Взрослая жизнь

— Уходи! Забери своего монстра! — кричит Шаст, лёжа под одеялом. — Антон! Ты сам виноват! Хватит капризничать! — Уйди! Зеленоглазому страшно, ведь десять минут назад он разбил обычный градусник, поэтому Попов принёс ещё один, и всё бы ничего, если бы он не был ректальным! — Тош, я прошу тебя, ничего такого в этом нет, — уговаривает педиатр. — Нет! Я не подпущу тебя с ним! — Малыш, просто перевернись на животик, больно делать я не буду! Обещаю! — Он огромный! — Так, я сейчас сам тебя переверну. — Ну пожалуйста! — Антошка, на животик. Подросток ещё лежит на спине пару секунд, после чего, собрав смелость в кулак, переворачивается. — Вот и умница, — говорит врач и спускает одежду до бёдер. — Только аккуратно! — Конечно, котёнок, расслабься, — взрослый смазывает кончик градусника субстанцией и вводит в анус парня. От неприятных ощущений мальчишка дёргается. — Тш-ш, не больно? — Терпимо. — Хорошо, полежи пять минут. — У меня нет выбора, — говорит младший и слышит шаги в сторону кухни. Через время голубоглазый возвращается и вынимает прибор. — Тридцать девять и два. — А-арс, давай не будем? — предугадывает дальнейшее развитие событий Антон, натягивая одежду. — Тош, температуру нужно сбить. Лежи пока на животике. — Но… Старший вновь уходит.

***

— Тошка, ты где? Сладкий мой? — возвращается Арсений и не видит мальчика. — Выходи, дорогой. Я аккуратненько уколю и будешь спатеньки. — В ответ тишина. — Антош, малыш… Опа, — открывает дверь в уборную медик, — нашёлся, — видит Антона в уголке. — Еще и на полу холодном сидишь, пойдём, мой хороший, — поднимая подростка на руки, врач несёт его в комнату. — Давай, золотой, ложимся на животик и приспускаем штанишки, — дает указание и смотрит на реакцию парня. — Ну Арс, пожалей меня! Ты так и хочешь сделать мне больно! Я вижу! — Тош, что за глупости ты говоришь? Я хочу, чтобы ты поправился, и мы вместе ходили гулять. — Я и без укола смогу это сделать. — К сожалению, это так не работает… — произносит педиатр и переворачивает подростка, садясь к нему на бëдра и приспуская одежду. — Так нельзя! Отпусти! — бушует парень. — Расслабься, солнце, — протирает кожу ваткой со спиртом и вводит иглу. — Ай! — Тихо-тихо, потерпеть нужно, мой маленький, — давит на поршень врач. — Убери! Мне очень больно! — Всё-всë, я закончил, ты — герой! — хвалит взрослый, прикладывая белый квадратик. — Сейчас всё пройдёт и поспишь, хорошо? — Угу, — тихо произносит шатен, прикрывая глаза. — Какое же ты солнышко, — шепчет на ушко Попов, возвращая одежду. — Я люблю тебя, — целует он в макушку и выходит из комнаты.