oh, wow

– и… эээ… что мне нужно делать? – минхо перекатывается с носков на пятки и обратно. ему нервозно, он не знает куда деть свои руки, куда смотреть, как стоять. особенно усугубляет всё аппарат в руках хенджина с карикатурно-огромным объективом. тот, занятый настройкой камеры запоздало отвечает: – ничего особенного, просто веди себя как обычно, как будто, – он делает небольшую паузу, потому что внезапно смущается от следующего слова, которое собирается сказать, – мы, – хенджин снова склоняет голову к фотоаппарату, хотя уже всё настроил, – просто гуляем. если что, я буду тебе подсказывать, что делать. минхо пропускает мимо ушей заминки хвана, потому что его глаза прикованы к линзе объектива. интересно, как он выглядит сквозь неё? несмотря на то, что ли довольно часто участвует в съемках хореографий и на чемпионатах и контестах почти всегда ведётся видео-репортаж, он всегда чувствует себя странно во время фотографирования. все время кажется, что ему не достаёт природной фотогеничности, что рабочая сторона его лица в принципе отсутствует и вообще фотки это что-то показушное, неестественное, неживое. ли засовывает руки в карманы бомбера и от нечего делать оглядывается по сторонам – вокруг много магазинчиков, закусочных, аптек, кругов пестрят неоновые вывески, недалеко мигает желтым светом сломанный светофор. хотя уже давно не час пик, по тротуару то и дело снуют туда-сюда люди. минхо слегка дёргается, когда слышит створ затвора камеры и оборачивается к хенджину, который уже рассматривал получившиеся снимки. хван колёсиком листает фото, кивая собственным словам и не может поднять голову, чтобы посмотреть на ли. – ну что там? – минхо дёргает подбородком, указывая на фотоаппарат. ему интересно насколько все плохо с его лицом. – все хорошо, – хенджин прижимает камеру дисплеем к себе и сминает ремень на шее в нерешительности предлагая пройтись, чтобы поймать освещение вывесок. минхо безразлично жмёт плечами и шагает вперёд, бесцельно рассматривая билборды и дорожные знаки. ему всегда с трудом удавалось вливаться в незнакомые компании, за них двоих обычно это делал чан. и хотя он знает имя хенджина, более того, даже его фамилию, он совершенно без понятия о чем они должны разговаривать на «прогулке». если честно, минхо в целом не был заинтересован в том, чтобы узнать хвана получше, он просто согласился помочь ему с курсовым проектом (и то после того, как чан больно наступил ему на любимые вэнсы несколько раз), вот и все.  если хенджин предпочитает провести съемку в молчании, он не против, его это мало смущает.  минхо приподнимает бейсболку, чтобы под поправить лезущие в глаза волосы и снова слышит звук работающей камеры. что ж, если не зацикливаться на «а блин надо сделать нормальное лицо», то фотографироваться не так уж плохо. впереди виднелась вывеска известной сети кофеен, в которой ли иногда покупал кофе и снеки. ощутив острую необходимость в дозе кофеина, он поворачивается к хвану. – я хочу взять кофе, ты что-то будешь?  хенджин как будто теряется на секунду, но тут же опускает руку в карман брюк, чтобы достать кошелёк. – д-да… да, можешь взять мне холодный американо, пожалуйста? – узловатые пальцы в кольцах только начинают отсчитывать купюры, а минхо уже скрывается за дверью кофейни под звук дверных колокольчиков, оставляя хенджина одного на улице.  из груди хвана вырывается вздох облегчения. ему кажется, что он только что пробежал как минимум полумарафон, нервное напряжение в прокатывается электрическим разрядом от шеи до кончиков пальцев. глаза снова опускаются на дисплей камеры, чтобы посмотреть снимки. «ну что там?» минхо задал этот вопрос после первых кадров и хенджин буквально нечеловеческим усилием заставил себя не уронить челюсть на фотоаппарат. он не знал как сказать ли, что его профиль следует включить в список чудес света. хенджину в университете удавалось наблюдать за минхо только издалека, на перерывах, когда он смеялся в компании чонина и чана, зажмуриваясь от очередной уморительной пантомимы чонина или когда сидел на скамейке возле лекционного зала в наушниках и скроллил ленту инстаграма, ожидая начала пары.  ему нравилось в ли его собственное ощущение самодостаточности. минхо комфортно в обществе друзей, но он выглядит вполне расслабленно и когда находится один. хенджина восхищала та аура, которая царила вокруг минхо вместе с ненавязчивым табачно-древесным парфюмом, который он успел почувствовать во время последней встречи. создавалось ощущение, что минхо чувствует себя уверенно и расслабленно в абсолютно любой ситуации. он обычно никогда не торопился, даже когда опаздывал, всем своим видом говоря - «ну да, я уже опоздал, смысл суетиться?»; он не похож на смешливого вечно дурачащегося заводилу компании, но его острые комментарии часто становились причиной взрывного смеха в университетском кафетерии. а ещё минхо невероятно красивый. и хенджин совершенно не представляет как с этим справиться. он думает о себе как об идиоте, когда вспоминает, как набрался смелости, чтобы подойти и спросить не сможет ли минхо принять участие в его проекте. он вспоминает, как за его грудной клеткой взрывались самые настоящие фейерверки, когда старшекурсник просто пожал плечами и сказал односложное «без проблем». да уж. потому что проблемы теперь у хенджина, который то и дело спрашивал себя  реально ли то, что сейчас происходит. он даже пару раз себя ущипнул за эти пятнадцать минут, чтобы убедиться в действительности. чтобы убедиться в нереальности минхо. в его глазах, укрытых тенью кепки, которые все равно походили на два сдержанно мерцающих обсидиана, внимательных, даже несколько строгих. под взглядом ли становится неуютно, будто его глаза способны смотреть сквозь внешнюю оболочку в саму суть хвана. кажется, что минхо прищурится и скажет «такой ты болван, хван» – на, держи, – ли держит в обеих руках по пластиковому стакану и один из них протягивает хенджину. тот берет его и все так же пытается достать деньги из кошелька. – убери, – минхо цокает и зажимает трубочку между зубов, – потом просто тоже угостишь меня чем-нибудь.  для ли нет ничего такого, чтобы заплатить за чей-то кофе. это просто - незначительная мелочь. – спасибо, – хенджин не с первого раза попадает в карман кошельком и пробует напиток, проглатывая свое смущение. «в следующий раз» – отзывается перехваченным дыханием. следующий раз звучит как надежда, что они смогут провести время вместе ещё и возможно хенджин даже не будет вести себя как законченный социофоб. минхо выглядит слишком мило, когда тянет через трубочку свой кофе. в следующий момент минхо снова выглядит как нереальное божество из другого мира, когда сосредоточенно рассматривает что-то на другой стороне улицы, оставив трубочку между зубов. хенджин готов рассыпаться на сотни тысяч кусочков в попытках не пялиться на приоткрытые губы.  чертов минхо идеален даже в том, как он пьёт кофе.  одной рукой хван достаёт телефон и делает фото. звук из смартфона привлекает внимание ли, и он смотрит на своего фотографа чересчур строго, так кажется хенджину, что сразу хочется оправдаться.  – одной рукой неудобно… – я так и понял. хенджин убирает телефон в задний карман и мысленно отвешивает себе смачную пощёчину за то, что не выключил звук, тем самым дав себе хотя бы ещё пару секунд на рассматривание все-ещё-не-слишком-реального минхо вблизи, а не из другого конца кампуса. неловкая пауза становится чересчур долгой и это начинает напрягать даже самого мистера невозмутимость.   – кстати, я взял ещё вот это, – из кармана бомбера ли достаёт пакетик жареного арахиса, – будешь? хван отрицательно мотает головой и снова принимается за кофе. старшекурсник снова жмёт плечами – как хочешь - как тогда в универе, и закидывает пару штук себе в рот.  – ты какой-то не особо разговорчивый или тебя так кофе занял? – минхо подкидывает арахис над собой и пытается поймать его губами, но тот падает на переносицу и приземляется на асфальт.  хенджин моментально взрывается немым смехом, стараясь удержать так некстати оказавшийся напиток во рту. ли довольно улыбается, так, как умеет только он, уверен хенджин, уголком рта, открывая ровный ряд зубов, придавая своему лицу заговорщицкий вид. – это всё из-за кепки, – слишком серьезным голосом поясняет минхо, а сам все ещё улыбается-улыбается-улыбается и хенджину кажется, что его сердце внутри делает кульбиты получше цирка дю солей. – ага, знаешь выражение про плохого танцора и туфли? – наконец он может говорить не только односложными предложениями. – знаю, – минхо выбрасывает стакан со льдом в урну и скрещивает руки на груди, напуская на себя нарочито деловой вид, – но танцую я лучше, чем ловлю ртом орехи, - его бровь дёргается вверх под бейсболкой и хван готов поклясться, что в жизни ничего более сексуального не видел. видимо, его настолько это поражает, что ли легко хлопает его по плечу. – эй, я шучу, у меня просто юмор так себе, йена бы меня уже обшутил, перешутил и вышутил. – все нормально, просто день тяжелый, – пытается снова оправдаться хенджин, а сам понимает, что звучит максимально тупо и неубедительно. минхо же это как будто бы не смущает и он предлагает двигаться дальше. – если у тебя был тяжелый день, то лучше нам побыстрее все закончить, да? – он забирает у хвана полупустой стакан и демонстративно подпирает бок свободной рукой. – давай уже подсказывай, я же ни хрена не смыслю в фотографии. скажи, что делать, может надо как-то встать? на одной ноге попрыгать или ещё чего?  – эм, просто... – в голове у хенджина судорожно крутятся шестерёнки в попытках придумать хоть что-нибудь. что-нибудь, что не будет похоже на «можешь просто дышать, этого хватит для того, чтобы у меня случился передозировка твоей красотой». в это время минхо ставит стакан и пакетик с арахисом на скамью и снова снимает кепку, чтобы убрать отросшую чёлку назад. – стой! – внезапно громко выпаливает хван, когда ли уже почти надел бейсболку и недоуменно уставился на фотографа, замерев от внезапной команды, – сделай так ещё раз. – что именно? – минхо продолжает держать кепку над головой, как ему и было сказано. выглядит он наверняка весьма забавно. – ну, – чтобы скорее скрыть своё смущение, хенджин прячется за камерой, - взъерошь волосы и убери их назад, а потом надень кепку, только не козырьком вперёд. пожалуйста. на лице ли отражается весь мыслительный процесс, который происходит в его голове. ему все ещё не очень понятно, что может быть такого особенного в обычном поправлении бейсболки. наверное, поэтому он никогда и не будет фотографом. не хватает банального видения кадра, ага. минхо издаёт смешок, почти сразу же слышится щелчок затвора. он снова запускает пальцы в волосы, наводя на пепельно-серой челке ещё больший беспорядок и водружает головной убор на затылок.   – вот так?  ли разводит руки в стороны как бы спрашивая «достаточно?», в ответ хенджин неопределённо мычит, слишком занятый перелистыванием кадров. да и вряд ли он смог бы сказать что-то вразумительное, ведь, мать его, минхо все ещё продолжает атаковать его чувство прекрасного просто своим существованием. начиная от переплетения нитей вен возле запястий и заканчивая прядями небрежно-прикрывающих его лоб волос.  он точно уверен, что сердце пропускает пару ударов, когда ли внезапно оказывается так близко, что можно увидеть его бледную родинку на носу и невероятно длинные ресницы, которыми он наверняка может удержать зубочистку. - покажешь? – старшекурсник пытается заглянуть в дисплей, на что хенджин поворачивает камеру к себе. - я лучше потом пришлю тебе ссылку на гугл-диск, – губы хвана трогает извиняющаяся улыбка. ему и правда комфортнее, когда сперва он сам просматривает исходники, а после уже показывает работу другим. он надеется, что минхо не обидится, поэтому с осторожностью смотрит на него. тот же издает неопределенное хмыканье и отходит. вот же непробиваемый. - пройдем дальше? я отсюда вижу, что впереди фиолетовая витрина. на фото такой свет должен хорошо смотреться, – хенджин старается как можно быстрее перевести тему и вернуться к съемке. - да, погнали.