Я Учитель, А Ты Ученик

Вечер воскресенья выдался дождливым. Под конец сентября дождь уже стал холодным. Осень всё-таки. С этим холодом каждый справлялся по-своему. У кого-то плед, у кого-то обогреватель, у кого-то кофе. Кстати о кофе. Арсений Сергеевич пил американо с молоком и рассматривал свой портрет. Для надёжности он положил его в файлик. Умереть от рук Оксаны Арсению не хотелось. – На этом рисунке мой взгляд какой-то непонятный. Я не вижу в нём какой-то яркой эмоции. Я тут как кукла, глазки красивые, а за ними пусто. Значит ли это что-то? Хотя наверное это я придираюсь. Он же так старался. Хотя я не понимаю почему. Паша ему ближе, я совсем новый для него человек. Хотя, может это как раз из-за глаз. – Этот монолог с собой не очень помогал. Попов искал смысл там где его изначально нет. Такой он человек, жаждет знать причину всего на свете, даже если она не обязана быть. А вот у Антона всё куда интереснее. Он с чашечкой чая укутанный в плед смотрел сериал и увидел там актёра похожего на Арсения Сергеевича. Правда глаза у него были серые. Этот актёр в сериале оголил торс и в голову парнишки заползли похабные мысли. Секунда и он уже представляет как Арсений Сергеевич снимает с себя рубашку и прижимает его к стене. Штаны снова топорщатся. И Антону ничего не остаётся как принять это и полезть себе в трусы. Дождь барабанит по подоконникам и заглушает все посторонние звуки. Никому не слышны сдавленные стоны мальчика. – Арсений Ссергеевич, Ммх.....Ещё, – Антон запрокинул голову и перестал думать обо всём. – Ссейчас....Ах! –Я наверное сошёл с ума. Ага, прям долбонулся. – Антон вытер свою руку салфеткой и быстро допил чай, хотя сейчас ему было чертовски жарко. – Что со мной блять не так? ****** Понедельник день тяжёлый, несомненно, но с него начинается новая неделя. Новые эмоции, новые события.... Школу чем-то новым не назовешь. Она изо дня в день, с недели в неделю, с месяца в месяц не меняется. Это могут изменить разве что выставки учительницы рисования Оксаны Сурковой. Сегодня третий этаж встречал школьников разнообразными портретами. В самом центре выставки небесно-синим сияли глаза. Портрет химика таки был повешен на стену, причем им самим. Арсению Сергеевичу очень понравился рисунок и он хотел немного подольше на него посмотреть. Да настолько, что он повесил портрет прям в центр. Антон поднимался по лестнице смотря себе под ноги. Медленно шагая по третьему этажу он поднял голову и резко замер. Парень совсем забыл про выставку. Он ни капли не ожидал увидеть на стене собственный рисунок. Его торкнул страх и волнение. "Значит Арсений Сергеевич всё видел. Он знает" пронеслось в голове. Антон подошёл к рисунку и осмотрел его на наличие подписи. Её не было. Он выдохнул. – Если он узнает – подумает, что я придурок какой-то. – Тихо шептал себе под нос Антон. – Доброе, утро, Шастун, – Арсений Сергеевич как раз шёл к своему кабинету и заметив парня, поздоровался. – Зздравствуйте, – Запинаясь от неожиданности ответил Антон. – Правда рисунки красивые? Жаль что тут висят не все. Я бы посмотрел на каждый. Задумка очень интересная. – Да, красивые.....– Антон стоял прямо перед своим рисунком. Так сошлось, что глаза парня были на том же уровне как у портрета. Казалось что нарисованный Арсений смотрит Антону в затылок. – Интересно всё-таки, кто же меня нарисовал. – Химик нежно улыбнулся и подошёл ближе к рисунку и к Антону соответственно. – Не знаю, не слежу за тем кто что рисует. А вот мой рисунок похоже не взяли. Неудивительно, я не очень хорошо рисую. – Решил неумело соврать Антон. По глазам же видно, рисунок его. Арсений Сергеевич решил подыграть мальчику, дабы не смущать его ещё больше. – Жаль, я бы посмотрел на то как ты рисуешь. У тебя почерк красивый, думаю рисуешь ты тоже красиво. Уши мальчика покрылись красным, а зелёные глазки забегали. – Обычный у меня почерк. – Ты такой стеснительный. Будь уверенней в себе и тебя окружат прекрасные люди. Люби себя. – За что мне себя любить? – Антон вопросительно поднял глаза на учителя. Арсений заглянул в этот лес спокойствия, который посетило волнения. – Зелёный цвет успокаивает, ты знал? – Арсений улыбнулся и впервые его глаза будто улыбнулись вместе с ним, посветлели. – Мне пора на урок, ты тоже беги, – И удалился. – Не знал, – Тихо ответил Шастун и пошёл на географию. Весь урок он думал о случившемся. О том, как Арсений Сергеевич смотрел на него, о комплименте по поводу почерка и цвета глаз. Зачем он это говорил? Хотя с другой стороны это непринуждённая беседа. Так и не прийдя к какому либо вердикту, Антон прослушал весь урок. Ну и фиг с ним, всё равно пол класса на уроке не было. Утро понедельника как никак. В конце учебного дня, перед последним уроком, который был в кабинете Павла Алексеевича, на парте Шастуна появилась папка. Антон не заметил кто её туда положил, так как ходил в столовку за соком. Парень сел за парту и открыл папку. Там он увидел свой рисунок бережно положенный в файлик и записку рядом с ним. "Прости, что пришлось повесить его на выставке без разрешения. Возвращаю обратно". Этот почерк Антону был неизвестен, но немного знаком. Что-то в нём было такое, что выдавало автора записки, но парень не мог вспомнить. Он подумал, что это написала Оксана. Ведь она должна была вешать рисунки на стену. Да, наверное она. Антон закинул папку к себе в рюкзак и сделал вид, что ничего он не видел. Хотя папку на самом деле положил на парту именно Павел Алексеевич. Он хорошо так сдружился с химиком в первые дни. Да и вообще Арсений стал популярным среди учителей из-за своего возраста, а именно 25 лет, и умения ладить со всеми. Считай хорошо устроился сразу после университета. Но сможет ли он так легко стать школьным отцом Шастуна, вопрос.