о глупых недосказанностях

рики улыбается ярко, нередко веселится со своими хёнами, ежедневно тренируется, улучшаясь с каждым разом всё заметнее и заметнее, собирает уйму комплиментов от стаффа и участников других групп, с которыми иногда пересекается в коридорах. он по-доброму шутит над мемберами, покупает молочные коктейли в кафетерии на последнем этаже их огромного здания, спокойно общается с фанатами на трансляциях, перед сном активно рассказывает своим родителям во время видеозвонка что-то интересное, что произошло днём и просит остальных ребят передать им привет. но также рики тонет в нескончаемых сомнениях, что словно цунами валятся на его и без того больную голову. правильно ли он поступил? должен ли был промолчать? он правда сделал кому-то больно? пока на него не обращают внимания, японец зависает в одной точке длительное время, пытаясь собраться с мыслями и вдохнуть свежего воздуха, чтобы наконец посмотреть в глаза своей жалкой личности. он мешает свои слёзы с прохладной водой, стоя под успокаивающим душем и не находя в себе силы наконец-то пойти спать. он почти всю ночь сидит, прижавшись лбом к своим коленям и бесконечно много думает. он врёт родителям о том, что счастлив, что имеет возможность стоять на сцене. врёт мемберам, что его это всё вовсе не беспокоит. врёт самому себе, в конце концов. думает, что тщательно скрывает своё состояние, но даже не подозревает пару карих глаз, что обеспокоенно наблюдают за каждым его действием, не замечает их обладателя, такого же задумчивого и отречённого, погруженного в собственные терзающие мысли. рики просто не в ресурсе, особенно,  когда сидит в приятном одиночестве на полу танцевального зала. он на самом деле и не танцевал совсем, ведь как только зашёл, ноги тут же подкосились и вот он уже, болезненно оттягивая, зарывается руками в свои волосы и снова бьётся головой об колени. он не грустит, он просто не понимает, почему люди приводят странные, совсем неправдоподобные доводы, а он начинает им всем верить. они с сону никогда не говорили об этом, но и утверждать, что хён не обижен, рики не может. порой его шутки переходили границы, но тогда мемберы лишь предупреждающе и намеренно кашляли, укоризненно смотря на макнэ, а сону просто закатывал глаза и смеялся. он не говорил, что его это не задевает, но также и не говорил, что ему всё равно. рики поднимает взгляд и смотрит на своё отражение в огромном зеркале на противоположной стене. думает, что смотрит на полнейшего урода, в котором разочаровались абсолютно все, но не понимает, что только он сам разочарован собой. дверь в зал распахивается, и в помещение входит тот, кого ники последним ожидал встретить. сону выглядел волшебно, как и всегда. его черные волосы без какой-либо укладки были слегка растрёпаны, никакого макияжа на лице и простой спортивный костюм. рики видит такого хёна каждый день и точно так же каждый день восхищается его неописуемой красотой. сону кидает свой рюкзак в угол зала, достав перед этим небольшую бутылку воды. когда их взгляды наконец пересекаются, сону едва заметно вздрагивает, испугавшись неожиданного присутствия младшего. рики же мигом оживляется и наигранно смеётся над ним, приходя в своё обычное состояние. — привет, хён! у тебя уже закончился японский? – рики знал наизусть ежедневное расписание сону. — да... сегодня было ужасно сложно с произношением, но я был с джей-хёном, и он мне помогал. – улыбается в своей привычной манере. — а ты чего тут сидишь? — у меня перерыв, пришёл потренироваться, но никак не могу себя заставить начать, не против позаниматься со мной? — ты как всегда, рики, – сону вздыхает и обеспокоенно глядит на младшего. — конечно не против, с тобой даже лучше. чтобы японец не мог подняться на ноги и начать танцевать? бред, сону в это никогда не поверит. он прекрасно понимает, из-за чего рики пребывает в подобном состоянии, и от этого очень тяжело на душе становится. этот ребёнок не заслуживает к себе такого отвратительного отношения от тех, кто еще совсем недавно мог называть себя фанатом, а ведь всё это из-за сону. из-за того, что он молчал. молчал и продолжает молчать по сей день, потому что банально боится. сам виноват, что влюбился в своего близкого друга, коллегу по работе и почти что часть семьи. да, иногда слова рики его задевали, но необыкновенно светлые чувства к младшему глушили любой негатив, летящий в сторону кима. сону знает, что если расскажет об этом рики, младший начнёт корить за это только лишь себя, день за днём пытаясь найти в себе изъяны, которых никогда и не было вовсе. рики правда хороший, просто ему не хватает внимания хёна, и ким это прекрасно осознаёт. разговоры решают всё, но сону всё никак не может этого понять. и как раз в этом заключается их главная ошибка, а пока они будут делать вид, что всё так и должно быть, что всё правильно, и скрывать все свои переживания под поддельными улыбками.

***

порой сону кажется, что у них с младшим определённо какая-то тесная связь, ведь он всегда может чувствовать то, что чувствует рики, даже если тот никогда напрямую не говорит об этом. все ребята собрались в гостиной для совместного просмотра какого-то очередного фильма, что уже вошло в традицию в их общежитии. даже менеджер преподнёс сюрприз и благополучно ушёл, оставив семерых парней одних. и вот просмотр в самом разгаре, сюжет фильма движется к кульминации, все затянуты, но ники сидит, смотря в пустоту. он не слышит ни реплики героев, ни редкие комментарии мемберов. он буквально в своём мире, где никого кроме него никогда и не было. и только сону заметил это. он аккуратно берёт тёплую ладонь младшего в свою и незамысловато начинает перебирать в руках его длинные пальцы, пытаясь вывести рики в реальный мир. и, к слову, удачно. младшему потребовалось секунды три, чтобы непонимающе взглянуть на сону, который в свою очередь просто пожал плечами и перевёл взгляд на телевизор, не прекращая теребить в руках чужие пальцы. рики вздыхает как-то неоднозначно, оглядывает комнату, пока не цепляется взглядом за чонвона, уютно привалившегося на плечо джея. аккуратно отцепив себя от сону, парень как можно тише тянется к яну и шепчет, мол выйдет на некоторое время и, когда тот кивает, проскальзывает мимо всех мемберов куда-то в сторону спальни. снова что-то не то, и сону это всем своим нутром ощущает, поэтому без лишних слов покидает комнату следом, собрав на себе три непонятливых взгляда. позже объяснит. дверь в их комнату была закрыта, и сону тихонько стучит по ней три раза, слегка приоткрывая, чтобы заглянуть внутрь. свет приглушен, а японец сидит на своей кровати, медленно переводя свой взгляд на старшего. его глаза, цвета глубины океана, в потёмках комнаты казались ещё чернее. они были наполнены отчаянным страхом и полной безнадёгой. — я могу зайти? – вполголоса спрашивает сону. рики продолжает смотреть, не реагируя совсем, и ким принимает это за согласие, закрывает за собой дверь, осторожно проходя вглубь комнаты. он садится на край кровати, рядом с младшим и просто молчит, рассматривая его волшебные черты лица. неотразимая красота рики всегда вызывала у сону бурю эмоций и чувств, прямо как сейчас. ким двигается к нему ближе и укладывает свою голову на его плечо. они продолжают сидеть в тишине, так и не решаясь что-либо произнести. обоим комфортно, даже несмотря на давящую недосказанность между ними. внезапно сону прижимается лбом к шее рики, и младший ощущает его мягкие губы на своём плече. по всему телу непроизвольно пробегают тысячи мурашек, после чего парень уже может отчётливо чувствовать улыбку хёна на том же самом месте. он не успевает сообразить, как сону проходится невесомыми поцелуями от основания шеи до самой скулы. он просто пытался успокоить тревожность рики, используя свои методы. — мне нравится вот эта твоя родинка, – мило тыкает пальцем на аккуратную точку, находящуюся на подбородке младшего. — хён... – тихо зовёт, разворачивая голову к старшему так, что между их лицами остаётся сантиметров десять. — тебе правда обидно? — нет, ники, совсем нет, – в глазах кима мгновенно пролетели бушующие искорки, — я же понимаю, что ты не со зла. — все в один голос кричат, что я– — и пусть. люди всегда будут пытаться найти в тебе любые недостатки, и это никогда не изменится, но ты не должен воспринимать это так близко к сердцу, мы обязательно скоро со всем этим справимся, только подожди... — я так во всём запутался, что скоро не выдержу. – он шепчет тихо-тихо, но сону всё слышит, и от этого его сердце ужасно громко трещит. рики самый драгоценный, но почему-то страдает только он. ким прижимается лбом ко лбу младшего и шепчет в самые губы какие-то приятные нежности. их не смущает то, насколько они близко друг к другу, не смущает и вся абсурдность ситуации, ведь ники наконец начинает чувствовать себя в своей тарелке. в месте, где он должен находиться. а именно – в сердце его бесконечно любимого ким сону. старший нежно касается губами его щеки, при этом чувственно прикрыв глаза. рики глубоко вдыхает и, когда сону хотел было перейти на другую сторону, случайно двигается так, что пухлые губы хёна попадают прямо в уголок его собственных. ким испуганно распахивает глаза и отодвигается на небольшое расстояние. в попытке прервать неловкость, наколившуюся в воздухе, сону тихо произносит. — ты такой красивый, даже когда погас. и обнимает за широкие плечи, выражая всю свою заботу скзвозь лёгкие похлопывания по спине. ники растворяется в нём. он настолько разнежен аккуратными ласками сону, что внутри всё откровенно горит и трепещет. хён ощущался как тёплый вечер и прогулка по песчаному берегу моря босиком. рики чувствовал его любовь каждой фиброй души, льнулся всё ближе и мысленно желал ответить тем же, но сил хватило только на то, чтобы просто легко обнять в ответ. а сону хватило и этого. тот случившийся минутами ранее акцидент всё не давал младшему покоя. мимолётное касание сумело оживить бабочек где-то в животе спустя невероятно долгое время, а звёздочки в глазах наконец-то снова засверкали. но было мало, он хотел снова, ещё и даже больше. совсем не думая о последствиях, рики тянется к лицу хёна и прижимается к его губам своими. сквозь закрытые глаза видит, как сону непонятливо и совсем растерянно хлопает ресницами, но даже и не думает отстраняться. поцелуй выходит коротким, пропитанным всей той юношеской нежностью японца, которую он готов отдавать без остатка старшему. и он окончательно сгорает внутри, когда сону целует его сам, более напористо, и вкладывая в него свои чувства. разговоры решают всё, но тут стало понятно и без лишних слов.