все же именно Мэнди вытянула последнюю карту короля. Парень рядом с ней начал облегченно смеяться, пока та не пнула его стул, и он не упал лицом вниз. Йен с улыбкой похлопал ее по спине. — Давай, Мендс, ты справишься! — подбодрил он ее. Мэнди не выглядела такой уверенной, как Йен, но она взяла чашку обеими руками и, вздохнув, начала пить все содержимое. Она дважды подавилась, но ей удалось все выпить. Она поставила чашку, рыгнула и встала со стула. — Думаю, мне надо в ванную, — сказала она и с глухим стуком упала на пол. Йен и Микки тут же вскочили на ноги, чтобы броситься ей на помощь. Убедившись, что с ней все в порядке, и она просто потеряла сознание, они посмотрели друг на друга и кивнули. Может, это была телепатия, может, здравый смысл, но они думали об одном и том же. Йен взял ее за плечи, Микки схватил за ноги, и они понесли ее в комнату, чтобы уложить на кровать брата. — Я схожу за ведром! — воскликнул Йен, выбегая из комнаты. Он вернулся через пять секунд, сбитый с толку. — Здесь есть ведро? — спросил он. Микки закатил глаза. — Стой тут, — он пошел в ванную и вернулся с ведром, которое поставил у кровати. — Смотри, Мик. Она выглядит почти как ангел, — прокомментировал Йен, не сводя глаз с Мэнди. Микки тоже не сводил глаз со своей сестры, но все, что он видел, это пьяную, потерявшую сознание девушку, лежащую на боку, чья рубашка промокла от содержимого чаши. А еще она храпела. — Да, конечно, вылитый ангел, — заметил он, фыркнув. Они оба начали смеяться. Не прошло и минуты, как Йен улыбнулся Микки. — Итак, что мы будем теперь делать? Микки выгнул бровь. — Отрубимся? Йен чувствовал, как Микки расслабляется. Словно оказавшись в своей комнате, Микки мог отпустить весь контроль и перестать притворяться. О чем именно притворяться, Йен не знал, да и Микки, наверное, тоже. Аура Микки словно передавала сообщение о том, что его нужно оставить в покое. Но Йен этого не хотел. Он хотел провести время наедине с Микки, быть теми, кем они были. Они оба были пьяны и под кайфом, и Йен не подумал, что нет никаких причин, чтобы им не повеселиться вместе. — Уже? Я думал о том, чтобы прокатиться, — предложил Йен. — Что? — Да, прокатиться. Ты обещал мне на днях, помнишь? Ты ж хвастался, какая у тебя классная машина, и сказал, что возьмешь меня прокатиться, — Йен рассмеялся. — До сих пор не знаю, что именно ты имел в виду, секс или машину, но я готов и на то, и на другое. Микки слегка толкнул его, но это его позабавило. — Ты всегда такой самоуверенный, когда в говно? — спросил он. — Я от природы веселый человек, — ответил Йен, пожимая плечами. — Итак. Ключ? — Да, да, ключ… — Микки огляделся вокруг затуманенными глазами, прежде чем похлопать себя по заднему карману. — Нашел.

***

Они появились на парковке за домом в считанные секунды. Или, по крайней мере, им казалось, что они пришли так быстро. Микки даже позволил Йену прикасаться к себе так, как запрещал это делать на людях. Например, медленно поглаживать его шею или подходить так близко к Микки, что они могли чувствовать запах друг друга и тепло, исходящее от их тел. Спортивный автомобиль Микки стоял там во всей красе. Это был Додж Вайпер 2015 года выпуска, черный и привлекательный. Микки получил его на день рождения в прошлом году и очень его любил. Машина была быстрой и извилистой, и он не многим позволял садиться за эту малышку. Она так блестела в лунном свете, что Йен подумал, что Микки, вероятно, мыл свою машину чаще, чем себя. Микки отпер Вайпер. — Водительское или пассажирское? — спросил он Йена. Тот уже запрыгнул на водительское сиденье. Микки фыркнул и сел рядом. Йен подумал, что Микки чертовски хорошо смотрелся в этой машине. Бледность его кожи резко контрастировала с черно-красным салоном. Йен, видимо, выглядел так же сексуально, потому что Микки смотрел на него и прижимал свой гребаный язык к уголку своего проклятого рта. Блядский рот… Все внимание Йена было приковано к губам Микки, розовым и влажным. Он так сильно хотел попробовать их вкус. Он попытался, когда они впервые трахались, но все, что он получил, — это угрозу отрезания языка. После этого у Йена не было возможности его поцеловать, потому что их позы в сексе не позволяли их лицам встретиться. Его величайшим достижением был лишь поцелуй Микки за ухом, совсем невесомый. И все же, то, как Микки смотрел на него… Может, это из-за лунного света, но атмосфера между ними казалась почти романтической. Йен мог бы поклясться, что взгляд Микки был прикован к его губам. Йен наклонился ближе, так близко, что его ноздри уловили запах Микки. Рыжеволосый положил руку на подголовник Микки, чтобы сохранить равновесие. Он также дал шанс тому отступить. Но Микки этого не сделал. Он лишь прикусил нижнюю губу. Черноволосый парень не знал, что нужно дать глазам немного отдохнуть. Они только задержались на самом Йене, или на его губах, или еще где-то. Они были полны страха и желания. Йен просто хотел, чтобы его глаза закрылись и насладились поцелуем, который он так хотел получить. Он почувствовал, как дыхание Микки смешалось с его собственным, он был так близко, что мог коснуться губ Микки. Микки… К сожалению, поцелуя не произошло. Микки отвернул голову в последнюю секунду, и все, что Йен успел сделать, коснуться губами ладони Микки. Черноволосый парень отступил. На его лице было выражение вины, пока Йен смотрел на него обвиняющим взглядом. Микки не мог этого сделать. Это было ясно. Йен задавался вопросом, сможет ли он когда-нибудь это сделать. Или Микки просто бросит его, пока не дошло до серьезного. Йен откинулся на спинку сиденья. Затем он пристегнул ремень безопасности. — Тогда поехали, — сказал он. Он не хотел огорчаться из-за поцелуя. Ему было слишком весело, чтобы портить вечер, затаив обиду. — А? — Микки повернул голову, глядя на Йена. — Куда? — Кататься, помнишь? — спросил Йен, хватаясь за руль. Ему было необходимо отвлечься от мыслей об отказе Микки. Что может быть лучше, чем вождение быстрой машины? Микки покачал головой, держа ключ. — Ага. Этого не случится. Ты слишком пьян, чтобы вести машину, да и я тоже. — И что? Мне что, крутить руль, как ребенку? — рыжеволосый выхватил ключ из рук Микки с необычной для накуренного человека скоростью. Он оттолкнул его, когда тот попытался забрать ключ обратно, и вставил его в замок зажигания, отчего машина с ревом завелась. — Воу! — воскликнул Йен, взволнованный звуком двигателя. — Это будет так здорово… — Галлагер, хорош, — начал умолять Микки, протягивая руку к ключу. Но Йен отбросил его руку и нажал на педаль газа. Вайпер немедленно среагировала. — Йен… Если бы Йен его слушал, одно лишь упоминание его имени вызвало бы у него улыбку. Но Йен все внимание уделил машине. Особенно ее лошадиной силе. — Наслаждайся поездкой, Мик! Хватит, блять, постоянно ворчать! — воскликнул он, сильнее нажимая на педаль газа. Машина радостно урчала под его руководством, с каждой секундой разгоняясь все быстрее. Йен чувствовал, как по его телу разливается энергия, как по нему пробегает электричество, вызывая мурашки по коже. Адреналин бил ключом, Йен был очень взволнован. Это, конечно, была не скорость света, но Йен хотел к ней приблизиться. Он хотел проверить мощность двигателя, посмотреть, насколько быстро может ехать машина. Он затуманено осознавал произносимые Микки слова. Тон голоса предполагал, что тот пытался ему сказать, чтобы он успокоился, но он не мог. Ему не нужно было, блять, успокаиваться. Он был свободен. У него все было под контролем, во всяком случае, он был не настолько пьян. Он был в порядке. Быстрее быстрее быстрее. Он мог бы ехать еще быстрее. Он хорошо управлял Вайпером. Ему почти стало жаль ее, ведь хозяин не брал ее с собой на быстрые прогулки. Но Йен решил освободить ее тоже. Ограничения — это глупо. О, проспект. Улица была большой и пустой, он вполне мог вести машину на полной скорости. Теперь он и машина были почти одним и тем же. Его жужжащая энергия была ее жужжащей энергией. Его свобода — ее свобода. Вайпер ревела у него под ногами, и блять, это было одним из лучших ощущений в его жизни. Плюс, рядом с ним был Микки; он сопровождал его в этом большом, захватывающем приключении, и Йен не мог просить большего. Хотя, нет, мог. Он мог еще сильнее нажать на педаль газа. Двигаясь с такой скоростью, все заботы, которые у него были, просто растворились. Он был королем этой дороги, позади ничего не было, а впереди была надежда. Это было правильно. Это было, блять, правильно. Это было… — ЙЕН! БЕРЕГИСЬ! Что? Йен, наконец, сосредоточился на двух огнях, движущихся прямо на них. Он слышал звук трения, визг шин. Голос в своей голове, который говорил продолжать ему ехать, потому что он был королем дороги. Другая машина остановилась, его все еще двигалась. Они могли бы просто ехать, ехать. Ехать. — ЙЕН! Голос Микки вернул его к реальности. Два огня были так близким к ним. Вайпер была такой быстрой. Йен поспешно вывернул руль вправо. Машина последовала его движениям. Но потом она резко перестала выполнять приказы Йена. Он больше не был ее хозяином, он был недостоин ее. Йен нажал на тормоз, но машина безжалостно продолжила движение. Она врезалась прямо в металлическое ограждение. Ей было все равно. И на крики двух парней в ее клетке. Она просто продолжила движение. Пока не врезалась прямо в дерево.