amorem et consolationem.

Времяпровождение не в своей комнате для Кэйи было давно привычным. Сяо тоже нужно было побыть одному, а из–за разницы в расписании комната студентов пустовала ещё пару часов, так Альберих предоставлял себе и Ли немного личного пространства, а чуть после время наедине с Дилюком, Аякс приходит значительно позже, тренировки как–никак. Пусть лето и наступило, но выйти из этого привычного ритма было сложнее, да и незачем, всем так проще и привычнее. Не занимаясь по сути абсолютно ничем, синеволосый преспокойно сидел в телефоне, год закончен, можно расслабиться... Поверить в это было сложнее, да и временами его ещё дергали по причине "староста", но тут уж не привыкать. Периодически поглядывая на время, сопоставляя его с расписанием Рагнвиндра, Кэйя тихо вздыхает. Если школьники уже со всем закончили, то у студентов с этим сложнее. Сессия подходит к концу, но помимо этого различные организационные вопросы никто не отменял. Не то чтобы он минуты считал, но тоска от этой скуки сильнее, а красноволосый самый верный способ избавиться от этого. Это ожидание тянулось всегда настолько долго, что его хоть сном скрасить хотелось... Вот ночью поспать никак, а днем от скуки — пожалуйста! Несправедливо... Уже в который раз за минуту обновляя никак не меняющуюся ленту соцсети, парень мученически стонет. Личное пространство и все в этом роде конечно хорошо, но для него одиночество скорее пытка, а не отдых... Пусть даже тихий, молчаливый и действительно не склонный к разговору, но хоть кто–то будет рядом... А в это время всегда было ужасное затишье... Условно "отстрелявшись" все отдыхают, кто–то более незадачливый закрывает долги, а некоторые из старших ещё не закончили... Всё это конечно хорошо, но собственную тоску никак не уменьшало. Шаги за дверью, а после щелчок замка, как дождь среди засухи, радует до безумия. Если бы у Альбериха был хвост, то он бы непременно ходил ходуном от жажды встречи. Невольное сравнение в голове с собакой, ждущей хозяина, только немного смешит. — Привет, Люк, как ден– Не успевает старшеклассник договорить, как оказывается крепко обнятым, почти моментально уткнутым в чужую грудь, чувствуя, как студент уткнулся ему в плечо. — Все нормально? Если хочешь, то—... — Я скучал, — голос Дилюка немного хрипит, а Кэйя чуть напрягается, пытаясь понять эмоциональную тональность слов. — Я тоже скучал... Наверное, последние пол часа вообще куда себя деть не знаю, я рад, что ты пришел чуть раньше обычного.. — интонация Альбериха чуть спокойнее обычной, все же теперь правда можно немного расслабиться, — так... Как ты? Ты выглядишь взволнованно... — Все хорошо, я просто... Ммм... — старший чуть приподнимает голову, целуя чужую шею, на что от Кэйи в свою очередь слышишь шумно–удивлённый вздох, а пальцы почти инстинктивно сжимают одежду за спиной Рагнвиндра. — С... Стой, я же так... — дыхание сбивается, голос чуть дрожит, как и ноги немного подкашиваются от поцелуев, лёгких покусываний и плавных движений языка по шее. Не то, чтобы это были какие–то серьёзные и принужающие к чему–то действия, но зная возбудимость Альбериха... — Знаю, ты... Не против? — Вовсе нет, просто... А ты... — Я хочу, иначе бы не начал. — Тогда хорошо, ты можешь... — улыбнувшись, Кэйя перебрасывает руки на чужие плечи, поддавшись вперёд тазом, упирается парню в бедро, а после льнёт к губам напротив, целуя, только вот непривычно сильная чужая отдача заставляет сдавленно застонать, касания теплых рук по спине буквально вынуждают выгнуться сильнее, а дыхание сбиться почти полностью. Углубляя поцелуй, Альберих чуть жмурится, периодически протяжно мыча в чужие губы, пока руки Дилюка спускались ниже поясницы. Незаметно для себя, потираясь пахом о бедро Рагнвиндра, старшеклассник чувствует нарастающий жар тела и приятное потягивание в паху. Собственная быстрая возбудимость его уже давно не смущала, да так было даже проще. — Ложись, — голос красноволосого чуть ниже, а Кэйя ни секунды не раздумывая ложится на кровать, хотя скорее принимает полусидячее положение, опираясь локтями на кровать, а ноги согнув в коленях, немного сведя их. Только вот смотря на то, как Дилюк буквально надвисает над ним, ноги все беспомощнее хотелось расставить. — Знаешь... Смотря на твоё поведение и... Состояние сейчас, кажется, что либо ты действительно хотел этого, либо был возбуждён изначально... — синеволосый немного шутливо шепчет, вновь обнимая за шею и прижимаясь к чужим губам, только вот заметив чужой взгляд в сторону и резко покрасневшее лицо, парень просто тихо смеётся, запуская руку в красную копну волос, — о Архонты, если тебе хотелось, то ты просто мог так и сказать... Я бы в любом случае без внимания тебя не оставил. — Замолчи.. Я не могу просто взять и сказать о таком... Кэйя вновь смеётся, целуя студента и осторожно ведя ногтями по шее, почти моментально чувствую чужие мурашки. — В любом случае... Теперь эта "проблема" у нас обоих. — Я даже не знаю, что хуже... Когда ты говоришь прямо или завуалированно.. — Ты в любом случае норовишь слиться с цветом своих волос~.. Ах!— Резкий толчок пахом о пах заставляет застонать, пока Дилюк лишь прошипел, сжимая зубы. — Так–то лучше.. — Это было нечестно!.. — Предпочту слышать это, а не... Не то. — Тебе не кажется, что стало жарче, ахах? — с этими словами Кэйя отпускает чужую шею, немного торопливо снимая футболку, откинув ее в сторону, а после вновь прижимаясь к чужому телу, тяжко выдыхая почти студенту на ухо. — Однозначно стало.. — сглатывая, Рагнвиндр отстраняется, но лишь для того, чтобы расстегнуть рубашку, так же убирая её в сторону, а после взяв Альбериха за подбородок, целует. Он не видит черт лица, но вполне успешно научился заменять зрение касаниями. Спустя пару разбитых носов освоился. Слыша постанывания, студент ведёт рукой от чужой шеи до паха, параллельно задевая соски и чуть давя ногтями, ведя по бокам. Он помнит, что нравится старосте... А реакция только подтверждает эти слова. — Пожалуйста... — синеволосый немного надрывно шепчет, взяв парня за руку и буквально вынуждая коснутся паха, кусая губы и до побеления жмурясь, Кэйя просто старается держатся. Снятие штанов действительно вызывает облегчение, что не может не отдастся в голосе, прогнувшись в спине, он сильнее разводит бедра, без капли стеснения смотря на Дилюка, — пожалуйста, быстрее... Звук открытия тумбочки, до который можно было буквально дотянуться, а после шелест упаковки презерватива со смазкой, говорят сами за себя. Коснувшись гладкой кожи на тазовых косточках, Рагнвиндр берётся за резинку трусов, хотя трусами даже спустя пару лет назвать "это" он постесняется, но сейчас лишние мысли были ни к чему, поэтому последняя ткань быстро покидает тело Кэйи. Проведя рукой по чужому члену, Дилюк выдавливает смазку на пальцы, параллельно прося чуть меньше вертеться, но ответом были только красноречивые постанывания. — А ведь сначала меня нетерпеливым назвал... — красноносый поглаживает головку, стараясь хоть немного сгладить скорый дискомфорт от растяжки. — Я этого... Хотя бы не стесняюсь.. — говорить Кэйе становится все затруднительнее, а спутанность речи от возбуждения усугубляет прерывистое, тяжёлое и шумное дыхание, — мм!—.. Касание ануса холодными от смазки пальцами заставляет выгнуться, протяжно мыча, пока Дилюк льнет к чужой шее, нежно целуя, прося немного потерпеть, а после говоря слова любви почти на ухо. Резкий вскрик младшего пронзает комнату, Альберих старается заткнуть рот ладонью, второй рукой вцепляясь в постель. Рагнвиндр осторожно входит пальцем, параллельно отвлекая парня от явного дискомфорта действиями и нежными словами. Синеволосый глотает слезы от все же болезненных поначалу ощущений, но эту боль скрашивают действия студента, а после хоть какой–то привычности и сам Кэйя тянется за поцелуем, вновь обвивая руками чужую шею. — Все хорошо, ты можешь продолжить, — сдавленный шёпот почти глушится поцелуем, а после легким кивком головы в знак услышанности. Чуть разведя ноги, Альберих крепче держится за парня, шумно выдыхая, мыча и изредка чуть вскрикивая от растяжки. В последний раз они занимались этим достаточно давно, поэтому старшекласснику приходится не так просто поначалу. Дилюк не торопится, почти изводя плавными касаниями, заставляя вновь и вновь стонать от нарастающего удовольствия. Резкое движение пальцами на манер ножниц заставляет Кэйю резко выгнуться, протяжно застонав, а последующие пару движений в этой же направленности и вовсе вынуждают слезы навернуться на глазах. Резко сжимаясь парень лихорадочно глотает воздух, кончая. Приоткрывая глаза, старшеклассник чуть дрожа обнимает Дилюка, тут же требуя поцелуя, а так же продолжения. Ему мало одного раза. — Ненасытный... — шепот Рагнвиндра ниже обычного по тональности, отдает небольшой хрипотцой. — Тебе это нравится, — Кэйя тихо смеётся, медленно целуя парня, всмесь с мычанием и окончательно сбившимся дыханием. Сдерживать себя дальше, просто созерцая, а самому ощущать ужасную тяжесть в паху и тесноту в штанах, было тяжко, но Дилюк не позволил бы себе сорваться раньше времени, никогда не позволял. — Пожалуйста... Все хорошо, я готов, просто вставь уже... — надрывный шёпот на грани с откровенной мольбой. Альберих уже плакать хотел от этой сладкой пытки, так хотелось большего... — Хорошо, — шумно сглатывая, студент чуть отстраняется, вытаскивая пальцы из старшеклассника на что в ответ слышится разочарованный стон, а после чуть дрожащими пальцами снимает штаны с бельём. Не смотря на самоконтроль, он и сам ужасно возбужден. Кусая губы, пытаясь скрыть стон облегчения от освобождения от одежды, Дилюк почти наощупь находит презерватив, открыв пачку зубами, а после торопливо доставая его, тут же надевая, почти скуля от ощущения холодной смазки на члене. Вновь надвиснув над Кэйей, Рагнвиндр упирается головкой во вход, сам наклоняясь к чужой шее, тяжко дыша, быстро дождавшись согласного кивка от партнёра, он делает толчок бедрами, не сдержанно простонав, а после открыв глаза, стараясь отследить реакцию парня, хотя тут и без лица картина была вполне явной, язык тела бывает даже честнее. Альберих только абсолютно бессовестно расставил ноги сильнее, казалось, вовсе на сколько ему позволяла прекрасная растяжка. Сжимая губы и жмурясь, он пытался просто дышать. Тихо мыча, он поворачивает голову, вновь прося поцелуй, а после снова обнял студента за шею, возможно чуть сильнее нужного давя ногтями ему на спину. более-менее привыкнув, синеволосый постарался проявить инициативу сам, попытавшись сам толкнуться навстречу чужому паху, мигом скуля от тяжести действия. Слабо улыбнувшись, красноволосый сам целует парня, одновременно делая плавное движение вперёд, тут же получая отдачу в виде стонов в собственные губы. — Ты... Очень узкий, — Дилюк еле шепчет, немного отстранившись. — И чья это, по–твоему, вина? — Кэйя приоткрывает глаза, тихо посмеявшись. — Прости—прости, сессия... — Шучу, все хорошо, я... Ах— Слова прерывает стон, выгнувшись в пояснице, Альберих как может жмется к Рагнвиндру, стараясь получить максимум касаний, а после невзначай цепляется за его плечи, чуть царапая кожу, чувствуя,что парень вошёл полностью. Откинув голову назад, синеволосый сглатывает, привыкая к размеру, в одиночку как—никак все по–иному. — Я могу? — Да, пожалуйста... Первый толчок отдается бурно у обоих, красноволосый не может сдержать стона почти на ухо партнеру, а старшеклассник еле терпит дрожь в ногах, чувствуя, как предэякулят капает на живот. Плавные стоны, вздохи и негромкий скрип кровати наполнили комнату. Находясь на грани трезвого разума от удовольствия, Кэйя прикрывает рот одной рукой, чуть приглушая голос, пытаясь сглатывать слюну, что тонкой полоской все же стекала с его губ, он старался смотреть на партнёра, ведь сейчас его хотелось не только чувствовать, но и видеть. Подмахивая бедрами навстречу, Альберих что—то невнятно шепчет между стонами, хотя постепенно получается разобрать отрывки фраз: от слов любви до просьб ускорится. Повышение темпа заставило резко выгнуться, сжимая зубы и распахивая глаза, но небольшая смена направления толчков добивает полностью, заставляя буквально истекать предсеменем и дрожать, выстанынывая отрывки имени любимого. — Быстрее!.. Дилюк, прошу... — на глазах слезы удовольствия, а некоторые просьбы произносятся неосознанно. — Перевернись... Пожалуйста, я буду быстрее.. — в ответ слышаться угуканье, студент выходит, позволяя Альбериху перевернуться на живот, но даже встать на колени не успел, как услышал голос над собой, моментом повинуясь, еле сдержав скулеж от этого тона, — ложись, Кэйя. Оказавшись на животе, парень лишь чуть приподнимает зад, прижимая подушку к груди, уткнувшись в нее лицом, все равно в глазах плывет от возбуждения... Чувствуя горячие руки на талии, а после член меж бедер, Альберих только сильнее прогибается, трясь о горячую плоть, про себя усмехнувшись тихому рычанию позади себя. Только вот чувствуя, что хватка стала сильнее, а его дразнение блокируется торсом партнёра, он может только застонать, тут же прогибаясь от толчка вперёд. Дилюк не врал, темп стал действительно выше. Мыча в подушку, уже не пытаясь скрыть слезы, Альберих еле слышит постанывания и шумное дыхание над собой, все свое внимание отдавая ощущениям. Чувствуя губы Рагнвиндра на сгибе шеи, Кэйя чуть приподнимает голову, вслушиваясь в чужие слова, тут же краснея, хоть в данной ситуации это было почти до абсурда смешной реакцией. — Кэйя... Кэ—... я люблю тебя, Кэйя... — собственное имя и слова любви доносились всмесь со стонами Дилюка. Начав вслушиваться в слова, даже звуки шлепков кожи о кожу, как и хлюпанье смазки стали тише и незаметее, — хороший... Я люблю тебя, Кэйя, ты лучший... Это было... Действительно приятно. Наклоняя голову в другую сторону, Альберих целует партнёра в висок, меж стонами шепча: — Я тоже люблю тебя, Дилюк.. От вышеназванного слышится мычание на грани со скулежом, а синеволосый чувствует поцелуи в шею, иногда переходящие на ухо, но резкая смена направления толчков вновь заставляет еле оставаться в сознании. Быстрые, глубокие, явно задевающие простату толчки просто сводили с ума, даже на стоны не всегда хватало воздуха, только на гортанное мычание и поскуливания. — Я...Я скоро... — голос Кэйи явно выше и надрывнее привычного, а партнёр продолжает покусывать смуглую кожу, чем только сильнее приближал желанную разрядку. Держаться становилиось все труднее, пусть из—за получаемого удовольствия хотелось и продлить это как можно сильнее. Тонкий вскрик, и Альберих весь сжимается, жмурясь и сжимая зубы, кончает, чувствуя дрожь во всем теле, и все продолжающиеся толчки, которые только продливали приятные ощущения, пусть и по размеру члена чувствовалось,что и Дилюк скоро кончит. Он и не заставил себя долго ждать, сжимая тонкую талию парня в несколько раз сильнее привычного, чем удалось вызывать только удивленный стон, он так же мычит на несколько тонов выше привычного, несдержанно застонав и зажмурившись до белых бликов в глазах, старший так же кончает, чувствую ужасную дрожь и слабость во всем теле, еле удерживась на руках, не рухнув на партнёра. Выйдя из Кэйи, Рагнвиндр снимает с члена презерватив, завязывая узел, а после откладывая его в сторону, падая на бок, тут же прижимая к груди возлюбленного. Обнявшись, Альберих льнет к чужим губам, лениво целуя, будучи не в силах, да и не имея желания на сильно активные действия. Просто хотелось почувствовать себя хорошо, будучи в любимых объятиях. За это время они не произнесли не слова, лишь обнимаясь, плавно целуясь и всячески милуясь, брав от ситуации все. — Нам... Нужно в душ, я отнесу тебя, — студент говорит полушепотом, перебирая волосы старшеклассника. — Мы можем ещё немного так полежать?.. Мне так нравится это время, — Кэйя шепчет, будучи уткнутым в чужую шею, и действительно, ему не хотелось рушить эту идиллию, ему было слишком хорошо сейчас... — Как скажешь, любовь моя, — синеволосый улыбается, а после приподнимается, целуя Дилюка. Сейчас... он действительно как никогда чувствует себя любимым, просто самым счастливым человеком, и дело тут вовсе не в сексе.