Чёрная Вуаль

Удивителен человек:

обожает то, что калечит.

И доверится лишь тому,

кто его изувечит.

      Яркие огни мелькали за окном, и Лиз старалась запомнить каждый их блеск, как нечто индивидуальное, новое, завораживающее, будто сейчас они должны ожить, заплясать, а она, как художник, навеки запечатлит самый удивительный в мире вальс огоньков. Но, увы, этого не произошло. Даже в сказочной Праге все ещё оставалось не таким. Красиво? Да. Удивительно? Да. Но не так…они не пели ей, не рассказывали о своей удивительной истории.       Элизабет Хетчер. Художница, ставшая в свои 26, с хвостиком в пару месяцев, известной в узких кругах. Девочка с рождения любила рисовать, а богатые родители были не против развивать этот навык, а теперь Лиз умудряется продавать свои картины, выражая в них что-то своё. Протесты, боли, мечты, осуждения. Каждый видит что-то своё. Но вот, уже как полгода Лиз не может взять в руки кисть и написать даже пейзаж. Она не чувствует ничего, что её окружает, словно все разом потеряло краски, даже её собственные холсты. Переезд из серого Лондона должен был исправить положение, но пока что… лишь та же пустота.       Лиз хотелось чего-то нового… странного и необычного. В последние недели перед отъездом она случайно глянула ТВ, где крутили какой-то старый фильм про вампиров. И что-то в ней на секунду щелкнуло, на долю мгновения пустота из души исчезла и она захотела изобразить их. Но запал пропал так быстро… все было не то. Лиз всегда была нестандартной личностью, с кучей тараканов. Крашеные волосы, тату на половине тела, пирсинг под губой и на брови, если не брать кучи серёжек, ну и свободный стиль одежды. Иногда она больше была похожа на бунтующего подростка, но так ей было комфортнее.       Вот теперь она забирает свой чемодан из машины Бетти, своей девушки, что уже давно решила путешествовать по Европе и была только рада помочь. Бетти предлагала Лиз пожить у неё, однако художница себя знает, ей нужна тишина, покой и отсутствие возмущений от её творческого хаоса.       Лиз задумчиво поиграла пирсингом на языке, иногда зажимая маленький шарик между зубами. Она часто так делала, когда о чём-то думала. Например, сейчас она гадала, как и что лучше сделать. Куда положить кисти с мольбертом, какая часть лучше, куда завтра можно будет сходить. Часы показывали полдесятого вечера, а значит, у неё пару часиков на раскидывание вещей по нужным комнатам и спать! Да, лучше выспаться, ведь ей срочно нужно взяться за картину, любую. Иначе ей придётся просить деньги у родителей, а она этого, мягко говоря, не хочет.       Дом… если быть откровенной, был хорошим. Светлый, с широкими панорамными окнами во двор, камин, с диваном рядом. Светлая мебель и, в целом, тут было даже уютно. Риелтор рассказала, что дом недавно отремонтировали, из-за чрезмерной мрачности и далекого от цивилизации расположения им мало кто мог заинтересоваться, но одна строительная компания решила использовать его для своей программы «Новый взгляд». И дом более осовременили, но старались не выходить из старого стиля самого города. Разве что… они не смогли полноценно преобразить подвальное помещение, что очень зря, ведь именно там можно было бы устроить мастерскую, чтобы солнечный свет не попадал на холсты, если они вообще будут.       Лиз быстро оставила основные вещи на привычных, из дома, местах: ключи у двери, любимые шоколадные хлопья в предпоследний шкафчик на кухне и оставить эту дверцу чуть приоткрытой. Лиз любила чувствовать себя дома, знать даже в беспорядке, что и где лежит. Нет ничего прекраснее личного порядка!       Ладно, осталось посмотреть, что там с подвалом. Может, все не так плохо и оттуда можно будет вынести стеллажи или что-то в этом духе? Может, просто не хотелось брать из-за труб, насосов или ещё чего? Да чёрт знает. Лиз, как минимум, должна была оценить масштаб трагедии. Может, всё не так ужасно? А ещё в подвалах часто бегают крысы, и уж что-что, а их она совсем не хотела видеть.       Лиз медленно открыла дверь, так как та, откровенно говоря, шла туго. Ступеньки вниз каменные, обычные, а сам проход узковатый, без источников света. Лишь пришлось включить фонарик на телефоне, чтобы не навернуться на первых же крутых и узких ступеньках. С таких же проще простого съехать и всё себе расшибить!       «Всё дерьмо всегда начинается в подвале, молодец, вперёд сломя голову» — ругалась она. Фантазия, конечно, сейчас бы нарисовала ужасных чудовищ, повешенных на крюках людей, которых ревностно обнимает тьма, прячет, будто защищая, но увы и ах.       «Мне стоит сходить к психологу…» — Лиз вздохнула, но спустилась, придерживаясь за стену.       И… ничего. Просто небольшое пространство четыре на четыре заставленное полками, стеллажами и тонной пыли и паутины. Всё вполне просто и ничего ужасного. Лиз внимательно огляделась, можно ли будет всё это вынести. В целом, узкий проход вряд-ли позволит, однако, такая трухлятина ей не нужна, сломает и дело с концом.       Неожиданно она заметила маленькую странность. Серый кирпич местами отличался, более крупными и тёмными булыжниками. За стеллажом этого почти не видно, однако, как художник может не подметить такую деталь? В целом, легко, Лиз просто светила на каждый стеллаж, выискивая трупы насекомых, пауков или кого пострашнее, вот и заметила такое отличие, крайне ненандёжно скрытое.       — Так… что это тут у нас?       Она медленно отодвинула мешающий элемент, что почему-то оказался достаточно лёгким, молчу об ощущении, что он прямо сейчас развалится. Благо, обошлось без заноз и прочего.       Камень и правда был другой, образуя из себя прямоугольник ростом с человека. Он казался старше оригинальной конструкции, а ещё более хаотичнее, будто клали в спешке и лишь бы было.       «Будет смешно, если это потайная комната».       Она постучала по камню и тот правда звучал иначе, будто за ним ничего не было, однако, стоило стукнуть сильнее, как камень вошёл глубже, медленно открывая каменную дверь, ведущую ещё ниже.       «Я что, в гребенное кино попала?!».       Честно говоря, это всё тхло не лучшим образом. Идти одной в потайную комнату — полный бред. Однако человеческая натура бывает очень любопытной, особенно у любознательной Лиз. По её спине бегали мурашки от каждого шороха, даже если его издаёт она сама. Это было удивительно, ново, и уж слишком притягательно.       Посередине, первым желанием Лиз было бежать, но интерес и неожиданное вдохновение были сильнее. Это может обернуться страшным кошмаром, или триумфом. Но она живёт не в мире магии и фантазий, всё можно объяснить логично и точно, а следовательно — там ничего ужасного.       Последняя ступень осталась позади, а в нос ударил резкий запах пыли и падающей побелки. Она попала в просторное помещение, с невысокими потолками и засыпанным чем-то полом.       Потолок держали несколько каменных колон расписанные странными символами, на стенах изображены танцующие животные, среди горящей деревни. Пламя словно тянулось к потолку, пока волки, лисы и другие звери, коих от времени уже было не разобрать, водили хоровод вокруг насаженного на кол человека.        Его лицо стёрлось, но Лиз все равно смогла рассмотреть жуткую ухмылку трупа, как и у прочих. Но страннее всего был… каменный гроб, как в склепах. Или это он и был?..       «Черт, не помню я, чтобы риелтор говорила про кладбище под домом»       Лиз медленно подошла к гробу, рассматривая причудливую надпись на камне. Видимо, написано на латыни.       «Pro sanguine tu effusus. Nam dolor commune in. Secundum mandatum nostrum et obscura approbatio. Nec jam calido polluat sanguine terram. Custodiat terra puerum suum, et celat matrem lunae in tenebris suis, et mater prolis lacrimas non fundet, quia tenebrae eius humiliter et tacite occultant inter parietes lapideos.»       Лиз боролась с любопытством и здравым смыслом, и пока что второе проигрывало. Не каждый день можешь такое встретить. Итак, первой и самой простой идеей было позвонить в полицию и сообщить о находке, а потом, видимо, искать новый дом, так как этот тут же захватят, как новый музей с тайной и сомнительной историей.       Лиз внимательно осмотрела гроб. Буквы на нём, касзалось, были выжжены, но самое удивительное, что тут не было ни одной паутинки, ни трупа крысы или ещё чего-то. Рука медленно потянулась к крышке. Это было странное, неестественное желание, будто он её гипнотизировал. Слова во тьме растворялись, менялись, на секунду показалось, что она может их прочитать. Но стоило лишь коснутся причуды, как в палец отдало лёгкой болью, тут же отрезвляя. Маленькие капли крови остались на слове, заполняя его собой, а следом и другие. Лиз попятилась, но кровь продолжала заполнять слово за словом, пока весь текст не покрыл алый оттенок.       Крышка медленно задрожала, а из него донеслись ритмичные удары, будто барабан, но сомнений не было, кто-то пытался выбраться. А вот теперь уже совсем стало страшно. Фонарик на телефоне замигал, тени приближались, подтягиваясь, точно живые.       Всё вокруг похолодело, однако это было не как в фильмах, когда пар изо рта, а… иначе. Словно холод пролез под кожу, изучает кости, желая залезть и в них.       Лиз могла бы убежать, но застыла, как вкопанная, не имея даже возможности двинуться. Тело отказалось слушаться, как бы мозг не кричал бежать. Она была теперь лишь наблюдательницей, но никак не участницей событий.       Крышка медленно отползла и оттуда вырвалась тень, стремительно, за считанные секундные заполняя собой пространство и без того тёмной комнаты. Фонарик выключился на секунду, но потом снова заработал в полную мощность.       И вот, перед Лиз уже стояла некая особь, судя по телосложению женского пола. Она вся была в чёрном. Тело скрывало платье в пол, а на голове полупрозрачная вуаль, идущая до самих локтей.       У Лиз теперь замерло сердце. Она не могла увидеть её лица, но от этого был свой шарм. Только темнота, что обнимала незнакомку со всех сторон, как мать своё дитя. И самое ироничное, что она не имела тени, нет, свет в целом заканчивался на ней, будто дальше незримое препятствие.       — Uman? — этот голос звучал сладко, маняще и… хрипло, её голос в тишине звучал почти оглушительно, хотя и не громко. Он просто был в голове, заполнял собой пространство, всё. Леди чуть потянулась, разминая шею бледными пальцами, изучая округу.       Лиз чувствовала этот взгляд, по позвоночнику пробежали мурашки, а разум медленно помахал ручкой, оставляя последние попытки взять контроль над телом.       — Cât am dormit? — она сделала шаг, кажется, желая прикоснуться, но тут же одёрнула себя. — La Diavol! Mă ocup de tine mai târziu, mi-e sete.       — Кто ты такая? — когда леди отвернулась, Лиз наконец смогла подать голос. Слова давались тяжело, язык заплетался. — Что ты тут делаешь?       — Mai tarziu. Nimeni nu trebuie să știe că am fost aici.       И она исчезла, растворилась в тёмной дымке, словно её никогда и не было.       Лиз наконец отпустило. Блаженный воздух стал наполнять лёгкие, пускай и с запахом смерти и пыли. Всё это было, мягко говоря, странно, а ещё чертовски жутко.       Первой идеей было набрать копов, ладно, не просто идеей, а действием. Приятный женский голос попросил не паниковать, что помощь скоро будет на месте.       Хотелось её послать. Как тут не паниковать? Она увидела, как из гроба в её подвале вылезла неизвестная леди!       Ладно, паника — вовсе не то, что Лиз сейчас ощущала. Её, конечно, тоже, однако, над ней преобладал некий трепет. Эта девушка с чёрной вуалью на лице. Она так плотно сидела в голове. Её лёгкие движения, чуть хрипловатый голос… наверняка её прикосновения были бы, как сталь, холодными.       — Дьявол! — выругалась Лиз, выпивая стакан воды. — женщина, ты просто больная… как можно думать о… ней. Ладно… давай думать логично. Человек не может долго просидеть там… может это был розыгрыш? А если бы я не пошла в подвал? Дьявол… что же это за дерьмо…       Следующей под раздачу должна была попасть Бетти, однако та сказала, что слишком занята, даже не захотев услышать и первое «Привет» или «Эй». Просто бросила трубку, оставив Лиз в гордом одиночестве и… абсолютным не пониманием, что это сейчас было. На пальце была совсем маленькая точка с больше растёртой кровью, нежели действительно раной, однако непонятно, за что она там зацепилась и какую заразу могла занести.       Сонные полицейские обшарили подвал, но прохода так и не нашли, списав всё на ложный вызов и даже спросили, не употребляет ли Лиз запрещённых веществ, ну, в целях творчества конечно же. Всё казалось крайне странным, и даже детальное описание не дало никаких результатов. Полицейские пожала плечами и просили позвонить, если дама в вуали вновь объявится. Отлично, просто супер! Её приняли либо за богатую наркоманку, либо просто сумасшедшую. Но Лиз была уверена на все сто, что это не игра разума! Это ни бред, ни фантазия, это было настоящим… было-ли? Да, должно! Люди не находят у себя в подвале склепов!       «Нет, мне это не почудилось, не могло…»       Уже была середина ночи, когда Лиз от бессонницы взяла блокнот и карандаш, медленно делая начальные наброски той женщины. Она не видела деталей во тьме, но контуры крутились в голове, так сладко и навязчиво.       Первая линия, вторая, третья. Она вырисовывала сначала бюст, с этой вуалью. Сначала не выходило. Не то, не так, недостаточно мрачная, недостаточно точная, стружка от ластика летала во все стороны, но Лиз упёрто продолжала, злилась, карандаш снова скользил по бумаге.       Она не знает, как должно выглядеть лицо этой женщины. Она молодая или же ближе к старухе? У неё есть шрамы или раны, раз она носит вуаль, или это подобие святых? Она насмехается над ними или наоборот принадлежит к их числу? Захотелось вернуться в подвал и перевести надпись, понять, что там такое, ведь ответ наверняка и был выжжен. И кто бы не был там заперт… теперь на свободе.       — Для начала это довольно красиво.       Этот голос раздался прямо над самим ухом, и Лиз, услышала даже через наушники, где как раз переключалась мелодия.       Она подскочила, как ошпаренная, чтобы рассмотреть гостя, быстро вынимая наушники.       Она. Девушка в вуали стояла прямо за диваном, с интересом рассматривая начальные линии на листе бумаги.       — Кто это? — Её голос отдавал странным акцентом, но она уже хотя бы говорила на понятном языке.       — Кто ты такая?..       Лиз решила схватить телефон, позвонить, и на этот раз не дать сбежать Золушке с бала так рано.       — Александра.       — Как ты попала в мой дом?! Там какие-то тайные ходы? И кто, чёрт подери, ты такая?!       Лиз успела взять телефон. Это странно, ведь незнакомка ничего не сделала, чтобы этому помешать, она лишь стояла на месте, скрестив руки за спиной, иногда меняя наклон головы от интонации.       — Когда я засыпала, тут не было дома. — она огляделась, подошла к стене выложенной в виде камня, мягко касаясь пальцами искусственного светлого кирпича. — Только холодные, безжизненные стены. Тайные ходы означали бы наличие насекомых или животных.       «Да, в подвале не было паутин и даже дохлых крыс.»       — Кто ты?       — На этот вопрос ответ ты получила. Мой черёд. Что это в твоих руках?       — Смартфон.       «Какого черта я отвечаю?! Эта женщина проникла в мой дом, КОТОРЫЙ, НА МИНУТОЧКУ, БЫЛ ЗАКРЫТ СО ВСЕХ СТОРОН, ДАЖЕ ОКНА.»       — Что такое… сматф… — она запнулась, странно начиная расхаживать вперёд и назад. — Смар… см…       Судя по виду она злилась. Видимо, язык был ей не родным, сложным для понимания или… как можно не знать в 21 веке, что такое телефон?!       — Смарт-фон, — терпеливо повторила Лиз.       — Смарт-фон. — она наконец это выговорила, Лиз даже ощутила маленькую победу от этого.       «Девочка, ты рехнулась, она сидела в подвале твоего дома. Алло, никаких хиханьки, звони копам и заканчивай разговор.»       — Не бойся меня… я не обижу ту, кто меня спасла.       — От чего?       — От заточения, конечно же! Прости, это наверное тебе мешает.       Она потянула вверх свою чёрную вуаль и почему-то у Лиз зародился трепет. Кто же скрыт за полупрозрачной тканью?       Лицо было целым. Бледным и даже… красивым. Небольшие губы, такой же нос и чуть вытянутое лицо, с почти острым подбородком и худоватыми щеками. В этом было что-то своё. Тени почти скрывали её, но она видела глаза. Чёрные, точно ночное небо звезд и луны, и почти белая кожа.       — Как ты попала в мой подвал? Отвечай или я позвоню копам.       — Кому? И сделаешь что?       — Позвоню в полицию.       Она смотрела на неё, как на новое чудо света.       — Ты язык понимаешь?!       — Ну, мы же как-то ведём диалог. — она пожала плечами, теперь фокусируясь уже на Лиз. — если бы только не пользовалась этими… выражениями.       — Так… ладно.       — Отвечаю на твой вопрос: я была заточена в гробнице, а ты меня вытащила.       — Как?       — Я услышала твоё сердце. Как громко оно билось, как барабаны перед боем. И кровь…       — Ты была… внутри гроба?..       — Верно.       — И сколько? Кто тебя закрыл?       Она медлила, осматривалась в округе, прикусив край нижней губы. Александра медлила с ответом, обдумывая, прикрывая глаза и тяжело вздыхая.       — Возможно, спала я дольше положенного.       — Стоп-стоп-стоп. Ты услышала моё сердце? Не, там было конечно капец, как страшно, но не до такой же степени, чтобы слышать через сплошной камень, или там дырочки есть?       — Нет, там нет… дырочек. — она, кажется, смутилась. В целом казалось потерянной, пусть и старалась этого не показывать.       — Что ты такое?..       — Не стоит. Не бойся.       Александра медленно улыбнулась, а её глаза загорелись алым цветом, в ухмылке виднелись клыки и Лиз едва не потеряла сознание, что уже говорить о даре речи, медленно делая несколько шагов назад, едва не спотыкаясь о маленький столик.       — Я - вампир. И, судя по виду… просидела в этих каменных стенах около… пяти сотен лет.       — Что?.. погоди-погоди-погоди! Ты сейчас мне хочешь сказать, что вампиры существуют?!       — Да. Одна из представителей пред тобой.       Лиз медленно села… на стол правда, но кого это вообще волнует, когда перед тобой сверхъестественное существо, что вылезло из подвала.       Александра уже однажды исчезла, вылезла туманом из тёмного склепа вход в который полиции не удалось найти, уж попробуйте это назвать «нормальным». Её алые глаза, светлая кожа и заострённые верхние клыки. Она точно походила на описание вампиров в фильмах, книгах и даже играх. Но, пожалуй, в этом и проблема. Мы осознаём, что они лишь миф, не угрожающие нам на самом деле, по крайней мере, так думала Лиз. Но теперь. Перед ней стояла настоящая вампирка, живая, ну, относительно, если верить фольклору. Это казался бред, но в него… хотелось верить, в силу фактов или внутреннего состояния, хоть чего-то нового.       — Охренеть… нет, это какой-то розыгрыш. Кто тебя отправил? Бетт? Может, мой безмозглый брат Митч? Кто?!       — Люди… никогда не воспринимаете что-то за гранью вашего понимания. — она обречённо вздохнула, опустив голову.       — Как… это… просто невозможно…       Голова начинала болеть от такой информации. Но самое удивительное было… отсутствие страха? Нет, внутри конечно он был, но внешне Лиз казалась удивлённой, нежели напуганной. Александра с первого появления заставляла тонкие струны в душе натягиваться, а мир играть новыми красками. Хоть и странно, ведь виделись они лишь мимолётно, но этого хватило, чтобы Лиз, как минимум, вновь взялась за художества.       Эта… леди пробуждала то, что так давно спало. И Лиз скорее боялась этого чувства. Вампиры никогда не были положительными персонажами. Они убийцы, что пьют кровь, а Лиз — потенциальная жертва.       — Аргх… да не буду я пить твою кровь! Ну сколько можно повторять? Может, я и не отлично говорю на твоём языке, но кажется вполне понятно! — она потерла пальцами переносицу, обессиленно качая головой.       — Откуда ты знаешь, о чём я думаю?       — Я, может и сегодня проснулась, но родилась не вчера! Твоё лицо ясно даёт понять, о чём ты размышляешь. Почему я не хочу тебя есть? Зачем? Ты освободила меня ото сна! Мне долго повторять одно и то же?       — То есть, ты, типо, как спящая красавица из Диснея?       Александра скептически подняла бровь. Лиз мысленно треснула себя по лбу. Ну конечно, она не знает, кто такая спящая красавица, что за глупые отсылки?       — Ясно, неизвестные слова. Это мультф… а, ты и это не знаешь…       Александра стояла в стороне, терпеливо ожидая, пока Лиз переварит всё в своей светлой головушке.       — Ладно, знаешь что? Это конечно круто, однако, теперь ты свободна и можешь идти на все 4 стороны, это всё-таки мой дом!       — Вряд-ли… я… — она резко замолчала, опустив глаза вниз. Лиз почему-то стало не по себе. «И куда ей идти? Вряд-ли её дом ещё стоит на месте…»       — Как ты вообще там оказалась? Уснула и решила не просыпаться?       — Меня там заперли.       — Было за что?       Она промолчала, но Лиз видела, что это её терзает. Открываться перед незнакомкой было сложно, однако Александра вполне шла на диалог и не утаивала почти ничего.       — Я не могу ответить… это очень долгая история.       — Скажи хотя бы кто!       — Другие вампиры.       — Тогда, почему вампиры, если вы правда бессмертные, не спрашивай, это на потом, не огородили дом, позволили сделать тут ремонт и вообще продать человеку, который потенциально может тебя освободить?       — Ты наконец начала задавать нужные вопросы. — Она улыбнулась и это было даже приятно. Мягко, но с долей какого-то лукавства. — Сама ответишь?       — Понятия не имею. Разве что… не знаю. Может кто-то захотел, чтобы ты проснулась? Но тогда зачем?       Она задумчиво кивнула. Видимо, потому редположение Лиз тоже крутилось в голове у Александры.       — Ладно… но тогда… почему бы тебе не найти того, кто хотел твоей свободы.       — Они сами придут.       — Ты просто хочешь сидеть и ждать?       — А есть ли мне смысл их искать?       — Дай угадаю. Ты не знаешь мира и будешь привлекать много внимания, тебя заметят вампиры, которые тебя закрыли, снова упрячут, а ещё и тех, кто хотел твоей свободы?       — Верно. Думаю… мне и правда стоит не показываться на глаза.       — И конечно же тебе лучше остаться в этом доме.       — Думаю, мы сможем договориться.       — Офигеть… в какой момент моя жизнь свернула не туда?       — Не думаю, что это можно считать поворотом.       — Это просто выражение такое.       — Я не буду мешать твоей жизни. Мне лишь нужно немного адаптации к… новому миру. Взаимная помощь. Чего ты хочешь?       Первое желание: послать куда подальше. Второе: она — новый мир. Неизведанный, расписанный в легендах и мифах. Она - живой представитель одного из наиболее популярного фольклора. И, быть может, это не так и плохо. Выкинуть её можно, однако, уверена ли Лиз, что из дома уедет именно Александра, а не она сама?       — Хм… — Лиз помедлила. Конечно, всё это пахло, мягко говоря, не очень, но она ведь может что-то придумать, как минимум, ей нужна картина, иначе не переехать. — Я хочу чтобы ты рассказала мне о мире вампиров. Как он устроен, как работает. — Александра кивнула.– и ещё… я хочу написать твой портрет.