Золото в огне

Нил молча прыгал по крышам Токио. Он переваривал произошедшее сегодня. Для него, на протяжении многих лет, вполне нормально было не пользоваться каким-либо оружием кроме нор. "Бродяжек не жалко," - его приучили к такой мысли с самого детства. Конечно, Натан Веснински вряд-ли был хорошим учителем, но не запомнить его уроки сложно. Кин отстранённо шёл сзади, никак не трогая нового хозяина. Казалось, что ему абсолютно всё равно на то, что он умер, потерял память и стал оружием, а не исчез. Как вообще кто-то похожий на этого парня оказался чистой душой? Он ведь даже не хотел жить, иначе на его руках не было бы порезов. Нил дёрнул головой. Что за странные мысли? Он ведь прекрасно знает, кем был и как погиб этот парень. Тяжёлая судьба, да, но уже ничего не изменить. Ему захотелось что-то сказать, но обстановка к этому не призывала и бог решил промолчать. Вот, спустя какое-то время из самого центра двое парней добрались до окраины. Здесь находятся самые дорогие и большие дома. Особняки, виллы, чуть ли не дворцы с садами и бассейнами. Нил жил в одном из таких. Большой тёмный особняк с тремя этажами, пышный сад и большой бассейн. Здесь невероятно красиво, но мрачно и каждый, кто входит сразу овевается мертвым духом. Сколько людей погибло в подвалах этого места... От каждого из них Натан хотел что-то узнать. Переговоры? Нет, это не его стиль. Он понимает лишь язык боли, предпочитая снимать тонким ножом с жертвы плоть, в ожидании согласия. Или тонким паяльником выжигать на спине договор. "Чтобы лучше запомнить условия", - аргументировал мясник свой садизм. А самое страшное в этом, что он был не один. Его помощница - мерзкая сучка - Лола во всём ему помогала и стелилась перед ним. Нат не знал, любовь это или одержимость, но явно что-то не здоровое. Бог вместе с новым шинки вошёл во двор. Здесь не было ни души, а трупный холод не выветрился, даже спустя столько времени. Нил сейчас чувствует эту мерзкую атмосферу, а перед глазами бегают кадры прошлого. Он ненавидит это место, выбирая дешёвые хостелы вместо своего дворца с ужасами того, что уже прошло. 22:05 Поёжившись, Нил вошёл внутрь. Неприятно. Ничего удивительного, так всегда. По парню сзади можно было заметить, что он тоже напрягся. Тишина нагнетала не меньше. В этом доме шум - опасен для жизни. Прислуга выучивала это в первую же неделю и больше никогда не забывала. Поэтому увидеть кого-то в этих коридорах невероятно сложно. Хотя... - Младший! Ты вернулся! Нил вдохнул поглубже. Этот мерзкий голос, который озвучивал приговор парню в каждом его ночном кошмаре. Лола до сих пор не научилась. Он поднял голову и женщина, вставшая напротив, отшагнула - лёд в глазах Бога был до жути пугающим. Ей сложно было признавать это, но даже Натан уступал своему сыну. - Кажется, ты забыла, кто теперь здесь хозяин. Думаю мне стоит напомнить. Приди, Хинки, - тихий шерох и в руке коса. Секунда, и она уже у шеи Лолы. Не скрываемая паника отразилась на лице женщины. - Подчиняйся, - его голубые глаза сияли в полумраке, заставляя повиноваться. Не в силах сопротивляться шинки, она упала на колени, опуская голову. Её голос сбивался, но она заговорила: - П-простите г-господ-дин. Я-я б-была н-не ув-важительной к-к вам. Рыжий опустил оружие и подошёл к женщине. Взял её за подбородок и поднял лицо, глядя в глаза. По её щекам потекли слёзы. Слабость такого монстра, как она, приносила удовольствие. Она попала на место тех, кому причиняла боль, будучи в руках Натана. - Глупенькая... Натаниэль нежно провёл пальцем по её щеке. Лола как загипнотизированная прижалась к его руке, что-то в ней менялось. Парень догадывался, что это было. - Ты ведь знаешь, сколько таких как ты я убил... - шлепок. - Не забывай своё место, глупая сука, - голова Лолы по инерции дернулась в сторону. На поглаженной щеке алел след от ладони. Натаниэль показательно отряхнул руки, скривившись. - Подготовьте для нас комнаты! Вернись, Кинхи. Блондин встал на пол своими двумя, оглядывая эту женщину. Он хмыкнул. Веснински тут же перевёл взгляд на него. - Что смешного? - Ничего. Я кое-что понял. Изначально ты был похож на идиота, который ходит без оружия, а оказался.... - Кин не стал договаривать, а Ниэль лишь закатил глаза, поняв о чем он. - Если я буду безобидным добряком, то быстро погибну, а я слишком много сделал, ради своего существования. Кинхи снова хмыкнул, но на этот раз Нил ничего не сказал. Даже если ему было смешно, это не важно.