Пространство и время

      Драко проснулся в гостевой комнате Нотт-Мэнора. Солнечные лучи проникали в комнату, режа глаза Драко, а вокруг суетились эльфы со скляночками зелий.       Голова трещала, а любая попытка припомнить произошедшее заканчивалась еще большей головной болью. Драко осмотрел себя и заметил перемотанную левую руку. Повязка была абсолютно чистой, однако рука горела от боли, разрывая плоть изнутри. -Драко, доброе утро. – воскликнул Тео, войдя в комнату. Нотт был явно удивлен, когда застал друга в сознании, что смутило Малфоя. - Сколько я был в отключке? – Спросил блондин, потирая переносицу в попытке сконцентрировать внимание на друге. -Четыре дня. – спокойно сказал Нотт, доставая какой-то свиток из комода. Драко пригляделся и понял, что друг достал газету и швырнул ее на кровать к блондину. Он сразу принялся читать заголовок:

Люциус Малфой приговорен к пожизненному заключению.

      Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер вновь совершили невозможное: в Нотт-Мэноре было поймано пять пожирателей, бежавших из страны и находящихся в розыске полтора года. По словам главы Аврората, в поимке преступников помощь оказали ранее оправданные пожиратели – Теодор Нотт и Драко Малфой. Подробности на развороте 6-7.       Драко несколько раз пробежался по строчкам. Первым чувством была радость – отец наконец получил по заслугам. Но она сменилась легким беспокойством, когда слизеринец вспомнил, как отключился. Отец – Грейнджер – Вспышки – Шкаф – Взрыв. -Как Грейнждер? Она тоже отключилась? Что за херню кинул в нас Люциус? – Драко позволял себе называть старшего Малфоя отцом лишь в мыслях. - Грейнджер все еще в отключке, Поттер забрал ее, как только мы нашли вас. – Тео замолчал, будто собираясь с мыслями, но продолжил. -Колдомедики так и не выяснили, почему вы потеряли сознание. Проверили палочку Люциуса, но последнее использованное заклинание принесло бы только летальный исход. – Рассудок Драко слегка помутнился, когда он вспомнил, что желтая вспышка была направлена именно на него. Отец правда пошел на это. Гнев начал растекаться по венам Драко, но резкая боль в руке туманила рассудок еще сильнее. - Тогда предположили, что вы оба ударились головой во время взрыва, и эта версия была самой правдоподобной, пока медики не нашли у вас в организме неизвестную им концентрацию магии. - Что значит «неизвестную»? – Закипая, спросил Малфой. -То и значит. Никто не смог определить ни источник, ни происхождение. – Закончил Нотт и сел к другу на кровать. Малфой выглядел потерянным, но он пытался найти какую-либо зацепку в своих воспоминаниях. – Гермиону оставили под наблюдением, а тебя я забрал сюда. Ваши показатели не изменялись ни разу за четыре дня, поэтому медики решили, что магия в вашем организме безвредна. Однако, сказали следить за тобой и сообщить, если что-то изменится. - Ты хочешь, чтобы я остался в твоем доме? – усмехнулся Малфой. - Это было бы логично, но я знаю, что ты захочешь вернуться домой как можно скорее. – пожал плечами Тео, и он был прав. Драко было гораздо комфортнее дома, к тому же, он не хотел задерживаться у друга дольше необходимого. Он и так отнял у него четыре дня. -Я сообщу тебе, если мое состояние ухудшиться. – соврал Малфой, надевая рубашку и кладя палочку в карман брюк. - Я знаю, что нет. – Ухмыльнулся Тео. – Поэтому Тинки сообщит мне, если что-то произойдет. – Хитрый жук. Малфой фыркнул и поплелся к камину.

***

      Через еще четыре дня Малфой больше не смог терпеть эту ужасную боль в руке. Кожу словно резали изнутри, пытаясь выбраться наружу. Он сорвал повязку и увидел множество мелких шрамов на левой руке. Они были похожи на шрамы от стекла, что остались у Малфоя на правой ноге после того, как глупый домовик скинул люстру в обеденном зале, спасая Поттера. Тысячи мелких стеклышек разлетелись тогда по залу, цепляя присутствующих.       Малфой пялился на свою руку, пытаясь вспомнить, было ли что-то стеклянное во взорвавшейся комнате. Но так и не припомнил ничего, что могло оставить эти шрамы. Он обязательно спросит у Тео, что это за херня, когда увидит его в следующий раз.       А пока слизеринец решил отыскать обезболивающее зеле, запасы которого стремительно кончались в последние дни. Как только он потянулся к полке с зельями в своей комнате – рука начала болеть сильнее, чем в любой из прошедших дней. В глазах двоилось, а голова раскалывалась на мелкие кусочки. Драко присел на кровать и в следующую секунду упал без сознания.

***

      Темная комната освещалась лишь теплым светом свечей. Шторы были плотно задвинуты, а на столе стояла открытая бутылка огневиски. Драко осмотрелся и понял, что находится в своей старой комнате в Мэноре. Только некоторые вещи все же отличались – кровать стояла в другом углу комнаты, шторы другого цвета, два кресла возле камина, вместо обычно стоящего там дивана. Малфой не припомнил, чтобы поручал делать ремонт в этой комнате. Его рассуждения прервал голос Нарциссы. - Сынок, почему ты еще не одет? Гости прибудут через пару минут. – Женщина остановилась на пороге, взволнованно глядя на сына. Драко на секунду прищурился, пытаясь понять, как мама оказалась в Мэноре? Она уехала из страны, как только ее оправдали, и занималась светскими делами в их поместье во Франции. – Ты взволнован перед помолвкой? – Бесспокойно спросила женщина. Брови Драко взлетели вверх. Парень не понимал, что происходит, поэтому просто ответил кивком на предположение Нарциссы. – Хорошо.-Понимающе улыбнулась женщина. – Мы с отцом будем встречать гостей. Спускайся, как соберешься. – Нарцисса кивнула с улыбкой и удалилась, оставив Драко одного.       Как только слизеринец услышал щелчок двери, он тяжело выдохнул, пытаясь разобраться во всем. Странная комната, мать в Англии, отец на свободе, помолвка… сколько Драко спал? Вероятно, очень долго, раз Люциус успел отбыть пожизненный срок.       Собравшись с мыслями, Малфой открыл дверь и вышел в коридор поместья. Все было почти, как прежде, но некоторые портреты весели в других местах, некоторые лампы отличались, некоторые двери находились чуть дальше или ближе обычного. Драко прищурился, пытаясь разглядеть фигуры, собравшиеся в большом зале, вид на который открывался с балкончика на втором этаже. Он видел отца, который приобнимал мать за талию, держа в руке бокал с вином. Видел старших Гринграссов, что мило беседовали с его родителями. Разглядел Блейза, что спорил с Тео в дальнем углу комнаты, заполненной людьми.       В конце концов, он увидел Асторию, которая плавно шла к родителям под руку с самим Драко. Но с каким-то другим Драко, вероятно, раз сам Малфой стоял здесь. Блондин разглядел довольное лицо шатенки, что шла со второй его версией, и лицо второго себя. Другой Драко выглядел вымученным и недовольным. Как только пара остановилась возле родителей, другой Драко натянул улыбку и поцеловал руку миссис Гринграсс.       Драко понял, что оказался замеченным, когда вторая его версия пристально посмотрела на него, изучающе. Тот второй Драко поклонился родителям, как бы прося прощения и двинулся к лестнице. Первый Драко старался быстрее вернуться в его- не его комнату, чтобы не быть пойманным собой же. Но у самой двери его окликнул его же голос. - Драко, стой. – Тихо сказал второй блондин, подходя ближе. Почему-то Драко остановился. Он медленно повернулся к собеседнику. – Я так понимаю, это только началось? – обеспокоенно спросил второй Малфой. - Началось что? – Злоба от непонимания происходящего переполняла голос. - То есть, это только первый раз? – растерянно спросил другой Малфой. - Я не понимаю, кто ты и что ты несешь…- злобно начал Драко, но оперся о дверь, как только голова начала раскалываться, а рука гореть изнутри. -Эй, Драко, Драко, - попытался поднять его собеседник. – На, забери это, -блондин протянул ему белый конверт. Драко успел схватиться за него в последнюю секунду, перед тем как провалиться во тьму.