Подходящий альфа

      Феликсу казалось, что где-то его жесть как наебали. Когда Ким Сынмин, его врач, рассказывал о модных партнёрских родах в отдельной палате, ему представлялись друзья, охающие и ахающие над ним, миленько держащий за руку Хёнджин и разминающий поясницу брат. Как в кино про богатых, короче. Но, как оказалось, единственный плюс в партнёрских родах, крыть матом и орать можно не только на врача и в воздух, но и на конкретных придурков, которые своими действиями превращали его крайне ответственный и самый важный в жизни момент в сраное цирковое представление. Ебанутые богатеи, и он хотел стать одним из них?       Прямо перед ним, не обращая никакого внимания на рожающего партнёра и брата, громко спорили Хёнджин и Минхо, решая, кто же из них потом будет жить с Феликсом и ребёнком.       Чан со сложным выражением лица и явно веселящийся Чанбин, наблюдали за всей этой картиной, периодически что-то печатая в телефон (если мудаки напишут песню про роды, Феликс их убьёт).       Джисон активно пытался выпихнуть из палаты Чонина (на минуточку, официального жениха Хёнджина), который неизвестным образом пару минут назад оказался здесь. Ну хоть Хан занят важным делом.       Ким Сынмин, кажется, впервые в жизни столкнувшись с такими идиотскими родами в своей практике, просто стоял в стороне, шокированно глядя на происходящее, и ничего не делал.       Уже в который раз заглянула медсестра и попросила не шуметь (Минхо проорал в ответ, что это рожающие кричащие омеги в соседних палатах мешают ему сосредоточиться на разговоре).       Участившиеся схватки и какие-то странные тянущие чувства внизу живота, предупредили, что пора заканчивать этот ёбаный бардак. Кое-как разогнувшись, Феликс заорал.       - Заткнулись все! Вам напомнить какого хуя мы здесь все торчим??? Орать имею право только я! - к сожалению, долго кричать не позволяли участившиеся крайне болезненные схватки. Но вроде и так сработало.       Парни мгновенно очнулись. Хёнджин кинулся держать за руку, Минхо разминать поясницу, Чан с Чанбином, не зная куда приткнуться, разминали отёкшие стопы и пыхтели как паровозы, стараясь настроить Феликса на правильное дыхание. Джисон влажными салфетками вытирал пот с измученного омеги. Всё-таки не зря Феликс заставил их всех пройти онлайн курсы будущих пап. Даже раздражающий Чонин достал телефон и стал подсчитывать интервалы схваток.       - Бесполезные мудаки, никакой пользы от вас, - для профилактики ещё раз прорычал Ликс.       Когда схватки участились неимоверно и терпеть уже не было никаких сил, Феликс проорал всем убираться, оставив рядом с собой только Джисона, как самого адекватного. Через пару минут, показавшихся вечностью, за которые Джисон успел стать чайлдфри, а Феликс пообещал себе никогда больше не заниматься сексом, наконец, Ким Сынмин позвал жутко бледного Хёнджина перерезать пуповину.       "Ладно", - подумал, жутко уставший, но счастливый Феликс, прижимая к себе малыша, - "возможно, стоит дать партнёрский родам маленький шанс". Вокруг радостно галдели счастливые друзья, Минхо улыбался и ласково гладил младшего брата по слипшимся от пота волосам, Хёнджин мягко касался ребёнка, смотря на омегу с ребёнком чуть неверяще и влюблённо. Джисон как-то резко передумал быть чайлдфри и с нездоровым хищным интересом поглядывал в сторону Минхо. Один Чонин, сука, бесил до дрожи, но он разберётся с этим позже.