Синичка

      – Не торопись, Кас.       Кастиэль с тихим стоном закидывает голову назад и сжимает ладонь Солдата на его бедре, пока тот, шумно дыша, осыпает спину мужчины короткими поцелуями.       Он что, несправедливо долго растягивал Каса для того, чтобы просто пообниматься с ним?       Промычав, Кас сильнее выгибается в спине и нетерпеливо разводит ноги, укладывая голову обратно на матрас. Скорее почувствовав через поцелуй на коже, нежели услышав чужую усмешку, Новак прикрывает глаза, когда Солдатик, наконец-то, наваливается на него сверху, вжимая в кровать.       Солдат целует Кастиэля в макушку, а после гладит его бока, игнорируя разочарованный вздох. Утыкаясь носом в загривок Каса, Солдатик приподнимает обратно его бёдра и нарочно медленно проводит членом меж ягодиц.       – Бе-ен.. – Кастиэль хмурится и ворчливо фыркает, чуть поддаваясь назад, – Давай уже-е..       – Чш-ш.       Ткнувшись губами в щеку Новака, Солдат громко выдыхает и, не отстраняясь, аккуратно проталкивает правую руку под голову мужчины и тот сразу же накрывает его ладонь своей, целует запястье.       – Опять?       – Мы договаривались, Кас, – Солдатик трётся носом о его щеку и сжимает ладонь в ответ, немного погладив большим пальцем, – Я должен точно знать, что не сделаю ничего.. Лишнего. Как тогда.       – Сли-ишком много болтаешь.       Кастиэль подмахивает бёдрами и игриво проводит зубами по руке Солдата, чувствуя, как тот на секунду настораживается.       Вздохнув, Солдатик закрывает глаза, удобнее устраивая подбородок на надплечье Каса, и медленно толкается в него, не скрывая глухого стона, скорее похожего на рокот.       Солдат проводит уже другой ладонью по груди Новака и медленно опускает её вниз, оглаживая его торс. Облизнув губы, Кастиэль всхлипывает, когда Солдатик накрывает его член рукой и ещё раз коротко двигает бёдрами.       – Чёрт, Кас.. – Солдат не может перестать целовать шею мужчины и прижимать его ещё сильнее к себе, – Хорошо.. Блять, как же хорошо.       – Просто трахни меня уже наконец, – Хнычет Кас, на что Солдатик только тихо смеётся, пока не замечает, как тот ёрзает, заглядывает в глаза и приподнимает голову, а после давит рукой на затылок Солдата, прижимая ближе к своей шее, – Пожалуйста? – Конечно, малыш.       Солдатик шумно вдыхает и немного отстраняется, чтобы вцепиться зубами в загривок Новака и потянуть на себя.       – М-м.. Блять!..       Громкий стон заставляет Солдата сжать челюсть ещё сильнее и начать с удивительно быстрой скоростью набирать темп, определённо попав по простате несколько раз, ибо Кас вскрикивает и сжимает простыни, резко приподнимаясь на локтях.       Но Солдатик только глухо стонет и давит телом на него сверху, заставляя лечь обратно, издаёт недовольный звук сквозь зубы и горячо выдыхает.       Он хотел быть сегодня более ласковым. Ибо Кас заслуживает лучшего, нежели чем идиота с кошмарами и больными кинками. На которые Кастиэль благополучно давит каждую ночь, из-за чего самообладание Солдата летит в тартарары.       Удобнее перехватывая загривок, Солдатик клацает зубами, когда с первого раза не удаётся прикусить. Он знает, что останется синяк. Очень большой, который ещё долго не сойдёт и будет ужасно зудить в первое время. Однако, Кас словно не против.       «Мой», – Думает Солдат, хмуря брови, – «Кас только мой.»       И он был ужасно удивлён, что Новак, когда впервые услышал подобное вне спальни – лишь усмехнулся: «Ну, а ты тогда мой?».       Солдатик уверен, что звуки, которые он издаёт сейчас, вспоминая это всё, – почти что натуральный скулёж. И, пока Кастиэль распластался по матрасу, постанывая при каждом толчке, Солдат позволяет себе прикрыть глаза и отдасться этому мужчине.       Чёрт побери, Солдатик всегда был его. Независимо от времени и ситуации. Кас всегда имел власть над ним. И это ужасно, говорить и думать вот так, словно человека можно причислять к вещам. Но Солдат не может с собой ничего поделать. Лишь хрипло шепчет, не размыкая челюсть:       – Мой.       Кастиэль выдыхает странный звук, и, боже, это точно было хихиканье.       – Конечно, милый.       Даже не глядя на него, Солдатик знает, как взгляд Каса полон щемящей нежности. Всегда.       И Солдат уверен, что Кас знал всегда, почему тот так себя ведёт. Почему и раньше не позволял кому-то сблизиться с Новаком, при этом ворча совершенно глупые отмазки, утаскивая мужчину куда подальше от других людей.       Когда Солдатик высказал всё это, что было относительно недавно, Кастиэль понимающе улыбнулся, прижимая к себе.       Серьёзно, этот человек заставляет Солдата каждый четверг лежать с ним на диване и говорить непрерывно по несколько часов. С каких пор Солдатик стал таким болтливым и жалким?       Как бы то ни было, он слишком счастлив обнимать Каса и разговаривать о том, какими ужасными были их отцы.       Солдат довольно быстро полюбил четверги.       Из мыслей его выбивает громкий стон, а так же язык Кастиэля, который судорожно прошёлся по запястью Солдатика, оставляя мокрый след.       Солдат вновь переплетает их пальцы вместе и открывает глаза, продолжая вбиваться в Новака. Только сейчас отпустив загривок, Солдатик стонет, опять припадая к покрасневшей коже, но лишь размашисто лижет шею, переходя то выше, то ниже.       Его кулак не прекращает сжиматься и, под темп толчкам, проходиться по члену Кастиэля, от чего тот едва ли не задыхается в собственных всхлипах.       – Блять, я так люблю тебя, – Солдат зарывается носом в изгиб шеи и его толчки становятся хаотичнее.       Он не даёт себе даже задуматься о том, как жалко это прозвучало, ибо Кас счастливо улыбается.       Солдатик готов сделать всё что угодно, лишь бы чаще видеть эту улыбку.       Начав ещё быстрее двигать рукой, Солдатик хмыкает в ответ на невнятное:       – Блять..Боже-пожалуйста-да!.. М-м, чёрт..       Кастиэль сдавленно стонет, то и дело сжимая простыни, подмахивает бёдрами и заглядывает в глаза Солдату, на что тот мокро целует его. С тихим хрипом Солдатик поддаётся ещё ближе, сам едва ли не хнычет, когда Новак перестаёт сжимать его ладонь и тянется своей к нему, гладит затылок и развязно стонет в рот Солдата.       Из-за нехватки воздуха Солдатик нехотя разрывает поцелуй, но не отстраняется, продолжая касаться губами с Касом, он ловит счастливый и довольный выдох, скорее похожий на короткий смешок.       Боже, он просто обожает Каса.       Кастиэль не перестаёт гладить его волосы, норовясь сжать их при каждом толчке. Кусает свои губы и резко вскрикивает, пачкая ладонь Солдата, свой живот и простынь под ними.        Не отводя взгляда от лица Каса, Солдатик ещё несколько раз лениво проводит кулаком по члену мужчины, словно выжимая всё до последнего, на что Кастиэль ворчит и кусает нижнюю губу Солдата, а после разваливается на матрасе.       Продолжая тихо постанывать, Кас пытается не позволить развестись ногам, что получается безуспешно, и Солдатик тихо смеётся, целуя его в щеку.       – Сейчас, детка.       В один момент он толкается до предела и останавливается, кончая и шумно глотая воздух, пока Кас стонет очередной несвязный бред и сжимает пальцами затылок Солдата.       – О-о, Господи.. – Кастиэль шипит, когда Солдатик переворачивает его на спину и наваливается сверху.       Полностью расслабившись, Кас пытается отдышаться и поглаживает спину Солдата.       Со вздохом Солдатик приподнимается и ложится рядом, позволяя Новаку полной грудью вдохнуть. Вытерев об простынь свою руку, он обхватывает ей Каса, прижимая ещё сильнее к себе.       Недовольно фыркая, Кастиэль щурится и тянется одной рукой на пол, кое-как поднимая одеяло и накрывая им себя. Солдат проталкивает колено между ног Каса, между тем потянув ткань на себя, заставляя мужчину хмуриться и дёргать одеяло в свою сторону.       – У тебя и так достаточно, – Солдатик шумно вдыхает где-то в районе кадыка Кастиэля, – Делись.       – Спи уже. ***       Кас мычит и медленно открывает глаза, пытаясь отстраниться от привычно закинутых рук и ног на него и только сейчас слышит судорожное дыхание. Солдат утыкается ему лицом в грудь, до побелевших костяшек сжимает ладони и сбивчиво выдыхает, жмурясь.       – Чш-ш.. – С трудом приподнявшись, Кастиэль тянет Солдатика за плечи и зарывается пальцами в его волосы, прижимает к себе, – Просыпайся, давай, милый, – Кас коротко целует его в висок, – Всё в порядке.       Солдат едва заметно трясётся, однако Кастиэль буквально чувствует и готов взвыть от этого, но лишь устало качает головой.       – Просто дурной сон, Бен, – Стараясь шептать как можно чётче, у Каса всё равно выходит сонное бормотание, – С каждым бывает. Всё закончилось.       Чёрт возьми, к этому нельзя быть готовым. В одну ночь – всё спокойно. Не считая пары-тройки совместных падений с кровати из-за вечно пинающегося во сне Солдатика и Каса, который приноровился почти в последний момент тянуть Солдата за собой. Когда во вторую – кого-нибудь из них обременяют кошмары из прошлого. И вот тогда приходится паршиво.       И Новак искренне счастлив, что привести кого-то из них в порядок больше не занимает более получаса. Кас знает, что Солдатик уже давно не спит. Знает, что тот проснулся раньше него. Понимает, что уже давно в голове Солдата нет сомнений, неуверенности на счёт Кастиэля и недоговорённостей. Как и у Каса тоже.       Он спокоен. И знает, что Солдатик справится. Тот успокаивается лишь от чужого монотонного стука сердца.       Пока Кас ровно дышит – Солдат постепенно выравнивает своё дыхание. Если Кас шепчет всякие несуразные слова, которые словно вырваны из мелодрамы – Солдат верит ему.       – Я люблю тебя. Всё хорошо.       Почувствовав, как Солдат дрожащими руками пытается приобнять в ответ, Новак выдыхает.       – Кас.       – Я здесь, – Медленно перебирая чужие пряди, Кастиэль аккуратно гладит другой рукой спину Солдатика, – Я с тобой.       Спустя время Солдат хмыкает и наклоняет голову в сторону часов на их столе.       Они уже оба расслабились. Они в порядке.       – Как насчёт душа? – Зевает Кас, – Мы ужасно грязные.       – И опять заснёшь на мне.       – Может быть. ***       Кастиэль приподнимает уголок блина, проталкивает лопатку ещё дальше и переворачивает тесто, которое сразу же начинает шипеть на сковороде.       – Даже если ты будешь так пристально смотреть - они не начнут готовиться быстрее.       – Ну, Ка-ас.. – Солдатик грустно вздыхает и прижимается сзади к Новаку, водит носом по его волосам, – Я голоден.       Хмыкнув, Кастиэль поднимает уже готовый блин и поворачивается в сторону тарелки с небольшой горкой других, в тот момент, когда Солдат рывком хватает верхний блинчик и с довольным мычанием отходит вправо, возвращаясь к кофеварке.       – Ты штук 10 съел, – Кас закатывает глаза, выключая газ.       – Ну вкусно же блять, – Поставив с собой одну кружку, Солдатик ставит вторую рядом с кофеваркой и жмёт кнопку на ней, – Тянется он уже. Это моя, – Солдат демонстративно приподнимает брови и разворачивает кружку, чтобы был виден рисунок маленького серого котёнка в старом костюме Каса.       Кастиэль оборачивается, когда по полу раздаётся привычный тихий топот.       – И на кой хер мы ей огромную клетку покупали? Всё равно спит в какой-то залупе, – Протянув Новаку уже его кружку, с хмурым щенком в форме Солдатика, он недовольно щурится, когда синица, громко присвистывая, прилетает ему на плечо, с интересом наклоняет голову.       Птица дёргает нитку на шве футболки, тянет её на себя и удивлённо смотрит на маленькую полоску нитки, которую та успела вырвать.       – У нас не открыто окно?       – Да не должно уж, – Солдат оглядывается, замечая, как тёмное пятно отодвигает клювом раздвижную дверь, которая выходит на задний двор, – ВОТ СУКИН СЫН..ВЫГОНИ ЕГО!       Пискнув, синица ещё несколько секунд обижено смотрит на руку Солдатика, которая спихнула её. Оборачивается в сторону Каса и с громким гарканьем скачет к двери, раскинув крылья.       – Это опять..       – Бальтазар, да.       Кастиэль вздыхает и разворачивается, облокотившись об столешницу, глядит, как синица грозно чирикает и клюёт ворона в лапы, заставляя отступать назад.       – И почему ты так прицепился к имени моего брата?       – Анна и Джек это не так интересно. У твоего папаши просто не хватило воображения на младших.       – Ну а как же Габриэль?       – Хуйня, – Солдат провожает взглядом синицу и ворона, – Я ему не доверяю, пойдём.       Хмурясь, Кас подхватывает во вторую руку кружку Солдатика и плетётся рядом, когда на него накидывают чужую куртку, а после небрежно натягивают капюшон, который Кастиэль сразу же стряхивает назад, вздёрнув головой.       Солдат под пристальным взглядом Новака нехотя надевает потрёпанную джинсовку и раскрывает дверь полностью.       Расчищая от снега порог дома ногой, Солдатик глядит на птиц, которые уже безобидно скачат по небольшому сугробу, собирая всякие веточки.       Присев на ступеньки он улыбается, чуть поджав губы, когда Кас садится рядом, вполоборота, и привычно наваливается на плечо Солдата, вытягивает ноги почти до конца ступеней. На колени Солдатика опускается всё ещё горячая кружка, пока Кастиэль немного трясёт ногой, вытряхивая из тапочка с оленем чудом попавший туда снег.       – Пей, пока не остыло, – Кас сам отпивает немного кофе и закидывает голову назад, упираясь затылком в надплечье Солдата. Разглядывая медленно опускающиеся снежинки, что красиво блестят под зимним рассветом, Кастиэль тихо смеётся, замечая недовольное лицо Солдатика, – Не беспокойся о ней.       – Но, Кас! Вороны - те ещё сукины дети..       – Единственное, что может сделать Бальтазар, так это искусно послать синицу.       – Ой блять, ну не начинай, – Солдат тянет руку вбок и прижимает к себе Новака, – Я его намеренно этому не учил.       – Однако, просыпаться от стука в окно вперемешку с криком «Мать твоя шлюха» - не самое приятное утро.       Солдатик хохочет и коротко целует макушку мужчины. Выдохнув едва заметный пар прямо в его волосы, Солдат проводит по ним носом.        – А если я тебя в снег кину, ты сильно обидишься?       – Бен.       – Понял.       Рука Солдатика забирается под свою же куртку на Касе, ненавязчиво гладит его бок. Прикрыв глаза, Солдат глубоко вдыхает и так же громко выдыхает, на что Кастиэль поджимается к нему.       – Бен, помнишь тот случай, когда нас заметил какой-то рыбак?       – Мгм.       Солдатик открывает глаза, щурится, когда ворон скачет по ступенькам, пародируя довольные звуки, что издаёт синица, и заползает Касу на колени.       – Ты ведь с самого начала слышал его, – Кастиэль проводит ладонью по спине Бальтазара, а потом чешет ему шею, пока тот урчит, – Я прав?       Синица в последний раз клюёт что-то на снегу и чирикает, в мгновение оказавшись на груди Солдата. Ещё раз пискнув, она заползает ему под воротник.       – Конечно слышал. Он пыхтел хуже тебя во сне, – Проигнорировав лёгкий удар локтём, Солдатик дует на волосы Новака, сдувая с них снежинки, – А ты хотел, чтобы я что-то с этим сделал?       Солдат жмётся к Касу и невольно вспоминает, как нашёл его на берегу реки, ковырявшегося в песке вместе с синицей. Тот смущённо почесал затылок, когда Солдатик спустился к нему и начал что-то бормотать про гнездо-каких-то-там-птиц, название которых Солдат так и не запомнил.       Услышав нарастающий шелест веток и листьев, что шуршали под чьими-то шагами, Солдатик едва не дёрнулся, списав шум на надоедливых зверей и птиц, коих, увы, было слишком много в округе их прошлого дома.       Кастиэль продолжал рассказывать и Солдат уловил лишь отдалённую суть сказанного, когда он потянулся вперёд и его рука накрыла щеку Новака, заставляя чуть приподнять голову. Почти что восхищённо выдохнув в чужие губы, он смело накрывает их своими.       Сквозь отдающий звоном стук сердца Каса, Солдатик умудряется услышать щелчок, похожий на тот, что издаёт фотоаппарат.       И тогда он понял, что облажался.       Но сейчас есть вещи поважнее. Например – Кас.       – Просто.. – Тот на пару секунд замолкает, – Одно дело, когда люди узнают, что мы, оказывается, живы и относительно здоровы. Уже другое, что мы не против целоваться друг с другом.       – А я очень даже не против не только целоваться с тобой.       Кастиэль вздыхает и тянется одной рукой назад, чтобы потрепать синицу по голове, которую та любопытно высунула, вслушиваясь в разговоры её людей.       – Так ты специально меня тогда..       – М-м, может быть, – Полностью повторив утреннюю интонацию Каса, Солдат по-доброму усмехается, – Не злись.       – Ещё бы я злился на тебя.       Солдатик прижимается щекой к его голове и улыбается:       – Это было полтора года назад, Кас, почти всем уже до пизды, что мы трахаемся.       – А вот тебе было не всё равно, когда ты узнал, что Марк Гэтисс вполне счастлив в браке со своим мужем, – Кастиэль издаёт сдавленный звук, как нечто среднее между усмешкой и шипением, не прекращая гладить ворона.       – А может быть я просто завидовал ему? Мне тоже ебать как нравится перспектива быть счастливым в браке с тобой.       – Бе-ен.. – Уши Новака покраснели и Солдат хмыкнул, – Нет, ну если бы ты не надругался над своими документами ещё в семидесятых, то мы вполне бы могли.. Пожениться, я так думаю.       – Так и знал, что надо было закопать, а не сжигать..       Солдатик немного разворачивается в сторону Кастиэля и ставит свою кружку поодаль, а после укладывает вторую руку на живот мужчины, тянет его на себя.       – М-м, Кас, – Прижавшись подбородком к его плечу, Солдат глупо дёргает ладонью, в попытках прогнать Бальтазара с колен Каса, – Сегодня же моя очере-       Раздаётся звонкий смех, когда в его лицо ударяют скомканным, сухим снежком.       – Ты ёбаный.. – Удивлённо цедит Солдатик и почти грубо давит своим весом на спину Новака, от чего тот, сдавшись, падает, вовремя успев перевернуться на спину.       Кас довольно щурится, а его щеки порозовели от холода и Солдат, заметив это, сразу же отдёргивает свою руку, которая уже тянулась к кучке снега.       – Тебе очень повезло, что я люблю тебя. Бальтазар раздражённо гаркает, расхаживая вокруг них, а после тихо пищит, словно пытаясь повторить только что сказанные слова Солдатика. Вопросительно наклонив голову, ворон прыгает вокруг Каса, резко каркнув:       – Блядь?       Кастиэль перестаёт смеяться, когда Солдат наоборот, зарождается громким хохотом, утыкаясь носом в его шею.       – Сам ты блядь, Бальтазар, – Шипит Кас, упираясь руками в плечи Солдатика, пытаясь отстранить от себя, – Бен! Хватит его учить этому!       Синица машет крыльями и выползает из-под воротника Солдата, с щебетанием спрыгнув на порог и резво клюнув ворона за хвост.       – Блядь! Блядь! Блядь! – Бальтазар отступает, пока синица скачет за ним, что-то громко пища.       Кастиэль стонет, пока Солдатик осыпает его лицо короткими поцелуями, как вдруг в один момент тот приподнимается на локтях, тут же снова поддавшись вперёд, чтобы прижаться к Касу лбом:       – Ёбаные птицы.       – И вправду. Их кофе давно остыл.