my brother's best friend

      В тот день их родители уехали до утра, поэтому, естественно, Тео предложил друзьям остаться на ночь после закрытия паба. Похоже, день рождения Гарри ещё не скоро закончится. Ведь большинство из них уже были в стельку пьяны. И если кому-то посчастливилось выпить дорогой ликёр, принадлежавший отцу, так тому и быть.       Рон быстро отключился на диване и сейчас тихо похрапывал, уткнувшись лицом в расшитую бисером подушку, которая оставляла следы на переносице. Закатив глаза, Гермиона набросила на него одеяло.       Решив окунуть ноги в бассейн, Гермиона присоединилась к своим друзьям на улице, а Тео присел рядом с Луной. Он обнял её за плечи и прошептал что-то — зная его, вероятно, пошлое — ей на ухо. Луна шлёпнула Тео по груди, но уткнулась носом ему в шею.       Драко остался где-то в доме с Гарри. Последний раз она видела их стоящими на кухне. Когда Малфой, наконец, присоединится к ним, то, вероятно, сядет по другую сторону от Тео. Он мог бы расположиться рядом с Гермионой — в конце концов, они были друзьями, — но Драко предпочтёт перестраховаться.       Джинни, ухмыляясь, обрызгала Гермиону, быстро пиная её ногами. Если бы она не была настолько пьяна, что могла утонуть, Гермиона окунула бы Джинни в бассейн.       — Привет, — прочистив горло, Тео подошёл к ней и сел рядом. — Гермиона?       Девушка посмотрела на него в упор. Она хорошо знала голубые глаза, смотрящие на неё, знала все его эмоции, как свои собственные, потому что Тео тоже был её лучшим другом, и ему больно. Он волновался, а она — худшая сестра в мире. Невозможно забыть разговор Тео с Драко и то, как сжалась её грудь.       — Я уезжаю в Лондон в понедельник. Ты можешь поехать со мной. Это всего на один день. Знаю, что в последнее время всё идёт не так гладко.       Точно. Кормак.       И Гермиона, держащая Драко за руку прямо за спиной Тео.       — Конечно, поехали, — Гермиона улыбнулась. Она знала, что завтра он, возможно, не захочет даже смотреть на неё. Если бы она не была такой трусихой, то рассказала бы правду в самом начале. — Ты слишком сильно беспокоишься обо мне.       Он почесал затылок.       — Ты не ночуешь дома, улыбаешься в свой телефон, когда я тебя вижу, и даже не говоришь мне имя этого парня. Ты должна признать, что это ненормально.       — Что ж, — задумчиво вздохнула Гермиона, — у меня никогда не было того, кто бы мне так сильно нравился. Мне жаль, что это беспокоит тебя, но уверяю, со мной всё в порядке.       — Ты сказала мне, что я его не знаю, — осторожно начал Тео. — Уверен, ты солгала. Иначе ты бы так не нервничала. Если только… Это ведь не тот придурок Вуд?       Она фыркнула.       — Однозначно нет. Мы можем поговорить об этом завтра?       — Мне это не понравится, — догадался он.       Не обращая внимания на протесты, Джинни покачнулась в сторону Гермионы и невнятно пробормотала:       — Ты определённо не будешь в восторге.       Брови Тео поднялись.       — Ты знаешь, кто это, Рыжая?       Паника всколыхнулась в груди Гермионы, задев что-то жизненно важное.       — Джинни, пожалуйста, помолчи.       — Конечно, я знаю! — Джинни откинула голову назад, и её равновесие пошатнулось. — Ты не заметил? Это же очевидно.       — Джинни, — шикнула Гермиона, схватив подругу за плечи. — Я брошу тебя в бассейн. Ты поняла? Я утоплю тебя.       Тео закашлялся.       — Утопление здесь лишнее. — Гермиона даже не повернулась, чтобы посмотреть на него. — Эй, Рыжая, скажи мне, кто это, и я куплю тебе новое снаряжение для регби.       Перед Гермионой промелькнуло два варианта: бросить Джинни в бассейн или разобраться с последствиями.       Казалось, что она не справится ни с одним из них.       — Драко! — Джинни хихикнула, и голоса вокруг стихли.       Лаванды. Луны. Джинни.       Гермиона медленно повернулась и посмотрела на Тео. Он не выглядел сердитым, возможно, растерянным.       — Тео.       — Хорошая шутка. Давай попробуем ещё раз. С кем встречается моя сестра? — отчаяние сквозило в его тоне, и она поняла, что кусочки пазла, должно быть, складывались воедино. Все её таинственные отлучки идеально совпадали с тем временем, когда Драко говорил, что занят. — Гермиона, с кем, блядь, ты встречаешься?       Она молчала.       — Всё началось с провального плана по потере… Нет. — Вот оно. Ужас пронёсся по его лицу, и, как по щелчку пальцев, секрет был раскрыт. — Только не это, Гермиона.       — Знаю, ты расстроен, но…       — Расстроен? — прорычал он. — Ты думаешь, я расстроен, что ты теперь встречаешься с ним?! Думаешь, я расстроен, что он трахнул мою грёбаную сестру?!       Гермиона поморщилась. Похоже, Тео был очень зол, но она не стала это озвучивать.       — Он тоже был моим другом много лет, Тео. Просто это переросло в нечто большее.       Тео вскочил на ноги, и Гермиона поспешила за ним.       — Я убью его нахрен.       Гермиона упёрлась ладонями ему в грудь и толкнула.       — Нет, не убьёшь. Он твой лучший друг!       — Очевидно, блядь, нет!       — Будь благоразумен, Тео. Вы дружите с самого детства. Он не плохой человек, и ты это знаешь.       Румянец пополз по его шее, а дыхание стало прерывистым.       — Малфой! — он сложил ладони, чтобы усилить звук.       — Тео! — Гермиона снова преградила ему путь. — Пожалуйста, не делай ему больно.       — Я собираюсь сделать гораздо больше, чем просто навредить этому сукиному сыну.       Конечно, во всём виновата Джинни, которая в открытую заявила о них, но Гермиона была единственной, кто действительно начал всё это.       — Малфой!       — Он мне нравится, Тео. Очень. Пожалуйста, просто поговори со мной. Даже не смотри на него, ладно? Это только моя вина. Тео?       Он сжал челюсть.       — Ты тоже мне врала, так что прости, что теперь я не верю ни единому твоему слову.       Конечно, это больно.       Его слова били не хуже настоящего удара.       — Ты, — прорычал Тео и обошёл её.       Драко задержался на ступеньках, ведущих к бассейну, и, не раздумывая ни секунды, Гермиона пронеслась мимо Тео. Тяжело дыша, она резко остановилась перед Драко.       — Тебе нужно бежать. Сейчас же. Уходи.       — Что?       — Тео знает.       Драко побледнел и бросил взгляд через её плечо.       — Блядь.       Повернувшись, Гермиона раскинула руки и загородила Драко.       — Ты не ударишь его.       Тео уставился на них обоих.       Её друзья у бассейна вытянули шеи, чтобы посмотреть, что происходит. Гарри продолжил спускаться по ступенькам, бормоча:       — Это не моё дело. Не моё грёбаное дело.       Умный человек, но она не могла позволить себе такой роскоши.       — Ты трахнул мою сестру! — выпалил Тео.       — Мы встречаемся, — попыталась переиначить Гермиона. — Я хотела бы напомнить тебе, что мы встречаемся, а люди в отношениях часто занимаются сексом.       На лбу Тео вздулась вена, которая, казалось, вот-вот лопнет.       — Он не ходит на свидания. Он трахается, а потом бросает. Прекрати нести чушь о том, что ты его девушка, и притворяться, что он не бросит тебя, когда ты ему надоешь. Почему ты такая чертовски глупая?       Драко мягко оттолкнул её с дороги.       — Ты можешь сказать мне всё, что хочешь, приятель. Но если собираешься говорить о ней в таком тоне, тебе придётся проглотить свои зубы.       — Почему? Потому что она тебе небезразлична?       — В это не так уж трудно поверить, учитывая, что я всегда заботился о ней. Ради всего святого, да мы выросли вместе.       Плечи Драко напряглись, руки сжались в кулаки, и это не сулило ничего хорошего.       Тео рассмеялся, качая головой.       — Хорошо, давайте проясним ситуацию. У тебя никогда не было девушки.       Очевидно, то, что Тео оскорбил Гермиону, стало той самой чертой, и теперь, когда она пройдена, Драко не сдерживался. Он мог бы остаться спокойным и принять бой, но тут он заговорил:       — Ну, ты знаешь, я дал Грейнджер её первый раз, а она дала мне мой.       Гермиона пискнула, когда он процитировал её слова.       Тео поморщился, на его лбу выступила вена.       — Она слишком хороша для тебя.       — Да, это так, — с готовностью согласился Драко. — Но пока я нужен ей, я буду рядом.       — Гермиона, — Тео повернулся к ней с мольбой в глазах, — он бабник.       Драко уставился в небо, как будто сожалел о каждой женщине, которая привела к этому моменту, и это было бы забавно, если бы не происходило прямо сейчас.       — Честно говоря, — Гермиона не была уверена, что на этот раз юмор подействует на Тео, но она не собиралась стыдиться своего выбора или Драко, если уж на то пошло, — именно по этой причине я подумала, что он отлично подойдет для, гм, задания.       У Тео отвисла челюсть. Неудачная шутка. Естественно.       — Мне жаль, — прошептала Гермиона. — Я не хотела тебя расстраивать, но так случилось, и, несмотря ни на что, я не жалею об этом. Он делает меня счастливой. Ты видишь, как я улыбаюсь своему телефону. Из-за него.       — Да, — простонал Тео. — Он пишет тебе ёбаные смс, когда сидит прямо рядом со мной.       Гермиона вздохнула. Драко потянулся к ней, положив руку ей на поясницу для поддержки. Это не уменьшило гнев Тео.       — Ты не можешь его ударить.       — Я собираюсь, чёрт возьми…       Хлопнула дверь, и все трое обернулись, чтобы увидеть родителей Гермионы и Тео.       Которые должны были вернуться домой только утром.       Которые определённо не собирались облегчать ситуацию.       Отец посмотрел на них, прежде чем спросить:       — Что здесь происходит?       — Я собираюсь убить Драко, — прорычал Тео. — Учитывая, что он трахнул мою младшую сестру.       — Обязательно говорить это папе? — закричала Гермиона.       Ответ их матери нарушил воцарившуюся тишину:       — Почему бы нам не начать с самого начала? Возможно, мы сможем опустить эти грубые подробности.       Когда тяжёлый взгляд отца упал на Драко, тот отпустил Гермиону. Отлично. Теперь оба члена семьи мужского пола злились на её парня, и, учитывая степень её везения, мама последует их примеру.       — О да, — сказал папа слишком спокойно. — Пожалуйста, просветите нас.       Гермиона подняла руку перед лицом Тео и покачала головой.       — Я встречаюсь с Драко.       Отец моргнул, сглотнул, потом открыл рот и снова закрыл. Не очень хорошая реакция, но, по крайней мере, она не была бурной.       — Ты уверена в этом, милая?       — Да, — Гермиона фыркнула. — Он мой парень, и Тео хочет его убить.       — Забудь о Тео, — отец махнул рукой.       — Что? — Тео огрызнулся.       — Драко, я люблю тебя как своего собственного сына. Если ты когда-нибудь окажешься в беде, я сделаю всё, чтобы помочь, и ты всегда будешь частью моей семьи. Тем не менее твой предыдущий послужной список не делает тебя достойным моей дочери.       — Папа!       — СПАСИБО!       — Я понимаю, сэр.       Мама закатила глаза.       — Прекрати. Нужна определённая женщина, чтобы заставить мужчину измениться. Ты ведь и сама это знаешь, не так ли? — Замечание было адресовано Гермионе.       — У моего партнера сын твоего возраста, — предложил папа. — Он симпатичный, а ещё у него отличное образование, а уж если я так говорю, то… Ты не слушаешь.       Губы Гермионы сжались в тонкую линию.       — Драко — мой парень.       — Ты продолжаешь говорить это, но я не уверен, что ты понимаешь, что это значит, — фыркнул Тео. — Скажу проще, если ты не поняла с первого раза. Он будет трахать тебя, пока ему не надоест, а потом бросит. И знаешь что, ты, блядь, этого заслуживаешь, если ты такая…       Отец попытался остановить Драко, но у него ничего не получилось.       Кулак Драко врезался в челюсть Тео, отчего тот упал на задницу.       Чёрт.       Чёрт.       Чёрт.       — Позволь мне объяснить тебе простыми словами, придурок, — Драко присел рядом с развалившимся Тео. — Это твоя сестра. Моя девушка. Если ты будешь так с ней разговаривать, я, блядь, прикончу тебя.       Мама покачала головой и, пошатываясь, шагнула вперёд, прежде чем отступить.       Папа вздохнул и посмотрел на Гермиону.       — Ты серьёзно относишься к нему?       Она кивнула.       — Тогда будет лучше, если мы позволим им разобраться с этим сейчас.       Тео поднялся на ноги, вытирая окровавленный рот тыльной стороной ладони.       — Так вот чем ты был занят всё это время, да?       — Мне очень жаль, приятель.       — Недостаточно жаль. О! А ещё лучше то, что всего несколько дней назад, когда я говорил тебе, что беспокоюсь о ней, она пряталась в твоей квартире. Понравилось слушать о себе, Гермиона?       Её глаза защипало, и Гермиона прижала ладони к ним.       — Тео, — её голос всё равно сорвался, прозвучал хрипло, на грани истерики. Они оба уставились на неё.       На лице Драко отразилось беспокойство, и его пальцы дёрнулись к ней.       — Пожалуйста. Мы сделаем что угодно, хорошо? Я никогда больше не буду тебе врать.       Тео отвел от неё взгляд.       — Что угодно?       — Да.       — Идеально. Брось его, Гермиона.       Кровь застыла у неё в жилах. Страх, что Тео никогда не успокоится, терзал её. Она не могла вымолвить ни слова.       Поэтому Тео повернулся к Драко.       — Вот так, друг. Тебе нужно сделать выбор.       — Тео, — Драко провёл рукой по лицу.       — Выбирай: я или моя сестра. Кто из нас?       Гермиона вклинилась между ними.       — Он выбирает тебя, — выпалила она, глядя на брата. — Я не собираюсь разрушать вашу дружбу, ясно? Ты можешь подумать, что я глупая, но он мне действительно нравится. Знаю, ты имеешь полное право злиться, — теперь она плакала открыто, и её грызло смущение.       Драко притянул девушку к себе, обнял за плечи и решительно сказал:       — Легко. Гермиона. Нет никаких сомнений.       Она начала спорить. Это было просто смешно.       Они встречались месяц.       А с Тео дружили больше двадцати лет.       Мама что-то прошептала отцу позади них, но Гермиона не смогла разобрать.       Тео вскинул бровь, явно удивлённый.       — Ты бы выбрал её?       — Я так и сказал, блядь, разве нет? — Драко сжал её плечо, и по телу Гермионы разлилось успокаивающее тепло.       Покачиваясь на пятках, Тео засунул руки в карманы.       — Ладно. Ты можешь встречаться с ней.       — Ему не нужно твоё разрешение. Что теперь? — проворчала Гермиона.       — Это была проверка, — пожав плечами, ответил Тео. — Если бы он выбрал меня, то не заслуживал бы тебя, и мы бы больше не разговаривали.       Она открыла рот.       — Это кажется рискованным. — С первой частью она, возможно, и согласилась бы, но со второй?       — Нет, — сказал Тео, всё ещё устало глядя на Драко. — Если он готов причинить такую боль моей сестре, то он не тот человек, которого бы я хотел видеть рядом с тобой.       Гермиона всё ещё пребывала в шоке от такого поворота.       — Так… Это всё?       — Даже близко нет, — фыркнул Тео. — Ты готов, Малфой?       Драко расслабился.       — Думаю, да. Покончим с этим. Тебе лучше отвернуться, Грейнджер.       Гермиона начала возражать, но её отец покачал головой, и она вздохнула.       — Пожалуйста, не уродуй его. Он очень красивый, и я бы хотела, чтобы он таким и оставался.       — Конечно, — Тео пожал плечами, снимая с себя куртку.       — Снимай кольца. Отдай мне их прямо сейчас.       Её брат закатил глаза, но вывалил всё в протянутую руку.       — Для протокола, я глубоко против, но это всего лишь один удар, верно?       — Я сомневаюсь в этом, детка, — вытянул шею Драко.       — Фу, гадость.       Папа усмехнулся.       — Значит, ты уверена? У моего партнера…       — Я совершенно уверена. Готов ли сын твоего партнера получить удар за меня, зная при этом, что не сможет ударить в ответ?       Отец притворился, что обдумывает это.       — Я так не думаю. Драко — хороший мальчик, — он взъерошил волосы Гермионы, игнорируя её тихое ворчание.       Поскольку никто из её друзей не нашёл дорогу через широкий внутренний дворик, все они смотрели на неё. Джинни выглядела так, словно вот-вот упадёт в обморок, или её вырвет, или и то, и другое.       — Как долго это продолжается? — спросил Тео.       — Ответ определяет, сколько раз ты собираешься меня ударить?       — Так сколько?       — Достаточно долго, — Драко расслабился, насколько мог. — Постарайся не сломать мне нос, ладно? Один из вас, Ноттов, уже сделал это. Мне бы не хотелось повторения.       — Ты это заслужил! — застонала Гермиона.       — Три раза? — предложил Тео.       — Куда именно ты собираешься меня ударить?       — На твой выбор, — усмехнулся Тео.       — Не бей его по яйцам, Тео, — Гермиона установила правило и услышала его возражение ещё до того, как тот его произнёс.       — Именно они здесь настоящие преступники, — но Тео всё равно кивнул. — Готов?       — Нет.       — Идеально! — Тео сделал выпад, его кулак встретился с челюстью Драко и резким рывком откинул его голову в сторону. — О, это был хороший удар.       Драко вытер лицо.       — Не надо так самодовольно говорить об этом, придурок.       — Ты знал, на что подписывался, когда начал встречаться с моей сестрой, — Тео ещё раз ударил, но Драко даже не вздрогнул, когда кулак врезался ему прямо в живот.       Драко согнулся пополам, задыхаясь, и опёрся рукой о патио, чтобы не упасть.       Гермиона надела кольца Тео себе на пальцы, все четыре на правую руку.       — Итак, — Тео развернулся и обратился к Драко. Конечно, он устроит из этого кровавое шоу. — Ты ещё не жалеешь об этом решении?       — Нет, — простонал Драко, схватившись за живот. — Я знал, что ты выбьешь из меня всё дерьмо, когда узнаешь.       — И ты всё равно это сделал, — Тео ухмыльнулся. — Ты влюбился.       Последний удар пришёлся Драко в плечо, и Гермиона увидела удивление на его лице. По сравнению с первыми двумя этот был мягким, и стало ясно, что Тео пережил самое худшее.       — Если ты разобьешь ей сердце, я убью тебя.       Гермиона рванула вперёд, преследуя одну цель.       — Слушай, Тео.       — Да, сестрёнка?       Она ухмыльнулась.       — Моя очередь, придурок, — и врезала кулаком ему в челюсть.       — О чёрт! — Драко отпрыгнул назад, потому что она снова отправила Тео на землю. Драко рассмеялся и схватил её за футболку, прижимая к себе, чтобы поцеловать в висок.       — Ты невероятная.       — И это говоришь мне ты, — Гермиона улыбнулась. Она положила руки на бёдра и повернулась лицом к брату. — А ты идиот.       — Боже, ты так сильно бьёшь. Кто тебя этому научил? — он потёр челюсть.       Гермиона наклонила голову в сторону парня, стоявшего слева от неё.       — Он научил. Когда мне было тринадцать.       Драко затрясся от смеха и прикрыл рот рукой. То место, на котором к утру обязательно появится синяк.       — Хорошо, — папа хлопнул в ладоши. — Я устал. Можем ли мы оставить вас троих наедине? — Наверное, не стоит оставлять наедине этих двоих, — предположила Гермиона.       Папа цокнул.       — Нет, не хочу больше ничего слышать. Гермиона — взрослый человек, хоть я и делаю вид, что это не так. Её выбор — это её… — успокаивал себя Тео.       — Ты мог бы кое-чему научиться, — выдохнула Гермиона.       — И я правда не хочу больше ничего знать.       Их родители проскользнули внутрь дома, но мама обернулась, чтобы улыбнуться ей. Она узнала об увлечении Гермионы, когда оно только началось, — то есть примерно спустя день после знакомства с Драко Малфоем.       — Вообще-то, — сказал отец, появившись в дверях, — Драко, я хотел бы поговорить с тобой.       Драко рукой коснулся талии Гермионы и пробормотал:       — Лучше бы меня снова ударили.

***

      Правда в том, что Драко был до невозможности ласков с ней, но она и не думала возражать. Чего нельзя сказать о Тео. Тот постоянно на что-то жаловался.       «Тебе обязательно сидеть у него на коленях? Здесь, блядь, есть стул».       Или когда он врывался в её спальню, прикрывая глаза, как будто они делали что-то, что уже закончили, и спрашивал, почему они обнимаются.       «Теперь Драко обнимается после секса».       Во время однодневной поездки в Лондон Драко нёс книги, которые купила Гермиона, а их было достаточно много, и Тео дразнил его за это.       «Мы продолжим притворяться, что ты не положил свой пиджак на лужу для Луны?»       «У неё очень нежные туфли, спасибо».       Пазл легко сложился, как только раскрылся секрет, и Гермиона не могла поверить, что когда-то отказала Драко. Да, она сделала это из чувства самосохранения, но он не собирался причинять ей боль. Он был нежен с ней. На обратном пути он притянул её к себе за плечо.       Верный своему слову, он дважды посмотрел сериал BBC «Гордость и предубеждение».       Когда она устроилась на работу в магазин, то получала цветы раз в неделю. Он делал бы куда больше, но Гермиона взяла с него обещание не перегибать палку.       Жизнь с Драко была удивительно лёгкой.       Все его грани так хорошо сочетались с её собственными. Она ещё не совсем жила с ним, но знала, что они на пути к этому. Гермиона заняла половину всего: его жизни, его шкафа, его тумбочки в ванной.       Драко был её половиной, её любимой половиной.

***

      Гермиона схватила свою сумку, стоявшую у двери, и сбежала вниз по лестнице. На лестничной площадке она прошла мимо Тео, который уткнулся носом в телефон, его пальцы стучали по экрану. Она пересекла кухню и чмокнула мать в щёку, взяв с предложенной тарелки два печенья.       — Спасибо, мам.       — Напомни Драко, что он приглашён на ужин в эти выходные.       — Да, мам, — Гермиона поспешила прямо к входной двери, но отец вернулся домой раньше. Она опёрлась на его плечо и поцеловала в макушку. — Я ухожу.       Он кивнул.       — Вернёшься домой к ужину?       — Нет.       — Ты же придёшь домой хотя бы к завтраку?       — Скорее всего, нет, — Гермиона улыбнулась напускному раздражению.       — Хорошо проведи время, — пожелал он. — Но не слишком весело.       — Нет, конечно, нет, — засмеялась Гермиона.       На самом деле, она отлично повеселится.       Тихо закрыв за собой дверь, Гермиона вышла на прохладный сентябрьский воздух. Её день рождения наступит через неделю, и Драко продолжал скрывать, какой подарок выбрал для неё.       Он припарковался у обочины, и Гермиона скользнула на пассажирское сиденье, бросив сумку на заднее.       — Привет.       Рука Драко оставила рычаг переключения передач, чтобы притянуть её к себе и поцеловать в щёку. Это был долгий поцелуй, ленивый и поглощающий, пока огонь не разгорелся у неё в животе.       — Привет.       Гермиона устроилась на сиденье, скрестив ноги, и рассмеялась, когда Драко наклонился и перекинул ремень безопасности через её грудь.       — Знаешь, — протянул он, — думаю, ты не пристёгиваешься сама только для того, чтобы увидеть, как это делаю я.       — Возможно.       Драко улыбнулся на это, а затем выехал на дорогу. Прошло несколько минут, и он начал ёрзать, когда заговорил снова:       — Я кое о чём подумал сегодня.       Гермиона уже смотрела на него. Казалось, что она всё время старается запомнить каждую мелочь, связанную с ним. Однако теперь она знала — он отпечатался в ней.       — О чём?       — Я влюблён в тебя до безумия всю свою жизнь, — Драко сглотнул.       Её губы приоткрылись. До безумия влюблён…       — Сейчас это обрело смысл. Я всегда заботился о тебе, но никогда как о сестре, — Драко рассмеялся самому себе. — Я ненавидел твоих парней.       — Правда?       Он кивнул.       — Честно говоря, думаю, что, вероятно, был влюблён в тебя до того, как узнал, что такое любовь, — Драко протянул свою руку к её. — Но теперь знаю.       Гермиона не могла поверить в то, что слышала. Это не имело смысла, это не…       — Знаю, ты попытаешься сказать, что ещё слишком рано, — спокойно продолжил Драко, — но правда в том, что я понятия не имею, когда влюбился в тебя. Возможно, в тот первый раз, когда ты меня ударила. Возможно, это случилось, когда я учил тебя водить машину, потому что у Тео терпение ни к чёрту. Может быть… — он прервался, его глаза расширились, потому что он не ожидал увидеть её слёзы. — Кто знает, сколько времени ушло на то, чтобы влюбиться в тебя, Гермиона. Но я знаю, что мне понадобилось десятилетие, чтобы понять это.       — О Боже мой, — прошептала Гермиона.       — Я не планировал признаваться тебе в машине, но просто… Ты не представляешь, как тяжело смотреть на тебя и не говорить этого.       — Притормози, — она уже отстёгивала ремень безопасности, когда он припарковался на первой попавшейся стоянке. — Я не могу поверить, — она наклонилась через консоль, прижавшись к его рту. — Я люблю тебя, — Гермиона произнесла эти слова в его губы. — Я знала это, но мне казалось, что ещё слишком рано.       Рука Драко ощущалась тяжёлой и твёрдой на её талии, когда он прислонился лбом к её.       — Я люблю тебя, — Драко вытер её слёзы. — Признаю, это мои первые отношения — надеюсь, и последние тоже, — но не уверен, что ты должна плакать, когда я говорю, что люблю тебя.       Гермиона засмеялась, осыпая его лицо поцелуями.       — Я люблю тебя. — Поцелуй в одну щёку. — Я люблю тебя. — Ещё один в другую. — Я люблю тебя так сильно, что мне страшно, — она поцеловала его в лоб.       На его лице отразилась надежда, и он усмехнулся.       — Грейнджер, — шёпотом, — хочу сказать, что рад, что это ты. Никто не смог бы занять твоё место.       Она фыркнула.       — Ты слишком милый, и это заставляет меня плакать.       Он усмехнулся.       — Только ещё кое-что, — заправив её волосы за ухо, пробормотал Драко. — Я никогда не заставлю тебя сожалеть о нас.