Совет путешественника во времени

Это был рассвет наступающего Апокалипсиса, когда кто-то постучал в дверь исследовательского центра. Дверь была не заперта, и гость без приглашения открыл ее и свободно зашел внутрь. Он был высоким и худым молодым человеком с вьющимися темными волосами, широким лбом и выделяющимися скулами. Неизвестный был одет в длинное черное пальто и кожаные сапоги того же цвета. Мужчина поднялся по лестнице и, не колеблясь ни секунды, завернул за угол, как будто бывал здесь тысячу раз и знал все пути наизусть. Незнакомец остановился у единственной закрытой двери и постучал в нее. Изнутри не прозвучало ни единого ответа, поэтому человек постучал еще раз: — Не пригласишь меня войти? — ... Кто ты? — из-за двери осторожно донесся напряженный голос. — Ты не поверишь моему ответу. — Ответь на мой вопрос. — Я путешественник во времени, — сказал незнакомец со смехом. За дверью повисла тишина. Через некоторое время человек внутри снова заговорил: — Дверь не заперта, ты можешь войти. Гость знал это, однако его цель была иной – насладиться внутренней борьбой человека по ту сторону двери, вставшего перед выбором впускать его или нет. Как только он открыл дверь, путешественник увидел дуло, направленное в его сторону: — Стой, не приближайся. Человек с пистолетом настороженно наблюдал за ним. На нем был старый белый халат, а его светлые волосы, длиной до плеч, были немного растрепаны. Несмотря на это борода, плавно переходящая на щеки, была в безупречном состоянии. Человек находился в тени, где была плохая видимость, но это нисколько не повлияло на остроту его зрения — чужая рука с пистолетом оставалась твердой. — Ты выглядишь как человек, — он был удивлен, и первая пришедшая в голову мысль неосознанно вырвалась сама собой. Путешественник во времени снова улыбнулся. — Я усердно учусь. Гость нашел стул и присел на него. В отличие от комнат, с которыми он сталкивался по пути, здесь были видны следы человеческих усилий: длинные столы разделяли комнату на секции, в одной из них он увидел самодельную кровать из досок и матрасов, а у выделяющегося окна посередине комнаты лежало несколько пустых алюминиевых банок. Не теряя времени, он взял стакан, налил себе чая и сделал глоток: — Это лучше, чем я ожидал. — Откуда у путешественника во времени желание посетить это место? — исследователь опустил пистолет, но остался все таким же напряженным и недоверчивым. — Это место обречено на разрушение. — Кто знает? — мужчина стал раскачивать свой стул взад и вперед под опасным углом наклона, нахмуренный лоб исследователя лишь только поднимал его настроение, — Может быть, просто потому, что я хочу и могу это сделать. — Звучит безответственно. — Что такое ответственность? Исследователь не ответил, поэтому гость прикоснулся к своему правому глазу и спросил с улыбкой: — У тебя есть желание служить людям, и поэтому ты позволил им оставить тебя здесь на мучительную смерть. Это ответственно? — Я не чувствую себя несчастным из-за этого. — Ты когда-нибудь обижался на них? — путешественник во времени подался вперед, упершись локтями в колени, и вгляделся в лицо исследователя, как голодная ворона, — У тебя было такое светлое будущее, но ты пришел сюда и пожертвовал собой, как велит твоя недоказанная вера. И несмотря на это люди за стенами, которых ты так хочешь спасти, оставят тебя. Они будут продолжать жить после твоей смерти, и никто из них не вспомнит ни твоего имени, ни того, что ты сделал... — Это необходимая жертва, — спокойно ответил исследователь. — Я приму это как «да» — весело подвел итог путешественник, хлопнув в ладоши. — Я так понимаю, ты отправился в путешествие во времени время не только для того, чтобы поиздеваться надо мной, верно? — исследователь вопросительно изогнул бровь. Выражение его лица было ярче, чем любое из оставшихся в его памяти, и гость улыбнулся еще веселее: — Кто знает. Как я уже говорил тебе, я делаю только то, что хочу делать. — И что ты хочешь сделать? — Я еще не решил, но, думаю, я могу дать тебе совет. Своеобразный совет прямиком от путешественника во времени, что скажешь? Он тебе понадобится. Когда исследователь посмотрел на незнакомца, он не мог не удивиться совершенно будничному выражению его лица, будто все происходящее здесь шло так, как и запланировано происходить. — Спасибо. Он очень своевременен, — он потратил все свои усилия, чтобы не звучать саркастично. Они шли по пустому коридору института. — Это одна из лабораторий, оснащенных анализатором клеток... Здесь располагается центр МРТ... Есть световой микроскоп... Исследователь рассеянно представлял центр своему гостю. Сначала он боялся переступить порог своего кабинета, хотя и понимал, что странные события, происходящие здесь, не имеют никакого отношения к тому, где он находится, но теперь ему было все равно. Он был слишком долго отрезан от внешнего мира, его радио не работало уже две недели, поэтому возможность внести хоть что-то новое в свою жизнь стоило всего этого риска. Даже сомнительный путешественник во времени с непонятной целью был лучшим вариантом, чем абсолютное ничего. На полу, на стенах и даже на потолке пенились черные разводы. Исследователь старался не думать о том, как его бывшие коллеги растворялись в лужах обнаруженной нефти без намека, что они когда-либо существовали. Он плутал в своих воспоминаниях, пока не отошел на достаточное расстояние, поняв, что незнакомец остановился у двери и больше не следует за ним. — Здесь довольно много тел, — сказал тот, скорее утверждая, чем задавая вопрос. — Я думал, что все, к чему оно прикасается, будет ассимилировано. Как ты сумел сохранить тела? Исследователь обратил свой взор на прилегающий к его ногам участок пола, белый и вычищенный. Вскоре после того, как исследовательный центр был закрыт, его ассистентка упала в обморок. Она стала свидетелем того, как ее подруга превратилась в вязкую нефть. Через несколько дней девушка покончила с собой выстрелом. Теперь и он носил пистолет в кармане своего белого халата. Исследователь безучастно ответил: — Эти люди… Они не умерли от чертовщины, происходящей здесь. Они просто не могли больше выносить всего этого, и поэтому решили покончить с собой. — Тогда почему ты тоже не убьешь себя? — спросил путешественник с любопытством, без малейшего злого подтекста. Он выглядел как человек, звучал как человек, ощущался как человек, даже выглядел как любопытный студент, но сказанные им слова выдавали его нечеловеческую суть. Исследователь долго молчал. Наконец, он слегка наклонил голову и протянул руку, чтобы прикоснуться к распятию, висящему у него на груди. На лице мужчины появилось мягкое, спокойное выражение. — Моя религия не позволяет мне покончить с собой, — сказал он. Путешественник поджал губы. Исследователь заметил, что путешественнику во времени было одновременно и трудно, и легко воспринимать концепт веры, будто он знал о ней, но отчего-то сторонился. — Ты перетаскиваешь их тела сюда, чтобы сохранить после смерти? Зачем, разве они не простые грешники, обреченные на муки в аду? — Я не в праве судить их. Все, что я могу сделать, это защитить их достоинство после смерти. — Они мертвы, смерть есть смерть, они ничего не чувствуют, — сказал путешественник, — хотя, я думаю, в этом есть своя польза. Ты можешь потреблять их по мере необходимости. Исследователю потребовалось некоторое время, чтобы понять, что гость имел в виду под словом «потреблять». — Я не стану!.. Я не с-собираюсь и не буду... — Он был настолько зол, что его губы побелели, но стоило ему увидеть равнодушное выражение лица путешественника во времени, как он понял, что его ярость пуста и не имела причины. Тот, с кем он общался, не был человеком. Ему стоило усвоить это. Эта напускная небрежная манера поведения, свойственная многим людям, была лишь отвлечением и ослаблением его бдительности. Он успокоился. — Это мои знакомые, и я не буду ими питаться. Есть вещи, которые нельзя делать ни при каких обстоятельствах. — А если бы ты был мертв, и они умирали от голода, ты бы позволил им съесть тебя? Исследователь без колебаний кивнул, а затем понял, что попал в ловушку. — Ты не будешь заниматься каннибализмом, но позволишь другим питаться тобой, чтобы выжить, — сказал незнакомец, прищурив глаза. — Но чем ты отличаешься от них? Что заставляет тебя думать, что ты настолько благороден, что можешь приносить себя в жертву ради них? Он шагнул вперед и пальцем подцепил розарию креста, который исследователь ранее продемонстрировал ему: — Твоя святая клятва в обмен на что? Ты не можешь спасти их, но пытаешься. Это набожность или высокомерие? Исследователь взглянул на него. Его вежливая, но нежная улыбка бесследно исчезла с губ. — Я не выше и не ниже, чем они. Как ты только что сказал, я просто делаю то, что хочу делать. Они молча смотрели друг на друга, пока путешественник во времени не заговорил снова: — Ты всегда говоришь, что у Бога есть план. Может быть, я и есть план твоего Господа для тебя, — говорит он, то ли утверждая, то ли спрашивая, — Теперь я знаю, что я сделаю. Расскажи мне свою историю и заставь меня поверить в твоего Бога, — потребовал он, — Я путешественник во времени. Я могу разрушить это колесо и вытащить тебя отсюда. Если ты сможешь заставить меня уверовать, я спасу тебя. Исследователь не поверил ему, но принял просьбу. Он принял такое решение потому, что ему уже нечего было терять. Как он сумел убедиться, одиночество было куда хуже смерти. — Моя жизнь была полна чудес, поэтому я всегда верил, что Бог не допустит, чтобы моя судьба окончилась здесь. — Например, каких? — История начинается двадцать пять лет назад, в пригороде Москвы... Путешественник прервал исследователя: — Ближе к делу. Ученый не рассердился. Кажется, он разгадал характер незнакомца. На ребенка, который всегда придирается к словам, нет смысла злиться. — Мне рассказывали, что из-за неожиданно появившихся проблем мои родители не смогли поехать в больницу в день моего рождения. В тот день больницу разбомбили, и если бы моя мать была там, никто бы не говорил с тобой сейчас. — Тогда почему твой Бог не спасает других? Они все виновны? — Кто может утверждать, что они невиновны? — Исследователь рассмеялся. — Почему ты так одержим спасением и чувством вины? Путешественник не ответил. — Однажды, когда я еще учился в начальной школе, совершенно ни о чем не думая, я вышел из дома и решил вместо вместо учебы направиться в парк в двух кварталах от своего двора. Тропинка, по которой я обычно ходил в школу, в тот день превратилась в большую дыру из-за обвала почвы. Дома рядом с ней рухнули вниз. Если бы я решил как обычно пойти в школу, я наверняка бы умер под завалами. — Ты думаешь, твой Бог спас тебя? Исследователь кивнул, а затем начал последовательно загибать пальцы, вспоминая все случаи, когда он был на грани смерти. У него была запоминающаяся жизнь, поэтому он часто делился своим опытом с другими людьми на проводимых проповедях. — Однажды транспортер, направляющийся в местную лабораторию, попал в аварию. Предполагалось, что нарушение герметичности груза выпустит достаточно ядовитого газа, чтобы отравить весь город. Но выяснилось, что человек, отвечающий за погрузку перепутал и погрузил другие баллоны, которые оказались пусты. — В другой раз я потерял домашнее задание. Мне пришлось остаться в библиотеке после уроков, чтобы заново написать особенно длинное и утомительное эссе по литературе. Уже утром мы узнали, что в ту ночь на дороге, по которой я обычно возвращался домой, орудовал неразборчивый убийца. Милиция нашла несколько тел. — Пятая история о том, как меня пригласили на вечеринку на яхте. В тот день нашей компании пришлось отказаться от ее посещения — мы съели плохо помытые фрукты и нас тошнило целый день. В тот день на окрестные воды из ниоткуда налетел ураган и смел все корабли в море... Обычно люди, слушающие его, восклицали или недоверчиво возражали на какой-нибудь из историй, но реакция путешественника во времени была совершенно иной: — Ты поэтому веришь в Бога? Гость моргнул, но последовал за возобновившим свое движение исследователем и вскоре поравнялся с ним. Они шли по коридору верхнего этажа, тусклый солнечный свет просачивался сквозь пыльные стекла, освещая лицо путешественника. На чужой коже, казалось, не было ни одного крошечного волоска. Ни пор, ни морщин. Как будто призрак, вышедший на свет. Исследователь задумчиво кивнул своим мыслям и вдруг увидел, как путешественник во времени расплылся в улыбке со все возрастающим удовольствием. — Что, если я скажу тебе, что это все я? Гость посмотрел на него. — Я путешественник во времени. Я узнал все угрозы из твоей жизни. Итак, я украл мысли твоих родителей в день твоего рождения, заставив их забыть, что им нужно добраться до больницы, тем самым позволив избежать им бомбы. Я тот, кто похитил твое желание пойти в школу, когда тебе было шесть лет, и спас тебя от рухнувших домов. Я тот, кто украл канистры из склада лаборатории и спас тебе жизнь. Я тот, кто украл твою домашнюю работу, чтобы не пустить тебя под нож того сумасшедшего. И я подложил зараженные фрукты, чтобы твоя компания не вышла в море в тот день. Я — тот, кто спас тебя, а не твой Бог. Он с нетерпением стал ожидать реакции исследователя, но все, что он получил, это вежливый ответ. — Если ты действительно спас мне жизнь, я благодарю тебя за твои действия, — сказал исследователь с тихой улыбкой в голосе, и затем повторил фразу, которую недавно сказал путешественник, — И откуда мне знать, что ты не Божее провидение для меня? Никто из нас не сможет постигнуть, о чем Он думает.   Они остановились. Углубившись в институт, они оказались у огромной темной ямы. Эта часть исследовательного центра провалилась под землю. Никто до сих пор не знал, как это произошло и что находится в самом низу. Единственное, что они знали, это то, что все оборудование, которое они использовали для исследования, теряло с ними сигнал, а конец троса оказывался необъяснимо растворен, и ни звук, ни свет не могли вернуться назад из этой бездонной скважины. Путешественник во времени подошел ближе и присел на корточки у края кратера, молча вглядываясь в темноту. — Ты можешь идти, — вдруг сказал исследователь позади него. — Я думаю, единственное, что тебя здесь привлекало, это жерло перед тобой, и теперь ты его увидел, не так ли? В этом месте таится неумолимая опасность даже для такого путешественника, как ты. Не задерживайся. — Как ты догадался, почему я здесь? — Мне не нужно гадать, я могу рассуждать, — мягко ответил исследователь. — Здесь нет ничего особенного. Предположим, что ты пришел сюда не для изучения аномальной скважины. Если это так, то ты пришел ко мне. Каков шанс этого? — А вдруг это правда. — Я был бы польщен. Путешественник во времени поднялся и удивленно посмотрел на исследователя. — Но у меня есть возможность спасти тебя. — А ты хочешь? — Исследователь вздохнул. — Возможно, у меня нет способности путешествовать во времени, но я могу читать людей. То, как ты смотришь на меня... Это не тот взгляд, который адресуется кому-то, кого хочешь спасти. А теперь возвращайся, возвращайся в свое время и больше не появляйся здесь. — Ты будешь ненавидеть меня? — резко спросил он. — Нет, я буду благодарен тебе. По крайней мере, ты подарил мне чудесный день перед смертью. Путешественник кивнул, а затем приглашающе раскрыл руки. — Никаких прощальных объятий для меня? Ученый на мгновение заколебался, но шагнул вперед, осторожно обнимая молодого человека. К его удивлению, от него не ощущалось никаких странных запахов, одежда оказалась пошита из обычной ткани, а тело было совершенно нормальным. Ничего особенного. За исключением того, что он был удивительно худым для своего возраста. — Возможно, я не смогу забрать тебя, но я дам тебе совет, — ученый почувствовал, как чужие руки тоже приобняли его или, он скорее бы сказал, вцепились в него, — Совет от путешественника во времени номер один: не балуй своего ребенка. Мощный толчок оттолкнул его к червоточине. Исследователь ошарашенно протянул руку, пытаясь схватить одежду молодого человека, но черная ткань вдруг превратилась в скользкие щупальца под его пальцами. Он успел кое-как уцепиться за край кратера, но граница была настолько осыпающейся, что грозила падением каждую следующую секунду. Путешественник во времени присел около его побелевших от напряжения рук, спокойно глядя сверху вниз. Ученый посмотрел в чужие глаза и внезапно все понял. — Мое время настало? — тихо спросил он. — Поэтому ты здесь? — Ты прав, твое время пришло, но это совсем не конец для тебя. Путешественник во времени расплылся в улыбке, более искренней, чем любое из его предыдущих выражений лица. Он наклонился, и прошептал исследователю на ухо, не переставая улыбаться: — Помни мое предупреждение – не балуй своего ребенка снова. Край начал оползать вслед за осыпающейся каменной крошкой, и исследователь потерял опору. Бесконечная темнота потянула его в свои пучины, а путешественник просто наблюдал. Внезапно он закрыл лицо одной рукой, его плечи затряслись, и он дико расхохотался. Амон смеялся. Он давно так сильно не смеялся. Присев на корточки у края Моря Хаоса, он уставился в черноту, как будто исследователь все еще был там. Он знал, что ученый проспит Апокалипсис и восстание древних богов, а затем выберется из Моря Хаоса с Богохульной Скрижалью, Уникальностью Пути Ошибок и заполучит контроль над самим Морем. "Он" освободит человечество от Древних Богов, а затем будет предан, съеден и пробужден в теле своего первенца, чтобы снова стать правителем огромного астрального мира. Впереди еще очень, очень много времени. Толчки из-под земли стали становиться все сильнее. Скважина находилась в состоянии покоя, потому что до этого момента не получила того, чего хотела. Море Хаоса не знает милосердия, и люди не смогут ограничить его распространение. Скоро звезды будут правильными. Амон прогнулся в спине, но сразу же скривился и зашелся в сухом кашле. Долгое пребывание в неподходящем времени сильно истощило его дух и деформировало его сущность, но оно того стоило. Теперь ему оставалось только одно. Амон свернулся калачиком на краю у пропасти с Морем Хаоса, обхватив свои колени так, как когда-то делал это в утробе своей матери во времена, которые он уже не мог вспомнить. Но это повторится вновь, в далеком будущем. Его глаза были устремлены за горизонт. Поднимающееся море Хаоса постепенно затапливало его, пока не скрыло с головой. Амон посмотрел в глубины кратера и беззвучно пробормотал, шевеля одними губами: — Спокойной ночи, отец.