Flopper

      Ван Ибо из тех неудачников, которым не поможет даже красная ниточка на левой руке, отвар из четырехлистного клевера на завтраки, подкова в кармане или заячья лапка. Он из тех, кто обязательно обмажется в малиновой начинке, когда будет есть булочку из пекарни за углом дома; кто опоздает на автобус всего на пару минут, потому что светофор перестал работать; кто споткнется даже на ровной поверхности, царапая колени и руки чуть ли не в кровь. Ну, и так далее по списку, если такие вообще существуют. Удивительно, на самом деле, как он умудряется без происшествий (больших, конечно же, маленькие есть у всех) ездить на скейте, не врезаясь во все подряд, или танцевать. Но это, наверное, просто хоть какое-то снисхождение со стороны судьбы, не иначе.       Однако сегодня все с самого утра идёт по одному месту (парень обещал себе не материться, как сапожник): авария за окном разбудила его за два часа до будильника, и он, конечно же, решил поспать ещё, в конечном итоге проспав; пока пытался одеться и одновременно позавтракать, влетел мизинцем в ножку дивана; проклиная и матеря все на свете, выбежал из дома, прихватив с собой кофе, однако выпить его не удалось, потому что какой-то придурок влетел в него и даже не извинился; по дороге к автобусной остановке пытался стереть пятно с единственной белой рубашки в его гардеробе, опоздал на автобус. Пятница тринадцатое? Бросьте, обычный понедельник Ван Ибо.       Парень уже месяц как закончил университет и пытался найти работу, хоть какую-нибудь, чтобы только продержаться в Пекине, а не возвращаться к родителям в Лоян с ничем. Но в любые компании требовались сотрудники с опытом работы, что, по скромному мнению Ибо, было крайне несправедливо по отношению ко вчерашним студентам. И, кажется, сегодня ему тоже откажут.       — Тебе куда?       Перед Ван Ибо останавливается черный Jac с опущенным стеклом, и парень видит солидного мужчину в белой рубашке и уложенными волосами. Что ж, да, это первое, на что обращает внимание его воспаленный мозг. Однако Ибо быстро собирает остатки серого вещества в кучу и называет адрес компании, в которой сегодня ему откажут в очередной раз. А потом мужчина кивает и говорит мягкое «запрыгивай», и парень думает о том, что не все ещё потеряно и день можно спасти.       — Утро не задалось? — с обворожительной улыбкой (улыбка в утро понедельника не должна быть такой, точно нет) спрашивает водитель, когда они отъезжают от остановки.       — Да, чтоб его, — шипит Ибо, кое-как сдерживая себя от того, чтобы взлохматить волосы, нещадно портя какую-никакую укладку. — Почему я?       Вопрос понимают оба, мужчина в уточнениях не нуждается, однако ненадолго задумывается, после чего все же отвечает:       — Ты постоянно смотрел на часы. Я понял, что ты опаздываешь. Если я могу помочь, то почему бы и нет.       Ван Ибо думает о том, что ему действительно повезло встретить этого человека. Ни один другой бы не предложил подвезти его просто по доброте душевной, а ведь водителю может быть и не по пусти вовсе.       — А тебе точно по пути?       — Да, не волнуйся. Я, конечно, добрый, иногда чересчур, но на работу опаздывать не люблю, — говорит мужчина, мягко поворачивая руль на повороте одной рукой. Конечно, Ван Ибо залипает, попробуйте не.       — Спасибо, лао... — запинается парень, понимая, что никто из них так и не представился, однако продолжает после подсказки водителя, — лао Сяо.       — Не за что, мне не сложно. Устраиваешься на работу?       — Да, но, кажется, опять провалюсь. Всем нужны с опытом.       — Если у тебя есть рекомендации из университета, должны взять, — ведет плечами, и Ибо думает о том, что надо родиться под счастливой звездой, чтобы иметь такую плавность движений. — На какую должность рассчитываешь?       — Буду рад быть и простым помощником. Все равно ничего больше мне пока не доверят.       Удивительно, как с малознакомым человеком Ван Ибо может быть так честен. Обычно ему требуется куда больше времени, чтобы наладить контакт хоть с кем-то, а тут на прошло и часа, как он готов выложить этому мужчине всего себя на блюдечке. Нет, он не влюбился (наверное), просто испытывает странное чувство того, что этому человеку можно доверять.       — Даже если тебе дадут должность повыше, коллеги постарше все равно будут использовать тебя в своих целях, — с ехидным смешком замечает мужчина, и Ибо согласно кивает. Конечно, он тоже об этом знает, стажировка не была бесполезной.       — Лао Сяо знает, о чем говорит, да?       — Лао Сяо тридцать один. Конечно, он знает, — смеётся мужчина, и Ибо думает, что хотел бы встретиться с ним снова. Увидеть эту улыбку, услышать смех и, может быть, что-нибудь ещё.       — Я хотел бы сказать, что лао Сяо не выглядит на свой возраст, но твои мешки под глазами тебя почти выдают. Тяжелая работа?       — А ты предельно честен, да? — хмыкает мужчина, и Ван Ибо, оглядывая улицу в окно машины, понимает, что они почти приехали. Кажется, он впервые жалеет, что дорога заняла так мало времени. — Но да, ты приблизительно прав. И мы приехали.       — Лао Сяо, ты волшебник? Дорога ещё никогда не была такой быстрой, — говорит парень, пытаясь звучать не так очевидно расстроено, и думает, что ему это удалось, потому что мужчина смеётся. Ван Ибо в энный раз за утро залипает, и ему даже не стыдно. — Спасибо, что подвез, — выдыхает парень и отстегивает ремень безопасности, собираясь вылезти из машины.       — Постой, возьми, — говорит его сегодняшний спаситель, и Ибо с удивлением видит в чужих руках черный пиджак. — Нехорошо будет появиться на собеседовании с таким пятном, да?       Ван Ибо, помимо того, что неудачник, ещё и тормоз, потому что с замедлением берет предложенную вещь и смотрит на нее, как баран на новые ворота. А после того, как слышит мягкое «Удачи, я верю в тебя», и вовсе вылезает из машины, скомкано попрощавшись. О том, насколько он облажался, парень понимает только тогда, когда машина скрывается за поворотом, обнаруживая себя стоящим посреди тротуара с почти вытянутой рукой, в которой зажат пиджак, перед дверьми компании, где через десять минут он должен отвечать на вопросы. Небеса, за что?

***

      Уже через два часа Ван Ибо выходит из здания с почти счастливой улыбкой. Сяо Чжань был послан ему за все плохое, что парню пришлось вытерпеть от Госпожи Фортуны за все свои двадцать пять лет, иначе объяснить то, что его приняли почти без сомнений, он просто не может. Ему хочется верить, что это все только потому, что старший пожелал ему удачи, и он верит. Кто он такой, чтобы сопротивляться своим желаниям, да?       Однако улыбка счастливая почти, кое-что Ван Ибо все же огорчает. Как теперь встретиться с одним единственным человеком среди двадцати миллионов таких же (не таких, конечно, но это отдельный разговор)? И почему в Пекине столько людей, черт возьми.       Зачем Ибо хочет с ним встретиться? Конечно же, вернуть пиджак! А ещё поблагодарить за помощь, ведь отчасти благодаря ему парня сегодня приняли на работу. Может быть, опять же в знак благодарности, угостить мужчину кофе или чем-то еще. И, конечно же исключительно из чувства благодарности, позвать на свидание.       Вот только новая работа затягивает в такую пучину, что вспоминать о Сяо Чжане у парня получается только пару раз в день: в перерывах между «принеси-подай-иди на фиг- не мешай» и перед сном. И Ван Ибо бы уже давно считал произошедшее сном, если бы не пиджак, заботливо висящий на плечиках в шкафу. И парень совершенно нормальный, не сомневайтесь в этом, а то, что он каждое утро любуется чужой вещью с маниакальной улыбкой — это ничего. Так Ибо просто заряжается энергией на весь день, потому что все ещё свято верит в то, что Сяо Чжань волшебник.       Спустя почти две недели бесконечных дел, в пятницу, Ибо выходит из здания компании, где через ещё месяц и пару недель будет числиться не стажёром, а полноправным работником, и смотрит в небо. То заволокли темные тучи, в воздухе ощутимо пахнет озоном, и парень понимает, что обязательно сегодня промокнет. Что это такое ваш прогноз погоды, Ван Ибо об этом знать не знает.       Однако выбора не остаётся, не ждать же, пока начнется настоящий ливень. Может быть, к этому времени он и вовсе успеет добежать хотя бы до автобусной остановки.       — Тебе куда? — слышится знакомое, и Ван Ибо думает о том, что готов забрать все свои слова касательно его фортуны обратно. Абы кому Сяо Чжань дважды не предлагает свою помощь, ведь так? Да даже если и да, парню на это совершенно плевать. Он только улыбается ярко и садится в чужую машину.       В ней ничего с прошлого раза не изменилось, только водитель теперь одет не в белоснежную рубашку, а в голубую, поверх которой надет ещё и песочного цвета свитер. Кто-то, в отличие от Ибо, умеет одеваться по погоде.       — Тебя всё-таки приняли, — улыбается мужчина, и парень счастливо кивает.       — Благодаря тебе.       — Чего? — от такого заявления водитель почти забывает посмотреть по сторонам, прежде чем плавно выехать на дорогу.       — Ты пожелал мне удачи! И дал свой пиджак, — авторитетно говорит Ибо, как самый знающий человек в мире. Сяо Чжань смеётся вновь, и парень думает о том, что хочет, чтобы этот человек смеялся чаще.       — Я бы поспорил, но тебя, боюсь, не переубедить, да? Куда тебе кстати?       — А куда едешь ты, лао Сяо?       Мужчина от такой наглости даже поворачивает голову в сторону своего пассажира, забавно выпучивая глаза. Ибо улыбается до боли в скулах.       — Я еду домой, но тебе туда вряд ли надо.       — Я хотел угостить тебя кофе или чем-нибудь еще. В знак благодарности. Как ты на это смотришь? — в лоб спрашивает парень. Даже если ему откажут, в этот раз он хотя бы не забудет взять номер.       Сяо Чжань думает некоторое время, за которое они успевают встать на светофоре и даже уже поехать дальше, Ибо чувствует напряжение, однако брать свои слова обратно он не собирается.       — Как насчёт ужина? Я знаю хорошее местечко неподалеку, там недорого и готовят вкусную лапшу.       Ресторанчик находится действительно недалеко от работы Ван Ибо, и он думает о том, что было бы здорово заходить сюда хотя бы раз в пару недель. Тем более, что лапша действительно вкусная. На чужую тарелку даже смотреть практически больно, она красная настолько, что только от одного запаха слезятся глаза, на что Сяо Чжань лишь по-доброму смеётся и пожимает плечами, говоря тем самым, что любит такую острую пищу.       — Так ты тоже там работаешь? — спрашивает Ибо, когда голод после тяжёлого рабочего дня пропадает и они едят медленнее.       — Да, ты не понял сразу?       — Я немного глуповат. Не всем же быть такими умными, как лао Сяо, — поддевает в ответ парень, на что мужчина качает головой. — Подожди… Тот самый Господин Сяо, о котором говорит вся компания…? — догадка приходит быстро, хотя Ибо должен был понять это ещё в первый день, когда увидел табличку на двери в кабинет президента компании. Что ж, кажется, он действительно глуповат.       — Нет, это не я, — хихикает Сяо Чжань, наблюдая за тем, как плавно выдыхает парень от этих слов. — Тот господин Сяо мой старший брат, я же всего лишь начальник в отделе кадров.       — Черт, серьезно? — хрипит Ибо, подавившись лапшой, ложку которой успел положить в рот. Ему требуется ещё несколько минут, чтобы перестать кашлять и совладать с такой информацией. — Но почему ты тогда…       — Всего лишь начальник отдела кадров? — угадывает мужчина. — Потому что я должен попробовать себя в любой роли, чтобы лучше знать своих будущих подчинённых.       Это звучит разумно, Ван Ибо с этим соглашается. В голове только немного не укладывается, что он делит трапезу с будущим наследником компании, в которой работает мальчиком на побегушках. Но в процессе ужина статусы забываются, они просто едят как давние знакомые, и это Ван Ибо нравится. Может быть, у них есть шанс?       Надежда на это только укрепляется в момент, когда Сяо Чжань подвозит Ибо до дома и даёт ему свой номер телефона. Конечно же, чтобы парень позже вернул ему его пиджак.