Четвертый номер был счастливым

Пролежав около пяти минут с закрытыми глазами, Альберих успел немного подремать, однако надоедливый гаджет дал знать о себе. Звуки уведомлений из телеграмма продолжались без остановки. Кэйа присел и потянулся к рюкзаку за источником звука. Нажав кнопку включения, на экране телефона темноволосый заметил около десяти сообщений и три пропущенных звонка от друга-собутыльника Венти, а также один от Розарии. Затем парень обратил внимание на содержание причины уведомлений.

Недоделанный бард: Ты там только не умирай! 23:05 Хотя Розария говорит, что это невозможно, но ты всё равно там держись. 23:06 Если в скором времени не очнешься, то мне придется допить одуванчиковое вино! 00:02 Хэй, надеюсь, тебе сейчас там лучше... 07:30 Напиши, когда придешь в сознание~ 8:05 Мы волнуемся.... 8:55 Ты как там? 9:10 Твое молчание настораживает.... 9:25

Невольная улыбка появилась на лице Альбериха, но он это заметил и с усмешкой вернул прежнее выражение. "Удивительно… Он это написал, потому что ему что-то нужно от меня или это норма для, так называемых, друзей?" - промелькнула мысль в голове Кэйи. Посмотрев в пустоту около двух секунд, он решил сначала созвониться с другом. Пара гудков и Венти сразу взял трубку. Альберих не успел сказать привычное "алё", как приятель сразу закричал: - Так ты живой! - И тебе доброе утро, - с ухмылкой ответил парень, но его сразу же перебил радостный голос. - Хэй, почему ты так долго не отвечал ни на сообщения, ни на звонки? Неужели все настолько плохо? - с грустью спросил друг. - Похоже, ты меня уже похоронить успел. Спасибо, конечно. Не стоит беспокоиться по пустякам, я живее всех живых и со мной все хорошо, - немного привал Альберих. - Ты всегда так говоришь, - обидчивым голосом произнес Венти, - из-за пустяков не госпитализируют. Но если ты не хочешь об этом говорить, то я временно отстану. Ключевое слово "временно", все равно скоро планируем к тебе наведаться - более радостной интонацией ответил друг, - кстати, Розария тоже волнуется, перезвони ей потом… - наконец-то затих парень. - Хорошо-хорошо, - по привычке Кэйа поднял левую руку, будто сдается- Вы сами как? Не получили нагоняй? - К счастью, до нас никому не было дело, но мы очень волновались за тебя! Ты даже не представляешь как! - после этих слов Венти продолжил свой длинный монолог о переживаниях вчерашнего вечера и одновременно ругая своего товарища. Это продлилось около двух минут, и затем юноше пришлось отлучиться, после чего их разговор закончился. Телефон все ещё оставался в руках Кэйи, и он после того, как морально подготовился ко второму звонку, начал искать следующий номер. Когда Альберих его нашёл, то он с тяжёлым вздохом нажал на кнопку, и собеседник практически моментально ответил. - Хэй, Розария! Приветствую! - с максимальной радостью в голосе произнес юноша. - Идиота кусок, - в ту же секунду ответила девушка и сбросила. Темноволосый опустил телефон, и несмотря на головокружения, его взгляд был устремлён на номер подруги и двухсекундный прошедший диалог. - И что это было... - задумчиво сказал Кэйа, хотя это был один из множества вариантов ответа, к которому он готовился. Долго думать над этим вопросом не пришлось, потому что мысли Альбериха были прерваны звуком стука об дверь. Кэйа посмотрел на вставленное квадратное стекло, которое использовалось как окошко в двери, и увидел половину чей-то головы. Тем временем в дверном проёме появился парень невысокого роста вместе с капльницой. - Альберих? - спросил светловолосый, осматривая его. - Да, - неуверенно ответил Кэйа, потому что с очень похожей реплики ранее начинался неприятный диалог с врачом. - Вам назначили капельницу, вы готовы? –Вроде бы, - Кэйа вновь лег на кровать, когда, по всей видимости, медбрат подошёл поближе. - Вам удобно? - уточнил он, раскладывая около руки латок с иглой для капельницы, лейкопластырем и ножницами, ватным шариком и венозным жгутом. Пациент кивнул и с заинтересованностью рассматривал все предмет, а также на наблюдал за действиями парня, ведь Кэйе делали капельницу впервые за все его почти восемнадцать лет. Сначала светловолосый попросил Альбериха сжимать и разжимать кулак, затем наложил жгут выше локтевой ямки, обработал ваткой с антисептическим раствором там же и, взяв инъекционную иглу и нащупывая необходимую вену, аккуратно, словно без какой-либо напряжённости, принялся за главные манипуляции. Именно в этот момент Кэйа обратил внимание на невозмутимое выражение лица медбрата. Это не была такая же серьезность, как у врача Джинн, и тем более не сосредоточенность медсестры, которая заботилась о состоянии пациента. В его невероятно завораживающий небесно-голубых глазах с оттенком цвета мертвого моря была некая безжизненность, скорее всего безразличие. Казалось бы, это одна из множества эмоций, которая в своей небольшой степени характерна для всех, но одновременно притягивающая приятная внешность и немного отпугивающий уставший вид, который подчеркивался видимыми сквозь тональный крем большими синяками и непослушно торчащими прядями волос, по всей видимости, которые тщательно пытались привести в порядок, этого человека так и говорили, о его постоянном пребывании в запутанном и апатичном состоянии. Тем временем медбрат уже вставил иглу внутривенно и, постепенно опускал колёсико в винтовом зажиме капельницы ниже прежнего положения, регулируя скорость капельницы, задал вопрос пациенту: - Как вы себя чувствуете? Все хорошо? - Мг. - ответил Альберих, а затем, ещё раз осмотрев физиономию парня и оставив свой взгляд на бейджике с именем "Альбедо", добавил: - А на самом деле, братец Альбедо, не совсем вежливо спрашивать о самочувствии подопечного, когда Вас это вовсе не волнует. Хотя Вас вынуждает делать это работа. Разочарование, - ухмыльнулся Кэйа, подсовывая свободную руку под затылок. Голубоглазый опешил от данных слов, ведь ранее пациенты пытались ему только помочь. Например, сильно выгинали руки, когда это не надо, или уже самостоятельно зажимали кулак, когда медбрат одевал жгут, да и его всегда хвалили за аккуратное проведение процедур и постоянные вопросы о самочувствии. Также во время учебной практики этим занимались даже пожилые люди, которые вначале скептически относились к медбрату, из-за его юного возраста, но в итоге всегда оставались довольными. Но сейчас впервые за свой недолгий опыт работы Альбедо услышал нечто похожее на критику. Причем критику, которая в большей степени оказалось правдой. Медбрат находился в ступоре пару секунд, а затем быстро собрался с мыслями и, отрезав небольшой по длине кусочек лейкопластыря, закрепил положение иглы. - Все же это моя обязанность, поэтому попрошу вас ответить на этот же вопрос,- произнес светловолосый, наблюдая за падением капель в фильтрующем узле. - Не волнуйтесь, - усмехнулся Кэйа - если это уместно говорить. Кроме ранних головокружений ничего нового нет. - Отлично. Тогда я подойду через минут пять или десять, если почувствуете ухудшение, зовите медсестру с поста, - закончил медбрат, засунув руки в карманы белоснежного халата. Он развернулся к двери, перед этим ещё раз осмотрев пациента, и планировал покинуть палату, но уже надоевший голос вновь прозвучал: - Братец Альбедо, Вы же не оставите своего пациента без наблюдения? Я прекрасно понимаю, что вам отчасти все равно на мое самочувствие, но если мне станет плохо, то у Вас будет больше проблем, - произнес Кэйа со своей сияющей улыбкой, которая уже начала раздражать Альбедо, даже несмотря на то, что он был плох в понимании чужих эмоций, но искренние улыбки точно мог отличить от фальшивых. А от притворства Альбедо неосознанно испытывал отвращение, возможно именно потому что притворство играло немаловажную роль в его жизни. Ведь намного легче сказать то, что от тебя хотят услышать, и получить меньше осуждения. Светловолосый вновь подошёл к пациенту и присел на стул, который все ещё стоял около кровати после прихода врача, и наблюдал то за капельницей, то за людьми в окне. Они казались весёлыми и жизнерадостными, если проще сказать, живыми. Не успел медработник полностью погрузиться в свои мысли, как тот опять открыл рот: - Альбедо, а как вы себя чувствуете? Какой-то слишком грустный. - Нормально,- моментально отрезал Альбедо, намекая на то, что ему разговор не интересен. Кэйа несколько раз пытался задавать разные вопросы, но собеседнику его игнорировал, смотря в окно. Альбериха это немного задело, ведь он всегда для всех увлекателен, да и в любой ситуации находился в центре внимания, но, похоже, только не для этого человека. Это же и одновременно создавало особое любопытство к данной личности. Темноволосый ещё раз осмотрел хрупкую фигуру сидящего напротив, его внимание вновь привлекли глаза, Кэйа словно утопал в них. Волосы пшеничного цвета тоже симпатизировали ему, хотелось даже потрогать их, узнать каковы они на ощупь, наверняка очень мягкие и приятные. "Миловидный парень, но какой-то замкнутый и отстранённый от мира. Словно кукла. Красивый, но пустой? " - размышлял пациент. Через пятнадцать минут, к большому счастью Альбедо, капельница закончилась. Он также умело, как и все его действия до это, закрыл винтовой зажим, затем прижал ватку и достал иглу из вены. Ватку он закрепил лейкопластырем. Медбрат с небольшой радостью захватил штатив и направился к выходу. -Большое спасибо, братец Альбедо! Жаль, что вы не такой же чудесный собеседник, как медработник, - язвительным голосом произнес студент. Альбедо с грустью улыбнулся, не показывая это Альбериху, вышел из палаты и отправился в процедурный кабинет, чтобы успеть сделать капельницы остальным госпитализированным.

***

За оставшиеся рабочий день Альбедо пытался сосредоточиться на своих обязанностях, но одна из фраз того самого пациента из четвертой платы не отставала от него и постоянно повторялась в голове. "Не совсем вежливо спрашивать о самочувствии подопечного, когда Вас это вовсе не волнует". Он был абсолютно прав, что и удивило его. Эта постоянная рутина утруждала юношу и не доставляла удовольствия, а тем более не помогала с его проблемой.

***

-Мастер Альбедо, у вас все хорошо? - зайдя в процедурный кабинет, поинтересовалась медсестра, которая утром ему помогла с плачущим ребенком. -Сахароза, я тебе много раз говорил, что мы с тобой почти ровесники и можешь называть меня просто Альбедо, без формальностей, - произнес свой заученный ответ для медсестры, - Все хорошо, а что-то произошло? Сахароза немного замялась перед своим ответом, подбирая нужные слова: - Обычно вы более сосредоточенны, - она сделала небольшую паузу, посмотрев на стол, который находился за его спиной,- а ещё, наверное, вы не заполнили документ...- совсем затихла под конец ответа знакомая. Альбедо тоже посмотрел на стол, и, вспомнив об этом, легонько ударил себя ладоней по лицу. - Спасибо, Сахароза. Сейчас займусь этим, - ответил медбрат и сразу же взялся за эти дело. Тем временем медсестра легонько улыбнулась и ушла из комнаты, оставив его со своими мыслями, а также чтобы не мешать своему коллеге работать. Альбедо спустя две минуты, уже успев сделать половину работы, отвлекся на звуки за окном. Это были все ещё те самые утренние птицы. "И правда, павлин..." - промелькнуло в голове парня, и он вернулся к работе.