Мне не жаль

— Пикник, пикник, пикник... — бормотал уже на протяжении последних десяти минут Серо. Позавчера розоголовой — так выразился Бакуго, когда услышал эту идею, — пришла мысль сгонять на природу и устроить пикник. Ханта, который реагировал на каждую её идею положительно, тут же поддержал Мину. Каминари, преследуя свои причины, согласно тогда кивал. А Киришима и без того был за любой движ, поэтому с радостью согласился. Только Бакуго ворчал и называл идеи розоголовой тупыми. Однако по непонятным всем причинам он согласился, но напрочь отказался помогать с подготовкой. Ашидо тогда пожала плечами со словами: — Учти, кто не работает, тот не ест. Бакуго ответил, что "больно надо", точнее: — Похуй. Ваша жрачка мне нахер не сдалась, — и показывая всей компании фак, он ушёл к себе в комнату. В итоге тот и вправду на следующий день ничего не делал, в отличие от других. Ашидо с Серо активно делали закуски: сэндвичи, салатики и прочие. Эйджиро помогал, чем мог. А вот от Денки полдня было ни слуху, ни духу. Но потом тот всё же сообщил о том, что пытался уговорить Джиро пойти вместе с ними — Ашидо поставила на то, что тот тупо хотел попробовать её еду, — но та твердо ему в этом отказала. Поэтому от него теперь требовалось достать корзинки и скатерть для пикника. — Имеет ли одинокая жизнь смысла? — уныло спросил Каминари, плетясь рядом с Серо. Кацуки, который в свою очередь шëл рядом с Денки, это невероятно раздражало. — Заткнись, тупой Пикачу, — прорычал Бакуго, потому что ещё десять минут нытья под ухом он стерпеть не сможет. — Тупо-ой, — жалко протянул Каминари, невольно вспомниная Кьёку. Он повис на Ханте, в попытке разделить горе — коснуться Бакуго в подобном жесте он даже не пытается, так как ему прошлого раза вполне хватило. Небольшой след от ожога до сих пор на его левом плече. Однако в пути к "райскому" для пикника месту, как выразилась Ашидо, Кацуки раздражало не только нытье по левое ухо, которое, к счастью, прекратилось. Бормотание Серо, кстати, также затихли после полуобъятий Денки. Кацуки до жути раздражался с воодушевлённого разговора по правую руку; Мина и Киришима активно обсуждали, как можно будет развлечься. Эйджиро предлагал всяческие игры, где обязательно нужно двигаться. К примеру, догонялки — что за детский сад. Ашидо же склонялась к классике: правда или действие, крокодил и тому подобное скучное дерьмо. — Но перед этим хотелось бы просто отдохнуть. Хочу, как в детстве, попробовать сделать венок. — Эта та красивая штука из цветов? — поинтересовался Эйджиро. — Ага. — У нас в начальной школе девочки постоянно ходили в них, — улыбнулся Киришима, выглядя максимально увлечённым разговором. — Мне тоже хотелось тогда попробовать сплести венок. И сейчас тоже. — Могу научить. — Правда? — он выглядел радостным. Даже не заметил, как поместил руку на плече Бакуго. Зато тот прекрасно заметил. Нахмурившись, он зло стал пилить её взглядом, словно это должно её сбросить с его плеча. Разговор Ашидо плавно перетек в очередные сплетни, а Киришима так и не убрал руку, дойдя до самого парка с ней на его плече. — Каминари, в какой корзинке должна лежать скатерть? — спросила Мина, когда они выбрали укромное место под тенью одного из деревьев. — Э-э-э, — неуверенно протянул Денки и стал заглядывать в корзинки, которые недавно поставили наземь. — Ну... Я подумал, что нам она не нужна и на земле будет прикольней, — нервно хихикнул Денки и показательно уселся на траву. — Ты её забыл? — Мина вопросительно выгнула бровь. — Он её забыл, — кивнул Серо, потому что это было очевидно. — Сраный Пикачу, — выплюнул Бакуго и прислонился к дереву, подальше от остальных. — Мне и так нормально, — пожал плечами Киришима, улыбнулся и тоже уселся на траву. Ханта пожал плечами и сел вслед за ними. — Ты безнадёжен, Каминари, — вздохнула Ашидо и устроилась рядом с Серо. Если упустить момент, что они сидели на голой земле, то всё было не так плохо. В конце концов у них были тарелки и еда. Болтая и параллельно пробуя закуски, Ашидо спрашивала мнение Серо и Денки насчёт игр. Те дружно проголосовали за "крокодила". Киришима выглядел немного обиженным и с надеждой смотрел на Кацуки, будто тот согласится сыграть в догонялки. Конечно же, нет. — Каминари, ты же хочешь сгладить свою вину? — хитро улыбаясь, внезапно спросила Мина. — Конечно! — Тогда не поможешь ли нам собрать цветы? — Давай! — Денки тут же подскочил с места и направился за цветами. — Мне кажется, что ты его эксплуатируешь, — задумчиво сказал Ханта. — Его каждый второй эксплуатирует, — усмехнулась девушка. Эйджиро был этим удивлен. Бакуго это понял, даже когда тот сидел к нему спиной. Это почему-то бесило. Ненавидя это, он посмотрел за тем, как Пикачу аккуратно срывает цветы. Наклонившись за очередным цветком, из его кармана выпал фантик. — Эй! Хуевая пародия на Пикачу! Фантик подбери! — гаркнул ему Кацуки. — Ой. Спасибо, Бакубро! — крикнул тот, заставив лицо Бакуго недовольно скривиться. Отвернувшись, дабы не видеть, как Каминари бегает туда-сюда и собирает цветы, Кацуки почувствовал, как его осторожно дёргают за кофту. Со злым лицом он посмотрел на Киришиму, который это делал. — Чего надо? — Будешь? — Киришима ярко улыбнулся и протянул сандвич. — Этот я сам делал, — гордо заявил он, словно это и вправду было великим достижением. — Эй! Он не заслужил! — возмутилась Ашидо, заметив это. — Сам ешь, — однако ни слова Ашидо, ни Бакуго не остановили Эйджиро. Тот продолжал широко улыбаться и протягивать сандвич, сделанный собственными руками. — Бля, дай сюда! — Кацуки грубо выхватил сандвич из его рук и отвернулся. Краем глаза ему показалось, что Киришима засиял, а его улыбка стала ещё шире, хотя было непонятно, куда ещё больше. Жуя сэндвич, Бакуго старался не обращать внимания на недовольство Мины и безграничную радость придурка, что непонятно колола в груди и из-за этого бесила. Сэндвич был вкусным... — Я всё! — поделился Денки, притащив цветы Ашидо. Та сразу же принялась их осматривать критичным взглядом. — Сойдёт, но не думаю, что этого хватит. — Я скоро, — от Пикачу и след простыл. Тот снова носился из стороны в сторону, аккуратно срывая цветы. По-видимому, он нашёл своё истинное призвание. — Киришима, иди сюда, — подозвала парня Мина и тот сразу же пересел ближе к ней. Теперь Бакуго мог видеть профиль красноволосого придурка. Это бесило. Какого черта он вообще об этом думает? Какого черта тот пересел? Блять, почему он думает об этом. Пока Кацуки у себя в голове подрывал третье здание, Ашидо во всю рассказывала и показывала, как делать венок. Киришима был увлечен процессом настолько, что не отрывал глаз от её рук. Серо тоже наблюдал за Миной, при этом набивая рот травой — салатом, который вчера делала сама Мина. — А теперь тебе осторожно нужно затянуть, — сказала Ашидо и показала на своём венке, как это сделать. — Киришима, ты его порвал, — фыркнула она. Эйджиро выглядел немного расстроенным. И нахер ему вообще понадобился венок? Глупая идея. — Тут нужно быть предельно осторожным, потому что у цветов хрупкие стебли. — Да нахер эта херь вообще нужна? — в своей привычно грубой манере спросил Бакуго, зло посмотрев на черноглазку. — Для красоты, Бакуго, но тебе этого не понять, — хихикнула она. — ЗАВАЛИСЬ, — он был в ярости. Да как она смеет? — Вот так? — внезапно спросил Киришима и показал свой результат Ашидо. — О, у тебя получилась. — Смотри, чувак, — на этот раз Киришима повернулся к Кацуки, демонстрируя ему свою удачную попытку. Бакуго сразу же прекратил выжигать дырку в голове розоволосой и посмотрел на соединённые цветки. — Они пачкают руки, — он скривился, из-за чего Эйджиро неловко улыбнулся. — Мне не жаль испачкать руки, — Киришима вновь сосредоточился на работе над венком. Спустя зря потраченный, по мнению Бакуго, час, спустя десять — блять, — стёртых с лица Киришимы улыбок, спустя трёх забегов Денки за цветами и спустя двенадцати порванных стебельков, венок Киришимы был готов. Минут сорок назад Ашидо доделала свой. — Выглядит круто для первого раза, — оценила Мина. — Бро, да у тебя талант, — Каминари чуть ли не искрился при виде аккуратно сделанного венка. — Я тоже такой хочу. — Просто Ашидо прекрасный учитель, — довольно улыбнулся Ханта. — Да не особо. Киришима через пот, слёзы и кровь его сплёл, вложив в него душу, — пошутила Ашидо, осторожно пнув ногой Серо. — Спасибо, — Эйджиро неловко почесал затылок, явно смущаясь. Он не ожидал, что в итоге у него получится такой ровный и красивый венок. Резко Киришима повернулся к Бакуго и посмотрел на него умоляющим — щенячьем, сука, — взглядом. Бакуго скривился. — Чё зыришь? Норм получился, — Кацуки отвернулся, не желая видеть счастливой улыбки дерьмоволосого. — Бро, мы в крокодила пошли играть. Догоняй, — крикнул Каминари. Эйджиро обернулся и глупо моргнул. Он упустил момент, когда остальные отошли в сторону, дабы сыграть в "крокодила". — Хорошо! Сейчас! — крикнул он ему в ответ, но Пикачу, по-видимому, уже не слышал. Поднявшись на ноги, Киришима неловко переступил. — Эм... В общем-то, это для тебя, — Эйджиро неожиданно протянул свою работу из цветов Бакуго. — Чё? — Мне не жаль испачкать руки, ради тебя, — Киришима ярко улыбался, настойчиво протягивая венок. Он смотрел на него с хуевой надеждой. — Придурок, — Кацуки осторожно забрал венок из рук, боясь задеть эту хрупкую на первый взгляд конструкцию. Не хотелось её портить резким рывком. — Спасибо, Бакуго. Присоединяйся, — Киришима тут же смылся к остальным, не дав даже ответить Кацуки. Дерево рядом с ним мысленно взорвалось. Дерьмоволосый придурок мог просто оставить эту красоту — Ашидо, сука, он разбирался в красоте, — себе.