Final Thoughts

Нельзя было сказать, что последний год в Тейвате выдался спокойным или отличался особой размеренностью дней в любой из частей континента. Каждую неделю защитники отдельного из государств оставались на страже сохранения всеобщего порядка и безопасности, поскольку с течением времени нарушение этой безопасности ощущалось все сильней. Торговцы, ранее без проблем перевозившие свои товары на повозках были готовы к тому, что в худшем варианте развития событий, им придется отбиваться от хиличурлов подручными средствами, либо же им стоит надеяться на помощь извечных стражей порядка в лице солдат и рыцарей. Однако сумерки сгущались, ведь даже гражданам, которые до этого спокойно проживали в городе, и не нуждались в частых вылазках на природу, передалось волнение от тех, чья работа напрямую была связана с постоянными перемещениями. Внезапно купцы, ездившие по привычной местности, начали встречать на своем пути неожиданно большие скопление магов бездны, либо сразу крупную банду митачурлов, которые своими топорами ставили под угрозу не только сохранность груза, но и саму жизнь человека, ответственного за этот груз. Каждый регион принял решительные меры, а тренировки стражей порядка стали серьезнее и упорнее. Теперь те, кто до этого скептически относились к солдатам, начали видеть в них свое спасение и опору. Работа исполняющего обязанности магистра Ордо Фавониус стала усерднее. Джинн как никогда осознавала ответственность, что легла на ее плечи в совсем еще юном возрасте. В прошлом, кто только были помощниками для ордена, начали исполнять роль полноправных рыцарей. Ноэлль, только мечтающая стать частью Ордо Фавониус, нынче осуществив свое желание, решительно избавлялась от любых врагов, затаившихся в окружении города и не давала им чинить беспорядки. Но одной из главных поддержек для рыцарей стала помощь того, кто сам когда-то был членом ордена, но отказался от своего звания, самостоятельно обеспечивая безопасность окружающим, при этом скрываясь под маской. Вечером сего дня осуществлялась процедура, к которой солдаты в последнее время были всегда готовы: каждая команда, состоящая из нескольких человек, обследовала отведенную им местность, и в случае обнаружения монстров полностью расправлялась с врагами и уничтожала их построения, что нередко обнаруживались на дорогах. Один из таких отрядов действовал сегодня, используя в качестве своей главной силы реакцию "таяние". - Ну как, ты рад, что мы снова работаем вместе? Кейя сохранял улыбку на лице даже во время самых страшных экспедиций, поэтому этот обход для него стал поводом поговорить со своими братом по оружию, надеясь вывести его хоть на какие-то положительные эмоции, что обычно не были обращены в сторону капитана кавалерии. - Я буду рад, если мы устраним всю угрозу для Мондштадта и спокойно вернемся в город. - Ну Дилюк, признайся, мы хорошо справляемся вместе с любой опасностью. Дилюк только бросил взгляд на напарника и промолчал. Крио и Пиро действительно незаменимы против монстров, обладающих элементальными навыками, и потому вместе они безоговорочно повышают шансы на победу в любом сражении. - А мне очень даже нравится работать, как раньше. Мы всегда были хорошей парой. Дилюк невольно поднял бровь в ответ на это заявление. Ему ведь только померещилась двусмысленность в чужих словах? Впрочем, он давно привык к такому. Но Кейя не хотел останавливаться на подобном. Его сердце было переполнено легким трепетом от возможности побыть вместе с Дилюком не в привычной таверне, в которой он бы с удовольствием остался после закрытия, а на задании, хоть и не в самых приятных обстоятельствах. Кейя действительно надеялся, что они снова смогут стать ближе, и эта мысль не давала ему покоя после возвращения Дилюка в Мондштадт. Если ранее Альберих старался убедить себя, что вполне может существовать один, то теперь, когда близкий человек совсем рядом, он вовсе сдался под напором своих чувств и никак не мог похоронить в себе веру в возобновление хороших отношений между ними. Эта идея настолько сильно не отпускала Кейю, что Розария даже отметила не так давно, что учитывая то, как часто Кейя упоминает Дилюка в своих разговорах, создается впечатление, будто он единственное вдохновение для Альбериха. Внутренний голос Кейи смиренно согласился с этим. Дилюк не придавал значения всем неоднозначным фразам, обращенные к нему. Он вполне привык к флирту Кейи по отношению к окружающим, поэтому знал, что их не стоит считать за что-то серьезное. Мужчины продолжали свою дорогу в сторону Вольфендома, в сумерках которого очень часто можно обнаружить лагеря хиличурлов. - Дилюк, спасибо тебе, что ты все еще продолжаешь сражаться рядом со мной, - Кейя медленно остановился. - Я знаю, что ты силен и уже привык сам решать свои проблемы, но когда я рядом, я ни за что не подвергну тебя опасности и всегда буду на твоей стороне. Я обещаю. Дилюк остановился следом за напарником и удивленно вгляделся в чужое лицо. Но весь вид Кейи говорил о том, что в его словах ни грамма притворства, и только в голосе слышится грусть и некоторое сожаление. «Если бы он смотрел на меня сейчас двумя глазами, он был бы еще искренне», - неожиданно для себя подумал Дилюк. Но он не успел ответить. Дилюк повернул голову на увидел, как к ним торопливыми шагами приближается один из отрядов, что должен был патрулировать в соседнем отведенном им участке. Трое рыцарей, ответственные за исследование Каньона Светлой Короны, с тревогой посмотрели на мужчин. - Капитан, Мастер Дилюк, вы нигде не видели Лоуренса? Ему показалось, что вдалеке промелькнул монстр, и он отделился от нас, - на лице рыцаря, имя которого, кажется, было Отто, читалось зарождающееся волнение. - Нет. Мы не встретили по пути даже ни одного хиличура, - нахмурил брови Кейя. Вид трех рыцарей, оставшихся без товарища, стал еще более напряжённым. - Давайте так, - произнес Дилюк, - мы можем разделиться и пойти искать Лоуренса. Если ни у кого из вас нет глаза бога, против наиболее опасных чудовищ будет сложнее действовать. Тройка, почувствовав некоторое облегчение, с натянутыми улыбками согласилась на предложение, но в душе каждого уже зарождалась паника и неприятное предчувствие чего-то нехорошего. - Ну вот, Дилюк, мы опять разделяемся, - Кейя старался разрядить обстановку. - Но не переживай, я к тебе вернусь. - Альберих подмигнул единственным открытым глазом и жестом показал двум рыцарям следовать за ним. Дилюк, оставшись только вдвоем с рыцарем из кавалерии, проводил взглядом три удаляющиеся в лес фигуры, вздохнул и направился со своим новым напарником в другую сторону. *** Через тридцать минут бесполезных блужданий по каньону, мысли в голове Дилюка стали отчаяннее, а сердце холоднее. Отто, спустя полчаса ни к чему не приведших хождений, старался прислушаться к каждому подозрительному шороху, надеясь в любом из звуков уловить подсказку о том, где найти потерявшегося рыцаря. - Может, команда капитана уже нашла Лоуренса? - Голос рыцаря выдавал его волнение. - Мы действительно ничего не обнаружили. Если Лоуренса не нашел сэр Кейя, то нужно сообщить об этом каждому отряду и организовать полномасштабные поиски. Отто согласился с Дилюком, тяжело кивая головой и сжимая руки в кулак. Он не хотел думать о том, что могло произойти с товарищем и как может быть страшно оставаться одному в темном лесу. - Капитан Кейя один из лучших рыцарей, он всегда находит пути решения, так что он наверняка уже обнаружил Лоуренса... Дилюк ничего не ответил. Он вполне себе может представить до самых мелочей то, как Кейя с улыбкой встречает Дилюка, ведя за собой рыцарей. Трое неловко плетутся за своим капитаном, а Кейя с гордостью выходит вперед и игривым голосом говорит что-то вроде: «Ну вот и я, Дилюк, ты скучал?» Да, Дилюк действительно слишком хорошо знает его. Рагнвиндр может воспроизвести в памяти любой момент, когда-либо совершенный Кейей. Как его взгляд становится серьёзным в сложной ситуации, как он хлопает в ладоши, чтобы оказаться в центре внимания, его уверенность, когда он делает взмахи мечом, и то, как его скулы покрываются румянцем, когда он заканчивает поцелуй и отстраняется… Впрочем, это совсем уже далекие воспоминания. Через еще несколько минут, пройдя в сторону, где мужчины решили разделиться для поисков, вдалеке послышался шум. Рука Дилюка моментально сжалась на рукояти меча. Напарники быстро посмотрели друг на друга и уверенно направились в сторону, откуда исходил звук. С каждым шагом шум становится отчетливей, потому вскоре двое перешли на бег. Солнце уже не было так высоко и воздух в лесу ощущался прохладнее. Волнение, которое раньше овладевало одним только Отто, передалось Дилюку. Мужчины вышли на небольшую поляну, и перед глазами прибывших предстало ужасающее зрелище. В тени одного из деревьев лежал рыцарь, части тела которого были неестественно вывернуты, на середине поляны был его товарищ по оружию, чей пустой взгляд ничего не выражал, а рядом с ним покоилось существо, что по фигуре напоминало человека, поэтому не оставалось сомнений, что это выходец из Бездны. Дилюк, разглядев синие доспехи, сразу вспомнил, что этот враг относится к элитному классу, и в списке всевозможных монстров континента обозначен как «смертельно опасный». Россыпь снежных искр озарила взгляд и тот час появился точно такой же монстр, пытающийся дать отпор крио стихие. Атакующий его человек, в котором Дилюк узнал Кейю, с большим упорством наносил удары по всем открытым местам Вестника Бездны. Дилюк старался не терять ни минуты. С молниеносной скоростью он направил Волчью погибель на врага, надеясь нанести своей сильнейшей пиро-атакой смертельный удар, а Отто, простоявший в забвении еще несколько мгновений, придя в себя бросился в развернувшееся сражение, и сразу же был отброшен без сознания одним из элементальных ударов Вестника, которые в произвольном порядке вспыхивали в воздухе. Враг не успокаивался. Этот выходец Бездны всегда был одним из самых страшных, но их никогда не встречали возле Мондштадта. Вестника не часто удавалось одолеть даже тем, кто имел глаз бога и мастерски пользовался оружием, не говоря об обычных солдатах без способностей. Но Кейя никогда не был слабым. Сила Крио была будто создана в этом мире, чтобы подчиниться Альбериху. Капитан чувствовал, что несмотря на мощные удары по всем слабым местам Вестника, он все же заметно начал сдавать позиции. Свою лепту в упадок сил внесли два погибших товарища, моментально убитые врагами. Внезапно атакованный со спины огненной птицей, Вестник повернулся в сторону Дилюка, и тогда Кейя сделал мощный крио-выпад, вынуждая врага упасть без сил. Монстр, начавший биться в конвульсиях, простился с жизнью рядом со своим другом. Двое мужчин, тяжело дыша, в ужасе уставились друг на друга. Все будто было ожившим кошмаров. Только сейчас Дилюк заметил, что волосы у Альбериха сильно растрепались от непрекращающегося сражения, одежда была в плачевном состоянии, и даже та белая нашивка меха, полученная как трофей от Мага Бездны, болталась, оторвавшись с одного края. - Дилюк… - Кейя, чуть хромая на одну ногу, начал делать неуверенные шаги в строну Рагнвиндра. Глаза Дилюка зацепили особо темное пятно на одежде у Кейи. Альберих сделал еще шаг и рухнул на землю. Сердце Дилюка упало. Он тут же бросился к Кейе, который теперь лежал на поляне с полузакрытыми глазами и не мог пошевелиться. Дилюк начал в панике зажимать руками чужую рану, кровь из которой все больше пропитывала ткань на форме и стекала на зеленую траву, вынуждая ее окрасится в багровый. Получив удар от Вестника, обладающего стихией крио, Кейя сражался с ним из последних сил. Мужчина четко осознавал, что если он не победит сейчас двух врагов, смерти его товарищей станут напрасными, а Вестники вполне могут добраться до города, и тогда проигрыш может обойтись ему слишком дорого. Поэтому Кейя только крепче сжал свою руку на мече, без остановки наносил все новые и новые атаки по монстру, пытаясь не обращать внимание на растущую боль. Альбериху повезло, что в руках у него находился один из лучших мечей, благодаря чему любая атака даже без использования стихии обладала невероятной мощью. Со стороны могло показаться, что двое на поляне стали одной неразделимой фигурой. На смертельно бледном лице Кейе выступили капли пота, и всем своим существом он ощущал лишь боль. Только близость Дилюка не давала ему терять сознание и, несмотря на все невыносимые ощущения, разливала приятное тепло в сердце. Дилюк что-то быстро успокаивающе говорил, но Кейя уже не мог разобрать, что конкретно. Взгляд единственного открытого глаза медленно расфокусировался. Все чувства были невероятно обострены: звук природы вокруг него, шелест листьев, дуновение ветра, кровь, что все так же беспрерывно вытекала из раны, в одну секунду все стало казаться чем-то совсем новым, словно Кейя никогда раньше не замечал все окружающее его. Солнце садилось и цвет голубого неба начал приобретать коралловый оттенок, но лучи сквозь легкие дымчатые облака будто из последних сил светили особенно ярко, стараясь проводить его и успокоить, подарив все самые прекрасные мгновения. «Неужели это так красиво - умирать?» - Держись, пожалуйста! - Дилюк склонился над Кейей, руками продолжая зажимать часть тела на животе, и взгляд его темных глаз безумно метался с повреждения до лица, которое со стремительной скоростью теряло свои краски. Кейя понимал, что это конец. Но все же он правда не ожидал, что он настанет так рано. Когда-то он мечтал стать рыцарем, он хотел защищать простых людей, Мондштадт, и еще быть сильным для своего единственного по-настоящему дорогого человека. Альберих очень хотел, чтобы они всегда были вместе. Дилюк, Дилюк, Дилюк. Розария действительно сказала тогда верно… - Дилюк, знаешь, я всегда… Кейя начал говорить из последних сил. Голос его звучал тихо и грустно. Не закончив свою мысль, он медленно перевел взгляд с неба на мужчину, крепко вцепившегося в него, замечая на его лице отчаянное безумие, которое никогда раньше Кейя не видел. Он улыбнулся. - Ты такой красивый… Эти слова были последним ударом. Дилюк аккуратно поднес руку к чужой поцарапанной щеке и нежно погладил ее ладонью. Рагнвиндр, словно споря с судьбой, надеялся этим прикосновением вдохнуть в Кейю жизнь, стремительно покидающую его. - Пожалуйста, не уходи от меня, пожалуйста… Кейя еще пару мгновений с лёгкой улыбкой смотрел на Дилюка, и через несколько секунд взгляд его стал пустым и бессмысленным. «Я так люблю тебя», - подумал он перед тем, как все пропало. И солнце почему-то продолжало светить, но уже непонятно, зачем. Становилось неясно, как все вокруг дальше посмело существовать, когда человек в руках Дилюка больше не мог вздохнуть. Это было слишком неправильно. Это было крайне нечестно. Ветер вновь зашевелил листья на деревьях, точно отдавая последнее благословение Барбатоса. Где-то недалеко птица издала громкий звук, послышался быстрый бег людей и и чьи-то крики, спрашивающие о том, что произошло и нужна ли помощь. Зачем они кричат? Эти вопросы уже не могли привести в чувства находившихся здесь людей. Дилюк продолжал смотреть в лицо напротив, ощущая, как мир перестает иметь какой-либо смысл. Рыцари вновь пришли слишком поздно.