Сексолог для...

Стук в дверь был противным, я перевернулась на спину и почесала глаза кулаками. Мне снился столь прекрасный сон, что не хотелось просыпаться. — Этери, открывай дверь! — послышался голос хозяина этого здания. А, вот это было чревато. Вся легкость и приятность сна, в котором мне почему-то позвонила Женя и болтала, как со своей девушкой, как рукой сняло. Тяжесть упала на грудь, уже по другой причине меня вдавливало в кровать. — Что? — буркнула я, глядя на полноватого, лысеющего мужичка сверху вниз. Я давила в себе желание стукнуть его, чтобы он прекратил пялиться на мою грудь. — Станос съехал из этой квартиры, о чем мне сообщил. Ты должна покинуть эту квартиру через три дня, когда закончится аренда. — Что за бред? — я в недоумении смотрела на него. — Мы продлим договор аренды, и уже я заплачу тебе за эту квартиру. — Нет, я не желаю иметь с тобой дело, — взвизгнул он и унесся по коридору, вереща что-то о недобросовестных арендаторах. — Вот как, — проговорила я в пустоту коридора. — Станос все же решил со мной пободаться. Войдя в квартиру и добравшись до часов, лежащих на кухонном столе, я пролистала не глядя кучу сообщений от Евгении, которая мне строчила сообщение за сообщением, что сегодняшняя смена последняя, и мне надо кровь из носу появиться, а потом можно валить куда подальше из агентства и ее жизни. Я закатила глаза. Боже, какая же она дура с завышенной самооценкой. Она действительно думает, что мир вертится вокруг нее? Закатив глаза так, что почти увидела свой красивый мозг, я вернулась к поиску. Долистав до нужного контакта, я нажала на вызов. Долгая тишина и тихий щелчок дали мне сигнал, что мне можно говорить. — Господин Мэр, доброе утро. Этери Тутберидзе вас беспокоит. У меня есть пара мыслей и одна просьба к вам. — Тери, дорогая, я так рад тебя слышать, — густой бас тут же раздался в трубке, как только я закончила говорить. — Зачем же так официально. Подъезжай через час, мы с тобой успеем поболтать. Минут десять я могу тебе уделить. Я хотя бы буду уверен, что ты и правда вернулась, а не умерла. Твои родители не простили бы меня. Я чуть закатила глаза от небольшой фальши, когда он заговорил о родителях, но Мэр был честен и довольно искренен во всем остальном. — Хорошо, Господин Мэр, я приеду. После я позвонила главе агентства и написала Евгении, что задержусь и, что все в порядке, я приеду на свой последний день. Встав под душ и выдохнув, я вспомнила сон. Он был таким дурацким и четким в одно и то же время. Я прямо сейчас ясно видела картинки из сна: вот я легла на каком-то диване спать, расстраиваясь, что Женя прекратила со мной общаться и молчала две недели, а моя ломка по нашему общению достигла апогея, где я посыпала голову пеплом и приговаривала, что больше никогда не смогу найти такую же девушку; что я больше никогда не смогу полюбить также сильно, как в этот день. В общем, шиза накрыла меня, как сказали бы в том... земном мире. И вот внезапно зазвонил телефон, и я тут же ответила на звонок, едва увидев ее имя на экране, потому что мы с Женей всегда переписывались, но никогда не созванивались. Я была шокирована и пыталась справиться с этим и со смехом, который меня разбирал, и с радостью, которая хотела меня взорвать, пока я слушала, как она жалуется мне на свой день. А потом что-то произошло, и сон исчез. Я бы цеплялась за него, если бы в дверь не постучали. Переключив на холодную воду, я очнулась и поняла, что совсем не осталось времени, чтобы стоять и утопать в своих снах и фантазиях. Сегодня последний день, а потом начнется новая жизнь. Я горько усмехнулась и выключила душ, желая оказаться снова в том мире, где мы были с Женей. Сейчас мне казалось, что все было проще и понятнее там, чем здесь. Одевшись, я взяла ключи и машинально нацепила часы, не понимая, почему сегодня голова отказывается ясно думать, и все мысли и идеи проносились с космической скоростью в голове, даже не останавливаясь, чтобы поздороваться. Здание, где отсиживался Господин Мэр, было большим и величественным. Почти что замок, не хватало только пушек по углам высокого кирпичного забора и гвардейцев по бокам огромных двустворчатых дверей. Меня встретил очередной безликий дворецкий, которые обычно сменялись как перчатки, и быстро повел в кабинет для приема гостей. А я осознала, что чувствую себя как дома. С детства привыкшая бегать тут по бесчисленным комнатам, пока мама с папой решали свои дела и проблемы с Мэром. Ингус Райт. Кто бы знал, что я с ним буду иметь дело и предлагать сделки. Правду говорили в земном мире - яблочко от яблони недалеко падает. Только у меня был огромное преимущество перед родителями. Я знала, что можно ожидать от Господина Мэра; что он мог предложить и за какую цену. — Тери, дорогая моя! — Закричал высокий статный мужчина и бросился ко мне, чтобы слегка придушить в своих объятиях. И все-таки я по нему скучала. Он оставался единственной ниточкой, которая меня еще соединяла с покойными родителями. — Ин, привет, — радостно прошептала я, уткнувшись ему в грудь, вдыхая родной запах ванили и чарнтного табака, которой он курил сколько я себя помню. — Как ты? Еще никто не посягается на твой трон? Он от души рассмеялся, откинув голову, открывая горло так, словно не видел во мне угрозы. — Ты же знаешь, что никто не посмеет, пока я жив, — он еще раз сжал меня в объятии и отпустил, чтобы пойти к высокому шкафу, где хранил свой табак. — Это правда, но надо же было проверить, — я улыбнулась и уселась в широченное мягкое кресло, чтобы откинуться и начать внимательно за ним наблюдать. — Ладно, Тери, — он втянул носом табак и поморщился. — Рассказывай, что тебя привело сюда. Давай сюда свои предложения и просьбу, и я посмотрю, что можно сделать. — Мне нужен доступ к счетам своих родителей... — Тери! — подскочил он ко мне и приложил руку ко лбу. — Это точно ты? Тебя не подменили? — Как сказать, — грустно улыбнулась я. — Я пролежала не только в коме, я прожила еще одну жизнь. Это здесь мне двадцать шесть. Там была еще одна длинною в почти тридцать пять лет, — я помотала головой, чтобы стряхнуть с себя воспоминания о той жизни. — Там я была совершенно другой. — Ты хочешь доступ ко всем счетам или к каким-то конкретным? — Мне нужен доступ к двум счетам, которые связаны с космическими поставками, и еще один, который привязан к владениям моей семьи. Межпланетный счет, — уточнила я на всякий случай. — Это просьба? Ты хочешь всем теперь управлять сама? — Нет, — покачала я головой, мне не хотелось влазить в те дела, которые были отлажены и без моего участия. — Я хочу спросить тебя, — он пожевал губы, дернув плечом, и тут же снова заговорил. — Что заставило тебя передумать и вернуться к истокам? Ты ведь так рьяно отрицала наследство родителей и хотела всего добиться сама. Ты так не хотела иметь ничего общего с тем, что родители успели сделать в этом мире. — Я просто выросла, можно это так назвать, — я поморщилась. Сейчас так было странно вспоминать причины, по которым я от всего этого отказывалась. Станос был прав, я была идиоткой. — Ин, я хочу улететь с этой планеты и начать бродить по космосу. Давно было пора. Он кивнул, ничего не говоря, но я увидела мелькнувшую грусть в его глазах и немой вопрос. — Это предложение? — Что вроде того, — я кивнула, понимая, что это было не совсем предложение, но не хотелось останавливаться и вдумываться. — Моя просьба - я хочу, чтобы карьера Станоса Инковича закончилась. Я хочу, чтобы его распределили на какую-нибудь убогую планету без возможности вылезти оттуда. — За что ты так с ним? — засмеялся Ин, вставая с кресла и снова идя к шкафу с табаком. — На долю секунды я словно увидел твоего отца. Он был таким же жестоким к своим врагам. — Он не захотел мирно со мной разойтись. Мне не хочется меряться с ним силой, я просто его заткну и забуду. Ну, либо я его убью и замету следы так, что никто никогда о нем не вспомнит. Мне бы хотелось избежать кровопролития. — Я тебя услышал, я распоряжусь. Ты хочешь, чтобы он знал, что это ты - причина его бед? — Нет, — я откинула голову назад и прикрыла глаза. Перед ними тут же всплыла Евгения. Я поморщилась и распахнула глаза. — Он и так догадается. — А еще одно предложение? — Ин, я боюсь, что уже потратила все время, которое мне было отведено. Давай я через неделю снова приду и быстро тебе его расскаэу, потому что оно внезапно перестало быть етким в моей голове. — Хорошо, — сдержанно кивнул Мэр и вдохнул еще табака. — Я рад, что ты жива Тери. Мне тебя очень не хватало, я до последнего надеялся, что ты очнешься и запрещал им отключать тебя. — Они хотели отключить меня? — я, находясь в глубоком шоке, посмотрела на него. — Да, тогда прошел всего лишь месяц, когда они мне прислали отчеты и заявление на подпись. Я распорядился, чтобы ни одну из вас не отключали. Был бы большой скандал, если бы и тебя, и Наследницу отключили. — Ты о какой наследнице говоришь? — я не понимала его, потому что Наследница на этой планете была одна - Евгения Один. — Со мной лежала Евгения, но ее фамилия Медведева и... — Она взяла фамилию матери, чтобы развлечься и послужить обществу. Евгения Один или Медведева является Наследницей. Об этом мало кто знает, даже в агентстве все скрыто. Именно поэтому разразился бы скандал. Наследница и дочь тех самых Тутберизде, которые в свое время владели половиной галактики, отключены в один день. — Ммм, — я оглушенная сидела и смотрела в точку, пытаясь осознать, что только что узнала. Встав, я протянула руку, чтобы попрощаться с Господином Мэром, когда он снова схватил меня объятия и попрощался, прежде чем быстро отпустить меня и отправиться за стол - знак того, что аудиенция закончилась. Выйдя на улицу и взглянув на сине-фиолетовое небо, я начала понимать, откуда в ней такие замашки, и еще я удивилась, что она достаточно приземленная для своего статуса. Евгения является Наследницей. Забавно до дрожи. Но это больше не моя забота, я скоро улечу и постараюсь ее забыть.

___________________

— Какого черта ты опаздываешь в последний день! Вот и моя личная Немезида появилась, я закатила глаза и продолжила переодеваться в форму. Я наконец могла вздохнуть спокойно. Сегодня последний день, а значит больше не придется возвращаться сюда и зачищать помои этого великолепного, но похожего на помойку, города. Глянец в центре, отбросы - по периметру. И как они еще не напали на центр, чтобы не отвоевать его? Думаю, что Господин Мэр все контролирует, именно поэтому его не могут свергнуть или даже убить. Вся верхушка правления понимает, что как только его не станет, сдерживающая сила уйдет, и тогда всем будет плохо. Никакие стражи не сдержат толпу разъяренных тупоголовых людей, которые жаждут отмщения за свое жалкое существование. Кто же знал, что неудавшаяся революция настолько не понравится властям, что они начнут геноцид. Их план был и остается хорошим - он рассчитан был на пятьдесят лет и начинался с совсем незаметных вещей, сейчас же прошло уже тридцать лет. Последствия видны, если знать, куда смотреть. Люди кидаются друг на друга, убивают и снова рожают, пока в засекреченных лабораториях пытаются создать подобие человека, который будет полностью лишен эмоций. Мы - экспериментальная планета. Верхушка так решила. Если эксперимент удастся, то лет через триста эта галактика станет только для людей, так как план сочтут жизнеспособным и запустят его на всех планетах и для всех рас. Надеюсь, я до этого не доживу. Как хорошо, что мои родители еще успели это рассказать, прежде чем погибли. Более чем уверена, что их смерть - заказное убийство, потому что мой отец не настолько был тупым человеком, чтобы полететь через черную дыру без навигатора и штурмана. — Ты мне что-то ответишь? — зло раздалось сбоку. — Нет, — я хлопнула дверцей и повернулась к своей напарнице. Наследница. Кто бы мог подумать, что это была она. Обычная выскочка. И как меня только угораздило тогда втянуться в войну с ней. Хотя, я выживала и для меня было важно остаться в агентстве, чтобы не приползти к Господину Мэру и не просить родительские деньги. Тогда я была слишком горда, чтобы пользоваться тем, что они мне оставили, я хотела всего добиться сама. Идиотка несчастная. Сбой системы - лучшее что случалось в этой моей жизни. А в той... в земной... может быть, мы были бы с Женей счастливы. И это было бы лучшим. Мечты. — Пойдем, мне нужно успеть каталогизировать вчерашнюю зачистку, а потом можно будет пойти к главному. Мне кажется, что он нас ждет с великим нетерпением. Я видела, как раздувались ноздри Евгении и даже дернулась рука, но она остановила себя. Я видела, как она открыла рот, чтобы что-то сказать, но закрыла, а после поморщилась. — Хорошо.

___________________

Три часа муторного и дотошного внесения данных, приложения к ним обрезанных видений с очков и объяснительные по каждому убийству, настолько меня доканали, что голова болела так сильно, что я захотела, чтобы Дерек убил меня о поребрик*. Евгения нависала надо мной последние два часа, чем еще больше нервировала. Каждый раз, когда мне хотелось заорать на нее или просто пристрелить, я вспоминала, что сегодня последний день, и будет слишком глупо сесть в тюрьму или вообще умереть за то, что не сдержалась и пристрелила эту девушку. Может быть, она и не плохая, но мне не хотелось думать о том, что она могла быть нормальной и понимающей. Слишком много было воспоминаний того, что она вытворяла за последние два года, пока я работала в агентстве. Всего лишь еще один час надо продержаться, и если получится, то через месяц я улечу бороздить космос на Гравите класса А, а это значит больше знакомств, больше событий и... она исчезнет из моей памяти под толщей новых воспоминаний. — Вы наконец пришли, — криво улыбнулся главный, заканчивая разговор по часам, когда мы вошли к нему. — Да, — в унисон ответили мы. Забавно. — Сработались? Отлично, — он потер руки. — Значит, мы... — Вот мое заявление, — перебила я его, не желая слышать, что он задумал. Я точно была уверена, что он бы поставил нас в напарники и так далее. Фу, даже не хотелось об этом думать. — Заявление? Ты хочешь в другое агентство? — удивился он, приближаясь ко мне и беря листок. — Нет. Я увольняюсь, — выпалила я, а затем судорожно выдохнула. Все, все закончилось. Он нахмурился, но продолжил читать мое заявление. Паника внезапно меня отпустила, он не мог и не имел достаточных прав, чтобы не подписать мое заявление по собственному желанию. — Хорошо, — выдавил он. — Ты точно хорошо подумала? Ты — одна из лучших в своей области и... — Да, — кивнула я. — У меня другие планы. — Хорошо, тогда сдавай значок, очки, часы, пистолет и... ты знаешь протокол. Я кивнула, и положила все на его стол. — Ты не допускаешься к своему рабочему месту, как и к раздевалке. Специальная служба приедет за формой, которая сейчас на тебе. Я кивнула и протянула ему руку. Мне было приятно работать под его начальством, он был хорошим и очень честным стражем. — Спасибо, главный. Мне было приятно с вами работать. Мне оставалось до двери всего лишь пару шагов, когда я услышала голос Евгении позади себя. — Вот мое заявление, главный. Мне тоже пора. Вот, черт. * Из фильма “Американская история X”. Фильм начинается с того, что белый парень Дерек, главный герой, убивает негра, сломав ему шею, заставив лечь зубами на поребрик.