Свет

Война закончилась. Кому-то это принесло облегчение, кому-то растерянность или даже разочарование. Обуреваемые различными чувствами выжившие продолжили жить дальше. Или постарались. В список последних попало Золотое Трио, принимавшее непосредственное участие в противостоянии. — Вы знаете, мисс Грейнджер, счастье лжёт, обманывает нас. Поманит, позовёт… И нет его тот час. Ваш развалившийся брак с мистером Уизли тому наглядное подтверждение, — резкие слова за гранью приличий, хотя у Снейпа всегда было своё представление о них. Всё было, всё. Школьная любовь, попытка её удержать, заключив брак и став ещё ближе. А после горькое разочарование в том, что было нерушимым ещё вчера, а оказавшимся мимолётным сегодня. Она так и не смогла простить Рона за измену, а себя за наивную веру в сказку. — Возможно. Но это не даёт вам права удерживать Его против воли. Ваши попытки урвать кусочек пресловутого «счастья» понятны, но незаконны. — Понятны? — в тёмных глазах разгоралась ярость, приправленная отчаянием. — Что вы знаете, мисс Грейнджер? Ну же, блесните вашими знаниями! Брюнет резко приблизился к отступившей на шаг девушке. — Вы, невыносимая всезнайка, ни черта не знаете обо мне. О Нас! Иначе как вы могли допустить, чтобы Он спутался с таким сальноволосым ублюдком, как я? — кривая усмешка, исказившая ещё сильнее заострённые черты. На этот вопрос у волшебницы ответа не было. Она заподозрила что-то неладное слишком поздно, когда Гарри уже несколько лет состоял в отношениях с зельеваром. И впервые за годы после Войны и развода с Джинни был по-настоящему счастлив… Так казалось тогда. Потерпев неудачу, она верила, что хотя бы товарищу повезло найти достойного спутника. Её грызли сомнения, но она не оспаривала чужой выбор, ни разу не выступила против. Практически сама толкнула аврора в руки тёмного мага, посоветовав обратить внимание на того, кто всегда был рядом, защищал и заботился. И сама всё же разрушила, уболтав Гарри на поездку в горы. Сошедшая лавина была первым тревожным знамением. Магловская техника не справлялась со снегом, а магический фон был нестабилен для аппарации. Её друг не вернулся домой вовремя, как раньше. Он не успел к назначенному возлюбленным сроку, затем ему поплохело. Экстренный перенос, множество исследований и анализов, что в бланке про кровь обнаружить строки о веществах, входящих в состав Амортенции. Новой, улучшенной, персональной. Сомнений в авторстве не было. — Вам нечего сказать, да? Тогда зачем вы пришли? — продолжал бушевать колдун, раненным зверем мечась по комнате. — Чтобы сообщить, что забираете его? — Гарри проходит лечение, после чего будет суд, на котором решится уже ваша судьба. — Вы правда думаете, что мне есть дело до будущего без Него? — маг замер на месте, развернув к собеседнице только голову. — Н-но как же… — И вы искренне полагаете, что у меня не было причин поступать подобным образом? — если до этого фразы были на грани крика, то сейчас они превратились в угрожающий, вкрадчивый шепот. — Поймите, он — мой свет. Моя пустая жизнь становится менее тягостной вблизи его тепла. Мужчина медленно подходил ближе, впившись взглядом в побледневшее лицо напротив. — Сейчас меня величают героем, не без Его помощи, — на секунду взгляд потеплел. — А ведь я пытал и убивал невинных людей, за что должен буду понести наказание. Служба Волан-де-Морту обязывала. А знаете, почему я согласился служить ему? Уверен, вы должно быть никогда об этом не задумывались. Поражённое молчание было ответом. — Всё из-за проклятого Джеймса Поттера. Я хотел быть ближе к Лили, быть способным её уберечь. Но мои новые «увлечения» отпугнули её. Она предпочла мерзавца Поттера, отражением которого является Гарри. Я ненавижу его за это. Ненавидел и буду ненавидеть. Но рядом со мной он, такой ранимый и влюблённый, раскрывается, и мне дозволено увидеть лучшее, что досталось ему от матери. Я… Зельевар тяжело сглотнул, отвёл взгляд. — Я хотел бы дать ему свободу, но потерять боюсь сильней. Боюсь утратить то единственное, что осталось. Я бы отпустил, правда. Не нужно было бы никакой Амортенции, если бы он стал действительно моим. Гермиона хотела попробовать успокоить мага, но тот вновь взвился. — Вы думаете, я не понимаю, насколько это несправедливо и чудовищно? Я бы справился с собой. Но вы пришли в мой дом, чтобы разрушить то немногое, что я ценю. Браво, мисс Грейнджер, пятьдесят очков Гриффиндору, вам это удалось! Говоривший отвернулся и прошёл к креслу, резко в него опустившись. Чёрные волосы свободно спадали вниз, сгорбившись и облокотившись на руки, скрывавшие лицо, он замер на несколько долгих мгновений. — Убирайтесь прочь, вы и так натворили бед. Вам героям бы всем вокруг помочь, от самих спасения нет, — не отрывая ладоней и не меняя позы, проговорил мужчина. Гостья поспешила на выход. Уже открыв дверь, до неё донеслись последние слова: — Я люблю его, это ясно и самому. Мне не в радость держать его в плену. А ты, самонадеянная героиня, смотри, не пожалей.