Нечеловечный человек в мясном теле

***

Скрип деревянного пола в подозрительной тишине, заставил скривить лицо и дышать равномерно. Ноги аккуратно плелись по темному коридору, пробуждая животный страх внутри сердца. Запах табака был очень знаком мальчишке. Поэтому, он лишь наслаждался этим ощущением. Осаму счастлив, что может чуять этот прекрасный аромат дешёвых сигарет. Он заметил тень в конце коридора, что стояла напротив раскрытого окна и курила, будто не видя и не слыша мальчика. Лунный свет показывал кто там стоит, и Дазай был не удивлен. Невысокий юноша любовался видом из окна. Он смотрел на малиновые облака с каплями белых просветов, что так и бросались в глаза. Осаму вдруг вспомнил, что кто-то говорил ему про закаты и рассветы. Якобы, если умирает художник, то ему дают последнюю возможность оставить после себя истинную красоту. Но Ода Сакуноске явно не желал оставлять после себя что-нибудь полезное, для будущего поколения. — Ода, — прошептал ребёнок, тихо подходя к другу. Тот и не заметил аккуратное прикосновение к штанине, на которое был способен только Дазай. — Чего тебе, малец? — Тихо спросил парень, посмотрев на ребенка. Руки моментально потянулись к пачке и достали вторую сигарету, передавая её Дазаю, — зажигалка в кармане. Осаму лишь улыбнулся и взял сигару двумя пальцами, засунув в карман спортивных штанов руку. Нащупав нужное, он достал зажигалку и обхватил зубами сигарету, поджигая кончик табака. Ода уже привык к тому, что этот маленький мальчик чувствует ситуации в прямом смысле слова. Когда нужно, он будет молча стоять рядом и курить, смотря на тот или иной объект обожания, которое приводит в хоть какие-то чувства. Осаму немного обхватил губами фильтр сигареты, вдыхая дым в себя. Курение ему помогало отвлечься от плохих мыслей, или же хотя бы на время избавляло от них. — Осаму, у меня плохое предчувствие, — прошептал Ода, смотря точно вдаль, снова вдыхая дым от сигареты. — И какое же? — Поинтересовался мальчик, что стоял по левую руку парня. — Мне кажется, что скоро в нашем приюте будет что-то страшное. То, чего мы все боимся и будем бояться, — замялся парень, кидая заинтересованный взгляд на Осаму, который думал о том, кто или что могло так пугать всех воедино. — Огай заедет? Я думаю страшнее этого ничего и быть не может, — Дазай прикусил нижнюю губу, начав думать о том, кого или что мог привезти с собой Огай. — Смысла нет гадать, — Ода почувствовал горький дым в горле и кинул бычок на пол, придавливая его носком обуви. — А в чем тогда смысл? — Задал вопрос Дазай, повернувшись к парню лицом. — Смысл во времени. Просто научись ждать, и всё будет в порядке, — улыбнулся Ода и потрепал по волосам маленького Дазая, который тоже выкинул бычок и придавил его носком своих потрепанных кед. — Ждать… — сказал мальчик в пустоту, смотря на уходящую тень парня в свою комнату, пока он сам стоял у раскрытого окна. После, осмотревшись и поняв, что рядом нет ни души, Осаму пошел тихим шагом в своё логово.

***

Лучи яркого солнца светили лишь в окно Дазая, показывая что уже пора просыпаться. Мальчик потянулся в кровати и задумчиво посмотрел на потолок, от которого так и отходила штукатурка. Его всё и преследовала мысль о предчувствии Оды. Это съедало его изнутри, это чувство ему было не знакомо. Знакомо было лишь одно чувство, под названием «не понятие себя». Он со своего рождения замечал странности поведения людей, и поведение самого себя. И конечно же, хотел с этим разобраться, но до жути было муторно это дело, что аж он придумывал себе обычное занятие с нечего. Дазай протянул руку вперед себя, дивясь такому движению и немного улыбнулся краями губ от таковой забавы. Левой рукой он схватил пачку и вставил одну сигарету в зубы, поджигая ее всё так же левой рукой только уже перевернувшись на бок. Он устал и отпустил руку, смешно смотря на ладонь правой руки. Осаму обвёл комнату скучающим взглядом, вставая и подходя к раскрытому окну, что было напротив него. С окна веяло теплым летним воздухом, с частичкой той самой прохлады. Он снова затянулся и посмотрел на внутренний двор. Обстановка как обычно, в земле копошилась Миссис Клара, пытаясь посадить эти несчастные Петунии. Мистер Мартин подкрашивал лавочки и маленький декоративный заборчик, который мог свалиться от любой грозы, но на удивление еще стоял. Неплохо. — Скукотень, — сказал Осаму, докуривая сигарету. Живет он один в комнате, не впуская в неё никого, кроме трех людей. Первый человек, это тот человек, которого зовут Николай. Второй человек, это его дружок, человек по имени Фёдор. И третий человек, это Ода Сакуноске. Близкий человек Осаму Дазая. Почему слово человек, здесь играет важную роль? Потому что Осаму не считает их людьми, прямо как самого себя. Лишь делает вид. Они люди со способностями, не как у всех. Это и отличает их мелкую шайку ото всех хорошим чутьем и бесчеловечностью. Снова чувствуя прилив той тоски, которую он чувствовал каждый божий день, Осаму заметил мелкие капли летнего дождя, что начали капать и потушили его сигарету лишь тремя каплями. Он застыл в неведении, увидев черную лакированную машину пред воротами приюта. Он понял что это то, о чем говорил Ода. Осаму потушил бычок о раму окна, и начал отходить назад маленькими шажками, приходя в себя. Он не знал, насколько всё плохо. Вертелся лишь один вопрос в его маленькой голове, что с Одой? Что будет дальше…?

***

Ранее утро для Оды было тревожным. Его сосед по комнате Майк, вернулся лишь под утро, разбудив всех вокруг. Благо не голый и не ночью пришел, иначе бы таких пиздюлей получил от Джуна… он тоже сосед по комнате, который за правильность во всём мире. Только если бы увидел Осаму, тут же впал в депрессию…а впрочем не важно, Майк лишь растолкал Оду и начал орать про черную машину. Парень не придал значения, пока не услышал как на улице перестал работать мотор от автомобиля. Он резко вскочил и застегнув ширинку джинс, быстро побежал в комнату Дазая. Только зайдя в накуренную комнату, Одасаку понял что с Осаму точно что-то случилось. Он, сделав пару шагов к его не застеленной постели, быстро уселся на неё и ухватился руками за голову. Как только он мог упустить это? Что с его братом? Но тут глаз зацепился за край бумажки, что выглядывал из-под шерстяного ковра. Ода улыбнулся краями губ и быстро схватил письмо за край бумаги, вытаскивая лист что размером как половинка тетрадного листа. Осматривая его, парень увидел букву «М» выжженную сигаретой. Наш гениальный Осаму, стал еще гениальнее, подумал Ода и сделал дырку пальцем в этой выжженной букве, положив обратно письмо на своё законное место. Парень встал, осмотрел пустое помещение и достал из кармана пачку, вставляя в зубы сигарету из неё. Найдя у Дазая под подушкой зажигалку, он поджег сигару делая первую тягу. Он так и думал, что Мори заедет, но неужто Дазая отправили к нему? Почесав затылок, начал рассуждать в слух Ода, — ну он ведь не глупец, справится, — завалившись на кровать Дазая, парень прикрыл глаза ладонью, — я покорно останусь его ждать, иначе хуже сделаю.

***

Раннее до того как Майк ввалился в комнату, Дазай стоял и смотрел в окно, слыша лишь своё сердцебиение. Скрип от открывания двери, привел в чувства Осаму и он развернулся, смотря на проходимца. Там стоял Фёдор, схватившийся за боковую стенку хрупкой двери. Он резво дышал, проклиная взглядом Дазая. Что-что, а в его взгляде Осаму разглядел огромную тоску с ноткой переживания. Он искренне чуть ли не падает на колени, пытаясь подобрать слова. Осаму подлетел к Достоевскому и тот его схватил за ворот футболки, быстро прижав к себе. Фёдор прислонился губами к уху друга, тихо шепча. — Дождись Мори в кабинете директора. После, он с испугом посмотрел на Дазая и кивнул, быстро уходя в свою комнату. Осаму задумался, но не предав сильного значения, он поправил ковер и скрылся из комнаты, идя на лестницу. Он спускался по бетонным ступеням на третий этаж, смотря на пустые коридоры. Осаму склонил голову в бок, усмехаясь. «Информация о приезде Мори у всех, чудесно.» Он спускался по темной лестнице еще на этаж ниже, как вдруг услышал хлопок двери и стук подошвы о пол, что направлялся точно к нему, но Осаму лишь прибавил шаг. Не успев привыкнуть к подобным звукам, как вдруг из угла выскочил разъяренный директор, который был явно чем-то недоволен. — Безобразие! — Кричал Окамото Тэхико и прошёл мимо Дазая, задев его толстой папкой с острыми углами. Осаму с непониманием застыл и повернулся, провожая взглядом директора. Он тут же взглянул обратно на открытую дверь, откуда светил яркий свет с окна после мелкого дождя. Он прошёл к дверному проёму, как услышал тихий чих ребенка. Осаму ошарашенно встал напротив комнаты и заметил ребёнка у раскрытого окна, который смотрел на яркое небо, что переливалось разными нежными тонами краски. Ребенок, завороженно смотрел на живописную картину, даже не обратил внимание на Дазая, который тихо вошёл в кабинет прикрыв за собой дверь. Осаму прошёлся к столу и расслабился, этот маленький человек стоял будто бы по стойке смирно, рассматривая сказочный закат. у Дазая аж в груди что-то сжалось, понимая, что внешность со спины его достаточно привлекла. Огненно рыжий волос дитя был небрежно завязан в короткий хвост с петухами, которые вылезли и обрамили личико человека с двух сторон. Пальцы его сжаты в кулачки, он явно о чем-то размышлял. Оторвало парня от такого занятие лишь-то, что к нему неожиданно повернулись лицом. Глаза словно синий сапфир по цвету, вонзили свой взгляд прямо в глаза Осаму. Мальчик прищурился, хитро улыбнувшись. Ямочки от такой улыбки вдруг стали видны, и у парня словно остановило дыхание. Рыжик прикрыв глаза, усмехнулся и отошёл назад, ловко запрыгнув на подоконник. Осаму глотнул, понимая, что он не может отвести взгляд от этих сапфир, что так и манили к себе. — Как тебя зовут? — С презрением спросил Осаму, подходя поближе к подоконнику. Рыжий лишь остался сидеть на месте сложа руки, смотря на парня которого он видел впервые в своей мимолётной жизни. — Молчим, ясно. Хочу сказать, что красивые глазки у тебя, — по лисьи улыбнулся парень, собрав руки на груди, с усмешкой глядя прямо в глаза рыжику. — Я Осаму Дазай. А если проще, то тот, кто заполучит твои глазки при первой же возможности. — Чуя Накахара, — облокотился на окно мальчик, устало протянув руку для рукопожатия. — Я тоже рад знакомству, милый Чуя! — Подошёл ближе Осаму, протягивая руку и сжимая её. — Так кто ты такой, Чуя? — Сын Огая. И да, за глазки пиздец тебе. Лично от меня. Рука Дазая мигом отпустила ладонь рыжика, смотря на него с усмешкой. — Страшно то как… — улыбнулся парень и продолжил, — а впрочем плевать, твои прогнозы на будущее? — Тихо спросил Осаму, наклоняясь над ухом Чуи. — У меня получиться стать выше него? — Попробуй, если кишка не тонка, — усмехнулся Чуя, закрывая глаза и улыбаясь умиротворенной улыбкой.

***

Стук зажигалки о деревянный стол, глухой звук падения пепла с сигареты. Молодой человек сонно встал со стула и направился к открытому окну. Встав перед прекрасным пейзажем, он прильнул губами к краю сигареты и затянул яд, который отдался колючим ощущением отстранённости в недрах мозга. Каждый день он рассматривал одну и ту же картину. Ясное солнце, что светило на зелёную траву. Белесые облака разных форм, в которых были видны рыжие просветы. Мелкий водоём, где клюёт рыба, но её никто не ловит. Есть единственная причина: некому. — 05:34? — Именно. Парень ухмыльнулся и потушил окурок об деревянную раму окна. С неё сползает белая краска, и только стоит притронуться к ней, как шкурки падают прямо на пол. Посмотрев на эту картину, Фёдор взглянул на настенные часы. — Коленька, никогда не задумывался о том, зачем снятся сны? — спросил темноволосый, оторвав взгляд от времени. Он поплёлся к небрежно застеленной постели, где лежал сосед по комнате. — К чему они и куда девается душа человека во время этого загадочного процесса? — Фёдор сел на скрипучий матрас и снял под наблюдением друга меховые тапки. Он полностью залез на кровать и пристроился к Николаю бочком, положив голову на грудь парня. Гоголь не поменял лицо, лишь положил ледяную ладонь на макушку парня и начал водить круговыми движениями по волосам, принося малое удовольствие. В правой руке была зажата подожжённая сигарета и из неё выходила струйка дыма, приятного на вкус и аромат. Николай каждое утро был одинаковым. Растрёпанный волос, собранный в низкий хвост. Лишние белые пряди, свисавшие к плечам. Помимо длинных, были короткие, которые обрамляли лицо. На нем находилась черная футболка с белыми пятнами от зубной пасты и пижамные штаны, что свисали из-за худого телосложения парня. Николай вцепился губами в сигарету, нервно вдыхая в себя большое количество дыма. Солнце постепенно становилось ярче и заглядывало в комнату. Лучи попадали на них, отчего парни лежали и грелись. — Снилось что нибудь? — спросил Гоголь, следя за одиноким голубем, что сидел на подоконнике и клевал древесину в поисках еды. — Честно, что-то рыжее, манящее. — Фёдор закусил нижнюю губу, и прикрыл глаза. — А мне вот ничего, всю ночь смотрел на твоё успокоенное лицо, — сказал Николай и взглянул на парня, который в это время пришел в сознание, оторвавшись от плохих мыслей. — Забавно, — Фёдор повернулся на левый бок, положив щёку на грудь Коли. — Хочу еще спать. Николай лишь тихо посмеялся и потушил окурок об простынь, прижимая к себе Фёдора и засыпая под пение неугомонных птиц.