Боль

Это было впервые, когда Гермиона Грейнджер чувствовала себя выжатой, как лимон. Должность старосты приносила немало проблем, впереди был ТРИТОН, а вдобавок девушку мучили ужасные ночные кошмары, а именно постоянные сны про раскол Волшебного мира, страшные смерти волшебников и волшебниц, Пожирателей Смерти и постоянные воспоминания о той самой комнате в Малфой Мэноре. И тот самый момент, когда она лежала на полу под нависшей над ней Беллатрисой. А все остальные в комнате просто смотрели на то, как её чуть не зарезали, словно животное. Вырывая себя из воспоминаний, девушка заставила себя собраться и сделать вид, что все нормально. Она не могла позволить себе большего. Глубоко вздохнув, гриффиндорка двинулась вперёд по коридору. Сейчас ей нужно было убедиться, что ни у кого из студентов не возникало желания нарушить все ещё существующий комендантский час. Она снова и снова проходила мимо однообразных дверей, классов и стен, пока не остановилась, услышав страдальческие звуки из туалета для мальчиков. Не сумев справиться с любопытством, девушка зашла вовнутрь. Для поисков источника звука пришлось воспользоваться заклинанием "Люмос", ведь в помещении было довольно темно. Двигаясь, Гермиона подрагивала от холода, но продолжала идти на звук. Перед её глазами предстал Драко Малфой. Его голова была низко опущена, а руками он опирался на края раковины. - Малфой? - оклинула юношу Гермиона. Видя лишь спину Драко, она повторила свой вопрос, - Малфой, у тебя все хорошо? Девушка слышала лишь тяжёлое дыхание, а выглядел слизеринец, будто его поймали за чем-то очень нехорошим. Быстро смахнув слезы  юноша обернулся. - Я в порядке, - сказал он грубым голосом. Затем Драко попытался как ни в чем не бывало двинуться к выходу, но рука девушки остановила его, схватив за запястье. - Ты уверен в этом? - снова уточнила Гермиона с нескрываемым волнением на лице. - У меня все нормально, - ответил он таким же низким голосом и резко вырвал свою руку из захвата Грейнджер. - Ты не врешь? - Я же сказала, что все хорошо! - Глаза Драко метали молнии, - Со мной, черт возьми, все хорошо, и хватит уже так навязываться! - Малфой, ну я же просто хочу помочь! - Не сдавалась Гермиона. - Да ты все равно ничем не поможешь! - кричал Драко так громко, как только мог - Ничем! - его голос дрогнул и он снова оглянулся на девушку. Ни один из них не издавал ни звука, они просто молча смотрели друг на друга. Испуганные карие глаза пересеклись с печальным взглядом серых. Молчание нарушил тяжело вздохнувший Драко. - Знаешь, - начал он, - иногда я жалею, что не погиб во время битвы. - Малфой, ты же не серьёзно? - Именно так - ломая зрительный контакт, он устремил взгляд на луну за окном. Затем наступила тишина. - Он заставил меня, - сказал Драко убитым голосом. - О чем ты? - спросила девушка в замешательстве. - Метка. Он поставил мне метку, когда я этого не хотел. Он заставляет меня делать то, о чем я не хочу даже думать. - это он сделал меня таким! - Малфой закрыл лицо руками. Безумно стыдно, что его заметили именно в таком виде. Гермиона молча изучала его взглядом. Странно видеть, как некогда царственный и  гордый Драко Малфой превратился в настолько сломленного человека. - Я так хочу прекратить это все. Боль, страдания, кошмары. - он продолжил рыдать, и слезы все ещё текли по его бледному лицу. - я хочу исчезнуть, - прошептал он. С этими словами слизеринец развернулся и молча вышел, словно ожившей мертвец, выходящий из собственного склепа. А Гермиона лишь смотрела ему в спину до тех пор, пока он не исчез из виду. Продолжая бороться с болью, девушка долго стояла, потерянная в собственных мыслях.