Распоряжение чувств

      — По-моему, он начинает теряться в пространстве. — холодно вынес свой вердикт Моблит Бернер, поджав губы. — Сколько прошло времени?.. Майор Ханджи задумчиво промолчала. Эдем, которая стояла рядом с исследовательницей, усердно что-то записывала в рабочий блокнот. Атакующий титан оглушающе ревел и размахивал массивными руками, будто теряя равновесие.       — Два часа! — Ландер неудовлетворенно нахмурилась, однако в ее случае это выглядело больше мило, чем угрюмо. — Сначала он реагировал на нас. Теперь, такое чувство, ему вообще плевать! Ужас!       — Ты права. — напряженно согласилась майор Ханджи, махнув рукой в сторону зеленоглазой разведчика. — Аяно, твой выход!       — Есть! — решительно откликнулась Као, метнув тросты в сторону бушующего Йегера-младшего. Девушка ловко обогнула его огромную шею, замахнувшись разными по длине лезвиями недалеко от тыла. Оба вошли прямо в цель: Атакующий титан на миг утихомирился и перестал рвать и метать все вокруг. — Эрен! Попытайся закаменеть! Слови ощущения, схожие на те, когда тебя атаковал мохнатый! Давай! Сперва казалось, миссия Аяно завершена совершенно успешно: Йегер-младший усердно поразмышлял над чем-то, а потом немедленно кинулся на окутанную увядшей травой землю. Зое лихорадочно схватилась за голову.       — Сейчас, сейчас! Он что-то делает! — возбужденно затараторила исследовательница, искренне веря в силы Атакующего титана. — А?! Что за черт?! Эрен, ты не то делаешь! Однако увлеченного своей работой Йегера-младшего уже было невозможно остановить. Он старательно выводил на земле три слова. Когда работа была полностью окончена, обезумевший Эрен пал мертвой титанической формой. Исследователи мигом ринулись к изнеможенному разведчику, который застрял в тылу своего же Атакующего титана.       — Аяно, доставай! — ошарашенно приказала майор Ханджи, стоя прямо на горячей шее разумного титана. Као буквально «вырезала» бессознательного Эрена из кипящих мышц гиганта. Йегер не двигался, лишь невнятно бормотал какие-то предложения и отчаянно хватался за озадаченную Аяно. Зое кинулась к бредящему обладателю Атакующего, положив его на ровную поверхность и проверив дыхание: все оказалось отлично. Пульс в норме. Тогда майор Ханджи перешла к более решительным действиям: дала Эрену легкую пощечину, проговорив его имя. Йегер постепенно начал приходить в себя: в тот же момент прибежала пораженная Эдем, все еще не выпуская из крупно дрожащих рук блокнот.       — Он!.. Он!.. Он написал на земле предложение! — темноволосая девушка принялась судорожно зачитывать занотированные слова. — «Гриша ... нас»! Середину не видно!       — Гриша?.. — прошептал измученный Эрен, устремляя взгляд полу-прикрытых глаз в небо. Огромные зеленые лианы тесно переплетались между собой в радужке его глаз. — Отец?.. Мой и не совсем мой?..       — Либо он бредит, либо в этих словах есть здравый смысл. — неудовлетворенно хмыкнул Марик, подходя к Йегеру-младшему сзади. Руки настороженного парня были скрещены на груди.       — После службы в Разведке ты уже должен был понять, что ничего просто так не бывает. — раздраженно цыкнул Моблит Бернер. Он почти отошел от контузии, но все еще плохо слышал.       — Сука! Нужно перенести его в лабораторию, а уже там займемся им серьезней! — встревоженно отдала приказ майор Ханджи, обернувшись на недовольных Марика и Моблита. — Берите его!       — Что-что? — переспросил помощник Зое, скривившись от ненависти к собственной травме. Он в разы хуже перенес гадкое осознание того, что почти потерял слух, нежели сами плачевные последствия этого повреждения.       — Эрена бери, Моблит. — благосклонно повторил Марик. Тонкое лезвие неприязни между ними слегка уменьшилось в размерах.

***

Когда Эрена Йегера перенесли в Подземную Лабораторию, майор Ханджи и Моблит отлучились по рабочим моментам. Для них было важно исследовать плоть Атакующего титана, поэтому двое исследователей отправились за несколькими обрубками для экспериментов. Абель и Марик должны были расшифровать то, что написал Йегер-младший в неосознанном состоянии. Аяно и Эдем послали следить за Эреном.       — Все в норме. — сухо сказала Као, отдаляясь от парня. Обладатель разумного титана смутно понимал, что происходит, однако из последних сил боролся за здравый рассудок. — Можно заполнять отсчеты.       — И впрямь. — тихо согласилась Ландер, еще раз потрогав лоб Эрена и простодушно улыбнувшись ему. Йегер постарался усмехнуться девушке в ответ в подтверждение, что все хорошо, однако кончики его губ лишь конвульсивно задрожали. — Отдыхай, Эрен, пока есть возможность!.. Аяно безмолвно уселась за многочисленные военные квитанции майор Ханджи, которые Зое забывчиво бросила прямо посреди своего железного стола в Подземной Лаборатории. Рука двигалась оперативно и четко: в таких делах Као действовала умело.       — Аяно. — вполголоса позвала сосредоточенную разведчика Эдем, когда убедилась, что Йегер-младший неожиданно упал в сон (или обморок. Она не знала). — Как тебе новость насчет миссии по возвращению стены Мария?       — Отлично. — холодная девушка включилась в разговор, не отрываясь от бесконечных бумаг. Као стала отчетливо понимать измученного капитана Леви, который ночами сидел над надоедливой бумажной работой. — Что-то не так?       — Нет. — добродушно ответила Эдем, слегка смутившись. Небрежно разбросанные веснушки отошли на задний план: ее пухлые щеки покрылись красивым румянцем. — Просто я так переживаю за товарищей!..       — За товарищей?.. — спросила Аяно, грязно ухмыльнувшись. По-иному грубая девушка не умела. — Может, ты переживаешь за Марика?       — Я?.. За Марика?.. — полохливо засомневалась в ответе Ландер, которая имела твердую привычку никогда не врать. Примерно минуту смущенная девушка металась в сомнениях, однако вскоре мягко улыбнулась. Вокруг голубых глаз появились заметные морщинки. — Я скажу честно, да.       — Черт бы вас побрал! — озабоченно рассмеялась Аяно, однако горькая печаль этого нервного смеха спряталась за искренностью. — Да по нему сразу видно, что он пиздец как влюблен!       — Что? — в Подземную Лабораторию расслабленно зашел Марик, не подозревая всей абсурдности нынешней ситуации. — По кому видно?       — Марик, привет! — оживленно перебила его смущенная Эдем, сбрасывая остатки неловкости со своего светлого лица. — А ты что тут делаешь?       — Здравствуй. — неторопливо начал парень, окидывая придирчивым взглядом усердно работающую Као. — Майор Ханджи решила заменить меня на Аяно. Она ведь переводчик, походу, высшего класса, да?       — Вот только не стоит дерзить, сука. — слегка раздраженно съязвила Као, поднимаясь с места. Хладнокровная девушка прошла мимо самодовольного Марика, незаметно подмигнув Эдем. Уязвимая девушка облилась краской. — Хорошего времяпровождения. Делайте, пожалуйста, бумажную работу, как-никак. Разведчик поспешно покинула одно подразделение Подземной Лаборатории, направляясь к кабинету майор Ханджи. Обычно вся умственная работа выполнялась исключительно там. «У Эдем реально глаза блестят, когда появляется Марик. — тщательно размышляла Аяно, обходя бесконечные подземные коридоры и пустующие камеры. — Лишь бы во время следующей экспедиции они остались в живых...» И когда Као бездушно пришла к выводу, что чудес в реальности не существует, ее окликнула заведенная майор Ханджи. Исследовательница непонятным образом сумела затащить Аяно в личную Подземную Лабораторию. Эту отдельную камеру Зое можно было назвать столицей убежища штаб-квартиры: все самые масштабные эксперименты и безумнейшие идеи реализовывались именно тут. Пару раз Подземная Лаборатория взрывалась так, что оставались одни лишь ощеметки многочисленных механизмов, однако для майор Ханджи это проблемой не было.       — Ну что?! Как там Эрен?! — исследовательница выбила ногой железную дверь. Возле заполненного оборудованием стола стоял серьезный Моблит Бернер, перед ним — куски плоти Атакующего титана. — Живой, я надеюсь?!       — Конечно, живой. — мрачно продекламировала Као, со скрытым интересом оглядываясь по сторонам. Как ни крути, это уникальное место было изолировано от чужих глаз. — Куда он денется?       — Понятненько! Аяно, а я тебя не просто так сюда позвала! — интригующе начала майор Ханджи, азартно ухмыльнувшись. — Понимаешь, ты имеешь особенный состав тела! У тебя быстро заживают раны и уровень твоей выносливости вкрай высок. Знаешь, я так подумала, чего тебе стоит довериться мне и кое-что одолжить?! Кое-что очень маленькое! Не бойся!       — Плоть?! — воскликнула девушка, ошарашенно уставившись на перевозбужденную Зое. Помощник исследовательницы незаметно улыбнулся этой трогательной сцене, пораясь в отрезанной мышечной ткани Атакующего титана.       — Тебе жалко, что-ли?! Ты быстро восстанавливаешься! — убедительно затараторила майор Ханджи, схватив Аяно за плечи. — Давай! Я тебя накачаю усыпительным, и все будет отлично!       — Майор Ханджи, нет! — строго отчеканила девушка, отшатнувшись от сумашедшей Зое. — Это уже слишком!       — Я в тебе разочарована! — напоследок кинула огорченная исследовательница, когда Као твердо направилась на выход. — Эх, не построишь с тобой дела, Аяно! Но разведчик уже без оглядки направлялась к кабинету майор Ханджи, в котором ее, вероятно, ждал полу-глухой Абель. В голову солдата Разведрезьбы било разъяренное: «Как это я осталась целой после операции у моря!».       — Майор Ханджи, иногда вас реально заносит. — Моблит Бернер, оставшийся в столице Поднемного Убежища, безрассудно рассмеялся. — Причем очень сильно.       — И ты туда же! Ты вообще на чьей стороне, а?! Признавайся! — с напускной яростью проговорила исследовательница, резко обняв своего подчиненного со спины. Моблит повернулся к своей Зое, крепко заключив ее в объятия. Сейчас майор казалась такой маленькой и чувствительной, ведь Бернер был выше и крупнее Ханджи.       — Я всегда на вашей стороне. — решительно сказал Моблит, уткнувшись носом в каштановые волосы своей любимой: руками аккуратно проскользнув вдоль расслабленной спины исследовательницы. Зое не ждала никаких условных разрешений от своего помощника ровно также, как и он от нее. Двое измученных жизнью разведчика одновременно потянулись друг к другу. Тяга между майор Ханджи и Моблитом была слишком велика, чтобы бесстыдно игнорировать ее. Бернер ласкал действительно возбужденную исследовательницу и властно напрявлял ее к себе, а Зое предпочитала действовать решительнее: дерзко углубляя столь внезапный поцелуй. Она была его последней любовью.       — Моблит, а ну-ка, попробуй намочить плоть Атакующего титана моей кистолой!.. — страстно прошептала Бернеру исследовательница. Ее подчиненный беспрекословно выполнил приказ: майор Ханджи поднялась на носочки и аккуратно прикусила мочку его уха. — Да, давай!.. Но тут произошло то, чего никто не ожидал. Мышечная ткань Эрена Йегера взорвалась, только соприкоснувшись с каплей кислоты Зое. Что Ханджи, что Моблит мигом отшатнулись, пытаясь хоть как-то уберечься от прямой ударной волны, но напрасно: двоих разведчиков выплюнуло прямо в обрамленную железом стену.       — Блядь! — грязно выругалась майор, посмотрев на Бернера: его, полностью не оклыгавшего от контузии, сильно ранило. — Моблит, сука! Ты слышишь?!       — Нет... — потерянно прошептал парень, все еще стискивая обессиленную руку своей любимой исследовательницы. — Ничего не слышу, майор Ханджи...       — Что за хуйня?! — испуганно ворвалась в Подземную Лабораторию Аяно, услышав оглушающий взрыв. Девушка, резко осознав всю плачевность ситуации, ринулась к Моблиту, отчаянно пытаясь привести его в чувство. — Твою мать! Сука! Блядь! На испуганные крики Као примчал весь исследовательный отряд: как оказалось, плоть Эрена Йегера негативно реагировала на все виды токсинов.

***

Никто не знал, сколько прошло дней и ночей в последующей адской агонии. Как бы нервно и истерично исследователи не бились над прописью Эрена Йегера, они так и не смогли ее расшифровать. Моблита Бернера нужно было насильно затаскивать в столицу Подземного Убежища: его слух, в отличии от главной лаборатории, так и не восстановился. Эдем Ландер просто удивляла своим бесконечным оптимизмом: мало того, что она всегда всем помогала, под шумок забирая военные квитанции и пустующие расписки, Эдем никогда не переставала лучезарно улыбаться. Даже в самых хуевых ситуациях на ее округленном лице красовалась милая усмешка. Сама Ландер объясняла это следующей фразой: «Улыбнуться легче, чем нахмуриться!». Каждый день эта необыкновенная девушка удивляла Аяно все сильнее: все сильнее привязывала к себе искалеченную душу Као. Эдем Ландер была своеобразным лекарством от душевной боли для всего нервного исследовательного состава, который также усердно готовился к миссии по возвращению стены Мария, как и все остальные отряды Разведкорпуса. Последние просто убивались на ежедневной подготовке. Аяно Као не видела ничего, кроме сырых стен Подземного Убежища: ни личного состав Майка Захариуса, ни отряда специального назначения. Единственное, к ней как-то пришли напарники вместе с Гергером, чьи расчески девушка по-старинке перепутала. Признаться, Аяно сделала это специально, чтобы увидеться со своим отрядом наблюдения. Таким образом календарь ранней зимы сократился до весеннего февраля. Три месяца усердных стараний закончились успешно. Все было, наверное, не зря: последнюю ночь в штаб-квартире Аяно было разрешено провести рядом со своим отрядом.

***

      — Аяно!.. — громко воскликнула разбитая исследовательница, засыпая на ходу. Это был пик ее способностей: не спать четверо суток. — Что ты говоришь?.. Я не услышала!..       — Майор Ханджи, я молчала. — холодно продекламировала Као, скрестив руки за спиной. Вчера девушка задремала на час, поэтому чувствовала себя вполне прилично. — Что вы хотели сказать?       — А, сказать!.. это!.. разрешаю тебе вернуться к своим!.. — пошатнувшись, пробормала Зое. Моблит Бернер, который все это время стоял рядом, аккуратно взял исследовательницу под руку. — Хотя-бы на одну ночь перед экспедицией!..       — Будет сделано, майор Ханджи! — сухо сказала Аяно, отдав женщине честь. Однако Зое в этой жизни уже ничего не волновало. Као тихонько шепнула: — Моблит, прошу тебя, проследи, чтобы майор заснула!..       — Ага. — коротко ответил Бернер, с каким-то особенным трепетом ведя переутомленную майор Ханджи вдоль Подземной Лаборатории. Аяно решила не путаться под ногами двоих разведчиков, однако не сразу пошла к отряду Майка Захариуса. Сперва солдат Разведрезьбы направилась к Эдем Ландер. «Это так странно. Они оба потеряли многое, но все равно нашли друг друга. — размышляла Као, постучав своим фирменным стуком в одну из мрачных камер Подземного Убежища. Послышался тонкий голос Эдем с «входите!». — Любовь, вырощенная на почве ненависти!»       — Аяно? Привет! Даже не думала, что ты зайдешь! — приветливо начала Ландер, вставая из-за своего рабочего стола и подходя к Аяно. — Майор Ханджи отпустила, да?       — Как видишь, да. — ответила Као.       — Ясно. А я вот еще работаю. Чуть-чуть осталось! — весело усмехнулась Эдем. Черноволосая девушка обернулась на спящего в углу Марика, которого угнетенная Аяно сначала даже не заметила. — Только потише говори, хорошо?.. Марик спит.       — Я бы и так не кричала. — таинственно начала Као, подойдя к недоуменной Ландер вплотную. Разведчик медленно наклонилась к ее уху. — Эдем, скажи ему о своих чувствах. Пока не стало слишком поздно. Уязвленная девушка слегка вздрогнула, повернувшись к Аяно лицом и заглянув в ее изумрудные глаза. Ранее Эдем не задумывалась насчет того, что так загадочно в них крылось, однако сейчас исследовательница поняла: взгляд Као был подобен Лесу Великих Деревьев. Густые заросли кустов и стволов окутывали некую золотую середину, скрытую от ненужных зоров.       — Я... я знаю!.. Марик сказал, что во время экспедиции он скажет мне что-то важное, и взял с меня слово не умирать!.. — наивно заговорила Ландер, прикрыв покраснешие от смущения щеки рукой. — Спасибо тебе, Аяно! Ты сделала для меня очень многое!       — Не за что. — Као легонько обняла взволнованную девушку, также требуя твердого обещания, что она выживет. Эдем без сомнений согласилась и еще сильнее вжалась в Аяно, шепча что-то невнятное и воистину влюбленное.

***

      — Ты все еще являешься официальной частью моего личного состава. — Майк Захариус суворо скрестил руки на груди. — Поэтому ты будешь сражаться в своем отряде.       — Есть, капитан. — сдержанно проговорила Као. Перед тем, как попрощаться, уставшая девушка вежливо подождала минутку-другую. — Тогда доброй вам ночи, капитан?       — Постой. — хладнокровно приказал Майк. — Что у тебя с ремнем?       — С ремнем? — спросила Аяно, вновь подойдя к капитану, который дернул кожанный ремень девушки на себя, оценив его состояние. Все было очень плачевно. — Я часто использовала УПМ, поэтому он, по всей видимости, затерся.       — Ясно. — ответил Захариус, отпустив ремень Као и многозначительно посмотрев на нее. Казалось, этот взгляд должен пробирать до костей, но нет. На холодную девушку он не оказывал должного влияния. — Могу я снять его? Аяно засомневалась, расскусив всю коварную затею своего капитана. Но могла ли она винить Майка за то, что тот просто хотел совершить все самое сокровенное перед смертью? Нет, и точка. Он дал Као право выбора.       — Можете. — ответила Аяно, косвенно сказав капитану отряда наблюдения «да». Она до чертиков устала. Она хотела убежать от этого гадкого мира с помощью телесных наслаждений. Девушка была не виновата в том, что за раз на нее навалилось так много. — Еще как можете. И бракованный ремень мгновенно полетел в сторону. Далее Као не заметила, как оказалась полностью оголенная. Не узнала саму себя, мелко подрагивающую на деревянном столе собственного капитана. С одной стороны, возбужденная Аяно находилась под влиянием собственной совести, с другой — девушке было абсолютно плевать. Као вовсе не стеснялась умолять, стонать и двигаться так, как хотелось ей, ведь она была всего-навсего утомлена.

***

Сегодня капитан Леви с гордостью мог сказать, что был готов проломить бетонную стену штаба просто кулаком. Это стало последней каплей. Аккерману казалось, что он целиком состоит из огня, который, взорвавшись, убьет все живое. Таким разгневанным Леви не чувствовал себя никогда: даже после той поганской сценки с Майком Захариусом. Это был не простой гнев на то, что какое-то отребье лезло к Аяно Као, это была необузданная ярость. Капитан заполнял надоедливые бумаги, однако теперь ему хотелось рвать их на клочья и метать. Нервы не выдержали: перо в руке Аккермана сломалось, мышцы голени сжались до судорги, но чертов гнев разжегся внутри еще сильнее. Впрочем, Леви так и не понял, почему он настолько остро реагировал на текущие обстоятельства. Если на протяжении четырех лет Аккерман всеми способами буквально убивал внутри этой клятой Аяно ее самодостаточную натуру: игнорировал, специально уходил прочь из своего кабинета, когда она должна была принести военные документы, обесценивал все отменные результаты девушки и открыто плевал в сторону Као, то какой реакции он ожидал сейчас? Аяно решила заняться сексом с Майком Захариусом, однако капитан Леви был далеко не лучшее нее. Очень часто либо капитан приходил к майор Ханджи в поисках телесных упоений, либо исследовательница к нему. Аяно же решилась забыться впервые. Внезапно, в сознании капитана спецотряда восстала нагая майор Ханджи. Леви зацепился за эту обнадеживающую мысль, воспроизводя образ Зое четче и ярче. Аккерман вспоминал, как изящно она изгибалась под давлением его резких движений, как отменно стонала и насколько сексуально разговаривала с Леви. Исследовательница была реально прекрасна, поэтому капитан начал перечислять ее бесконечные плюсы: умная, понимающая, чувствительная, никогда не бросит, никогда не является под сомнением, с чувством юмора, самоотверженная, хороша телом и... Аккерман сбился со счету, однако лично для себя точно уяснил, что Зое является непревосходимой. Но как бы отчаянно Леви не отвлекался на изумительную Ханджи, он невольно сравнивал ее с Аяно Као. Капитан принялся искать плюсы этой девушки, и, назло самому себе, не нашел их. Раз с положительными чертами дело не задалось, Аккерман условно перешел к минусам Аяно. В этом деле он был явно мастером: прошло не более минуты, а Леви уже насчитал более двадцати негативных качеств Као, тщательно убеждая себя в их точности. Далее капитан спецотряда решил закрепить результат этих сравнений, думая насчет минусов майор Ханджи. И, чего следовало ожидать, он уже был готов поставить мысленный жирный прочерк в плохих чертах Зое, доказывающий то, что она идеальная, но в последний момент Леви передумал. Он нашел у майор один огромный минус, который полностью портил все для Аккермана. Она не Аяно. Капитан Леви понял бы все очень просто, если бы заговорил с собой по-честному: Ханджи Зое ему нравилась, а Аяно Као он любил.

***

Солдат отряда наблюдения буквально ввалилась в свою казарму. Ее напарники крепко спали: действовать нужно было тихо. Подойдя к своей неопрятной постели, Аяно мертво упала на нее. Сказать, что эта ночка была бурной, значит, ничего не сказать. Тряпичное тело Као рвало от испытанной страсти и того, что она вытворяла в кабинете Майка Захариуса.