За смертельным лепестком

Девушка стоит на краю высокого здания и смотрит в самую даль, что непроглядно повисла в густом тумане. Ее тело покрыто красными, почти раскрывшимися цветами красной хиганбаны. Острые, словно лезвия заточенных ножей лепестки, пронзают ее тело и органы. До крови продирающие кожу. Вырываются наружу, будто самые страшные кошмары детей. Звук открывающийся двери выводит ее из размышлений. — Кто здесь? — Оглядываясь в темноте замечает приближающуюся фигуру. — Это я. — Высокий парень выходит из тени. Луна освещает красивое лицо парня и подсвечивает темные волосы, что развеваются на прохладном ветерке. — Ты… — Лицо. Все его лицо в цветах. Таких же как у неё. Девушка прикоснулась своими тонкими пальцами к лепестку цвета, прямо возле красивого глаза парня. Тот чуть скривился. — Ты… тоже заражена? — Мужчина оглядел ее с ног до головы и заострил взгляд на цветке во лбу. — Мы.. похоже с одной судьбой. Девушка усмехнулась. — Да видимо. — Она обреченно покачала головой в положительном ключе и снова взглянула на него. — Твоё имя? — Хван Хенджин. — Ответил тот. — Твоё..? — осторожно, но с неким уклоном вопросил Хён — Суни. Зови меня Суни… — Девушка протянула руку. Прямо из линии жизни, ровно посередине, вырос и распустился цветок хиганбаны. Парень пожал ей руку. Настолько больно, что хочется закричать. Хочется кричать о боли, об обреченности. Хван тоже скривился. Ему тоже больше, он также обречён на верную гибель. — А ведь интересно да? — Обернулся тот к краю здания. — Нераздельная любовь у такой красивой девушки… кто же посмел? Суни покачала головой и потёрла глаза. — Я больше не вспомню этого человека. Какой смысл? — снова оглядела парня. — А ведь правда… Холодает. На вершине Сеула намного холоднее чем снизу, но ведь какой смысл ёжится от мороза, если твоя жизнь вот вот закончится? — Хиганбаны… Они обозначают смерть и обреченность. — Начала Сун. — Значит… все уже было предрешено? — Вытянула руку и поймала капельку дождя. — Ханахаки, казалось японская легенда, но видимо мы сильно ошиблись. Настолько, что скоро расстанемся с жизнью. — Хиганбаны сулят путь в другую жизнь. Будто символ объединения мира мертвых и живых. Величественные цветы, вот только когда не ранят сердце. — Парень склонил голову. Волосы спали на лицо. Суни отодвинула мизинцем прядь волос Хёнджина. — У нас больше нет выбора. Жизнь закончится итак. Только вот у нас слишком рано оборвалось столь прекрасное деяние… Она вытянула руку. Хван положил свою большую ладонь в ее и чуть сжал. Острая боль прошла по всему телу словно эхом, будто тысячи игл разом вонзились в нежную плоть. — Мы обречены. — И на веке. — Мы будем жить памятью. — В сердцах людей. Шаг, полёт и резкая боль. Суни чуть приоткрыла глаза. Глаза парня были закрыты. Воздух уже не поступает в лёгкие его организма, пораженное тысячью стеблей растений. — Как же я тебя любила… Последний вздох. Последний выдох и темнота… Вечный покой. Вечная память. Вечность в ее разбитом сердце.