В плену лжи

***

Разбив несколько бутылок виски об стену, Сейя записал Кунсайту несколько голосовых сообщений с проклятиями и кучей матерных слов. Беда не приходит одна. Особенно сейчас, когда так нужна поддержка кого-то действительно близкого, лучший друг рвёт построенные годами отношения. Неужели Куколка и ее семья замешаны в распространении «ви» по городу? Если его воспоминания правдивы и это не бредовые галлюцинации, почему отец Усаги его не вспомнил? И почему Принцесса его не помнит? Или они все помнят и играют свои роли, затягивая его в свои сети? Голова опять начала болеть, принося дикий дискомфорт и раздражение. Обнаружив еще одну бутылку с темной жидкостью, Сейя снова замахнулся в стену, но, немного подумав, откупорил пробку и начал жадно глотать обжигающий напиток прямо из горла. Опустошив неполную бутылку виски, брюнет отправился на поиски новой порции алкоголя. Мысли путаются. Темнота. Где он сейчас? Почему так шумно? — Хочешь развлечься, красавчик? «Кто такая и чего хочет от меня?» - по торсу мужчины быстро перебирают женские пальчики. Сексуальная блондинка с синими глазами сидит на нем сверху. Приглушенный свет. Интимная обстановка. Расслабляющая музыка. Бордель? — Руки убери. — Ну не злись, Малыш. Как ты любишь? Хочешь, чтобы я сопротивлялась? Или мне быть послушной девочкой? «Какого хера тут происходит?» Это какой-то маразм. Умелые ручки девушки уже пробрались в штаны и гладят увеличивающийся в размерах член. Мозг раскис от выпитого алкоголя. Шлюха уже опускается на колени, освобождая восставшую плоть от тесной одежды. Она хищно облизывает губы, предвкушая предстоящий секс с этим шикарным мужчиной. Наверняка большинство ее клиентов обрюзгшие раскормленные денежные кошельки. Как же ему противно. Возбуждение резко отступает, когда в сознании возникает образ другой блондинки. — Отвали, — Сейя грубо отталкивает от себя девушку, потирая переносицу. — Грубиян! Снова темнота. Тупая боль. Искры из глаз. Его кто-то бьет. Тело получает глухие удары. Сквозь туман в голове слышит писклявый голос шлюхи, обвиняющую его в рукоприкладстве и два мужских голоса. Охранники. Пару раз ответив амбалам, мужчина снова падает в темноту. Приходит в себя возле своего дома. В руках опять бутылка. На этот раз водка. Выпивает пару глотков из горла. Жжет. Выжигает проясняющееся сознание. Ему надо срочно вернуться к тьме. Там так хорошо. Спокойно. Делает еще несколько больших глотков. Немного закашливается, но снова и снова заливает в горло яд. Кажется, его тошнит на проходящую мимо пожилую женщину. Или интеллигентного мужчину. Да какая разница. Чьи-то руки подняли его на ноги и повели куда-то. — Подожди, моя бутылка. — Она тебе не понадобится, — громом в голове разразился чей-то раздражающе высокий мужской голос. Спина облокотилась на твердую поверхность. Тьма полностью поглотила сознание. Укрыла непроницаемым одеялом. Спрятала от него все проблемы и переживания. Как же хорошо.

***

— Эй, чувак! Подъем! Если ты сейчас же не оторвешь свой зад от лавки, я тебя оставлю дальше здесь гнить. «Голова раскалывается. Какого хера так больно? Глаза не разлепить.» С трудом приоткрыв свинцовые веки, мужчина закрыл глаза руками. Яркий свет искусственного освещения выжигал чувствительную сетчатку. — Ну наконец-то! — Ятен? — наконец-то Сейя совершил подвиг, открыв налившиеся тяжестью глаза. — А ты кого ожидал увидеть? Скажи спасибо, что твое дело попало в руки нашего человека. Иначе не знаю, как бы мы тебя нашли. — Какое дело? — Сейя немного повернул голову в сторону, осматривая помещение в котором находился. — Что за хуйня? Почему я за решеткой? — Я бы сам хотел знать! Давай, поднимай зад, тебя вообще-то люди ждут, — Ятен кивнул в сторону полицейского, нервно ожидающего, когда Коу покинет камеру. На согнутых ногах и придерживая голову одной рукой, Сейя вышел из камеры. — Иди получай свои вещи, буду ждать на улице. Не могу больше терпеть эту вонь. Ятен бросал косой брезгливый взгляд то на Сейю, то на сидящего в камере бомжа. Было сложно понять, кто из них благоухает сильнее. Скорее всего бомж, но проверять эмпирическим способом блондин не собирался. — Ну и как ты оказался в этом безумном алкогольном трипе? Сейя дернулся, услышав голос брата у себя за спиной. Свежий воздух наполнял скукоженные легкие. Груз последних дней с новой силой обрушился на плечи мужчины. — Хуевый день. — Дни. Ты в этом состоянии пребываешь уже пять дней. Я даже благодарен людям, которые вызвали легавых, а то ты бы и дальше погружался во все прелести жизни отбросов. — От тебя голова болит. — Это не я, а водка, разбадяженная каким-то дихлофосом. — Плевать. Погрузив свое тело в машину Ятена, Сейя попытался отключиться, только мозг больше не хотел отдаваться в объятия тьмы, заставляя мужчину анализировать все произошедшее. — И как тебя угораздило? — Наконец-то прервал тишину Ятен. — Кунсайт мне звонил. Рассказал в двух словах, что произошло. Если хочешь, давай поговорим. При упоминании друга, Сейя скривился и послал Ятену испепеляющий взгляд. — Я хочу опохмелиться. Давно так не бухал, — Сейя замолчал, но не на долго. — Что касается Кунсайта… Он для меня не существует. Забудь это имя. Ятен оторвал взгляд от дороги, сканируя родственника. Его встретил сильный взгляд брюнета, предупреждающий, что он не шутит. Не рискуя развивать эту тему, блондин капитулировал, снова сосредоточившись на дороге. По просьбе Сейи, Ятен отвез его в загородный дом, хотя он был значительно дальше квартиры. Оставшись наедине со своими мыслями, Сейя принял душ, тщательно смывая с себя запахи мест, в которых он побывал за последние дни. Особенно противно было от касаний шлюхи. Когда он стал таким? Верным? Безумным? Точно. Безумно влюбленным. Поток мыслей от разочарований и ненужных вопросов перенес мужчину к его ясноглазой блондинке. При воспоминании о ней дух мужчины воспрял. Вместе с каменеющей плотью. Откупорив бутылку вина, мужчина снова залил в горло темную жидкость, но не с целью забыться, а, скорее, навести в голове порядок и сбросить сковавшее его похмелье.

***

Они мчались по тёмным переулкам, разрывая тьму своим светом. Её выбивающиеся из-под шлема длинные волосы развивались искрящимся шлейфом, как хвост кометы. Наконец-то она вдыхала долгожданный воздух свободы, с ароматом терпкого мужского тела с примесью элитного алкоголя. Прижимаясь сильнее к напряжённой спине Сейи, Усаги чувствовала облегчение, казалось все проблемы остались позади. Холодные потоки воздуха скользили по голой коже ног, разнося мириады щекочущих импульсов по нервным окончаниям. Пальцы поглаживали его напряжённый торс, впитывая его внутреннее пламя. Подъезжая к уже знакомому заброшенному парку, сердце Усаги затрепетало, вспоминая их прошлый визит. В этот раз он не казался таким заброшенным. Пахло недавно скошенной травой, значительно уменьшилось количество колючих кустов. Они проехали разрушенный арочный вход и медленно скатывались вниз по склону. Сейя остановил свой байк недалеко от каменных плит. Теперь они выглядели совсем по другому, похоже, когда-то это были прогулочные зоны. Усаги передала шлем мужчине и с любопытством разглядывала все вокруг. — Это ты сделал? — Перед своей поездкой попросил помочь пару ребят. Они закончили несколько часов назад. — Почему ты привёз меня сюда? Уже ведь поздно. Днем здесь, наверно, было бы красивее. — Это ещё не все, что ты должна увидеть. Но сначала, — сейчас Сейя выглядел более бодро, чем в тот момент, когда Усаги его встретила. Он был серьёзен и сосредоточен, в его глазах читалось какое-то беспокойство, но вместе с тем он излучал тепло и умиротворение. Уверенным движением он притянул её к себе и провел костяшками пальцев по овалу лица. Ветер играл в её волосах, щекоча обоих мягким веером волос. Сейя откинул назад непослушные пряди и в этот момент его уверенность словно растворилась. Нерешительно коснувшись её губ, он вглядывался в бездонные глаза девушки. Он целовал её, как в первый раз, аккуратно, смущаясь, растягивая удовольствие. Усаги чувствовала, как внутри неё распускались бутоны, пробуждая дремлющую страсть. — Я даже не представлял, как сильно мне тебя не хватает, — его прерывистый хриплый шепот щекотал кожу, где-то у виска. Веки стали такими тяжёлыми, Усаги прикрыла глаза, отдаваясь власти инстинктов. Она провела ладонью вдоль торса мужчины, пробираясь пальцами под футболку. — Не так быстро, моя ненасытная, — лицо брюнета сияло озорной улыбкой, его ловкие пальцы перехватили ладонь девушки и Сейя оставил лёгкий поцелуй на каждом из них. Он смотрел на нее не моргая, любуясь её чистой красотой. — Пойдём. Сейя потянул возлюбленную за руку, в этот раз они спускались по удобной широкой лестнице. — Что это за место? — Когда-то здесь было поместье одного прославленного даймё. Как видишь, о нем давно забыли. Но до наших дней все же дошло несколько легенд. Если хочешь, я расскажу одну из них. — Конечно хочу, — глаза девушки заблестели в предвкушении занимательной истории. — Хорошо, слушай, — его низкий рокочущий голос проникал глубоко внутрь, играя на хрупких струнах девичьей души. — Давным-давно жил в этих краях мудрый даймё. Он был сильный и умелый воин, очень рано взял на себя руководство и очень любил свое дело и свою страну. Однажды, путешествуя по своим землям, он увидел очень красивую крестьянку и влюбился в нее с первого взгляда. Несмотря на традиции и разный статус, они поженились и прожили очень много лет в браке. Но сколько бы супруги не пытались, так и не смогли завести детей. Однажды, опечаленный отсутствием наследника, даймё спустился к подножию холма, на котором стояло его поместье, и обнаружил там горячий источник. Никто раньше не видел этого источника. Заглянув в прозрачную гладь водоема, мужчина встретился взглядом с девушкой, которую когда-то полюбил и на которой женился. Только на её лице не отпечатались прожитые вместе годы, она была так же молода и прекрасна как при первой встрече, только очень печальна. Даймё протянул руки в воду, пытаясь поймать видение, но силуэт девушки растворился. Мужчина стал звать девушку по имени, но никто не отозвался. Несколько дней подряд он приходил к источнику и каждый раз на него из воды смотрела его молодая жена, но стоило ему притронуться к зеркальной поверхности, как она исчезала. Однажды мужчина не выдержал и, вернувшись в свое поместье, не говоря ни слова, повел свою дорогую жену вниз, к тому самому месту, где бил теплый источник. Увидев издалека место, куда ее вел супруг, женщина вдруг начала кричать нечеловеческим голосом и вырываться из его сильных рук. Но все попытки были тщетны. Мужчина подвел свою любимую женщину к водоему и увидел в отражении ёкая, духа-оборотня, что сумел принять облик его любимой и на долгие годы поселиться среди людей. Дух метался, в поисках спасения. Источник забурлил. Его воды, попадая на кожу ёкая, сжигали ее, как кислота, оставляя после себя шипучую пену. Дух взмолился о помощи к даймё и под страхом смерти рассказал, как, прознав про женитьбу сельской девушки и любимого народом генерала, решила занять ее место и пожить хоть какое-то время среди людей. Заманив наивную девушку в лес, ёкай погубил ее, присвоив себе дорогую сердцу вещицу — простое кандзаси, которое помогало поддерживать человеческий облик. Мужчина убил духа, сбросив в бурлящие воды источника. Обезумев от горя, он и сам бросился в воду, не желая жить без любимой женщины. В последние секунды жизни он молился богам, чтобы они воссоединили возлюбленных после смерти. Боги были милостивы. Они позволили мужчине быть рядом с его любимой до скончания веков. Они превратили его в горный ручей, пополняющий воды горячего источника. Того самого, в который превратилась тоскующая сгубленная злым духом душа девушки. — Сейя замолчал, позволяя девушке переварить услышанное. — Какая красивая и грустная легенда. — Моя самая любимая. Ну вот, мы уже совсем близко. Слух Усаги начал улавливать торопливое журчание воды, ее приближающийся холодный шепот. Сделав еще несколько шагов, молодые люди вышли на небольшую поляну, под скалистым склоном. Из каменистой породы бил шумный ручей, ниспадающий в небольшой водоем, размером как небольшое озерцо. — Какая красота! Откуда здесь это место? — Согласно истории на этом месте несколько сотен лет назад на самом деле находилось поместье даймё. — Как в легенде? — Усаги искренне восторгалась увиденным и услышанным. — Типа того, — Сейя подарил девушке улыбку придерживая ее за руку и помогая подобраться ближе к воде по скользким камням, выступающим из воды. — Она теплая! Как такое возможно? — Усаги с жадностью ждала еще какой-нибудь информации или еще одной легенды, но в ответ мужчина только пожал плечами. — Как ты вообще нашел это место? — Моя мама была историком. Она мечтала когда-нибудь сделать на этом месте исторический памятник. В детстве я очень любил ее работу. Перед сном она рассказывала нам с сестрой легенды. — Ты скучаешь по ней? — Усаги сдвинула удивлённо брови. — Я и не знала, что у тебя есть сестра. — Была, — Сейя поднял взгляд на звезды, задумавшись на несколько секунд. Его четко прорисованный профиль на фоне искрящейся в лунном свете воды, завораживал. Хотелось прикоснуться к нему, очерчивая тонкие линии. — Я их уже практически не помню, — мужчина напряженно сдвинул брови, немного морща свой красивый нос. — Мама ушла слишком рано. — Прости… — Все нормально. Давай окунемся? — Что? — По другой легенде окунувшись в этот источник можно очистить душу от скверны и избавиться от зла. Хочу чтобы мы начали всё с чистого листа. Да и вода здесь такая кайфовая. Хочу искупаться здесь с тобой, — молодые люди разместились недалеко от источника на мягкой подстилке из травы и перепревших листьев. — Что? Нет, у меня же нет купальника! — Ммм… Так и вижу эту картину: твоя обнаженная фигура скрывается в теплой воде, соски становятся как острые пики от разницы температуры и просят согреть их моим языком. — Прекрати, я сейчас сгорю от стыда, — Усаги приложила руки к горящим щекам. Сейя обхватил ее ладони, осыпая пылкими поцелуями. — Тебе нечего стыдиться. Ты самая красивая, самая желанная, — каждое слово сопровождалось чувственным поцелуем — самая изящная, самая женственная. Мужчина продолжал осыпать тело девушки поцелуями, сопровождая их комплиментами, только она их уже не слышала. В ушах кипела кровь, разнося по венам волны возбуждения. Усадив Усаги на свои бедра, Сейя медленно раздевал ее. Первой на темную землю полетела милая кофточка, обрамленная мелкими рюшами. Оголенная белая кожа от соприкосновения со свежим воздухом покрылась рябью мелких пупырышек. Сейя прокладывал на теле девушки дорожки теплыми ладонями, передавая ей свое внутреннее пламя. К кофточке полетел кружевной розовый лифчик. Задержав свой внимательный взгляд на вздымающейся высоко груди блондинки, он накрыл мягкие полушария руками, сминая их. — Как я и представлял, острые как пики. Так и манят. Его губы сомкнулись вокруг одного из сосков, обрушивая на Усаги лавину сладкой дрожи. Девушка шумно вытолкнула из легких воздух, стягивая у корней черные волосы любимого. Его быстрый и твердый язык плясал по тонкой чувствительной коже вокруг затвердевших горошин, по очереди одаривая их своей лаской. Блондинка откинула голову назад, открывая мужчине потрясающий вид. Ее тело было напряжено, кожа натянулась, создавая впадинки над ключицами, венка на изящной длинной шее пульсировала, рот был слегка приоткрыт, глаза полуприкрыты. Волосы блондинки мягким водопадом ниспадали по пояснице ниже попы. Сейя любовался своей любимой, в мыслях благодаря судьбу за то, что снова свела их вместе. Ее близость опьяняла сильнее любого алкоголя, срывая все тормоза и ограничения. Запустив руки под юбку, брюнет сильно сжал бедра блондинки прижимая ближе, вжимая ее в свое тело. В штанах уже давно было тесно, возбужденная плоть требовала освободиться от тесной одежды и получить свою порцию теплоты. Юбка Усаги отправилась к остальным вещам, вместе с промокшими насквозь трусиками. — Ты скучала по мне? — Да, — простонала блондинка. Она судорожно начала срывать с мужчины одежду, истекая своими соками на его пальцы, хозяйничающими у нее между ног. — Хорошая девочка. Расстелив на траве свою куртку, он опустил поверх нее тело девушки, орудуя у нее во рту своим языком. Освободив стоящий колом член, он начал свою медленную пытку, неторопливо погружая набухшую головку в узкую щелку девушки. Сгорая от нетерпения, Усаги начала ерзать, сама пытаясь насадиться на твердый пенис. — Не так быстро, Куколка, — Сейя подался назад, наказывая ненасытную девушку. Она простонала недовольно, притягивая его ближе к себе. — Дай насладиться тобой, — прошептал ей прямо в губы. Продолжив свою игру, он впился зубами в мочку уха блондинки, опаляя кожу горячим дыханием. Он остановился, наполнив ее полностью собой. Она чувствовала его пульсацию. Девушка скользнула руками вдоль позвоночника, вынуждая его начать двигаться. Движения были плавными, размеренными. Он наполнял ее полностью, входил до основания, заставляя тело вибрировать от наслаждения, и покидал, вызывая недовольство в каждой клеточке изнывающей плоти девушки. Ее податливое тело плавилось от размеренной ласки и в то же время требовало более дерзких, бесстыжих движений. Словно подчинившись ее желаниям, мужчина увеличил амплитуду движений, изменив угол проникновения, закинул ее ноги себе на плечи. Его колено соскользнуло с гладкого подклада косухи, утопая в мягкой влажной поросли. Сухие ветки неприятно кололи кожу, отвлекая от долгожданного процесса. — Куколка, теперь ты сверху. Прижимая блондинку одной рукой к себе, он поменялся с Усаги местами. Колючая почва врезалась в лопатки, царапая кожу. Все вокруг добавляло остроты ощущениям, гуляющий ветерок, брызги от падающего неподалеку быстрого ручья. — Повернись спиной. Скомандовав приказным тоном, мужчина провел кулаком вдоль члена, слегка прокрутив головку. Усаги закусила нижнюю губу, наблюдая за его движением. Нехотя она отвернулась от завораживающей ее взор картины, устраиваясь поудобнее на измятой черной крутке. Сейя приподнял ее попу чуть выше, проникая горячей головкой в ее лоно. Девушка вскрикнула, когда он полностью оказался в ней. Ощущения стали более острыми, она задыхалась от такой наполненности, от собственных стонов. Ее голос стал как будто чужим. Член давил на какие-то особенные точки, заставляя ее тело вибрировать, как натянутую тетиву лука, готовую вот-вот лопнуть. Завладев ее грудью, Сейя прижал ее спину к своей груди, сильнее прогибая блондинку в пояснице. Усаги прижала затылок к его плечу, создавая себе дополнительную точку опоры. Она наслаждалась этим моментом, словно парила в небесах. Спиной она чувствовала гулкие удары его ликующего сердца. Толчки мужчины стали сильнее, жестче, яростнее. Он вбивался в нее охреневая от того, какая она гибкая, кайфовал от того, как легко принимала его в себя. Целиком, обхватывая горячей плотью, сжимая до боли стиснутых челюстей. Чувствуя приближающуюся разрядку, он запустил ей между ног свою руку, продолжая зверски трахать. Хриплый крик сорвался с ее губ, блондинка еще сильнее выгнула спину, упираясь затылком в его ключицу. Разряд тока прострелил обоих. Разливающаяся внутри нее горячая сперма усилила обрушившийся на нее оргазм, разбивая девушку на миллион осколков. Усаги развернулась и удобно разместилась на груди мужчины. — Ты точно маньяк. Заманил девушку в лес и воспользовался ее наивностью. — Сказала развратница, которая сама насаживалась на член пару минут назад и просила жестко ее трахать. — Я не просила… Или… — возмутившись, Усаги подскочила, нарушив этим их идилию. Сейя рассмеялся, поднимаясь на локтях и притягивая блондинку к себе. — Рядом с тобой я действительно превращаюсь в маньяка, — его темный взгляд, как брошенный в воду камешек, распространял по ее телу нарастающие волны возбуждения. — Все-таки, я хочу искупаться с тобой в этом онсэне. Он поднял ее на руки, аккуратно ступая на влажные камни. Постепенно погружаясь в теплую воду, их кожа покрылась пупырышками. Мужчина ступил ближе к ручью, который с радостью оросил тела молодых людей ледяными брызгами. Девушка взвизгнула, спрыгнув с рук мужчины. Контраст тёплой, почти горячей воды в водоёме и холодного мощного потока, щипал нежную кожу. — Она такая холодная! Бррр, — Усаги обняла себя руками, с обидой глядя на мужчину. Ее реакция позабавила брюнета и он начал брызгать в ее сторону холодной водой. Блондинка отплыла чуть дальше, водоем был не очень глубокий, но стоять на горячих камнях было не очень комфортно. Брюнет последовал за девушкой, захватывая ее в свои объятья. — Хочу когда-нибудь построить неподалеку дом и поселиться в нем со своей семьёй, — Коу мечтательно закатил глаза. — Семья у нас будет большая. Наверно трое детей. Лучше четверо. Заведем собаку. Далматинца или чау-чау. Потом мы состаримся и будем нянчить внуков. Ты будешь печь им вкусные пироги с ягодой, а я буду ходить с ними на рыбалку. Потом мы вместе будем сидеть у костра, жарить рыбу и рассказывать им легенды об этом месте. — Ты уже распланировал нашу жизнь? А может я не согласна. Не говоря ни слова, он прижал её к себе, увлекая в долгий тягучий поцелуй. Вместо бесполезного сотрясания воздуха словами, Сейя своими действиями показывал, что Усаги теперь не сможет быть счастлива ни с кем другим. Только вдвоём. Они ещё долго резвились в водоёме, брызгались водой и дарили друг другу любовь.

***

С рассветом влюбленные приехали в дом Сейи. За ночь Усаги рассказала ему обо всем, что произошло у неё дома. Он был зол. На себя в первую очередь. Он должен разобраться со всем этим балаганом, должен распутать завязанный вокруг них клубок. И сделать это нужно быстро. Новые детали, всплывшие в его воспоминаниях, дали толчок к дальнейшему расследованию. Нужно выяснить, как в производстве «ви» замешан отец Усаги. В жизни молодых людей наступила светлая полоса. Они просыпались вместе, пили кофе, он отвозил её в университет, дальше занимался своей работой, забирал Усаги с учёбы, они вместе готовили ужин и занимались потрясающим сексом. Разве это не счастье? Тайно от Кенджи, старшая Цукино общалась с дочерью. Она была рада, что с её любимой крохой все хорошо. Часто Усаги приходилось оставаться дома одной. Ей нравился дом Сейи. Интерьер в доме она сравнивала с его характером. Он был такой же грубый и безбашенный, на первый взгляд. Но если присмотреться, его дом был очень уютный, наполненный разными мелочами, деталями, тёплой атмосферой. Как-то раз, она заглянула в его кабинет, куда раньше, почему-то, боялась заходить. Пустое пространство встретило её недружелюбно и холодно. Из открытого окна в комнату проникал северный ветер. Он играл с бумагами, лежащими на столе. Несколько листов даже смог утащить на пол. Оглядевшись по сторонам, Цукино подошла ближе, чтобы положить листки на место. Мозг кричал, что нужно уходить отсюда и не входить без позволения хозяина, но любопытство взяло верх над рациональностью. Закусив губу, блондинка открыла самый верхний ящик стола. Там не было ничего интересного, куча каких-то документов, фотографий машин, листовок. В следующем ящике находилось примерно тоже самое. Нижний ящик оказался куда интереснее. Там нашлось множество фотографий счастливой семьи. Красивая улыбчивая женщина обнимала мальчика лет десяти, рядом сидела молодая девушка с длинными ярко рыжими волосами. Сзади стоял мужчина, лицо которого было смутно ей знакомым. Усаги улыбалась, разглядывая детские фотографии Сейи. Он уже тогда был очень красивым, таким миленьким пирожочком. Ещё несколько фотографий с мужчиной, скорее всего отцом Сейи. Наконец мозг вбрасывает в сознание фотографию, которую девушка видела уже много раз. Смятение на её лице сменилось негодованием. Усаги достала ещё несколько фотографий, рассматривая знакомого мальчика с тёмным ежиком на голове. Как она раньше не заметила сходства. Разложив фотографии по столу, взгляд зацепился за скомканный конверт. Нехорошее предчувствие зародилось где-то в глубине души. Дрожащими руками Усаги развернула конверт, в котором были завернуты несколько вырезок из газет. На одной из статей была записка ручкой «Её отец виновен в смерти твоего.» Бегло пробежав глазами по тексту статьи, Усаги с ужасом отбросила от себя мятую бумагу. Мозг не хотел принимать эту информацию, сопротивлялся всеми силами. Она была ребёнком, не понимала многих вещей и смутно помнила те события. Но Усаги не могла поверить в то, что её отец мог быть причастен к чьей-то смерти. В открытом ящике мелькнул лучик солнца, привлекая внимание блондинки. Потянув за сверкающий металл, она вытянула на свет милую безделушку, которую когда-то подарила своему другу. Она плохо помнила их последнюю встречу. Помнила только, что долго и сильно по нему скучала. Непрошенная слеза скатилась по бархатистой коже. Усаги сделала выводы. Она была разочарована. Это все игра. Жестокая игра. Месть за смерть близкого человека. «За что мне это? Почему я? Почему опять я? » Стукнула входная дверь. Усаги вздрогнула. Неловкое движение и разложенные веером фотографии полетели на пол. Цукино кинулась собирать снимки, но поняла, что это не имеет смысла. Она осела на полу зажимая рот рукой, сдерживая судорожный всхлип. Казалось вокруг выкачали весь кислород, возникший из ниоткуда страх сжал костлявой рукой горло. Вдох. Выдох. Сильнее зажмурила глаза. Вдох. Выдох. Эмоции начали поддаваться внутреннему контролю. Вдох. Выдох. Наступающая паника немного затихает. Усаги поднялась на ноги и со сгорбленной спиной оперлась о стену. — Куколка, ты здесь? Я тебя звал. Она подняла на него полные боли глаза. Его сосредоточенный взгляд прошёлся по комнате, хмурясь при виде разбросанных фотографий. — Что ты видела? — Всё. — Давай всё обсудим. — Здесь нечего обсуждать! — внутри девушки поднялась волна злости, которая придал ей сил оттолкнуть мужчину с прохода. — Я не игрушка! И я не инструмент мести! — Что? О чем ты? — Я все видела, Сейя. Можешь больше не играть эту роль! — Не знаю, что ты там себе придумала, но не делай глупостей! Давай поговорим обо всем! Назойливая мелодия звонка прервала речь мужчины, ругнувшись матом он все же ответил на звонок, предварительно взяв с блондинки обещание, что они обо всем поговорят сразу после звонка. Сейя прикрыл дверь, оставаясь в кабинете один. С шумом вытолкнув воздух из лёгких, Усаги растерла по щеке новую слезинку. Решение принято.