Война будет, но не сегодня

Когда кто-то говорит о любви, Норт лишь поджимает губы и наклоняет голову, пытаясь хоть как-то отвлечься от мыслей. Откуда она может знать, что такое любовь? Она долго была той, кому свойственно всё имитировать, особенно в отношении людей. То, что они обычно так бережно хранили, держали в секрете, считали суперличным, она всё это умела имитировать. Так почему то, что она чувствует к Маркусу, не имитация? Почему она так должна быть уверена в своих словах, когда-то сказанных ему? В этих трёх словах и десяти буквах, о которых она уже слишком долго думает? Почему? Вопросов с каждым разом размышлений становилось всё больше, а ответов всё меньше. И возможно, она бы могла попробовать найти что-то в интернете, попытаться прояснить для себя хоть одну деталь, но не может. Ее модель не для этого. Возможно, и не для любви в плане высоко морального чувства. Только для физической. И Норт лишь прикрывала глаза и кивала, когда Маркус говорил ей «я люблю тебя». Потому что не знала, будет ли то, что она ответит, правдой. Если нет, она соврет, а это худшее качество человека. Если да, то всё равно останется вопрос, что это значит — любить. Когда было слишком сложно и слишком плохо, таких вопросов не было. Когда их жизнь была каждый раз на волоске, не хотелось тау много думать о любви, хотелось думать о выживании. Как минимум, потому что это рационально. Так почему ее любовь к Маркусу сейчас — не спасение от этих противных будней? Коннор однажды рассказывал ей о Трейси. Кажется, они говорили о любви. И они спасали друг друга. Они были готовы лишиться своей жизни, под этими обстоятельствами такой хрупкой, ради друг друга. Может быть, это любовь? Норт бы прикрыла Маркуса собой от пуль или взрывов. Или чего угодно, что могло его убить. Без каких-то размышлений. Но наверное, так бы сделали все на Иерихоне. — Маркус, а что такое… Любовь? — он удивляется и приподнимает брови, откладывая какие-то документы. — Можешь хотя бы просто зачитать, что об этом пишут в интернете. — Ну… Это когда твой партнёр способен принять тебя такой, какая ты есть. Или когда твой партнёр верит в тебя и любые твои мечты. Ну или когда ты можешь полностью довериться партнеру, не боясь осуждений. — Это ты сейчас на каком сайте взял? — Норт поворачивает к себе выключенный планшет, нужный в основном только для создания документов, и открывает сеть. — Ни на каком, — он пожимает плечами и откидывается на спинку кресла. — Я сужу по моему отношению к тебе. Норт выключает планшет и отодвигает его в сторону, растерянно кивая. — А что такое? — кажется, Маркуса заинтересовало такое поведение, но какая была бы его реакция, узнай он об ее мыслях? — Ничего, я… — она мотает головой и встаёт, чтобы уйти, но потом садится обратно в кресло. — Я просто запуталась. — Я могу тебе помочь? — он спросил разрешения, хотя, наверное, всё давно для себя решил. Он всегда так делал, лишь бы ей было комфортно. Он первый, кто вообще спрашивал у нее разрешения. — Да, — она неуверенно кивает головой, а потом всё же поднимает на него глаза. — Можешь.